Глава 17

А Тата даже испугаться не успела. Свет обрушился внезапно, ослепляя и дезориентируя, но в то же время не обжигая, а даря родное тепло. Словно пра-пращур, изготовивший артефакт, невесомо провёл бестелесной рукой по волосам. Тата стояла с закрытыми глазами, впитывая родовую благодать. Одуревший от привалившего счастья источник жадно заглатывал бьющую из звезды энергию.

Сдвоенный вой братьев Драконти вырвал её из эйфории, но было поздно.

И когда Ворон повторно ударил в древний артефакт, на этот раз лучом из синего опала, вся энергия Таты тремя мощными потоками ударила в братьев и в виверна.

— Стоять! Остановись! Нет-нет, не надо! — взмолилась она.

Тате казалось, что она кричала во всё горло, до саднения, но на самом деле получился писк, как у придушенного котёнка.

Внутренний источник, как никогда до сих пор, послушный хозяйке старался закрыться и отрезать себя от внешнего мира. Но адская машинка Ворона не оставила ему ни малейшего шанса.

Противоестественный огонь двигался совершенно бесшумно, но Тате казалось, что пламя ревело разъярённым зверем. На самом деле это была не более, чем игра подсознания и — немного — шум в ушах от перенапряжения.

Тата не смотрела на Ворона, ей было всё равно, даже если бы его испепелило на месте. Её взгляд был прикован к братьям Драконти. В тот миг, когда синий огонь охватил их тела, она малодушно закрыла глаза руками и беззвучно зарыдала.

И вот что удивительно: с закрытыми глазами она слышала лишь мертвенную тишину и своё шумное дыхание. От этот становилось ещё страшнее. Воображение рисовало картины одну ужаснее другой — от оплавленных останков до кучек пепла, сиротливо лежавших на полу.

— Открой глаза! Открой глаза! Открой глаза! — исступлённо шептала она как заклинание, не в силах заставить себя сделать такое простое действие.

Неожиданно среди жуткого безмолвия громом прозвучало:

— Ну, ты и зажгла, детка-а-а!

— Я не хотела! — горько прошептала Тата.

А потом до её измученного сознания дошёл смысл услышанного, и кто именно говорил.

Она распахнула глаза и чуть не заорала от неожиданности.

За прозрачной преградой стоял смутно знакомый парень с пепельными волосами, в голубых потёртых джинсах и свободном сером свитере. Спустя долгих две минуты до Таты дошло — парень казался знакомым, потому что в чертах его лица угадывалось отчётливое сходство с Джоблейком.

— Грин? — неуверенно спросила Тата.

Он в ответ подмигнул и расплылся в хитрющей улыбке.

— А где… — она хотела спросить, где Джо, но подавилась фразой, увидев мрачного чёрного дракона.

— Гляди-ка, Джонни, она тебя узнала, — хохотнул Грин, толкая брата локтем.

— Вы смогли снять заклятие? — придушенно пискнула Тата.

— Ты смогла. Точнее, не сняла его, а каким-то образом поменяла его полярность, — под недовольное пыхтение Джоблейка, ответил Грин.

— Я правильно поняла? Теперь Джо дракон, а ты — человек? — жалобно спросила Тата.

— Вот именно, — развёл руками Грин, — но я не жалуюсь.

— А ты? — Тата посмотрела на сыщика.

Его ответ заглушил глухой стук. Ворон, про которого Тата совершенно забыла, окаменелой скульптурой завалился на бок. При ударе об пол с его крыла соскользнул тот самый артефакт из мультиопалов. В тот же миг исчезла преграда, а с рук и ног Таты соскользнули ремни.

Джо и Грин моментально оказались рядом.

— Он умер? Совсем? — голос Таты предательски дрогнул, как и она сама.

Оказывается, долгое стояние в одной позе ослабило её мышцы.

Грин ловко подхватил её под руку и усмехнулся краем рта, услышав глухой рык брата.

— Ничего личного, Джо, просто мне сподручнее, — поднял свободную руку Грин.

Сыщик недовольно мотнул мордой и склонился над Вороном.

— Живой, — констатировал он под облегчённый вздох Таты.

— Пожалела его? — шепнул Грин и тут же получил по уху когтистой лапой.

— Соблюдай приличия, зелёный! — сварливо проскрипела Кара, вылезая из волос хозяйки.

— Жестокая детка! — кхекнул Грин, показательно потрясая расцарапанной рукой.

— Правильно, нечего лезть к чужим…

— А ты не забывай, что согласия отцу так и не дал, — ехидно оборвал брата Грин.

Тата навострила уши, но братья свернули тему, ограничившись выразительными переглядками. Но она почему-то заподозрила, что сказанное было каким-то образом связано с ней.

— Пакуем его и выдвигаемся в город, — скомандовал Джо.

— Без звезды никуда не пойду! — заартачилась Тата.

Сыщик оценивающе посмотрел на артефакт и обречённо вздохнул:

— Я один не унесу и артефакт, и Ворона.

— Грин? — вопросительно посмотрела Тата.

— Только для тебя, детка! — проникновенно проговорил он. — Совершенно случайно у меня завалялась пространственная сумка для улик.

— И ты молчал? — хором воскликнули Джо и Тата.

— Ой-ой, поберегите мои уши! — притворно сморщился этот лицедей. — И когда только успели спеться?

«Клоун», — со смесью осуждения и восхищения подумала Тата.

— Клоун! — эхом её мыслей цыкнул на брата Джо.

— Зато со мной весело, потому что в отличие от некоторых, я не бука, — задрал нос Грин.

Тата весело рассмеялась. После всего пережитого её наконец-то опустило. Надо отдать должное, Грин умел приободрить и разрядить обстановку, и делал это мастерски.

— Давай сюда сумку, — оказалось, сыщик уже снял звезду и осторожно держал в когтистых лапах.

В то время как братья упаковывали её, Тата, руководствуясь внезапным импульсом, подобрала опаловый артефакт и сунула в карман. И этот поступок не имел ничего общего с клептоманией или неодолимой тягой к драгоценностям. Её вела голая интуиция.