Глава 19

Как оказалось, в столовой ждали только меня. Тем лучше! Мое появление произвело ожидаемый эффект. У демоницы лицо вытянулось от удивления, а глаза Райвена стали масляным. Весь он светился самодовольством и предвкушением, словно ожидал чего-то подобного. Только Кальмин, посвежевший и отдохнувший, мазнул равнодушным взглядом. Зато Герселе адресовал самую обаятельную и широкую улыбку.

Ах, вот, значит, как! – я тоже расцвела улыбкой, грациозно подплыла к столу и заняла место рядом с Хозяином. Он не преминул воспользоваться ситуацией и, завладев моей рукой, провел губами по внутренней стороне ладони. Внутри все содрогнулось от омерзения. Слава богам никто этого не заметил, только рот наполнился кровью из-за прокушенной губы. – Мне нет никакого дела до ван Доррена! Все его поведение – это результат воздействия афоверо. Хотя я раньше думала, что на самих вампиров оно не действует. Выходит, ошибалась.

– Когда я смогу увидеть Корвина? – не стала откладывать в долгий ящик и сразу задала интересующий вопрос.

– Все дела потом! – ушел от ответа Райвен, – вы проделали опасный путь через пустоши. Поверь, это редкая удача, выйти оттуда живыми. Могу только представить, скольких сил это вам стоило. Но дорриец уже восстановился, тогда как ты, моя драгоценная Ашихнаэллин, нет. Ты ведь помнишь, что за едой я не люблю вспоминать о делах? Предпочитаю наслаждаться пищей в тишине или за приятной беседой. Впрочем, я сегодня добрый. Обещаю, что после ужина, ты увидишь своего стража.

Что ж, так, значит, так, – удовлетворившись ответом, молча приступила к трапезе. Отбросив стеснительность и положенную вейрам скромность в еде, набросилась на мясные блюда, запивая их большим количеством ягодного отвара.

Впихнув пятую порцию жаркого, наконец, смогла остановиться. Остальные уже давно закончили и наслаждались десертом. Герсела и Кай о чем-то мило ворковали. А Райвен, подперев голову кулаком, с умилением наблюдал за мной.

– Любая другая на твоем месте выглядела бы ужасно. Но ты… твоим аппетитом можно только восхищаться, – сказал Хозяин и, наклонившись, убрал что-то с уголка моих губ. – Желаешь что-нибудь еще?

– Нет, спасибо! Наелась. Теперь я могу увидеть Корвина?

– Неужели этот страж так тебе дорог? Милая, я начинаю ревновать! – за мягкой речью и полуулыбкой, с которой говорил Райвен, ощущалась едва сдерживаемая ярость. – Он забрал то, что принадлежало только мне! Твою любовь и твою невинность.

От ядовитой усмешки, скользнувшей по губам берка, я похолодела. Как оборотень, Хозяин сразу учуял на Корвине мой запах. Что ни говори, а звери точно определяют, кому принадлежит та или иная самка. Но дело тут не в том, что у меня кто-то был, а в том, что Райвену известно, как важна для метаморфа первая ночь.

– Он не знал, – прошептала, понимая, что это не послужит оправданием. Только разозлит. – Что ты с ним сделал?

– Я всегда был добр к тебе, Ашихнаэллин, – от тихого голоса и вкрадчивого тона вздрогнула. Перед глазами сразу возникла цепь и мои метания от стены к стене. – Но ты никогда не ценила этого. Отплатила черной неблагодарностью. Сбежала. Отняла то, что было моим по праву. Если этот страж оказался глупцом, раз не понял, какой шанс предоставила ему судьба, то теперь на собственной шкуре испытает, что значит, быть в чьей-то власти. Ты хотела его? И ты получишь. Укрощенного зверя, готового лизать твои пятки.

– Что. Ты. С ним. Сделал?

– Знаешь, я тут много думал, пока тебя не было. А времени предостаточно для этого оказалось. Как можно заставить кого-то подчиняться против воли? Это ломает характер. Меняет личность. А ты мне дорога, какая есть. Но что, если найти такой способ, чтобы ты была со мной добровольно? Невозможно? Как оказалось, нет. Нужно всего лишь найти того, кем ты будешь дорожить, и кто возьмет на себя твою участь.

Не смогла сдержать рыка, вырвавшегося из горла. От превращения отделяла настолько тонкая грань, что даже в человеческом облике слух и обоняние обострились до предела. Такого раньше не было.

– Как всегда, нетерпелива! – хмыкнул Райвен, – идем уже! Покажу твоего нового питомца.

Лишь осознание того, что могу отравиться, удержало от желания впиться в глотку берку. Еще недавно кипевший от злости, он был безмятежно спокоен. Как не в чем ни бывало, подхватил меня под руку и повел за собой.

У бывшего владельца замка были просторные подвалы. Единственный вход в подземелье охраняли веурры. Длинные мрачные коридоры и целая сеть камер наводили на грустные мысли. Видимо, еще до прихода Райвена, здесь творились ужасные вещи. Затхлый воздух, чадящие факелы на стенах, обитые железом двери. В некоторых имелись окошки, зарешеченные толстыми прутьями. В темноте камер иной раз вспыхивали красные или зеленые точки глаз.

Брр! – невольно поежилась, – а ведь Корвина тоже держат в такой вот тюремной камере.

– Мы пришли! – радостно объявил Райвен, распахивая неприметную дверь. Шагнув внутрь, на мгновение замерла. Внутреннее убранство разительно отличалось оттого, что я ожидала увидеть. Никаких бурых стен с потеками ржавчины и плесневелыми проплешинами. Наоборот, все светло и чисто. Пахнет свежей краской, которую едва не перебивает смесь лекарственных препаратов, какой обычно пропитаны аптекарские лавки. Небольшой обеденный стол в центре. Справа удобный на вид диван, левую стену занимают высокие стеллажи с многочисленными полками и ящичками. В углу примостился стазисный ларь для хранения продуктов.

Стену напротив входа полностью закрывали плотные шторы. Именно на них задержался взгляд. В моей комнате такая вот занавесь отделяла жилую человеческую часть от загона для зверя.

Неужели Корвин там? За этой завесой? – я подалась вперед, но Хозяин не пустил, перехватив за плечи.

– Не так быстро, моя драгоценная. Присядь, – он подвел меня к дивану и чуть не силой заставил сесть. – Вина? – на передвижном столе неподалеку обнаружилась бутылка из темного стекла, бокалы и ваза с фруктами.

Спорить с Райвеном не стала. Обострившийся нюх подсказал, что Варис совсем близко. Но к родному запаху примешивался другой, чуждый. Запах немытого тела, испражнений и волчьей шерсти, пропитанной кровью. Выхватив бокал, который наполнили чуть не до самых краев, выпила залпом. Во рту остался терпкий привкус винограда. Уже через минуту по телу разлилось тепло, а коварный хмель ударил в голову. Нейтрализуется все это быстро, но пока действует…

– Я готова! Покажи его!

– Попроси, Ашихнаэллин, – растянув губы в усмешке, сказал Райвен, – так, как мне нравится.

Чтоб ты сдох, гад! Чтоб твоя душа вечно блуждала в Серой долине и не находила покоя!

– Как скажешь, Ра-айвен, – с придыханием назвала берка по имени. После поднялась и подошла к мужчине. Встав на цыпочки, потянулась и обняла его за шею. – Пожалуйста, покажи мне Корвина, – прошептала в ненавистные губы, которые накрыла поцелуем. Раньше хватило бы невинного в щеку, но сейчас пришлось себя пересилить.

Хозяин судорожно вздохнул, и подался навстречу. Его рука властно скользнула на мой затылок, другая – расположилась на талии, чтобы тут же сползти вниз и сжать ягодицу. Крепкие пальцы, перебиравшие мои волосы, не давали отстраниться. А берк жадно сминал губы, покусывал их, тянул, будто не мог насладиться вкусом.

Кто-то (но не я!) мог бы сказать, что Райвен хорошо целуется. Я же боролась с чувством брезгливости и сдерживала рвотные позывы. И если первое время изображала заинтересованность, то сейчас просто обмякла, ожидая, когда же все это ему надоест. К тому же главный козырь я уже заполучила. Как ни силен был самоконтроль оборотня и его желание обладать именно мной, но на задворках сознания все же промелькнуло сравнение с той, к которой он испытывал сильные чувства когда-то.

Берканка. Яркая, красноволосая, зеленоглазая. С дерзким взглядом и невероятной улыбкой. Милыми ямочками на щеках и заразительным смехом.

Что же! Я хорошо ее запомнила. Очень скоро Райвен и сам не заметит, как станет исполнителем всех моих прихотей.

Для начала я изменила цвет глаз, а в волосы добавила рыжины. Переход должен быть постепенным, иначе Хозяин быстро меня раскусит.

В какой-то момент, берк открыл глаза и встретился со мной взглядом. Вздрогнул, будто его ужалил скорпион. Схватив за плечи, отстранил, пристально вглядываясь в лицо. Но на него затуманенным взором смотрела Ашель Лиорин.

– Я была достаточно убедительной? – поинтересовалась у мужчины.

Он кивнул. Затем тряхнул головой, схватился руками за виски. Зажмурился. После снова посмотрел на меня. Я немного приглушила зелень в глазах, а вот волосы трогать не стала. В конце концов, так могло падать освещение от люстры, состоящей из множества маленьких свечек.

– Мне на секунду показалось…, впрочем, неважно. Вот он, твой Корвин. Можешь смотреть на него, сколько хочешь. Стадия приручения проходит тяжело, – с этими словами мужчина подошел к шторе и сдвинул ее в сторону.

Закрыв рот рукой, я попятилась и медленно осела на диван.

Что он с ним сделал? Эдорр, как ты допустил такое? – передо мной, распятый на стене, висел огромный веурр. Слишком огромный. Таких крупных особей я еще не видела. Толстые кандалы врезались в его лапы, не давая сдвинуться с места. Раны под ними кровоточили, но он, казалось, не замечал этого. Горящий алым взгляд был прикован ко мне. Веурр периодически скалился, будто хотел зарычать. Но из часто вздымающейся грудной клетки не вырывалось ни звука.

– Почему он, Райвен? Зачем? Он навсегда останется… таким? – глотая предательские слезы, обратилась к Хозяину. – Разве у тебя мало веурров на службе? Что тебе даст еще один? Ты! – подлетев к мужчине, забарабанила по его груди кулаками, – ненавижу! Как же я тебя ненавижу!

– Глупая! – Райвен сгреб меня в охапку, не давая пошевелиться. Не то чтобы я причинила ему какой-то вред своими действиями, скорее раздражала. – Он сможет стать человеком. Если захочет. Я сделал его особенным. Если он подчинится мне, будет самым сильным из ныне живущих берков, и веурров тоже.

– И что же нужно для этого?

– Всего лишь снова стать человеком. Ты же помнишь печати? Первую я уже наложил, когда Корвин впервые превратился. Осталось еще две. Они необходимы, если мы не хотим получить безумного зверя. И сделать это нужно во время первого оборота. Если он снова станет веурром, то никогда больше не вернет прежний облик. А дикий зверь мне без надобности. Я рассчитываю на твою помощь, Ашихнаэллин. Ты ведь не хочешь, чтобы он пополнил стаю за стенами замка?

– Что я должна сделать? – глупо было надеяться, что можно в чем-то обмануть Райвена. Делая из Корвина зверя, он выигрывал вдвойне: держал на коротком поводке меня и заполучил себе преданного веурра, готового выполнить любую команду.

– Иди к нему. Видишь, он ждет тебя. Попроси его вернуться. Если действительно любит, сделает, как ты хочешь, – берк подтолкнул меня к зверю.

Я приблизилась. При своем среднем росте едва доставала до середины груди животного. Корвин замер, шумно втянув воздух через ноздри. Я робко коснулась тела, провела по жесткой шерсти, покрывающей его с ног до головы.

– Корвин, – позвала я. Сердце под моей рукой забилось вдвое сильней, – вернись ко мне. Пожалуйста! Любовь моя, ты мне очень нужен. Вернись, прошу!

Оборотень лишь глухо заскулил, но, судя по всему, превращаться не собирался.

– Ашихнаэллин, – торжествующе хмыкнул Райвен, – я смотрю, твой жених не настолько сильно любит, чтобы расстаться со своей свободой.

– Любит, не сомневайся, – процедила в ответ, – ты не мог бы оставить нас наедине?

– Любой каприз, моя драгоценная. Любой каприз. Когда ты поймешь, что никто к тебе не будет относиться так, как я? Все, что Они будут к тебе испытывать, – влечение. Одно маленькое и такое коварное дополнение твоей индивидуальности: афоверо. Или ты думала, что я его только Герселе вживил? Нет. На ней я только испытывал. Усовершенствовал. Любой вампир поймет, что на него воздействуют его же оружием. Кстати, твой дружок очень хорошо притворяется, потому что на Высшего афоверо действует только при взаимных чувствах. А вот ты… ты мой идеал! Твое влияние на мужчин незаметно. Они стремятся к тебе, влюбляются, пытаются удержать рядом, неосознанно считают той, кого ждали всю жизнь. Как тебе мой подарок?

Широко распахнув глаза, смотрела на мужчину, не в силах вымолвить ни слова. Теперь все вставало на места. И то, что Корвин влюбился, как только увидел. И желание Кальмина держать меня поближе. И сумасшествие Эрсимля.

Неужели это все ненастоящее? А как же чувства? Как узнать, любил ли меня Корвин или поддался неосознанному влечению? Как жить, зная, что все желания, которые можешь вызвать в мужчине, искусственные?

– Райвен, ты чудовище! Из всех монстров, созданных тобой, ты самый страшный зверь!

– Почту за комплимент! – расплылся в хищной улыбке мужчина, – кстати, мой совет: ты ведь знакома со своей соперницей? Вот и проверь, кто сможет его вернуть, она или ты! – с этими словами Хозяин вышел. Я отчетливо расслышала звук запирающего устройства. Непросто замка, а металлической задвижки, полностью блокирующей дверь.

Слова Райвена меня задели. И сильно. Раньше я ревновала Корвина к Шадей, но он сумел доказать, что любит именно меня. Его признания, нежное отношение, наши ночи. Мы были счастливы. Теперь даже если удастся из всего этого выбраться живыми, я всегда буду сомневаться и задаваться вопросом: а что, если?

Я должна знать! Должна! – набравшись решимости, приняла свой привычный облик. Чтобы дотянуться до зверя, подтащила скамеечку, которую нашла у стеллажей.

– Корвин! – обвила шею веурра руками и положила голову ему на плечо, – вернись ко мне. Он не сможет тебя контролировать. Скоро придет помощь. Мы будем свободны. Но без печати зверь поглотит тебя. Поверь, с этим можно жить. Я сама прошла через все это и, как видишь, живая. Я помогу тебе справиться. Знаешь, раньше не думала об этом, но сейчас не представляю, как бы жила без своей животной половины. К ней непросто привыкнуть. Еще тяжелей принять. Но когда ты осознаешь ее частью себя, поверь, никогда уже не откажешься.

Веурр издал жалобный стон. Я отстранилась и посмотрела ему в глаза. В них было столько боли, что чуть не разрыдалась.

– Ты не можешь? Почему? Ты нужен мне! Я люблю тебя! Корвин!

Комнату огласил протяжный вой. Зверь отвернулся, будто не мог смотреть на меня. От непрошенной обиды горло сдавило спазмом. Не говоря ни слова, обратилась к способностям. Темные волосы, медные глаза, чуть удлиненные верхние клыки, свойственные полукровкам. Облик Шадей Раамос давно был в моем списке.

– Корвин, – охрипшим голосом позвала я, – посмотри на меня.

Зверь не шелохнулся. Тогда я взяла его морду обеими руками и развернула к себе. В тот момент, когда он меня увидел, задрожал всем телом. Кости затрещали, принося ему нестерпимую боль. Я знала это, чувствовала. Но он не издал ни звука. Просто смотрел, не отрываясь, и молчал. А тело его тем временем менялось, принимая знакомые родные черты.

– Шадей! – выдохнул он, – ты не должна… Я не… откуда? Аши? – пришло к нему осознание того, что вейры Раамос просто не могло здесь быть. – Что произошло? Где мы? Ты в порядке? Почему ты… стала ею?

– Мы в замке Хозяина. Эрсимль сдал тебя ему. Отправил вместе с мертвой Лейби, которую скрыл под моей иллюзией. Посчитал, что таким образом избавится от соперника, – начала сухой пересказ событий. Чтобы не чувствовать боли, что сейчас разрывала изнутри, я говорила и говорила, стараясь отвлечься. – Райвен использовал тебя, превратил в одного из веурров. Чтобы ты сохранил сознание и способность принимать человеческий облик, он должен наложить на тебя еще одну печать. У меня была такая же. Это не приговор. Ты сможешь ненадолго становиться зверем. Как я. Это не так ужасно, как кажется. Я научилась с этим жить, и у тебя получится.

– Стать цепным псом берка? Аши, ты этого для меня хочешь? – горько усмехнувшись, спросил Варис.

– Он сказал, ты будешь самым сильным среди берков. Исключительным. Лучшим и…

– Нет. Этого не будет. Пока я жив, у меня есть право выбирать. Я лучше умру, чем попаду в рабство.

– А как же я, Корвин? Ты оставишь меня ему?

– Прости, – мужчина шумно выдохнул, и ненадолго сомкнул веки. После, набрав полную грудь воздуха, посмотрел мне в глаза и сказал, – я все слышал, Аши. И понимал каждое слово. Все, что говорил Райвен. Он прав, я никогда не полюбил бы тебя так, как люблю Шадей. Это влечение, не более. Даже понимая, что передо мной не она, все во мне устремилось к ней.

Дрожащими руками я сняла кольцо и вложила в ладонь Вариса. Говорить не могла, как и соображать. Глаза были полны слез, которые уже проложили влажные дорожки по щекам. Молча развернувшись, пошатываясь, пошла к двери. Она тут же распахнулась, будто там только и ждали моего появления. Перешагнув порог, медленно осела. Почти у самого пола меня подхватил Кальмин. Я даже не удивилась его появлению. Видимо, Хозяин решил не показываться мне на глаза. Что правильно. Я была в таком состоянии, что кинулась на него, не раздумывая и не сдерживая зверя.

– Что с Варисом? Аши, почему ты плачешь? Тебя обидели? Кто? Райвен? – имя берка дорриец прорычал.

– С Варисом все будет в порядке, если он сам того захочет. Уйдем отсюда, – я не узнала собственный голос. Отстраненный, осипший, чужой. – Пожалуйста, Кай!

– Разве это в порядке? – изумился ван Доррен, обнаружив ар’рейтера, прикованного к стене, – подожди, – он усадил меня на диван, а сам ринулся к другу.

Однако, как он ни бился, не смог открыть замки, удерживающие кандалы.

– Ай-яй-яй! – в комнате появился Хозяин, – вейр ван Доррен! Я поручил вам такое легкое дело: успокоить Ашихнаэллин. Отвести ее в покои. Отвлечь чем-нибудь. А вы чем занимаетесь? Хотите, чтобы ваш друг превратился в безумную нечисть? Если я не наложу печать, так и случится.

– Я несогласен! – прорычал Корвин, – никогда не стану твоим рабом!

– Упаси Эдорр и Небесная Волчица! – берк осенил себя сразу двумя знаками святых, – мне это не нужно. Но страховка на тот случай, если решишь обратить силу против меня, должна быть.

– Нет! – уперся Варис.

– Жаль! – искренне огорчился мужчина, но тут же скривился в ухмылке, – но мне и не нужно твое согласие.

Легким движением Хозяин метнул сеть в сторону доррийца, которого тут же спеленало по рукам и ногам. Затем приблизился к Варису и надел на его шею дисковидный амулет. Страж изогнулся от пронзившей его тело судороги. Послышался хруст костей. Райвен же, с невозмутимым видом, стал чертить на теле пленника руны. Они вспыхивали, оставляя на коже обугленные следы. Но раны тут же исцелялись и исчезали. К моменту, когда берк закончил, Корвин полностью обернулся зверем. Тогда экспериментатор вытащил из кармана камзола широкий ошейник и закрепил его на шее подопытного. В ту же секунду кандалы, удерживающие свежеиспеченного веурра, раскрылись, и он рухнул к ногам Хозяина.

– Нет! – меня захлестнули воспоминания, связанные с подобным украшением. Варис был прав. Это рабский ошейник. Мне потребовалось несколько лет, чтобы избавиться от него. Но это я, метаморф, в крови которого заложена гибкая воля и стремление выжить любой ценой. Мы способны примерить любую роль, пусть она и не по нраву. А Корвин… он не сможет. – Райвен, пожалуйста! – один миг, и к мужчине шагнула та, о ком он втайне грезил, – красноволосая берканка, – сделай мне подарок. Отпусти. А я останусь с тобой. Навсегда.

– Сэми? – на лице берка отразилось искреннее изумление. Отдать должное, справился он довольно быстро. – Ашихнаэллин! Но как? – затем мужчина аж засветился от гордости, – я понял! Ты считала ее облик из моих воспоминаний. Ну, конечно! Я предвидел, что афоверо проявится в тебе особым образом, но, чтобы так… Ты мое сокровище! А волчонка я отпущу. Позже. Ошейник необходим для его же блага. Пусть привыкнет к мысли, что он навсегда останется таким. Ты же не хочешь, чтобы он натворил глупостей?

– Нет, Райвен, – второй раз за сегодняшний день подошла к мужчине и прильнула к его губам, – сними сейчас. Даже минута в этом ошейнике кажется вечностью. Мне было очень плохо, но ему стократ хуже. Пожалуйста.

– Возможно, я соглашусь, – хитро прищурившись, ответил Райвен, – но ты сделаешь для меня кое-что.

– Хорошо! Все что угодно! Но ты освободишь его прямо сейчас!

– Тебе известно, что без ошейника сложно контролировать зверя. Первое время он агрессивен. Малейшая вспышка гнева, и он разорвет любого, кто окажется поблизости.

– Я готова рискнуть.

– Хорошо, сделаем так: я снимаю ошейник и сеть, затем ты выполняешь мое поручение, а эти двое мирно дожидаются нас здесь. Уверен, у вампира хватит ума не провоцировать веурра. В противном случае, я не ручаюсь за его жизнь. И да, как все успели заметить, магия в подземелье не действует. Так что рассчитывать не на что. Против новоиспеченного веурра даже Высший вампир долго не протянет.

– Пусть! – я посмотрела на Кая, и тот кивнул, подтверждая, что справится.

– Идем дорогая, – обняв за талию, Райвен увлек меня к выходу. Уже на пороге он развернулся и театрально щелкнул пальцами. Сеть и ошейник исчезли, словно их и не было.

А говорил, магия не действует! – промелькнула вполне разумная мысль, – видимо, не все так просто.

По крайней мере, у нас появился шанс. С минуты на минуту должна подоспеть помощь. Во время диалога с Хозяином, ван Доррен усиленно вращал глазами и подавал знаки. Осталось только узнать, что за испытание приготовил для меня Райвен.