56: Марс

На какой-то миг дыхание перехватило.

Что я творю?

Лада тряпичной куклой осела в мои руки, и я прижал её к себе. Сердце безумно стучало, руки дрожали, но я крепче обнял Ладу, не позволяя ей упасть. Она слабо пыталась двигаться. У меня не хватило решимости вырубить её серьёзно, я лишь резко передавил сонную артерию, слабость и безвольность Лады не продлится дольше пары минут.

Я должен был это сделать.

Должен её спрятать.

Подхватив Ладу на руки, заглянул в её бледное лицо, в полуприкрытые, словно пьяные глаза. Она не потеряла сознание окончательно, ещё пыталась бороться, но без магии Лада слишком слаба.

— Прости, — искренне попросил я.

Но мне самому это извинение показалось невыносимо лживым. Я боялся не только за Ладу. За себя я тоже боялся.

Искусанные губы Лады приоткрылись, шевельнулись беззвучно… Словно она о чём-то умоляла.

Просила за Лонгвея?

Сердце потяжелело. Почему Ладу так встревожило его появление в тот момент? Она уже поняла, что он к ней неравнодушен? Они объяснились друг с другом? Она им заинтересовалась?

Конечно, наследный принц куда привлекательнее бессильного, всеми осуждаемого герцога.

Гнев жаром полыхнул в груди, и я сурово посмотрел на Ладу. В этот момент её слабость уже не вызывала столь острое чувство вины. Напротив, желание запереть её подальше от Лонгвея и освободительного движения усилилось.

Нет, я должен думать спокойно. Действовать немедленно.

Одёрнув себя, посмотрел вниз. Помимо деревянного пола с металлическими перекрытиями от земли меня отделяло пустое пространство подвала.

И почему инспекторы порядка не построили себе подобие каменного замка? Тогда я смог бы нырнуть под землю прямо отсюда. Но, наверное, они построили такое вроде бы хлипкое в сравнении с каменным строение, чтобы сильные маги земли не могли незаметно проникнуть внутрь.

Хоть и не хотелось рисковать разоблачением, я направился к выходу, чтобы сразу с ближайшего газона нырнуть под землю.

Лада зашевелилась активнее. Она оказалась крепче, чем я ожидал, следовало поспешить, если я не хотел снова с ней бороться. Только обезопасив Ладу и себя, я смогу разбираться с ситуацией дальше.

Влажный воздух охватил меня на крыльце, я застыл от изумления: пространство вокруг здания совершенно изменилось. Деревья, живые изгороди и цветы лежали мокрыми комками, всюду блестели на солнце лужи. Из всех фонарей вертикальным остался только один. Как будто по парку прокатилась волна цунами. Впрочем, отчасти так и было: пусть Лонгвей ещё только подросток, но он, как и его отец, морской дракон, его способность управлять водой и её подконтрольный объём превосходили речных и водных драконов.

И это стало проблемой. Я оглядывал огромные лужи, вымытые ударами воды ямы, траншеи и бьющие в разных местах родники… С таким буйством стихии, как только станет известно, что это не совместное творение нескольких водников, а всплеск одного студента, личность Лонгвея будет невозможно скрыть.

Я тяжело сглотнул: возможно, освободительное движение уже в курсе ситуации. Скальп стал неметь от предчувствия надвигающихся проблем, на сердце потяжелело ещё сильнее. Мне не поверят, если скажу, что не знал о настоящей личности некоего барона Фенг Ина.

Что сделает освободительное движение теперь, когда они убедились в моём намерении поддержать наследного принца? Ведь иначе не объяснить тот факт, что я скрывал от них Лонгвея, когда они так активно пытались заманить его в Академию.

Поверят ли они, если скажу, что просто набивал цену за свою помощь?

— Мы должны… мы… Хаос… — пробормотала Лада.

Она снова попыталась вырваться.

— …Фенг Ин…

Её слабый голос ударил по сердцу: почему сейчас она вспоминала о нём? Если ответила на мой поцелуй, почему продолжала беспокоиться о Лонгвее? Неужели думает, он использует Артефакт, чтобы досадить мне? Нет, в этом случае Лада беспокоилась бы обо мне… наверное. Я скрипнул зубами и шагнул с крыльца.

Вода брызнула под ногой, намочив брюки. Вода вокруг продолжала течь, подпитанная взбесившимися родниками и разбитой системой доставки воды в фонтаны.

Проклятье!

Пропитанная магией Лонгвея вода мешала моей связи с землёй. Его выплеск силы был слишком яростным, а мои эмоции сбивали концентрацию, ещё больше усложняя контроль над землёй.

Будь оно всё проклято!

Стиснув зубы, крепче прижав Ладу к себе, я по щиколотки вошёл в воду и направился к небольшому возвышению земли рядом с вывороченной живой изгородью.

— Фенг Ин… — Лада слабо сжала лацкан моего пиджака. — Путь к Артефакту в башне… в башне…

Нога провалилась в яму, я покачнулся, едва удержав равновесие. Лада обхватила меня за шею. Её дыхание защекотало кожу, побежали мурашки, и сердце предательски потеплело. Это тепло растеклось по телу, лишая меня решимости.

— …мы должны… что-то сделать… колокольная башня, самый верх…

Закрыв глаза, я заставил себя отбросить эту тёплую сладость сердца. Упрямо зашагал к выступавшему над водой пласту земли.

— …что-то должно случиться, — голос Лады окреп.

Она приходила в себя после удара, ещё немного, и снова придётся удерживать её силой, возможно, причинить боль.

«Это для её блага», — уверил себя.

Вода была вязкой, затягивала, словно болото — словно она пропиталась негодованием, злостью и болью Лонгвея и, как и он, желала меня остановить. Приложив усилия, я вырвался из её тягучей хватки, нога ступила на пласт земли, но на мокрой коже началось противное покалывание.

Вода — вернее, выплеснувшаяся для контроля над ней магия — точно сохранила часть негатива ко мне.

Проклятье! Будь оно всё проклято!

Ещё рывок, и я пробился сквозь эту подавляющую пелену и ощутил надёжный контакт с землёй. Она тоже пропиталась водой, но эта земля уже моя стихия. Волевое усилие — и земля подчинилась, распахнула свой тёмный, прохладный зев.

— Марс! — Лада упёрлась в мою грудь ладонями, испуганно огляделась.

Удерживая её в своих руках, я прыгнул во тьму открывшегося прохода. Земля охватила нас. Лада вскрикнула и, наконец, перестала вырываться, прижалась ко мне, вызвав новый прилив тепла в груди. Я ощущал присутствие враждебной воды рядом, она ещё пыталась мешать, но я проваливался в глубину, подальше от бешеных потоков, и близость Лады, её тепло, её нежный цветочный аромат делали тьму и тишину вокруг нас такой умиротворяюще родной.

Руки Лады крепче обвились вокруг моей шеи, она вжималась в меня, бешеный стук её сердца отдавался в каждом нерве.

— Не бойся, — я прижался губами к её шее, мягкие волосы Лады защекотали нос. — Я защищу тебя. Никто тебя не обидит…

Ложь!

Горечь наполнила душу, губы невольно скривились: как я могу защитить Ладу, если не способен защитить даже себя? Где взять силы на это?

Артефакт! — эта мысль обожгла.

Лада сказала, где его искать.

Я должен туда пойти и загадать желание, чтобы со всем разобраться.

Но что, если Артефакт дал подсказку только для кого-то одного? Не зря же столько разговоров об отборе претендентов. Что, если через найденный Лонгвеем путь может пройти и загадать желание только кто-то один?

В темноте я направлял созданную транспортную полость к одному из редко используемых корпусов, в котором можно спрятать Ладу. Она снова что-то заговорила, но я слишком погрузился в свои мысли, а управление землёй ещё сильнее нагружало разум, не позволяя чрезмерно разделять сознание. Одна часть занималась путешествием, а вторая думала об Артефакте, и сердце наполнялось решимостью. Надежда всё разрешить одним махом выбила из меня горечь отчаяния, оставив только рвение достичь своей цели.

Я должен первым заполучить возможность загадать Артефакту желание. Ради Лады, ради Бергхольда, ради моего отца и самого меня.

Я должен использовать этот шанс. Любой ценой.