16
Жасмин
Пока едем в город, хочу спросить Богдана о дальнейших планах… И если с фондом всё предельно ясно, ведь когда проблема решается с помощью денег — это не проблема, а временные трудности (и дело моей жизни будет процветать), то, что касается мужа — вызывает много вопросов и, конечно же, опасений…
«Марат никогда не отпустит… не смирится с участью брошенного мужа, для него это означает — оскорбить и унизить, причём возведёт всё в высшую степень гнева…» — а после того, как я была близка с другим (это в любом случае ему станет известно) — тем более, воспримет, как вызов и повод расправиться со мной, находясь в своём праве, по его мнению. Хотя не считаю это изменой или предательством, сам-то не обременял себя верностью и не заботился о моих чувствах, которые давно убил, методично выбивая кулаками, скотским отношением и поведением…» — и теперь нескончаемый поток мучительных мыслей не даёт покоя.
Боюсь… За моего мужчину, в первую очередь.
Несмотря на смелость и уверенность в собственных силах, до конца не осознаёт, в какую историю впутывается, желая спасти меня — вырвать из лап абьюзера. Он не в курсе, на что способен Хасанов, как далеко тот готов зайти. А Богдана ничего не останавливает, стремится быстро во всём разобраться, хотя это нереально: только на бракоразводный процесс потребуется минимум месяц, за этот срок всякое может произойти, поэтому действовать надо с осторожностью.
И не могу не озвучить своё мнение:
— Не торопись встречаться с Маратом и рассказывать ему о нас, — аккуратно начала… Думаю, так будет лучше: спешка ни к чему хорошему не приведёт.
— Как, по-твоему, я должен поступить — трусливо прятаться и бегать? Не стану я этого делать, — ожидаемо, мой мужчина возмутился. — Рано или поздно нам придётся поговорить. Полагаешь, итог окажется иным — менее сложным, если тянуть время, а Хасанов спокойнее отнесётся к вашему разрыву и вдруг отстанет, не имея претензий? Нет, Жасмин, не получится, само не рассосётся… — ударил по рулю кулаком. — Мы всё равно с ним столкнёмся, ведь наши интересы пересекаются — значит, это неизбежно. Не вижу смысла оттягивать момент и усугублять ситуацию. Или ты сомневаешься во мне? — он бегло посмотрел в мою сторону и тут же вернул внимание на дорогу.
«Нет, ни в коем разе не подвергаю сомнениям все его обещания, возможности, качества характера и, в целом, достоинства — как человеческие, так и мужские…» — и всё-таки последствия пугают.
Дотянувшись до руки Богдана, лежащей на селекторе переключения передач, твёрдо ответила:
— Я доверяю тебе, — но и страх за него никуда не исчезнет, не прощу себе, если он пострадает… Взявшись защищать меня, приобретает опасного жестокого врага в лице Марата.
— Тогда что не так? — довольно сильно сжал мои пальцы. — А может быть, ещё остались чувства к мужу и не хочешь, чтобы узнал о нас с тобой или, вовсе, готова простить и жить с ним дальше, как ни в чём не бывало? — с нескрываемым раздражением спросил и продолжил: — Не допущу этого, не отдам ему тебя!
«Даже обидно слышать подобное заявление… Что за внезапные выводы посетили и упрёки на пустом месте появились? И лишь из-за одной просьбы — не спешить. Опять ревность очнулась?».
— Кроме ненависти, презрения и отвращения — ничего к Марату не испытываю, и в мыслях не было возвращаться к нему. Единственное, о чём беспокоюсь сейчас…
Богдан не дал договорить, перебив:
— Жаждешь отмщения?
— Такое ощущение, что пытаешь найти в моих словах то, чего нет, выходит — сам не веришь в искренность происходящего между нами. Осталось добавить: выбрала тебя в качестве способа мести, скинула разгребать груз проблем и как решишь всё — забуду о твоём существовании… А ведь я впервые за долгие мучительные годы почувствовала себя женщиной — желанной, красивой, нужной… рядом с тобой… ты подарил шанс изменить жизнь… — вырвала свою ладонь из его цепкого хвата. И отвернулась в другую сторону, вглядываясь в ночную темноту за окном.
— Жасмин, я же не это имел в виду… — он сбавил скорость и, притормаживая, постепенно свернул на обочину и остановил машину. — Посмотри на меня, — прикоснулся к моему плечу.
Я обернулась на него.
Он включил «аварийку».
— Ты неправильно поняла… — нахмурился. Выглядит виноватым.
«Погорячился?» — об этом хочет сказать?
Тогда и я объясню:
— Единственное, о чём беспокоюсь — то, что Марат примет незамедлительные ответные меры в отношении нас обоих, не даст нам нормально жить. Не в тебе, как мужчине, и твоих силах я сомневаюсь, а очень хорошо знаю мужа — в этом причина, его поступки о многом говорят. Поэтому повторюсь: нельзя торопиться, нужен тщательно продуманный план, иначе наворотишь дел… услышь, наконец… Действовать надо постепенно, шаг за шагом. Возможно, ты не привык так, тем более — учитывать чужое мнение, но другого выхода нет, — «и если честно, пока не представляю, какое событие должно случиться, чтобы Марат навсегда отстал…».
— Хорошо-о-о… — Богдан шумно протяжно выдохнул, потом отстегнул ремень безопасности и отодвинул своё сидение максимально назад. — Иди сюда, — похлопал по коленям.
Пересела к нему и, оседлав, сразу оказалась в тугих объятиях.
— Мы же только в начале пути… Зачем всё портить? — заключила его лицо в ладони, заставляя смотреть в глаза.
— Согласен, тактику необходимо менять, — обхватив мой затылок рукой, прижался лбом ко лбу. — Ты уже не чужая, волнует и интересует абсолютно всё, о чём думаешь — никогда не молчи, и если меня занесёт — можешь смело остановить, сказать об этом. Я тоже нахожусь в новом периоде жизни, раньше не испытывал таких эмоций и совладать с собой сложно, будишь ураган внутри. А от нетерпения назвать тебя своей — во всех смыслах, стремлюсь быстрее закрыть данный вопрос, чтобы нам никто не мешал, твой муж не маячил на горизонте и больше не напоминал о себе, даже вскользь.
— И что собираешься дальше делать? — пока оставлю без внимания эти откровения. Самой непросто обсуждать наши отношения.
— Есть идея.
— Какая? Поделишься?
— Сначала хочу кое в чём признаться… — Богдан нежно поцеловал в губы.
— Признаться..? — я растерялась и, как у любой женщины, услышав подобную фразу, возникли мысли об одном, несмотря на то, что не жду этих слов сейчас… слишком рано… между нами и так всё происходит с молниеносной скоростью — стремительно и неизбежно…
Впрочем, ему удалось удивить:
— Да, признаться. Когда познакомился с тобой, — прошептал в мой рот, — показалось, ты играешь со мной, дразнишь собой специально, заманиваешь в сети для чего-то…
«А ведь он не обманулся в своих ощущениях — не в таком контексте, конечно, как озвучил, хотя близко к истине… Откуда мне было знать тогда, в день первой встречи, насколько изменятся наши отношения?» — и вроде должна тоже признаться в ответ, но…
Как преподнести, чтобы правильно понял? Особенно на фоне моих финансовых проблем, ещё решит, что всё-таки использую его… и не сказать не могу… тем более, настаивала на честности — всегда и во всём…