41

Богдан

Ожидаемо, Карину дома не застал, на телефон так же не отвечала… Ни я, ни Алексей до неё не дозвонились, поэтому мы условились следовать первоначальному плану: он отвлекает Хасанова, не даёт ему уйти из бара, а моя задача — поиски, тем более, друг не знает, как она выглядит. И всё равно возникли опасения, что прихвостни Марата по его приказу уже нашли её и увезли в неизвестном направлении, опередив меня.

Пришлось побегать… Решил проверил другую версию, благо Жасмин подсказала, где любит проводить время подруга. Заехал не в один клуб, прежде чем обнаружил девушку.

Только тогда облегчённо выдохнул… Тут же написал Лёхе, чтобы тот сворачивался, а чуть ранее он предложил свою свободную квартиру, куда приводит шлюх. В качестве временного места укрытия годится — договорились встретиться там. В ответ от него сразу получил короткое сообщение: «понял, выезжаю».

Карина развлекалась, отплясывая сексуально-соблазнительный танец возле пилона, установленного по центру танцпола. Вокруг собралась благодарная публика в лице мужчин — заведённые её дразнящими телодвижениями, аплодировали и присвистывали, сопровождая всё это фразой: «давай, детка, зажигай!». Хотя она никого не подпускала, намерения приблизиться к ней — пресекала на корню, громко выкрикивая им: «смотреть можно, трогать нельзя!».

С трудом растолкав людей, подошёл к девушке и, ухватив за локоть, резко потянул на себя:

— Заканчивай. Нам пора.

Моё вмешательство вызвало массовое недовольство зрителей, они расстроено загалдели.

— Богдан? — Карина удивилась, увидев меня. — Что ты здесь делаешь? — прозвучал логичный вопрос.

Да я сам предпочёл бы сейчас не заниматься этим, но кинуть её на растерзание Хасанову — тоже не могу. Терпение Марата, если уместно так выразиться, давно кончилось, ни перед чем теперь не остановится, опустится до издевательств в отношении ещё одной женщины, лишь бы выбить (в буквальном смысле) из неё правду и выяснить местонахождение Жасмин.

— Нет времени объяснять, по пути всё расскажу, — потащил за собой.

— Никуда с тобой не пойду! — попыталась освободиться. — Отвали!

Ловко скрутил девушку и, удерживая за талию, не позволил вырваться — в таком положении повёл к выходу из клуба.

— Отстань! Какого хрена надо?! Ты чокнулся?! — не унимается она.

— Можешь просто послушать, довериться и не препятствовать, тебе угрожает опасность, об остальном — поговорим в машине. Не добавляй трудностей и не усложняй ситуацию.

— Опасность? — растерянно переспросила.

И это возымело успех: перестала дёргаться. Наконец-то, дошло, что не шучу — не ради праздного удовольствия сюда приехал. Быстрее хочу вернуться к моей нежной малышке, а не возиться всю ночь с её подругой — нетрезвой и слегка неадекватной, ввиду подвыпившего состояния (хотя и без алкоголя фривольно себя ведёт, «тараканов» в голове хватает).

— Вот именно — угрожает опасность. Причина в Хасанове, планирует разобраться с тобой, — спокойно произнёс.

— Ну, ладно… — она мгновенно согласилась и сдалась. Повисла на моём локте.

Мы пошли дальше.

— Эй! — внезапно прозвучало сзади.

— Какие-то проблемы? — остановившись, обернулся.

— Карина, в чём дело? Как это понимать?! Куда собралась? С ним?

«А… Вот и любовничек нарисовался» — и, судя по внешнему виду и визуальному возрасту до двадцати пяти лет, это номер первый — молодой. Или как она их классифицирует по важности в своём списке мужчин? Впрочем, вникать не стану — неинтересно.

— Расслабься и выдохни, — остановил парня, толкнув в грудь, — отдыхай, у девушки изменились планы, — заметив женскую сумочку в его руках, вырвал ту и отдал владелице.

— Я, правда, должна идти, — обратилась к нему, — позвоню позже.

— Если уйдёшь сейчас, считай — между нами всё кончено. Выбирай, — поставил ультиматум он.

— Думаю, никто от этого сильно не расстроится, — ответил вместо неё.

И не дожидаясь продолжения разговора, увёл Карину из клуба.

Она, прогнозируемо, стала возмущаться, а как только засунул её в машину, устроился на водительском сидении и тронулся с места, начала предъявлять претензии:

— По какому праву распоряжаешься моей жизнью? Немного ли на себя берёшь?! — повысила голос.

— Знаешь, если твоему хахалю, действительно, не плевать, — в чём очень сомневаюсь, — то поймёт и простит, когда объяснишь ему, почему пришлось незамедлительно уехать. Но что-то мне подсказывает, для вас обоих эти отношения — тупиковые и бесперспективные, не более чем совместные развлечения до тех пор, пока не надоест или пока на горизонте не замаячит кто-то привлекательнее. Насколько помню, у тебя остался вариант, с кем можно провести время.

— Булатов, ты-ы… ты-ы… Нудный, скучный и до тошноты правильный — аж бесишь! Только волну поймала… — произнесла со злостью. Потом откинулась на спинку сидения и уточнила: — Что за срочность? Раз опять в спасателя играешь.

— Хасанов собирался устроить допрос, сказал ведь. Не успокоится, не выяснив, где Жасмин.

— Подробности будут? — она наклонилась в мою сторону.

— Какие подробности ещё нужны? Недостаточно того, что Марат хочет расправиться с тобой? Вытрясти всю правду. А его методы тебе известны. Туго соображаешь… — я покачал головой, нахожусь с ней всего ничего, а уже устал. — Сколько выпила?

— Какая разница… — Карина громко вздохнула, — и вообще, ни перед кем не обязана отчитываться. Испортил такой отдых с жарким продолжением до утра. Теперь буду ходить неудовлетворённая, раздражённая, психованная — и выносить мозг. Угадай, кому? Милый…

— Избавь от этой чуши, — «невыносима».

— Сам напросился, — ткнула пальцем в моё плечо, — это маленькая месть за срыв секса — жёсткого и беспощадного, во всех позах, на всех поверхностях… у-у-у…

— Угомонись, — прошипел сквозь зубы и добавил: — Пожалуйста, будь хорошей девочкой. Не испытывай меня на прочность, не надо трепать нервы, и так немало проблем…

— Да ну тебя, — она отвернулась. — Хотя бы могу узнать: куда везёшь и откуда информация?

— Друг помог. Алексей тесно общается с Хасановым, заодно сообщает новости, если они появятся и важны — сегодня тот случай. Мы едем к нему, он любезно предложил воспользоваться его свободной квартирой, поживёшь там. Предупреждаю сразу — оттуда не высовываться. Всё необходимое закажешь с доставкой из интернет-магазинов.

— Блин… — Карина недовольно застонала. — Я так не хочу. С работой как-нибудь решу вопрос, мои сотрудники справятся самостоятельно, а в остальном…

— Чего хочешь тогда? — перебил девушку. — На собственной шкуре испробовать Марата в гневе?

— Прятаться точно нет желания, — подытожила. — И меня есть, кому защитить.

— Ага, тот мачо защитит, который не заступился за тебя и с лёгкостью отпустил, зато условие успел выдвинуть.

— Богдан, и почему ты такой? — она залезла коленями на сидение.

— Сядь нормально и пристегнись.

— Ответь, — конечно, просьбу проигнорировала. Устроилась попой на подлокотнике между креслами.

— Какой такой? — «привязалась опять».

— Какой-какой, классный, — прикоснулась к моим волосам, провела пальцем по щеке, спускаясь ниже…

— Карина, сядь нормально, — схватил её за руку и отмахнулся. Только неуместных комплиментов и приставаний не хватало. А то, как быстро у неё меняется настроение — напрягает вдвойне. — Как же твои слова: нудный, скучный, до тошноты правильный?

— Это ж я так… от зависти… — она плюхнулась обратно на сидение. — Аське с тобой очень повезло. Завидую, но по-доброму. Даже то, как отстаиваешь честь, заботясь о Жасмин, чтобы не причинить ей боль, не обидеть — восхищает. Рада за вас.

— Закроем тему, — надоело слушать это!

— Надолго я там застряну? — уточнила.

Наконец, переключила внимание на более важные сейчас вещи. Пусть лучше думает о себе, а в чужую жизнь не лезет.

— Как получится. Придётся потерпеть. Надеюсь, скоро всё разрешится и надобность скрываться отпадёт.

Карина молчала какое-то время, потом продолжила:

— У меня же есть дочь, она с моими родителями живёт в другом городе, далеко отсюда. Могу к ним уехать…

— Неплохая мысль. Вряд ли Хасанов туда сунется. Давай так: день-два побудешь в квартире Алексея, дальше — посмотрим, как поступить.

— Знаешь, что самое ужасное? Не эта ситуация с Маратиком… а когда ничего нельзя сделать… — Карина где-то в своих мыслях витает. — Я родила, едва окончив школу. Для Лины, которой семнадцать лет уже, я — старшая сестра, бабушку с дедушкой — считает родителями, и она не в курсе, кто кем приходится. С младенчества с ними находится, они вырастили мою девочку. В том числе, по документам родная дочь им, а не внучка. Вот такая из меня хреновая мать, отказалась от неё, в чём стыдно признаваться… и менять что-то слишком поздно… — вздохнула, — кстати, ты первый человек, кому говорю об этом…

Не ожидал подобных откровений. Но… почему-то совсем не жаль её…