8

— Идём, — он чуть поддержал меня, помогая слезть со своих коленей. И, так и не отпустив, поднялся сам.

Ритка оказалась права: выйдя из моих комнат, мы свернули налево. Пересекли шикарный холл, перекрытый прозрачным куполом. Сверху виднелось густое, тёмное звёздное небо.

Я уже немного пообвыкла, потому заметила охранников, которые сливались с тенями, и этим создавали иллюзию полной свободы.

Мы приблизились к высокой двустворчатой двери, заканчивавшейся полукруглой фрамугой с витражом. Тонкая резьба, инкрустация сверкающими драгоценными камнями — у меня не вызывало сомнений, чья это дверь. В душе поднялся трепет, волнение, нетерпение.

Его покои были огромны. Множество залов, перетекающих один в другой и в шикарный внутренний сад. Похоже, здесь поработал превосходный дизайнер — настолько умело и уютно всё оказалось обставлено, так приятно глазу сменялись оттенки из одной цветовой гаммы в другую. Кресла, диванчики, столики — тут можно было и отдыхать, и работать, и просто наслаждаться жизнью!

— Здорово у тебя, — восхитилась я. После испугалась: — Надеюсь, невеста с тобой не живёт?

— Она пока мне не жена, — отозвался Ал. — Могу её позвать…

— Ещё чего! — возмутилась я.

— Я так и подумал, — усмехнулся красный.

Принц провёл меня во внутренний сад. Жёлтые фонари давали мягкий уютный свет, благоухало что-то цветущее, чего я никогда не встречала на Земле. Да и весь воздух здесь, в этом мире, был почти такой же чистый и насыщенный, как там, у водопада.

Несколько дорожек — на миг подумалось, как было бы здорово гулять здесь вдвоём… или втроём. Играть с малышом, задаривать его игрушками, выбирать детские вещи…

Пришлось несколько раз напоминать себе, что никто меня не приглашает. Разве только в качестве временной суррогатной матери.

Это было обидно. Зато отрезвляло.

В одном местечке, скрытом от посторонних глаз… хотя какие тут у принца посторонние глаза? И всё же это было уютное скрытое местечко в уютном закрытом парке.

Мягкий диван, навес и невысокий прозрачный столик. Наверное, хрустальный, но внутри сверкали будто язычки пламени, напоминая слова о том, что всё на этой земле пропитано огненной силой.

А на столике стоял Кокон. Я сразу же, безоговорочно узнала его. Будто плотная светлая дымка сгустилась, затвердела снаружи, ничего не пропуская в себя, не выпуская из себя. Там, внутри она менялась, двигалась, казалось, вот-вот, и получится рассмотреть, но никак не удавалось.

Протянув руку, я коснулась артефакта. Такой тёплый, и в нём что-то пульсирует — я словно услышала биение сердца. Маленького сердечка…

— Можно взять его в руки? — прошептала.

Аллурен пристально, ожидающе смотрел на меня. Молча кивнул.

Осторожно взяв Кокон, я села на диван. Положила артефакт себе на колени, охватила руками, прислушиваясь, присматриваясь.

Нечто настолько тёплое, родное, невыносимо нежное лилось из него, что на мгновение мне сделалось не по себе. Не знаю, что такое наи, что взял у меня Аллурен, но я чувствовала это там, внутри дымки. Частичку себя, которая тянулась ко мне всеми силёнками.

Которая снилась мне в виде моего малыша.

На глаза непроизвольно навернулись слёзы. Как я смогу уйти, оставив здесь это маленькое чудо, которое настолько нуждается во мне? Как я смогу отдать его другой? И что могу сделать, чтобы не отдавать?

На мгновение показалось, дымка расступилось и меня затягивает куда-то. В глазах потемнело, я потеряла ориентацию, перестала понимать, кто я и где нахожусь. Испугавшись, вздрогнула, всеми силами цепляясь за реальность. Уж какая есть.

Кокон на моих коленях пошатнулся. Вмиг Аллурен, который всё так же напряжённо смотрел на нас, оказался на земле передо мной. Будто испугавшись, что я уроню драгоценный артефакт — придержал его.

— Прости, — пробормотала я, схватив яйцо крепче. Внезапно остро осознавая, насколько оно ему на самом деле дорого.

Аллурен поднял на меня глаза. На миг наши руки соприкоснулись, лёгкий порыв ветра всколыхнул его волосы и накрыл Кокон красным водопадом.

— Ты что-то увидела? — в голосе, в глубине глаз чудилось хорошо скрываемое волнение.

— Не знаю. Показалось… меня куда-то тянет.

— Он… открылся тебе?

— Я… не знаю.

Ещё несколько мгновений принц продолжал смотреть на меня, удерживая артефакт, касаясь моих рук.

— Ты устала, Лада, — произнёс.

Одним плавным движением поднялся. Мягко, но настойчиво забрал Кокон с моих колен.

Боже, до чего же мне не хотелось его отдавать!

— Да уж, денёк был длинный, — признала.

— Ты можешь приходить сюда в любое время, — шепнул он. — Но сейчас тебе нужно отдохнуть. Идём, я отведу тебя.

Как же мне хотелось остаться здесь! Рядом с Коконом, который я в душе уже окрестила «малышом». Какая разница, что обо мне подумают? Какая разница Аллурену? Тем более, что итальи ведь можно приходить в любое время… он сам сказал, и ледяной говорил то же самое.

Но принц не предлагал мне остаться. Неужели он испугался, что я могу непроизвольно повредить артефакт? Но я никогда бы не позволила ему упасть!

И вообще. Вспомнилось вдруг, что он обещал сдерживаться. Почему, интересно? Может, у него тут очередь из любовниц выстраивается, а я — помеха?

Очень хотелось спросить, но я внезапно ощутила, что действительно вымотана до предела. Новый мир, новые знания. Всё это было таким странным, неожиданным…

Но самым главным крутился вопрос: что же мне делать?

Я подумаю об этом завтра, как говорила незабвенная Скарлетт. Не сейчас.

Почему-то промелькнуло воспоминание, как Ал носил меня на руках там, у водопада. Но здесь он не собирался повторять подвиги. Видимо, принцу-дракону не к лицу таскать какую-то человечку. У него невеста королевских кровей, статус, положение и куча прочих условностей.

Принц вёл меня к выходу, поддерживая за талию. Молчал — и я тоже не знала, что сказать.

Чуть взмахнул рукой, и та самая огромная дверь, что вела в общий холл, отворилась.

На пороге стояла Катания. В тонком полупрозрачном пеньюаре, будто у себя дома, а не в покоях жениха. Замерла на миг, нахмурилась, глядя на меня как на врага народа.

— Что вы здесь делаете? — в голосе Аллурена не слышалось ни удивления, ни каких-нибудь других эмоций. Эх, жаль, я не видела его лица, не могу понять, неожиданность ли для него этот визит, или вполне обычное дело.

— Что невеста может делать возле покоев жениха? — отозвалась ледяная с очень соблазнительной улыбочкой.

Полгода! Наверняка эти полгода они не томились в ожидании! Это же у них не вышло зачать ребёнка!

Ревность прожгла душу, засела иглой в сердце. У меня нет шансов рядом с принцессой!

— Мне нужно поговорить с вами, шэсс, — не дожидаясь ответа огненного, добавила она. — Это срочно.

Аллурен миг помолчал, обернулся ко мне:

— Дэсса, вы дойдёте сами?

Нет! Я хочу, чтобы ты выгнал эту стерву и не смел подпускать её к моему Кокону! Чтобы подхватил меня на руки, чтобы твои руки повторили всё то, что вытворяли там… во сне. Я хочу быть матерью собственного ребёнка!

— Вон до той двери? — хмыкнула я, предусмотрительно отведя взгляд, в котором наверняка можно было прочитать все мои истинные эмоции.

Моя дверь действительно виднелась отсюда, хоть и с другой стороны огромного холла.

— Уж как-нибудь доберусь, — уверила, гордо расправив плечи.

***

Аллурен Дэльгар с сожалением смотрел, как отдаляется хрупкая фигурка. Он так и не смог понять, что творится у неё в душе.

В какой-то момент казалось, он её теряет, она становится совсем чужой и готова сбежать. В другой раз в ней вдруг полыхнула нежность, а потом она чуть не уронила Кокон! Случайно ли, специально? И эти слова про ледяного…

От мысли, что ледяной может переманить его итальи, кулаки и зубы сжимались сами собой.

Огненный принц перевёл взгляд на невесту. Чуть посторонился, пропуская её внутрь: предпочитал не выяснять отношения там, где могут услышать. Даже слуги или охрана.

— Что случилось, Камания? Обычно вы в таком виде по дворцу не разгуливаете.

Прохладный, едва насмешливый тон — но невеста даже бровью не повела.

Принц дождался, пока дверь плотно закроется. Всё ещё испытывая сожаление, что отпустил Ладу одну.

— Она приходила к Кокону, да? — Камания прошла чуть вперёд, развернулась, охватив себя за плечи.

— Да, — не стал отпираться Аллурен.

— Почему вы не позвали меня? Мать должна присутствовать при первом контакте!

— Я посчитал, что так будет лучше. Лада ещё не освоилась, она покинула свой мир и для неё всё это сложно. Непривычно. А вы и не пытались с ней сблизиться.

— Ладе! Сложно! А обо мне вы подумали, ваше высочество?! Я полгода хожу вашей невестой, не понимаю, что мешало нам пожениться…

— Вы же знаете, что, — устало прервал Аллурен, опускаясь в ближайшее кресло. — Таковы традиции. Вдруг у нас вообще не выйдет зачать ребёнка? Тогда наш брак не имеет смысла.

— Не выйдет? Разумеется, я не желала сближаться с вашей неполноценной итальи. Но наш брак, шэсс Аллурен, предрешён. На ком ещё может жениться принц, если не на принцессе? Меня с детства готовили к тому, что я выйду замуж именно за вас. И я настаиваю… нет, я требую сменить итальи!

— Не раньше, чем я решу это сделать, — прохладно произнёс красный.

— Это моё условие! Я не собираюсь смотреть, как вы, шэсс Дэльгар, влюбляетесь в какую-то презренную человечку!

Камания закинула руки за голову, прикрыла глаза. Под полупрозрачной тканью сверкнули контуры округлой девичьей груди.

— Итальи выбираю я! — отрезал красный, даже не взглянув на соблазнительную позу. — Это всё, о чём вы хотели поговорить, шэсса Ал-Турра?

Ледяная принцесса молчала несколько мгновений.

— Нет, не всё. Меня позвало Сердце Мира.

Взгляд огненного помрачнел. Он несколько секунд смотрел на невесту, пытаясь понять, говорит ли она правду.

— Мы недавно были у него, — отозвался.

— Тофлер тоже, — кивнула принцесса.

— Пора бы и ему задуматься о женитьбе, — не без досады пробормотал Аллурен.

Впрочем, лучше пусть ещё потянет. Чем попытается сделать Ладу своей итальи.

Ледяные выставили условие, что огненный на сей раз должен жениться первым, коль уж королева Ивирана столько времени отказывалась от союза. Даже дочь свою отдали.

Аллурен не понимал, зачем они тянут. Подозревал, что что-то замышляют — но его собственный долг это не отменяло. К его огромному сожалению.

И сейчас, глядя на ледяную принцессу, что прохаживалась перед ним, закинув руки за голову, он не верил в зов Сердца. И в то же время понимал, что не может проигнорировать. Нужно было обязательно слетать и проверить. И, возможно, снова наполнить силой.

— Хорошо, — отозвался, подавив вздох. Ему так хотелось прийти к Ладе, сжать её в объятиях и смотреть, как она засыпает… — Полетели.