Глава 10. Бюрократическая машина и ремонт

Я проснулась в удивительно хорошем настроении. Сквозь занавески пробивались золотистые лучи солнца, заливая комнату мягким светом. День обещал быть продуктивным.

Быстро собравшись, я позавтракала и направилась к кафе, где мы договорились встретиться с Никки.

Она уже стояла у входа — ответственная, собранная, с неизменными непослушными кудрями, которые трепал лёгкий утренний ветерок.

— Всё ещё не передумала? — улыбнулась я, наблюдая, как её серые глаза чуть прищуриваются от яркого света.

— Конечно, нет, — уверенно ответила она.

— Тогда первым делом заключаем договор, а затем я покажу тебе помещение для нашего будущего офиса.

Мистер Оутс встретил нас с традиционной доброжелательностью. Всё было подготовлено заранее, оставалось лишь поставить подписи.

Пока он проверял бумаги, я вспомнила ещё один важный момент:

— Мистер Оутс, а что насчёт оформления в местах регистрации?

Он с лёгкой улыбкой сложил руки на столе и наклонился вперёд:

— Советую обратиться к Миссис Ривли. За коробочку хороших шоколадных конфет она оформит всё в лучшем виде и максимально быстро.

Я не смогла сдержать улыбку. Миры разные, а методы неизменны.

Когда все документы оказались у меня на руках, а записка для Миссис Ривли — в кармане, мы направились к выходу.

— Так, Никки, — повернулась я к девушке. — Адрес запоминай, вот ключи. Ты теперь моя помощница, так что можешь начинать вливаться в рабочий процесс.

— Отлично, — оживлённо отозвалась она, принимая ключи.

— Я поеду в отдел Дознавателей, а потом заеду за тобой, — добавила я. — Надеюсь, за сегодня мы найдём исполнителей для косметического ремонта.

С этими словами я направилась к отделу Дознавателей. Впереди был долгий день, но я чувствовала: всё идёт так, как должно.

Район, где находилось здание Дознавателей, на удивление оказался тихим и ухоженным. Узкие улочки, аккуратно выложенные брусчаткой, были пустынны, а вдоль дороги красовались клумбы с цветущими растениями. Всё выглядело настолько чистым, что даже пылинка казалась бы чем-то неуместным.

Само здание возвышалось на три этажа. Красная черепица переливалась на солнце, большие окна пропускали свет, а фасад был украшен замысловатыми лепными узорами, словно кто-то решил добавить сюда немного вычурности.

На входе меня встретил дежурный, с каменным лицом уточнивший цель визита. Стоило мне назвать имя Мистера Оутсаи желание найти Миссис Ривли, как он моментально оживился и тут же проводил меня в нужный кабинет.

Миссис Ривли оказалась пухленькой дамой лет пятидесяти, облачённой в строгий серый костюм. Юбка, пиджак, аккуратные ботиночки на небольшом каблуке – всё в ней кричало о профессионализме. Высокий пучок на голове с пробивающейся проседью выдавал в ней женщину, которая привыкла держать всё под контролем.

Но больше всего меня зацепили её глаза – живые, цепкие, с хитринкой.

Когда она развернула записку от Мистера Оутса, её лицо вспыхнуло румянцем.

— Ах, этот хитрый лис! — посетовала она, но тут же схватила мои документы и молнией выскочила из кабинета.

Я даже не успела ответить.

Пока её не было, я ожидала в кабинете, изучая обстановку. Прошло минут двадцать, прежде чем дверь распахнулась, и быстрая дама вновь ворвалась внутрь, держа в руках мои бумаги.

— Всё оформлено! — объявила она с гордостью.

Я передала ей коробочку шоколадных конфет, которую она тут же с довольным видом убрала в ящик стола.

— Удачи вам в делах, юная леди!

Забрав документы, я направилась к выходу. Коридоры здесь были какими-то запутанными, и, свернув за очередной угол, я внезапно врезалась в чью-то крепкую грудь.

Чуть пошатнувшись, я подняла голову и встретилась взглядом с тёмно-зелёными глазами бессовестного дознавателя Эдгара.

Он сузил глаза, явно оценивая меня.

— А ты что здесь делаешь? — его голос прозвучал с подозрением.

— Оформляю своё дело, — ответила я холодно, удивившись непонятной фамильярности сос тороны незнакомого мужчины.

Но Эдгара это не удовлетворило. Он молча схватил меня за руку и потащил по коридору, заходя в каждый кабинет и расспрашивая коллег, действительно ли я здесь по делу.

Только когда все подтвердили мою правдивость, он наконец-то отпустил мою руку.

— Чересчур настойчивые дамы суют нос куда не следует, — пробурчал он себе под нос, развернулся и ушёл вглубь коридора.

Я осталась стоять посреди лабиринта коридоров, пытаясь осознать произошедшее.

Мало того что он меня чуть не арестовал, так ещё и не извинился! А в довершение ко всему просто бросил на месте, оставив разбираться самой, как отсюда выйти.

К счастью, мимо пробегал один из сотрудников. С его помощью я наконец нашла выход и, пылая негодованием, отправилась в сторону своего нового офиса.

Пока я шла, злость постепенно улеглась.

Оказавшись в помещении, я уже с улыбкой слушала Никки, которая вовсю раздавала комментарии по поводу будущего ремонта.

— Тут нужно усилить балки, — рассуждала она, — а эти стены идеально подойдут под витражные вставки.

Никки была девушкой с характером. Высокая, стройная, с озорными серыми глазами и россыпью веснушек на носу. Её темные, слегка вьющиеся волосы собраны в небрежный хвост, а на руках вечно следы от красок и чернил.

Её живая мимика и энергичность быстро заразили меня энтузиазмом.

Работа только начиналась, и я была готова ко всему.

По совету мистера Оутса мы направились к проверенным строителям, которые, по его словам, могли выполнить работу быстро, качественно и без лишней бюрократии.

Когда мы с Никки вошли в небольшую мастерскую, нас встретил высокий крепкий мужчина лет пятидесяти – мистер Корт. Его лицо украшала аккуратная седая борода, а руки, несмотря на возраст, выглядели сильными и привычными к труду.

— Значит, вам нужен косметический ремонт? — спросил он, внимательно изучая наши чертежи и наброски.

— Да, ничего сложного, но чтобы было добротно, — подтвердила я.

Мистер Корт был не только прорабом, но и главой небольшой бригады, состоящей из его родственников – шестерых крепких мужчин, все среднего возраста. Они казались суровыми и немногословными, но по уверенности в глазах и профессионализму было понятно, что свою работу они знают на отлично.

— Материалы я закуплю сам, — уверил нас мистер Корт. — У меня есть надёжные поставщики, возьму всё с хорошей скидкой. К вечеру уже начнём подготовительные работы.

Мы заключили договор, пожали друг другу руки и договорились о следующей встрече – через день утром, чтобы оценить прогресс.

Ремонт, по сути, был несложным, но требовал аккуратности:

Покраска стен – обновление всех поверхностей, лёгкие пастельные оттенки для рабочих помещений и тёплые тона для зоны приёма клиентов. Ремонт оконных рам – стекло в целом в порядке, но дерево кое-где треснуло, его нужно было обработать и подкрасить. Исправление пола – некоторые доски поскрипывали и имели зазоры, требовалась небольшая правка.

Работа обещала занять не больше двух дней, и это было именно то, что нам нужно.

Выйдя из мастерской, я наконец-то почувствовала, что дела двигаются. Оставалось лишь дождаться результата.

На следующий день мы с Никки встретились утром, полные решимости подобрать мебель для нашего будущего офиса. Нам нужен был самый необходимый минимум:

Рабочие столы для меня и Никки. Удобные кресла. Диванчик для посетителей. Журнальный столик. Полки для книг и документов. Уголок для кофе — ведь и клиентам, и нам самим точно захочется чашечку чая или кофе с печеньем во время работы. Шкафчики для верхней одежды.

— У меня есть отличная идея, — оживлённо сказала Никки, пока мы шли по мостовой. — В порту есть рынок комиссионки. Туда свозят мебель, которая уже была в употреблении. Она с небольшими дефектами, но, поверь, там можно найти настоящие сокровища.

Как только мы вошли в огромное здание, меня окутала смесь запахов: старого дерева, тканей, лёгких ноток кофе и пыли, впитавшей в себя историю десятков лет.

Помещение было невероятных масштабов: высокий потолок поддерживали массивные колонны, а вдоль стен горели лампы, создавая уютное освещение. Внутри царил хаос – повсюду гудел шум торговцев и покупателей, слышались оживлённые обсуждения и звук передвигаемой мебели. Между рядами изящных стульев, массивных шкафов и старинных комодов сновали посетители, выискивая выгодные сделки.

Через огромные окна лился солнечный свет, высвечивая детали резьбы и текстуру дерева. Здесь можно было найти всё: от громоздких викторианских буфетов до хрупких кофейных столиков с инкрустацией.

Никки сразу же повела меня по лабиринтам рядов, зорко выискивая нужные вещи.

— Вот, смотри! — воскликнула она, подводя меня к массивному дубовому столу с вычурными ножками. — Этот идеально подойдёт для тебя. Он прочный, устойчивый, и я готова поспорить, что на нём кто-то подписывал важные договоры.

Рядом обнаружился второй стол поменьше, но элегантный, идеально подходящий для Никки.

— Хм, ну ладно, сойдёт, — критически осмотрела она свою находку.

Следующей удачей стал кожаный диван глубокого зелёного цвета. Он выглядел старинным, но, судя по всему, был удобным и крепким.

— Представь, как удобно будет сидеть тут нашим клиентам, потягивая кофе, — мечтательно сказала я.

— Да, если мы вообще сможем его себе позволить, — скептически хмыкнула Никки, глядя на ценник.

Но тут она включила своё главное оружие – талант к торгу.

Сначала Никки долго рассматривала каждую покупку, цепляясь к любому недостатку.

— А вот тут царапина, видите? — строго заявила она продавцу, указывая на еле заметный след на столе. — Это же испортит весь интерьер! Вы же понимаете, что такой дефект снижает цену минимум на десять процентов?

Продавец замялся, но уступил.

Когда дело дошло до дивана, Никки закатила глаза и со вздохом заявила:

— Ну вы же не всерьёз просите такие деньги за него? Он же явно не первой молодости. Посмотрите на потертости на подлокотниках! Нет, я его, конечно, возьму, но только за половину этой суммы.

Торговец схватился за голову, но в итоге сдался.

— У вас просто талант, — шепнула я Никки, когда она с гордым видом выкатывала следующую скидку на книжные полки.

В результате мы приорбрели практически всё, что хотели, с огромной выгодой. Договорившись о доставке в наш офис через 2 дня к обеду, мы одновременно выдохнули.

— Это был успех! — довольно заявила Никки, выходя с рынка.

Я улыбнулась, глядя на нашу добычу. Теперь офис начинал обретать облик настоящего рабочего места.