15

Богдан

Жасмин так пристально смотрит на меня, блуждает взглядом по моему лицу и ниже…

Не то что бы я засмущался — нет, ни в коем случае, скорее стало интересно, о чём думает:

— Чего улыбаешься?

— Знаешь… — она провела ладонями по моей груди, поглаживая кожу и обрисовывая пальчиками контуры мышц, — я представила тебя в белом халате… Если бы ты был практикующим специалистом — наверняка, из пациенток выстроилась бы длиннющая очередь. Желающих попасть в заботливые руки сексуального доктора нашлось бы немало, причём без видимых причин приходили бы, с единственным намерением — познакомиться.

— М-м-м… — фантазия со мной в главной роли посетила, значит. — Можем поиграть с тобой, стану твоим личным врачом: проведу тщательный осмотр с раздеванием, дополнительным изучением эрогенных зон, о которых тебе самой ещё неизвестно — для проявления максимальной чувственности. После чего назначу особое лечение удовольствием и лаской — долгой, томительной, сладкой и нежной, грубой и нетерпеливой, жёсткой и беспощадной… во всех позах, на всех поверхностях… — обхватил её за талию, теснее прижимая к себе. — Хочешь?

— Я не против, — с игривой интонацией сказала Жасмин. Соблазнительно облизнула свои пухлые губы. Потом добавила: — И как хорошо, что ты не ведёшь приём, а у потенциальных воздыхательниц нет шансов подобраться к тебе. Пусть завидуют молча. Только мо-о-й… — с придыханием, протяжно произнесла.

— Ого? — подобное заявление определённо мне нравится… заводит…

«Оказывается, Жасмин — собственница, такая же, как и я» — этот расклад полностью устраивает. Когда эмоции хлещут через край, когда хочется растерзать друг друга на части от их переизбытка — это ни с чем несравнимые ощущения. И вовсе не потому, что есть повод для недоверия — из-за чего возникают конфликты, а потому что невозможно контролировать себя рядом с человеком, вызывающим внутри сумасшедший ураган, готовый поглотить всё вокруг.

— Ты же напрямую не общаешься с клиентками? — она изогнула бровь, сделав акцент на слове «клиентками».

— С какой целью спрашиваешь? — я поднял мою маленькую женщину на уровень своих глаз и придавил телом к стене.

— Ответь, — Жасмин нахмурилась.

«Забавная какая…».

— А если общаюсь, то, как поступишь? — специально провоцирую. Наблюдать её реакцию приятно. В первую нашу встречу, она была отстранённой, недоступной и даже холодной — в принципе, как и полагается при официальном знакомстве. Сейчас же ведёт себя раскованно, перестала стесняться и свободно говорит, о чём думает.

«Как быстро всё может измениться…» — чему очень рад.

— Богдан, ответь, — требует.

— Иногда приходится общаться с пациентами — обоих полов. Решаю спорные ситуации, если вдруг кто-то недоволен качеством оказанных услуг, хотя по факту — придираются на пустом месте и пытаются выбить скидку, ведь мой персонал работает безупречно. Ну, или… — резко замолчал, продолжая дразнить.

— Или что? — сощурила глаза.

— В основном пациенты заходят ко мне, чтобы поблагодарить, в том числе знакомые навещают, бывая в моей клинике.

— В основном? Женщины тоже? — уточнила она.

— И женщины, и мужчины, — всё, больше не могу сдерживаться: я улыбнулся. — Жасмин, да ты сама ревнуешь. Как тебе такой ответ? — сквозь смех сказал.

— Ещё чего, — возмутилась она, наиграно, как показалось, судя по звучанию голоса, — нет, не ревную.

— Ну-ну, зато мне сделала замечание на этот счёт.

— Я за честные отношения — открытые, искренние, понятные, без грязи и лжи.

— Полностью согласен. Именно это тебе предложил, — хотел поцеловать…

Но нас отвлекли:

— Ася! — послышалось со стороны калитки.

Обернувшись, увидел немолодого мужчину.

— Можно? — он идёт, прихрамывая и опираясь на трость.

— Кто это? — тихо спросил Жасмин, поставив её на ноги и поправив халат на ней.

Внутренне напрягся.

— Сан Саныч, конечно, проходите! — крикнула ему. Потом уже пояснила: — Это дед Гриши. Если бы он не вмешался, не помог, то… — вздохнула, — неизвестно, чем бы всё обернулось…

— В смысле? — всех подробностей нападения не знаю, и сейчас чувствую себя идиотом. Она ведь заверила, что не пострадала, а дурачок не причинил ей вреда!

— Давай позже поговорим, не успела обо всём рассказать.

— Мужик твой? — поинтересовался старик, приблизившись к нам.

— Мой, — Жасмин взяла меня за руку, переплетая наши пальцы.

— Тот самый что ли, — смерил он изучающим взглядом, — который…

— Нет, другой, — тут же перебила его.

— Неужто, ушла от мужа? — «какой-то излишне любопытный».

— Да, — ответила, не раздумывая. «И Хасанов пока не в курсе изменений».

— Ну и правильно. Этот хоть нормальный? Не обижает?

— Не обижает.

— Вообще-то я здесь, — бесят эти вопросы. Обнял по-хозяйски Жасмин за талию. А взглянув на старика, произнёс: — Только перед вами, уж извините за прямолинейность, оправдываться не стану.

— Богдан… — она одёрнула меня.

— Не серчай, сынок, я же ничего плохого не имел в виду, — он расстроено покачал головой.

— Извините, но это, действительно, вас не касается.

— Топор прибери, дочка, от греха подальше. Пойду я… Спокойной ночи.

— Сан Саныч, простите… Спасибо за помощь.

Старик махнул рукой и пошёл прочь.

Стоило ему скрыться за воротами, Жасмин вырвалась из моих объятий:

— И что это было? Зачем ты так резко с ним разговаривал?

— Я извинился, — поднял с пола валяющийся топор. — Куда убрать?

— В сарай. Опять злишься? — она испуганно прижалась к стене.

«Неужели, думает, что способен ударить?!».

— Нет, — правда, не злюсь. — Собирайся, Жасмин, поедем в город, не будем откладывать до утра и терять время. Не усну всё равно. Грядущий день ожидается трудным…