Глава 2

— Лина, ты что тут, спала? — спросил удивлённый Соян, заходя ко мне в кабинет. — А я, между прочим, тебя в комнате искал.

Я на это только агукнула, перевернулась на другой бок, продолжила спать. Но меня бесцеремонно взяли на руки и усадили к себе на колени.

— Лина, извини, что потревожил, но мне нужно идти на работу, а я ещё не принёс клятву верности, так что тебе придётся её выслушать сейчас. А после я тебя положу обратно на диванчик, где ты сможешь досмотреть свои сны. Даже обещаю одеялом накрыть, — произнёс Соян, целуя меня в лоб.

Я опять агукнула, зевнула, немного прогнулась в пояснице и положила голову на его плечо. Он так же произнёс абракадабру, как и все до него, я снова только агукнуть смогла, как правое запястье обожгло, как будто руку подставили под струю горячей воды, которая постепенно нагревалась до кипятка. Мне пришлось открыть глаза, и посмотреть на ожидающего чего-то Сояна. А когда поняла, что он от меня хочет, стала повторять за ним слова клятвы. На это он только улыбался и поцеловал меня в губы.

Поцелуй, конечно же, замечательный, и в другой раз обязательно повторю, но сейчас мне очень сильно хотелось спать, да и ему на работу пора.

— А теперь будь добор положи меня, где взял. Я очень хочу спать, — попросила, разрывая поцелуй.

Тот на это только улыбнулся, положил меня обратно на диван, укрыл одеялом, уходя, чмокнул в губы. Я на это только улыбнулась, перевернулась лицом к стене и укуталась посильнее в одеяло, хотела поспать ещё часика два. Но после вспомнила, что и сама хотела съездить сегодня в академию. И пока Соян не уехал без меня надо его вернуть.

— Соян! — крикнула я, выбегая в холл.

— Что? — спросил тот удивлённо стоя возле двери.

— Подожди меня, мне тоже нужно в академию. Сейчас я быстро приведу себя в порядок и спущусь, а ты жди тут, — прошу его, и бегу по ступенькам на второй этаж.

Быстро приведя себя в порядок, надев изумрудную амазонку, прихватив рюкзак, я выбежала из дома, где меня ждал не только Соян, но и Севарнат. Уже не удивляюсь, откуда Севарнат узнал, что я куда-то еду. Быстро запрыгнула на гуану рядом с Сояном, и мы выехали из дома. По дороге я толком не разговаривала, а продолжала дремать.

На остров нас перевёз тот же лодочник. И так как парни уже знали чего ожидать от меня, если я пойду своими ножками по тропинке, по ней меня нёс Севарнат. А я, как и в прошлый раз, рассматривала прекрасную картину, открывшуюся перед моими очами, которую можно посмотреть, а ручками потрогать не дадут.

На поляне, где ранее было тихо и спокойно, сейчас по улицам бегала детвора и гуляли девушки с парнями.

— Отпуск кончился? — спрашиваю я.

— Да, учителя сейчас принимают зачёты у отстающих студентов. Подготавливают аудитории для занятий, как и материалы, да и составляют план по обучению, — ответил Севарнат.

— А ты как? — спросила у Севы.

— А я как раз сейчас всё просмотрю, пока ты будешь ходить за учебниками, — улыбнулся тот. — И если ты забыла, я — мастер кри и, думаю, совсем справлюсь, не находишь?

— Нахожу, что тебе тут будет скучно, — улыбнулась в ответ.

— Не думаю. Давно хотел посмотреть, чему учат в других академиях, — ответил тот.

— Соян, солнце, а ты уже смотрел свой домик? — спросила у того.

— Нет, на данный момент он мне не нужен, пока домой приезжать буду. Вот когда ты сюда переберёшься, тогда и посмотрю. Если понравится, перееду сюда, — ответил тот, шагая по улице.

А проходящие мимо нас студенты, всё чаще начинали о чём-то шептаться, косясь в нашу сторону. И что-то мне подсказывало, что нужно учиться ходить своими ножками, а то потом слухов не оберусь.

— Севушка, будь добор отпусти меня, пожалуйста, — прошу того. Тот удивлённо на меня посмотрел, но продолжал нести дальше. — Сев, мне тут ещё учиться, а тебе преподавать, лишние слухи нам ни к чему, так что будь добр поставь меня, пожалуйста.

Меня поставили, и хотя дальше я шла своими ножками, но меньше смотреть на нас, не перестали.

Перед воротами в академию стоял Роми, который, увидев меня, просиял, как и я в ответ. Всё-таки хороший он парень. Добрый.

— Здравствуй, Роми, рада тебя снова видеть, — поздоровалась я, подходя к нему. — Ты сейчас занят?

— Светлого дня. Нет, не занят, — ответил тот.

— Вот и отлично, тогда, Соян, удачного тебе рабочего дня, увидимся вечером дома. А с тобой, Сев, встретимся тут, скажем через два часа. Всё, мы ушли, — попрощалась я с ребятами. Взяв под ручку Роми и не обращая внимания на удивлённых мужчин, повела его внутрь академии. — Роми, мне нужно сначала к кладовщику, после к библиотекарю и напоследок получить комнату у комендантши. Поможешь?

— Помогу, — улыбнулся тот.

— Вот и отлично, — улыбаюсь ему в ответ. — Ну, рассказывай, что тут новенького?

— Да ничего, всё так же встречаю и провожаю поступающих существ, — пожал тот плечами.

— И ничего интересного? — удивилась я.

— Нет, — погрустнел тот. — Со мною же никто и разговаривать не хочет. Все считают себя выдающимися магами, и им, видите ли, по статусу не положено общаться с целителями. А по итогу получается, что у них у самих магия только на целительство и тянет, а бывает, что её вообще нет.

— Понятненько, — протянула я. — Но не переживай, скоро твоя отработка закончится и начнётся учебный год.

Кладовая или склад находился, как и ожидалось, в подвальном помещении, а вот сам кладовщик под описание не подходил. Никакого толстячка на ножках или злобной бабушки там не было. За стойкой сидел симпатичный вампир: тёмноволосый, красноглазый, с белоснежной кожей. Даже два клыка, которые виднелись, когда тот улыбался, не отпугивали, а скорее привораживали. Так и хотелось проверить, не бутафория ли. И одет, как ни странно, в форму травника, а не некроса. Сидел вампирчик за столом, и читал книгу по травам (по крайней мере, так гласила обложка книги).

— Валесий, светлого дня, — поздоровался с ним Роми. — А где ниса Цисиния?

— Ушла попить чайку с гарпиями, а ты что с новенькой таскаешься, сама что ли дорогу не нашла бы? — спросил тот, рассматривая меня.

— Не груби, Вал, она хорошая и пришла за вещами. И я сам предложил ей помощь, — ответил ему Роми, начиная хмуриться.

— На кого хоть поступила? — спросил Валесий, доставая из шкафа огромную книгу и кладя её на стол. — Хотя, что я спрашиваю, целительство.

— Не угадал, ищейка она, — усмехнулся Роми.

— Светлого дня, — поздоровалась я, хотя и была недовольна его пренебрежением в мою сторону.

Тот посмотрел на меня ещё раз внимательно, а после рассмеялся.

— Она и на ищейку? Да ты смеёшься надо мной, — усмехнулся тот. Но увидев наши серьёзные лица, язвить перестал. — Лучше переведись, там девчонки не выживают. На что хватает их детской психики — это на полгода, так что подумай хорошенько. Давай бумаги, ищеечка.

Я полезла в рюкзак, достала нужный лист и передала его Валу. Тот прочитал список необходимых вещей и стал что-то писать в книге. А перед нами как по волшебству стали появляться вещи из списка: две повседневные униформы, спортивная и парадная форма, обувь, всё для комнаты и банные принадлежности. Я ожидала, что мне выдадут уже ношенные вещи, но нет, даже постельное бельё и то было новым.

— Ты на него не сердить. Грубый? Да. Но он нормальный парень. Если что не нравится, говорит в открытую, не как остальные, — прошептал мне на ухо Роми.

— Я и не сержусь, такая реакция предсказуема, — пожала плечами.

— Повседневная и спортивная форма выдаётся на год, всё остальное на пять лет. Если подожжёшь или порвёшь, будешь ходить в заплатку, новую не выдадут, — ответил Вали стандартную фразу. — Распишись тут и тут, и можете идти.

Расписавшись в его книге и забрав свои вещи, убрала всё в рюкзак. Попрощавшись, мы направились в библиотеку.

— Роми, скажи, а у вас тут что, так принято? — спросила у него.

— Как? — спросил тот, не понимая.

— Отрабатывать, — поясняю ему. — Просто я думала, если не сдашь какой-либо предмет или навредишь кому-либо, тебя просто выгонят из академии. По крайней мере, так в правилах написано, а тут, я вижу, можно отрабатывать.

— Эти правила действуют только для первого этапа, на нём многие и вылетают. А после каждый преподаватель за своего ученика глотку перегрызёт. Ведь поступающих очень много и на один факультет набирают около ста пятидесяти студентов со всех миров. А вот под конец обучения с одного факультета с дипломом выходят всего учеников десять, если не меньше. Остальные по тем или иным причинам покидают академию. Например, умер на практике, кто-то не выдержал нападков одногруппников или учителей, а может и темпа обучения. А вот если ты успешный ученик, и за тебя есть кому заступиться, то ты идёшь отрабатывать за каждое нарушение, например, прогул или неуд, — пожал тот плечами. — Но если ты никому из профессоров не понравился, то придётся туго, потому что точно вылетишь. Они-то в первую очередь и постараются, но тебе-то по этому поводу переживать не стоит.

— Почему? — спросила я удивлённо.

— У тебя же есть мастер де Илер, — ответил тот так же удивлённо.

Севарнат? Ну-ну.

— Не-е, тот не поможет, если я буду полным профаном по его предмету. Даже вещи поможет собрать, так что тут ты не прав, — усмехнулась я и перевела тему. — В библиотеке так же? — спросила у него.

— Туда ссылают особенно часто и в основном девушек. За книгами уход нужен, чтобы они оставались как новые. А для этого нужно очень много магии, как и для подпитки магических книг. А зачем тратиться самим преподавателям, если провинившиеся есть? Они и магию не пожалеют, да и всё в порядок приведут, — ответил тот подмигнув.

Подойдя к большим дверям библиотеки, я прочитала то, что написано на висевшей перед глазами табличке: «Соблюдайте чистоту и тишину». А ниже уже дописано от руки: «Тишина — это сила, тишина — это вера. В тишине ты цел, спокоен и здоров. А нарушив тишину, сразу станешь ты смотреть на всех тихо, хмуро и спокойно, так как успокоен (но букву С решили зачеркнуть) будешь ты. Ведь Потремич всегда рядом, Потремич всегда близко, Потремич всегда знает, где храниться ветребрянка».

— Что такое ветребрянка? — спросила я у целителя.

Тот покраснел и промолчал. Ладно, у своих ребят спрошу, если не забуду.

— Это одно зелье, которое помогает тебе избавиться от всего лишнего в организме, — ответил мой провожатый, открывая дверь.

Отличный у них библиотекарь, с фантазией.

— И что Потремич может насильно заставить тебя это выпить? — интересуюсь дальше.

— Нет, ты выпьешь его сама и добровольно, у Потремича сильный дар убеждения. И ветребрянка это не самое худшее, что он может сделать с тобой, если вдруг ты нарушишь тишину в читальном зале.

В который раз убеждаюсь: «Предупреждён, значит вооружён!».

Ну ни фига себе библиотека, да здесь заблудиться раз плюнуть. И тут точно нужно родиться бессмертным, чтобы всё это прочесть и при том ещё, не прерываясь на сон и еду.

Мы стояли как будто на балконе, где позади нас закрылась резная дверь чёрного цвета, над ней зависла надпись: «Выход», которая мигала то синим, то зелёным светом. А поразило меня то, что дверь стояла сама по себе без стены, а обогнув её можно увидеть продолжение балкона, а за ним продолжение библиотеки, но никак не коридора. Светло, и уютно. Полукругом шли золотистые перила, как будто ограждая ученика от необдуманного шага проверить, как глубоко располагается библиотека и долго ли придётся лететь. Подойдя к самому краю, я стала рассматривать открывшийся передо мной вид. Книги летали по всему залу, как будто их перемещал кто-то невидимый. Объяснение на это у меня было только одно: «Заклятие левитации». Самое интересное, что сами книги стояли как будто на полках, но полок-то не было. Может, они просто прозрачные? Книги, подлетая к определённой полке, как будто зависали на определённом уровне, а рядом с этой полкой загоралась табличка с номером и буквой. Но я так и не смогла разглядеть, где начинаются или заканчиваются стеллажи с книгами. Не было видно ни потолка над головой, ни пола внизу, если перегнуться через перила, ни стен вокруг, только множество книг уходящих ввысь. Я даже решила не интересоваться пока где тут книжный зал, пусть будет потом сюрпризом.

Справа шла лестница, спускающаяся на ещё один балкон, так же огороженный перилами, где посередине стоял большой деревянный стол. К нему меня и потянул Роми. За столом сидела красивая эльфийка с факультета целительства, блондинка с голубыми глазами, очень похожа на фарфоровую статуэтку. Она, так же как и вампирчик, читала какую-то книгу и при каждом перелистывании страница томно вздыхала. Ясно, читает роман, уж явно над школьной книгой томно не повздыхаешь.

— Светлого дня, Ксева, а где Потремич? Я тут тебе студентку привёл, она поступила на ищейку. Можно ей книги получить? — спросил Роми, краснея и смущаясь.

Понятно, кто-то кому-то нравится. Девушка действительно красивая, так что неудивительно.

— Светлого Роми, — подняла Ксева глаза на нас. — Потремич ушёл к гарпиям. Давайте ваш список, я выдам всё что необходимо.

— Светлого дня, — поздоровалась я, так же доставая листок со списком необходимых книг, который я передала Ксеве.

— Подождите, сейчас всё заполню, — попросила та, доставая чистую книгу и внося мои данные.

Видимо, эта книга будет моей карточкой. Процедура повторилась, как ранее на складе, когда весь список был внесён в книгу. А после, все появившиеся книги сложены аккуратной стопочкой на столе, я расписалась за каждую взятую мною книгу, мне наконец-то разрешили их забрать. Забрав книги, мы попрощались с эльфийкой и пошли к комендантше, которая была следующей в моём списке посещений.

Кабинет комендантши находился рядом с кабинетом отдела кадров. Где нас встретила орчанка — женщина в возрасте, с которой уж точно не забалуешь, а то одним ударом тебя отправят в больничку.

— Иди одна, я тебя тут подожду, — произнёс Роми, возле открытой двери. Я посмотрела на него удивлённо. — Это ниса Исшана, у нас с ней изначально возникли разногласия в паре вопросов, так что тебе лучше идти одной.

— Хорошо, — улыбнулась ему, заходя в кабинет.

— Светлого дня, ниса Исшана, мне бы комнату получить, — поздоровалась я, подавая ей документы на заселение.

— Светлого дня, — пробасила она, посмотрев на меня хмуро.

— Как относитесь к мужскому полу? — спросила та.

— Нормально, — ответила удивлённо.

— К женскому? — спросила она снова.

— Дружу, — ответила, так же пожав плечами.

— Расы нелюбимые есть? — задала Исшана уже следующий вопрос.

— Не думаю, точнее, пока нет, — ответила я.

— Высоты, темноты, или что-то другое боитесь? — снова вопрос.

— Нет, ниса, люблю нормальную температуру, чтобы было ни холодно и ни жарко, а так недолюбливаю насекомых. Точнее, когда они мимо проползают или пролетают мне на них фиолетово, то есть всё равно, а вот когда по мне ползают — неприятно, — ответила честно.

Та хмыкнула и что-то записала в своей книге.

— Как к мёртвым относитесь? — спросила снова.

— Эм… никак не отношусь, — отвечаю.

Та подняла на меня злой взгляд.

— Издеваться вздумала! — как рявкнет так, что у меня аж сердце в пятки ушло.

Видимо, ей уже так отвечали до меня и не раз, или даже кто-то проверял орчанку на выдержку. Надо исправлять положение. С комендантшами надо дружить, а то мало ли куда может заселить. Сейчас от неё зависит, буду ли я спать спокойно в своей постели или бодрствовать.

— Никак нет, ниса, правду говорю, я их всего раз видела — отрапортовала. — Как-то больше не приходилось. Родители ещё живы, как и родня, а бабушка с дедушкой с маминой стороны погибли ещё до моего рождения, с папиной стороны — когда мне было пять, так что я покойников, только издали видела, а зомби или ещё кого, так ни разу и не видела, — ответила ей. Про телевизор промолчала, а то ещё объясняй что это такое.

— Повезло, — усмехнулась та, успокаиваясь, а после подбодрила: — Ничего, скоро представится случай со всеми познакомиться.

— Наверное, — пожала я плечами.

— Будешь жить в мужском крыле, там как раз одна комната освободилась. Тебе подойдёт. После одиннадцати никого к себе не пускать, — помахала она пред моим носом указательным пальцем. — С правилами ознакомилась?

— Да, ниса, — кивнула ей.

Я так скоро болванчиков стану.

— Вот и хорошо, значит, объяснять ничего не надо. Держи ключ, комната на одного, так что и тут тебе повезло. Не повезло что с парнями, но ванная и туалет в комнате, так что всё-таки повезло. Также комната закреплена за тобой на всё время обучения, если разнесёшь, будешь спать на обломках, всё ясно? — спросила Исшана.

Я опять кивнула.

— Вот и умница. Иди, а то Роми тебя заждался, — усмехнулась Исшана.

— Спасибо, — поблагодарила орчанку.

Взяв ключ и заполненный лист по заселению, попрощавшись, пошла к Роми.

— Ну что куда заселили? — спросил тот.

Я развернула листочек и прочитала:

— Южная башня, комната номер триста пять, двенадцатый этаж.

— В мужское общежитие? — спросил тот удивлённо.

— Да, а что? С ним что-то не так? — спросила у него.

— Да ничего. Обычно наоборот, меня вот среди пяти девушек поселили, или, бывает, половина на половину, но не так, — сказал тот.

— А почему у вас нет раздельного женского и мужского общежития? — интересуюсь далее.

— Потому что раньше так и было, как и запрет появляться парням на женской половине или наоборот. Вот парни или девушки шли на хитрость, чтобы пролезть по стене в комнату к возлюбленным. Но ты сама видишь, стены гладкие и зацепиться толком не за что, а левитацию изучают только на третьем этапе. И по итогу не долезая до нужного окна, срывались и ломали себе конечности или вообще многие насмерть разбивались, этажи-то не низко расположены. Вот после пятнадцатой смерти директор сказал, что пусть живут как хотят и спят с кем хотят, лишь бы на его порог больше не приходили разгневанные родители. А если кто с пузом оказывался, возмущённым родителям директор предлагал вернуть, раздельные общежития, и пусть ученики сворачивают себе шею дальше, те и отстали, — объяснил Роми.

— Понятно. И как, многие с пузом ходят? — спрашиваю, шагая следом за парнем.

— Не поверишь, но после этого указала, беременных уменьшилось втрое, — усмехнулся он.

Я же на это только рассмеялась. Ожидаемо. Говоришь: «Нельзя», а они всё равно делают как им надо. А когда разрешаешь что-то сделать, то это сразу перестаёт быть интересным, пропадает азарт. А может быть, некоторые девушки так развлекались, например, проползёшь по стене до моей комнаты и я твоя. А тут уже азарт пропал, кому будет интересно, когда парень просто может постучать к тебе в дверь? Никому.

— Интересненнько тут у вас, — рассмеялась я, подходя к общежитию.

Н-да, башня красивая и обычная, по крайней мере, снаружи, а вот внутри необычно. Общий зал в серо-чёрном тоне, где возле стен стояли книжные шкафы высотой почти до потолка, полностью забитые книгами. А разделяло эти шкафы друг от друга только пять чёрных дверей, по-видимому, комнаты учащихся. И окно, возле которого стоял обеденный стол с парой красивых стульев. Посередине зала лежал круглый ковёр, а на нём полукругом стояли два мягких дивана с парой кресел.

Пять закрытых дверей, белый потолок, коричневый пол и ни каких лестниц, лифтов и других способов попасть наверх я не нашла. Как они попадают на следующий этаж? До этого момента мне тут всё было понятным, мы проходили по обычным коридорам и лестницам, а здесь их нет. И как, скажите, подниматься наверх?

— Ты что, никогда не была в таких зданиях? — спросил Роми, рассматривая моё нахмуренное лицо.

— Была, но там были винтовые лестницы, уходящие ввысь, — отвечаю, пожимая плечами.

— Понятно, тут тебе просто нужно назвать номер комнаты и тебя перенесёт на нужный этаж. И не забудь меня пригласить в гости, без твоего разрешения я не смогу пройти дальше, — произнёс Роми.

— Двенадцатый этаж, комната триста пять, и приглашаю в гости Роми, — произнесла я громко.

Я почувствовала только, как меня кто-то приподнимает немного над полом. И пока висела в воздухе, перед глазами начали проноситься различные цвета, останавливаясь на тёмно-синем. Зал оказался идентичный первому этажу, различие только в цвете. Как только перестало рябить в глазах, меня поставили на пол.

Моя дверь с номером триста пять располагалась посередине других комнат. Подойдя к своей двери, стала её открывать, и как только она распахнулась, на ней появилась табличка с моими инициалами.

— Пожалуйста, можно просто, Лина? — попросила у двери, поняв принцип действия. Дверь засветилась и поменяла на укороченное мною сокращение. — Спасибо.

— Не знал, что тут так можно! — воскликнул удивлённо Роми за моей спиной.

— Тут же кругом магия. А я из своего мира знаю, что магия живая и со своим характером. И поэтому с ней лучше дружить, чем враждовать, а то и без неё можно остаться, — ответила ему, пожав плечами. Комната, как я поняла, принадлежала некроманту, так как обитатель любил тёмные тона и минимализм в мебели. Решила уточнить у моего сопровождающего: — Это стандартная обстановка?

Небольшая комната, сделанная в мрачных серых тонах, где из мебели слева стояла двуспальная кровать, возле неё у окна — письменный стол со стулом. Чуть поодаль справа располагалась дверь в уборную, а возле неё — небольшой шкаф для одежды.

Ванная комната тоже сделана в серых тонах. Это, я как поняла, чтобы пыль меньше было видно. Маленькая комната, где умещалась справа ванная, слева раковина, унитаз и стиральная машина.

— Почти, но Тайлер переделал комнату под себя, — ответил Роми.

— Что за Тайлер, и как переделал? — Я посмотрела на него вопросительно.

— До тебя тут жил Тайлер, который закончил обучение в этом году, и учился он на некроса. Да и со своими соседями ты навряд ли встретишься, они учатся на двадцать первом курсе, а там идёт почти одна практика, и так оставшиеся четыре года обучения. Так что жить тебе на этаже почти всё время одной.

— Великолепно, — произношу нерадостно. — Так и соли будет не у кого попросить.

— Я тебе одолжу, — произнёс Роми, не понимая моего юмора.

— Не надо. У нас просто бывает такое, что если парень нравится, то могут и из соседнего подъезда за солью прийти. Вот и перешло такое выражение в шутку, — объяснила ему усмехаясь. Тот хмыкнул, но промолчал. — Что, пошли назад? Комнату я осмотрела, что нужно будет взять с собой, поняла, а так — ремонт сделаю, когда вещи привезу.

— Идём, — ответил он. — Лина, а у тебя парень есть?

От неожиданности я чуть об порог не споткнулась.

— Я думала, тебе Ксева нравится, — произнесла удивлённо.

— Нет, мы просто друзья, — улыбнулся тот покраснев.

Видимо, кто-то нечестен сам с собой.

— Нет у меня парня, — отвечаю на заданный вопрос и, увидев, как преобразился Роми, добавила. — Извини Роми, но мне другой парень нравиться, а точнее двое парней, мы просто пока не вместе.

Дальше шли молча. Я смотрела на печального Роми и уже думала, что нашей начавшейся дружбе конец, но и привычку давать ложную надежду не имею.

— Оу, понятно, — произнёс он, когда мы вышли из академии и увидели Севарната. Возле него туда-сюда ходила стайка девушек, на которую он не обращал никакого внимания. — Это…

— Не говори, но да, — перебила я его, боясь, что Сев услышит. — Просто ещё не выбрала, кто из них мне нравится больше.

— В смысле, зачем выбирать? — спросил тот удивлённо.

— Потому что влюбиться в двух парней для меня это нонсенс. Как я считала ранее, что истинная половинка должна быть одной и на всю жизнь, но никак не две. И вообще, давай мы закроем эту тему хотя бы на неопределённый срок, — попросила его покраснев.

Севарнат уже наблюдал за нами и, видно, слушал, о чём мы говорим.

— Понял, тогда друзья? — спросил тот.

— Друзья, — улыбнулась ему. — Спасибо, Роми, ты опять меня выручил. Ну что, увидимся через месяц? — начала прощаться с парнем.

— Обязательно, — усмехнулся тот.

Помахав ему на прощание, я побежала к Севу.

— Ты без меня скучал? — спросила, улыбаясь демону.

— Я только подошёл, — буркнул тот, направляясь на выход.

Видимо, у кого-то плохое настроение.

— И кто успел тебе в душу накакать, пока меня не было? Может мне его в угол поставить? — спросила, догоняя парня.

Тот чуть не споткнулся от моего предложения.

— Не нужно, просто гарпии сообщили, что один профессор не сможет вернуться к началу обучения. Видите ли, у него жена рожает, и меня попросили подменить его на время, — ответил Сев.

— И какой же предмет? — спросила его.

— Физическая подготовка, — буркнул тот.

— Ну и что в этом такого, ты же и в этом не промах. Даже бы сказала далеко не промах, — пожала я плечами.

— А то, что мне придётся учить таких же недорослей вроде тебя, которые не знают с какой стороны ножи брать в руку. И, между прочим, тебя тоже, — рыкнул тот.

— Не рычи. Да, меня тоже, но это не повод раньше времени злиться. Не все же умеют драться, но легко могут научиться. И я больше чем уверена, здесь тоже есть девушки, которые могут уложить на лопатки даже такого бугая как ты, — усмехнулась я.

— Сомневаюсь, — усмехнулся он в ответ.

— А вот чтобы тебе тут было интересно, давай заключим пари, — улыбнулась ему хитро, тот посмотрел на меня удивлённо. — Если в академии действительно не найдётся никакой девушки, которая бы соответствовала твоим требованиям, то я выполню совершенно любое твоё желание. Если же есть, то ты моё, как тебе моё предложение?

— Ты так сильно в них веришь? — спросил тот удивлённо, даже остановился.

— Если я в этом безнадёжна, то не значит что и другие такие же профаны, то есть, бездари. Тем более мой конёк это числа, у других это может быть что-то другое. Например, кто-то может быть полиглотом, кто-то может наизусть прочесть стихи или поэмы всех известных писателей, только раз их прочтя. И девушка может быть сильнее парня, это доказанный факт.

— Не верю, — произнёс тот твёрдо.

— У вас что там, у демонов кри, нет ни одной девушки в отряде? — спросила удивлённо.

Вот в это я точно не поверю.

— Есть две, и поверь, это за очень долгий срок. Там всё-таки очень строгий отбор, не то, что тут, — произнёс он нехотя.

— Вот и проверим, ну что, спорим? — подала ему свою руку.

— А спорим, только ты сама сказала, спорим на совершенно любое желание, — напомнил тот, поживая мою руку.

— Я помню, даже если это будет пробежаться голой по площади в обед, — усмехнулась ему.

А у Севарната на это предложение упала челюсть и долго не хотела подниматься. Разбив наши руки, я пошла дальше. Прошла домики учителей, и мне чуть-чуть оставалось дойти до леса, как мне в руки упало бордовое письмо. Интересно, от кого? Адресат не указан. Пожав плечами, открыла конверт.

Письмо вырвалось из моих рук и упало на землю, и передо мной возникла проекция красивой женщины, на вид лет сорок может сорок пять. Прямая осанка, красные волосы, уложенные в причёску, и элегантное платье в тон фиолетовым глазам. А колючий взгляд говорил, что я нахожусь на приёме у самой королевы, и если хоть шаг сделаю неправильно, то меня внесут в чёрный список.

— Лиса Снежная, я риса Сашелия Минивьева Разински, бабушка известного вами Тирста. Не знаю, что за спектакль вы устроили девочка, но хочу вам похлопать, — зааплодировала она в ладоши. — Вы даже чуть ли не провели Якуша, что это действительно дети Тирси, но меня вы не проведёте. Я не знаю, под кем вы там раздвигали свои ноги, и не хочу знать. Но знайте, если вы решите принять предложение моего внука, то вы проживёте максимум неделю, я вам это гарантирую. Проституток в нашем роду ещё не было и не будет, так что если вы обручитесь с моим внуком, я лично подсыплю вам яду, и никто меня не осудит. А так же спишу вам сообщить, что у Тирси уже есть невеста. Она дожидается его в моём поместье, очень хорошенькая девушка, чиста и невинна, как и должна быть девушка до замужества, а не падшие особы вроде вас. Надеюсь, я доходчиво объяснила вам ваше положение. А если непонятно до сих пор, то говорю прямым текстом: проститутка должна жить в борделе и ублажать господ, а не стремиться занять место не принадлежащее ей. Всего доброго.

После произнесённых последних слов письмо разорвалось на моих глазах, а я стояла и не знала, то ли мне смеяться от этих слов, то ли пожелать удачи девственнице или разозлиться за всю вылитую на меня грязь. Но я только пожала плечами, фыркнула и не стала обращать на эту сказанную чушь никакого внимания. Пошла дальше, не замечая, что Севарнат застыл на том же месте, где риса вылила на меня тону своего негатива. Обернулась посмотреть, в чем дело и куда пропал мой демон?

Севарнат застыл в полубоевой трансформации и несильно порыкивал. Такого его я ещё не видела. Черты лица заострились, красный цвет кожи изменился став чёрным, рога и когти удлинились. Интересно, какой он тогда в полной трансформации? Когда уже сейчас выглядит ужасающе прекрасно.

— Успокойся, как будто ни разу в своей жизни не получал гневных писем, — произнесла я спокойно. Сев посмотрел на меня и начал ещё громче порыкивать. Ну да, смертников посылающие гневные письма кри, не нашлось. — И не рычи на меня, Севарнат, ничего ты ей не сделаешь, ясно? Я запрещаю, у неё было отвратительное настроение, вот за счёт меня она его попыталась поправить, но у неё не вышло. Дыши, пожалуйста, ровнее. Вдох, считай до десяти, выдох и повторяешь. Давай.

Тот стал делать, как я показываю (вдох носом, считаю до десяти и выдох уже через рот). Помогло, он взял себя в руки и стал прежним. После подошёл ко мне, взял на руки и понёс к ожидающей нас лодке. В лодке и по дороге домой мы толком не разговаривали. Облокотившись на его грудь, я просто нежилась в мужских объятиях и размышляла над вопросами: за что эта дамочка на меня взъелась и о какой женитьбе она говорила, ведь я никакого предложения не получала. Или у Тирста созрел план, как избавиться от девственницы и при том за мой счёт? Или привести такую непутёвую меня, сказав бабушке, что он влюбился именно в такую экстравагантную особу, чтобы бабушка побыстрее слегла в могилку? Н-да, гадать можно до бесконечности.

В доме все ходили притихшими и смотрели на меня смущённо, как будто о чём-то хотели сказать, но не решались.

— Ну что ещё случилось, пока меня не было? — спрашиваю грустно вздыхая.

— Рис Разински приходил, искал тебя в каждой комнате, даже под каждую кровать заглянул. Видите ли, он нам не верил, что тебя нет, и мы просто тебя прячем от его гнева. А после, когда понял, что мы не врём, передал тебе вот это, — сказала Нои, протягивая мне синюю коробочку и жёлтый конверт.

Чувствую мне крышка! Вот мне интересно, где я прокололась?

В коробочке оказалось кольцо в форме короны и с красным камушком посередине. После захлопнув коробочку, открыла письмо, стала читать:

«Дорогая моя невеста!

Спешу тебе сообщить, что твоё желание исполнилось. Моя бабушка, как и мой друг, решительно настроены на нашу женитьбу. Так что вот заказанное тобой обручальное кольцо, прими его вместе с моим состоянием. Извини, другого ничего предложить не могу, чувств у меня к тебе нет, так что обойдёшься этим. Жду тебя завтра возле церкви Святого Машо, одарённый богиней проведёт обряд соединения наших душ.

Твой зайчик, Тирси».

Шутник выискался на мою голову. Я бы во всё это поверила, если бы не письмо бабушки, которое прочла часа полтора назад. Что этот рис задумал? Неужели действительно хочет за мой счёт избавиться от навязанной девицы и сделать вид что он, оказывается, только что нашёл любовь всей его жизни? И кто в это поверит?

— И как он понял, что это я устроила спектакль? Ведь я была при полном параде, — произношу вслух.

— Ты, видно, будешь моей самой глупой ученицей из всех, — простонал Севарнат.

— И что это ещё за безаргументированный наезд? — спросила я нахмурившись.

— А то, что маскировка у тебя была что надо, но ты, Лина, забыла об одной важной детали, — влез в нашу беседу Мио. — Ты забыла скрыть свою ауру.

Вот блин, когда привыкну, что они тут живут по другим правилам, а я всё по своим мерею.

— Вот дура, вечно забываю, что тут всё на магии. Зато вчера порадовалась, что камер нигде нет, — прошипела. — И что мне теперь делать?

— Отказать, конечно же, — ответил удивлённо Сев. — Или ты хочешь принять его предложение? Он тебе так понравился?

— Не нервничай, нервные клетки не восстанавливаются. Он красивый, да, но характер глыбы, мне не нравится. Вот если перевоспитать, — произнесла я мечтательно, а заметив злой взгляд Сева, исправилась: — Я о другом. Тут, если не приму кольцо, мне Тирст такую Варфоломеевскую ночь устроит, никто не позавидует, а если приму, мне её устроит его бабка. Мне нужно сделать так, чтобы меня одна из сторон случайно не прикопала где-нибудь под кустиком. И Сев, если мне придётся принять это кольцо, то поверь, это только на время, ничей женой я становиться не собираюсь, по крайней мере, пока не закончу обучение. Тебя такой ответ устроит?

— Нет, — ответит тот.

— А какой устроит? — интересуюсь у него.

— Такой, что ты выбросишь это кольцо в мусорку, отказываешь Разински и больше не будешь принимать ничьи предложения, хотя бы лет пять, — ответил Сев строго.

— Почему именно пять? — спрашиваю удивлённо.

— Потому что я так хочу, — ответил тот.

Вот оно значит как. Не хочешь говорить, не говори, но и от меня тогда тоже ничего не добьёшься.

— Странный вы, Севарнат. Нельзя принимать предложение каких-то лет пять, а почему не объясняете. Вам, наверное, в поездке голову напекло, идите, полежите и отдохните. А с этим я сама как-нибудь разберусь, — говорю, направляясь наверх, чтобы освежиться и надеть домашнее платье.

Переодевшись, я спустилась в кабинет, где решила продолжить изучение законов. Не успела открыть книгу, как мне на неё упало ещё одно жёлтое письмо. Опа-на, от короля. А этому-то что нужно? Хотя мне, вроде, Мио говорил, что Тирси с королём друзья. Почитаем.

«Дорогая лиса Снежная!

Я, наверное, не первый кто пишет вам по поводу помолвки с рисом Разински. Так как это была большая неожиданность для всех нас, что он за столько лет нашёл именно ту, которую искал и ждал всю свою жизнь. Но, поговорив с рисой Разински, я понял, что это всего лишь спектакль на публику. Но, в отличие от достопочтенной рисы Разински, я могу понять, для чего был нужен весь этот спектакль.

Но я всё равно согласен с рисой, что вы с рисом Разински не пара, вы не являетесь потомственной титулованной особой, а всего лишь какая-то барынька (крестьянка), хотя теперь и с титулом лисы. Поэтому прошу отказать рису Разински и не принимать от него никакого предложения, и тогда корона всегда будет на вашей стороне в любых вопросах. Повторяю, в любых вопросах.

P.S. Об этом письме никто не должен знать.

Король земель Сервин: Якуш Мезур Фосфольганский».

Н-да день писем какой-то, ещё визитёров не хватает для полного счастья.

— Пустите меня, — кричал смутно знакомый голос.

Сглазила.

— Где эта неудавшаяся актриса дешёвого театра? Я знаю, что она недавно приехала домой. Так, где она? — послышался крик Тирста на весь дом.

Не знала, что он может выйти из себя, в клубе показался таким безразличным. Мне даже стало страшно, так ведь в гневе и убить может. Послышался звук бьющегося стекла, я подскочила. Только пусть попробует разгромить мой дом, сама его убью. Матерясь про себя на чём свет стоит, побежала в холл.

— А ну все замолчали и перестали истерить, руки спрятали в карманы! — прокричала я.

В холле мои парни удерживали Тирста и двух его охранников, из которых один оказался Леорием.

— Ну, здравствуй, невестушка, — прошипел Тирси. Отстранившись от Севарната и отмахиваясь от бабочки, которая кружилась возле него. — Вижу, ты родила, позволь узнать кого?

Видно я его хорошо взбесила, если был готов драться даже с Севарнатом. Я указала пальцем на бабочку, летающую перед его носом. Все перевели взгляд на неё, Тирст скривился, но промолчал.

— Тебя тут, видимо, хорошо приложили, какая я тебе невестушка? Я тебе никакого согласия ни на что не давала, — ответила возмущённо, аж воздухом подавилась. — И, между прочим, я тебя предупреждала, тронешь кого-нибудь из моих ребят, трону твоих, — пошла в наступление, сложив руки на груди.

Охрана встала за Тирстом, а мои ребята подошли поближе ко мне, загораживая от пришедших.

— Да я твоих рабов и пальцем не тронул, — сказал Тирст. — Это ты устроила то представление, за каким только. Неужели так сильно хочешь стать рисой, что готова пойти на всё, или на моё красивое личико запечатлелась? — съязвил он.

— Да нужен ты мне больно, можешь валить куда хочешь, а это представление, было ответом на твои действия. У меня Марвин весь в слезах был, за что мальчика-то пугать, ему ещё и четырёх лет нет, а? Неужели нельзя было найти кого-то по своим параметрам? Вот после такого мне даже на тебя смотреть противно, трус, — выплюнула я.

— Какое представление? О чём ты? Ничего я не устраивал! — воскликнул тот удивлённо. — Я никогда не трону ребёнка.

— О-о-о, так твоя собачка это сделала по собственной инициативе? — усмехнулась я, смотря на Леория.

Тирст так же перевёл вопросительный взгляд на Лео.

— Она забрала моего брата, должен же я был как-то отомстить, — ответил тот рыча.

— Я тебе какой приказ отдал? — спросил тот, уже не злясь, но сказано это было таким холодным тоном, что лучше бы кричал. Охрана стразу подобралась и побледнела. — С этим я разберусь, он твоих рабов сторонкой обходить будет, даю слово. Но это не отменяет того, что ты устроила, и тебе придётся за это ответить.

— И не намерена, — ответила ему. — Возьми одну из своих любовниц, они будут очень счастливы. А я не желаю ни видеть и ни слышать вас, рис Разински, так что будьте любезны покинуть моё общество и больше никогда в нём не появляйтесь.

— Я бы с радостью, милая, но тут такой дело, — произнёс он ласково. — Об твоих выходках узнал Якуш и моя бабушка, не знаю, правда, откуда. — Зато я знаю, следят они за тобой, милок. Тот же продолжал врать: — Якуш сказал: «Или ты женишься на той девушке, которая всё это заварила, или нашей дружбе конец». А бабушка пострашнее будет моего друга, она сказала: «Если не женюсь, меня кастрируют».

Вот заливает. Видно он не знает о том, что выше упомянутые лица уже высказали своё мнение, поэтому поводу. Ну ничего, хочет Тирст поиграть, кто мы такие, чтобы ему отказывать.

— И что ты решил? — спросила у него.

— Женюсь, — рычит.

— А если та особа сильно против, что тогда? Ты об этом высочеств спросил? — интересуюсь у него.

— Спрашивал, на что вам приказ невестушка, если не хотите оказаться без земель и денег в какой-нибудь пустыне, то вам лучше подчиниться, — съязвил тот.

Ну ни фига себе у него и заявки, а глаза улитке не показать (фиги, кукиши).

— К землям Сервин принадлежит только этот дом. Что касается денег, так гномий банк ему не подчиняется, так как он всемирный банк, и только высшие маги смогут наложить на счёт запрет. Поместье Лиловые рощи находится на планете Зулат и относится к землям Юджин, так что и его он тоже не сможет забрать. А так как недавно я поступила в академию Акрих, то и отчислить, и выгнать со своих земель не имеет права. По крайней мере, пока я нахожусь под защитой высших магов, а это пока я не отучусь или пока меня не отчислят, — усмехнулась я.

Не зря же я всё это время за книгами сидела, очень многое узнала, и пока ещё всё свежо в моей голове. Все на меня удивлённо смотрели и молчали, видимо, переваривали услышанную мною информацию.

— Хм… видно кто-то взялся за учебники, умно, — усмехнулся Тирст. — Только ты не учла одного. Что моя бабушка дружит с высшими магами очень хорошо и то, что они могут удовлетворить любую её просьбу. Тем более отдать на растерзание только поступившую ученицу. А насчёт твоего поместья, то там как раз неподалёку расположено поместье моей бабушки, которая в прекрасных отношениях с императрицей земель Юджин с Юари Хьюри Кошиги. И как думаешь, долго ей попросить о маленькой просьбе подругу, чтобы тебя вышвырнули с тех земель? Хочешь быть изгнанной? — усмехнулся тот.

Вот прессует, а это аргумент, значит с его бабкой лучше дружить, как и с королём Якушем, мало ли какая помощь может понадобиться в будущем.

— Я не приносила никакой клятвы верности какой-либо короне и не являюсь их подданной, так что меня могут только изгнать с земель, забрав дом с поместьем. Но так как приобрела я их несколько дней назад и ничего ещё в них не вложила, то переживу. И для меня не будет проблемой купить себе что-то другое и в другом месте, — пожала плечами. — И я уже в который раз отклоняю ваше предложение, и можете идти, рис Разински, вам ещё невесту искать.

Тирст разозлился и уже хотел подойти ко мне, как ему перегородил путь Севарнат.

— Тебе отказали, так что можешь быть свободен, — произнёс он.

— Дура, Разинским не отказывают, — прошипел тот. — Неужели тебе нужна вражда со мной?

Видно по-хорошему не хочет, ладно, будет тебе по-плохому, я сыграю твою невесту, но это будет по моим правилам. И отомщу не только тебе, но и твоей бабуле, за сказанное днём.

— Хорошо, — ответила ему. — Я подумаю над твоим предложением. Посиди пока в зале, Нои принесёт тебе чаю, а мне же нужно время всё обдумать.

— Так и быть подожду, — кивает тот, уходя в зал вместе с охраной.

Я же направляюсь в кабинет.

— Лина, ты примешь его предложение? — спросил Сев.

— А у меня есть выбор? — спросила у него. Тот молчал, и я продолжила уже шёпотом, чтобы меня не было слышно из зала: — Я приму его предложение, но ненадолго, хочу показать, какая его ждёт жизнь со мною, если он на мне женится. И вы мне в этом поможете.

Тот вздохнул облегчённо или мне показалось. Все остальные кивнули, соглашаясь мне помочь. Больше не обращая на них внимания, ушла в кабинет. Садясь за стол, я несколько раз продумала план и думала, с кого мне начать, и решила, что первое кому отправлю письмо это Якушу.

В нём я описала всю ситуацию в целом, надеясь, что король окажется нормальным, а никак обычно бывает. Так же сказала, что приму предложение Тирста, но оно будет фиктивным, после доставлю жениха бабушке и постараюсь обвенчать с избранницей, если наш уговор о любой помощи остаётся в силе.

Отправив его, я перешла к самому сложному: необходимо написать письмо рисе Разински и так, чтобы она прочла его немедленно, и главное, чтобы согласилась с моим планом. Решила, так же как и с королём, быть честной. Если они откажут, что мне мешает принять третью сторону: разыграть этих двоих и всё равно остаться в выигрыше? Ничего. В худшем случае, если не справлюсь, меня прикопает одна из сторон в каком-нибудь тихом месте. В лучшем, буду в выигрыше и с хорошей поддержкой за спиной, вот второй вариант меня и прельщает. Связи везде нужны.

Найдя красный конверт я, так же как ранее общалась со мною риса, отправила ей проекцию с рассказом о том, что произошло, и планами как можно быть полезными друг другу. После стала ждать ответа.

Первая ответила бабуля, когда я уже от нетерпения расхаживала по кабинету, время-то идёт, а результатов-то нет. На этот раз от рисы пришло простое письмо, без оскорблений.

«Дорогая Лина!

Прошу прощения за мою несдержанность ранее. Вижу, вы настоящая леди и с мозгами. Так что я принимаю ваше предложение. И если вам удастся убедить моего внука жениться, то я буду вашей должницей.

Ваша Сашелия».

Вот и отлично, в ответном письме попросила ждать нас с фиктивным женихом завтра в гости. Также просила сделать вид, что мы не переписывались, не знаем друг друга и нужно относиться ко мне как к невестке. А то, что в доме кроме нас гостят ещё пятнадцать девушек, так мне нужны подруги. Отправив письмо, кровожадно улыбнулась и потёрла ручками. У меня появился шанс отомстить Тирсту за Люсана и Севарната, да и за себя. Я тоже тогда столько страха натерпелась.

Когда я уже хотела выйти из кабинета, мне на руки упал конверт от Якуша.

«Рад, что мы пришли к соглашению. Если у вас всё получится, буду рад помочь в любом вопросе.

Якуш»

Коротко и по существу. Одобрено по двум франтам, теперь идём к третьему.

— Ну как вы тут, не скучали? — спросила, заходя к ожидающей меня троице. — Я согласна принять твоё предложение, Тирст, но на моих условиях. Обручение будет только через неделю в моём поместье, а завтра я хочу познакомиться с твоей бабушкой. Может, мне удастся её переубедить, и тогда мы разойдёмся с миром.

— Рад, Лина, что мы смогли договориться, но зачем же ехать к бабушке? — спросил тот безразлично. — Можно сразу и в ваше поместье.

— Моё поместье Лиловые рощи куплено недавно. И я пока не знаю, работают ли там порталы, и даже не знаю, цел ли родовой дом. А так как дом вашей бабушки располагается неподалёку от моего поместья, думаю, она не будет против, если мы погостим у неё, в то время пока я приведу своё поместье в порядок? Или ты не хочешь показывать меня своей бабушке? Чего-то боишься?

— Убедила, завтра я приеду за тобой. И мы отправимся в поместье Розалия, а сейчас прошу меня извинить. Есть дела, которые не требуют отлагательств, — сказал тот, приближаясь ко мне и целуя в щеку. — Очень много дел.

Конечно же, нужно бабушку убедить, что лучше меня никого нет. Не беспокойся, Тирси, там уже всё обговорено.

— Всего доброго, Тирси, рада была встречи, — улыбнулась ему на прощание.

Как только Тирст покинул мой дом, мне стало легче, и я уже корила себя за тот розыгрыш, не сиделось мне спокойно. А вдруг не справлюсь? Что мне нужно сделать, чтобы отпугнуть Тирси? Пройдя в кабинет, я всё раздумывала и пока не находила выхода из слоившейся ситуации, плюнув на это решила просто течь по течению. Сейчас же просто уткнулась в изучение законов. Осталось совсем немного, чтобы их добить.

— Лина, ты ужинать пойдёшь? — спросила Нои, заходя в кабинет.

— Да, иду, — ответила ей, захлопывая книгу.

На кухне уже все были в сборе, Арро даже Люсану разрешил присутствовать. Также за столом сидел Стэт с двумя парнями одногодками, по виду тоже люди, а так — оборотни, один лис, другой медведь. Лис, как и ожидалось, был рыжим, с зелёными глазами. А второй пухленький паренёк, обычной ничем не примечательной внешности, с карими глазами, шатен. И среди этих парней присутствовала маленькая девочка ровесница Суи, маленький ангелок, похожая на Стэта. Их можно было принять за близнецов, если бы не возраст. Она молча ела, при этом сильно нервничала и смотрела только в свою тарелку. Суи и то такой забитой не была, когда я её встретила. Кто же так ребёнка запугал?

— О-у, вижу у нас пополнение. Здравствуй, Стэт, не представишь мне своих друзей? — спросила у него, улыбаясь.

— Здравствуй, Лина, это чакс (лис), — указал он на рыжика. — Его зовут Олик. Это булук (медведь), — перевёл он руку на другого парня. — Его зовут Буб. А это моя сестра Юлиния.

Парни встали, поклонились, а девочка совсем растерялась, бросила ложку на стол и вжалась в стул. Вот это её запугали! Я перевела вопросительный взгляд на Нои, та пожала плечами, так же не понимаю в чём дело. Дети же, посмотрев на неё, погрустнели.

— Она просто стесняется, — попытался разрядить обстановку Стэт, заметно нервничая.

— Не нужно меня обманывать, я этого не люблю. И Стэт, так ребёнку не поможешь, лучше кушай супчик, — прошу его.

А сама думала, подойти ли к ней или не стоит? Ведь тут лишний шаг как на минном поле. Ладно, попробуем. Встав, я направилась к девочке. Все наблюдали за мной не дыша. Подойдя, опустилась перед ней на колени, чтобы быть одного роста с Юлинией.

— Привет, Юлиния, я Лина, — произнесла, слегка улыбнувшись. — Я, конечно, взрослая, но и ты уже не маленькая, давай дружить, — и протягиваю ей руку, оттопырив мизинец. — Это клятва в вечной дружбе. Так мы с подругой клялись никогда не расставаться, и, не смотря ни на что, всегда быть вместе.

Та смотрела на мой пальчик и протянула свой, скрестив с моим. Я начала покачивать наши руки.

— В дружбе вечной я клянусь, клянусь, клянусь, клянусь, — начала шептать заговорщицки.

Девочка молчала и кусала губки.

— Она не говорит, — прошептал рядом Стэт грустно.

Не обращая никакого внимания на парня, продолжала смотреть на девочку. Разговаривает она, зуб даю, но они почему-то решили, что будет лучше, если мы будем думать что она немая, почему?

— К-к-клянусь, к-к-клянусь, к-к-клянусь, — пропищала Юли еле слышно.

Ясно, заикается, но и что в этом такого, не пойму?

— Никогда не предавать, клянусь, клянусь, клянусь — прошептала снова.

- К-к-клянусь, к-к-клянусь, к-к-клянусь, — произнесла девочка снова, но уже немного громче.

— В трудный час прийти на помощь, клянусь, клянусь, клянусь, — произнесла серьёзно.

Юли зашмыгала носом, губы задрожали.

— К-к-клянусь, к-к-клянусь, к-к-клянусь, — произнесла она.

— Никогда не обижать, клянусь, клянусь, клянусь. — Дождавшись, когда та снова повторит, закончила: — Будет дружба наша вечно нерушима. Сестры мы теперь с тобою не по внешности, по крови.

Наши руки обволокла розовая пелена, тем самым принимая клятву. Ну вот почему, я всегда забываю, что тут всё на магии, а? Вот теперь видно, действительно сестрёнкой обзавелась. Эх… моя голова дырявая, одних дров наломала, ещё разобраться не успела, как тут другие к топору просятся. Девочка, увидев, что всё закреплено магией, разревелась и бросилась мне на шею, уткнулась носом в плечо, тихо плача. Никогда не любила слезы, даже сама предпочитаю побыть в такие моменты наедине с собой, а тут сердце сжимается, и охота пойти кого-нибудь покусать. Вздыхаю, беру девочку на руки и иду на своё место.

— Юли никто не любит, потому что она очень сильно заикается, к тому же ведьма, — произнёс Стэт через какое-то время, когда заметил что сестра начала успокаиваться. — Вот её и выгнали из дома, а я ушёл следом за ней. Её даже в приют не брали, когда родители хотели отдать. Если вам противно, мы уйдём и больше не побеспокоим вас.

Теперь понятно, по чьей инициативе мы связаны, ведьмочка значит. Ничего, время лечит и заикание тоже.

— Теперь всё будет хорошо, никуда вы не пойдёте. Ты что, не видел, что произошло? Сестры мы теперь с ней, — после прошептала уже девочке: — Тут тебя никто никогда не обидит, давай кушать, — пододвинув свою тарелку, стала кормить девочку и сама есть, после обратилась к Мио: — Мио, у меня для тебя очень большая просьба, как и для тебя, Эмильен. Вы должны за эту ночь нарыть всё о вкусе Тирста, что он любит или не любит. Это нужно по гроб жизни, пожалуйста, не разочаруйте, — попросила их.

— Ты действительно приняла предложение Тирста? — спросил Соян так, что у меня мурашки по коже побежали.

— Соян, не нервничай, это всего лишь фикция, где мы с его бабушкой договорились, что я привожу его к ней, и мы проводим обручение с одной из её девиц, — отвечаю ему.

— А если он вместо тех девиц влюбится в тебя? — спросил тот, отращивая когти.

— Ты ревнуешь? — спрашиваю удивлённо.

— А что, не видно? — рычит он снова.

— Не рычи, я, между прочим… — и замолкаю, увидев его яростный взгляд, после сказала: — Не полюбит.

— И с чего такая уверенность? — спросил он снова.

— Соян, просто поверь мне на слово, не полюбит, — говорю ему. — Конечно же, иной раз и грабли дважды стреляют, но этого не будет. Я просто не дам ему шанса этого сделать, и Мио с Эмилем мне в этом помогут, да, ребята?

— Всё сделаем в лучшем виде, — усмехнулись те.

— Я поеду с вами, — произнёс Соян по слогам.

— Соян, нет, — говорю строго. — Ты будешь тут и никуда не поедешь, ясно? Останешься охранять детей и Рив, а меня будет охранять Севарнат, и в неприятности попасть не даст.

— Я вижу, как он не даёт тебе попадать в неприятности, — пробурчал Соян.

— Соян, — рычу.

— Да понял я, понял. Я так решил проверить, испытываешь ли ты какие-либо чувства к Тирсту или нет, — усмехнулся тот.

— Нет! — рявкнула я.

— Вот и хорошо, — улыбнулся тот во все тридцать два клыка. — А если что-то изменится, я его убью.

Как он меня достал со своим убью, кто бы знал. И убьёт ведь, надо бы быть там поосторожнее. И Сев сидит, кивает на слова Сояна. Соглашается он с ним, видите ли, а мне что делать прикажите?

— Юли, тебе бы тоже тут остаться с Суи и Марвином, а то там может быть небезопасно, — прошу её.

— Н-н-нет, я еду с-с-с вами, — произнесла та строго.

— Я не оставлю тут сестру, — вмешался в разговор Стэт.

— Хорошо, поедешь с нами, но от нас далеко не отходи, поняла? — спросила её строго. — И вы принесёте клятву как обещали.

Те кивнули.

Улыбнувшись, поцеловала девочку в макушку и продолжила есть.

После ужина, вместе с детьми ушла к себе в кабинет, где сначала приняла клятву в верности и не причинения вреда друг друга. А когда ребята ушли, решила добивать законы. Поэтому спать легла как всегда поздно, со стоном удовольствия провалилась в сон, где всю ночь меня преследовали сдача учителю законов этого мира. Доучилась.