Глава 20

– Веди себя естественно, – попросил Хозяин.

Далеко от комнаты в подземелье мы не ушли. Всего лишь вернулись к развилке, от которой разбегались три коридора с камерами, и свернули в левое ответвление. Заключенных в этой части замка не было. Я не чувствовала живых существ за зарешеченными дверьми. Но вот в самом конце подземного тоннеля ощутила чье-то сердцебиение. Мощное, ровное. Оно могло принадлежать лишь очень сильному существу. Мне не доводилось бывать в этой части замка. Я догадывалась о существовании чего-то подобного, понимала, что тех несчастных, чей вой разносился по всему замку, где-то держали. Но Райвен никогда не допускал меня на нижний уровень. Теперь же, осознавая масштаб экспериментов Хозяина, волосы становились дыбом. За столько лет камеры практически не пустовали. Об этом говорили многоголосые душераздирающие крики страдающих существ, из-за которых не могла спать ночами.

– Кто там? – спросила, когда остановились перед запертой приземистой дверью. Эта была окована двойным слоем железа.

– Мой самый сильный враг. Если бы не он, я никогда не стал таким, как сейчас. Он отнял все, что составляло мою жизнь: любимую женщину, сына, положение в обществе. И теперь он в моей власти. Какая ирония! Кир изгнал меня, обрекая на вечные скитания и одиночество. А теперь сам уподобился дикому зверю.

Рассказывая, берк снимал магическую защиту со входа. Последней была мощная задвижка, толщиной в руку. Чтобы открыть дверь, мужчина приложил силу. Она поддалась скрипуче – медленно, словно не хотела пускать гостей внутрь.

Чтобы войти, пришлось согнуться чуть не вдвое. В нос сразу ударило затхлостью и удушающим смрадом испражнений. Крохотное окошко под потолком давало немного света. Мне потребовалось время, чтобы приглядеться. Чадящий факел, что занес с собой Райвен, не исправил ситуацию. Когда же я, наконец, рассмотрела пленника, сердце невольно защемило от жалости.

Размерами зверь не уступал Корвину. Но из-за того, что веурр то ли полусидел, то ли полустоял, это сложно было понять с первого взгляда. Низкий потолок не давал выпрямиться, а массивная цепь не позволяла выбраться из темного угла. Каменная лежанка, устланная гнившей соломой, была в пределах досягаемости. Как и дыра для отхожего места. И тут же, неподалеку, валялась металлическая миска с остатками протухшего мяса.

– Райвен! – ошарашенно прошептала я, – чтобы тебе не сделал этот… берк, он с лихвой искупил вину. Это унизительно и…

При звуке моего голоса, оборотень поднял голову и впился неожиданно осмысленным взглядом черных глаз. Ни зеленых, как у подчиненной нечисти, ни красных, как у сумасшедших тварей, а черных! Разумных, человеческих!

Несколько секунд зверь смотрел не отрываясь. После взревел, как смертельно раненное животное, и ринулся ко мне. Цепь опасно натянулась, ошейник так сильно впился в тело, что, казалось, срежет безумцу голову. Невольно отступила на шаг и оказалась прижатой к груди Хозяина. Он обнял за плечи и поцеловал макушку. Затем осторожно убрал пряди с шеи и прошелся губами по коже. Рука властно скользнула в декольте и стиснула грудь. Каждое из действий заставляло волка рычать и рваться из оков.

– Смотри, Кироп! – глумился Райвен над пленником, – твоя драгоценная Сэми теперь со мной. Ты ничтожество! Ты никому не нужен! Беркания забыла своего Владыку!

Я ахнула, сообразив, кто находится передо мной: Кироп Барр’эрк. Владыка Берканской империи, правящий более сорока лет подряд, пока не был побежден другим, более сильным берсерком. Ныне правящей Владычицей Ликирией Ридлит Барр’эрк.

– Райвен, я не могу так. Уйдем отсюда, – в народе сохранилась память о прежнем правителе. Рассказывали, что он был жесток и славился тем, что выходил победителем из всех схваток, в которых участвовал. Кроме последней, разумеется. Но и там все было непросто. Кироп считал Ликирию парой, поэтому не смог убить, позволив ей нанести смертельный удар. Все думали, что Владыка погиб. Но, оказывается, выжил, и все эти годы провел в заточении в самых жутких условиях, которые можно представить.

– Нет, Сэми, – в голосе Райвена чувствовалась сталь, – ты обещала мне! Держи! – он вложил в руку кинжал, лезвие которого отливало серебром. – Я получил от Киропа все, что хотел. Местью насладился сполна, а его страдания больше не приносят удовольствия. К тому же мой долгий эксперимент завершился. Я создам целую армию берсерков. Не веурров, склонных к безумию. А первоклассных мощных воинов, подчиняющихся мне, их создателю.

– Я не смогу, – замотала головой. Одно дело, когда я охотилась или убивала нечисть. Но это делала не Аши, а зверь, вырвавшийся на свободу. Большинство моих жертв получили по заслугам. Но о случайных, попавших под острые когти животного, я сожалела.

– Ты. Сделаешь. Это. Ашихнаэллин Миэсса Греэр шеа Ларрм.

Я застыла, чувствуя, как сковывает волю собственное имя.

– Подойди. Скажи, как ненавидишь за то, что испортил твою жизнь. Прокляни. Пусть умрет, зная, что от него отвернулась та, кто была для него самым дорогим существом на свете.

Как во сне, приблизилась к берсерку. Зверь жадно втягивал воздух и сверлил пугающе – черным взглядом.

– Ненавижу тебя, Кироп! Проклинаю! Обрекаю на вечное одиночество. Ты никогда не найдешь покоя. Даже Серая долина тебя не примет. Твоя кровь не возродится в потомках, а твое имя будет забыто и стерто из истории. Умри! – Я занесла руку над грудной клеткой, но ударить не смогла. Чужая воля тащила вперед, а что-то внутри сопротивлялось.

– Ты не сделаешь этого, Сэми, – раздался глубокий чужой голос в голове. К своему удивлению, поняла, что это Кироп. Но как? – Ты неправа, утверждая, что моя кровь ни в ком не возродится. Она есть в тебе, есть в моем племяннике. Есть в Ликирии и во всех оборотнях, кому эта ничтожная шавка ее вживила. Я чувствую их всех. Это лишь подтверждает мое право альфы. И это я сдерживаю тебя сейчас. Ты не моя сестра. Не Сэми. Я не знаю твоего имени, но это мне не нужно. Не думай, что таким образом я хочу сохранить жизнь. Нет. Смерть для меня станет благом. Но прежде, я хочу уничтожить Райвена Энварра. Поэтому все еще цепляюсь за этот мир. Серая долина подарит спокойствие. Знаю. Побывал там, когда Лири нанесла последний удар.

– Что же делать? – меня трясло от напряжения. С одной стороны, давил Райвен, с другой – сдерживал Кироп.

– Отпусти зверя, позволь ему взять верх. Он не зло, а часть тебя. Жесткая, хладнокровная, справедливая. Он не причинит вреда тем, кто тебе дорог. Доверься ему, и он не подведет.

– Хорошо! Я попробую, – закрыв глаза, обратилась к внутренней сути. Я не знала, как выглядит эта последняя печать, и каким образом можно ее сломать. В отличие от второй, которая висела кулоном на шее, ее не раздавить и не выбросить. Она где-то внутри. Часть меня, часть моего я.

– Ашихнаэллин! – рявкнул Райвен, – повинуйся! Иначе я уничтожу тебя!

Но мне было плевать на угрозу. Запустившийся процесс оборота уже невозможно было остановить. Кинжал со звоном упал на пол. Платье с жалобным треском разлетелось на клочья. Тело пронзила мимолетная боль, а камера резко стала тесной.

Время пришло! – обратилась к сознанию зверя. Последнее время он не давал о себе знать, терпеливо дожидаясь своего часа.

«Спасибо, хозяйка! – откликнулся он, – ты не пож-жалееш-шь!»

Прежде чем успела опомниться, метнулось в сторону Киропа. Схватившись за цепь, выдрала ее из стены вместе с громадным камнем, в который она была вмурована. После развернулась к Райвену. Но вместо хозяина увидела мощного волка, берсерка. Он стоял на четырех лапах, но лишь оттого, что выпрямиться не давали низкие потолки. Янтарно-желтые глаза налились кровью, из пасти капала слюна. При соприкосновении с полом она шипела и пузырилась, предупреждая о том, что ядовита.

Драться в тесном помещении было смерти подобно, но выбора не оставалось. Райвен закрывал единственный выход.

– Беги! – рыкнул Кироп, бросаясь на монстра.

Они впились друг в друга мертвой хваткой. Киропу удалось обмотать вокруг шеи врага цепь, но Райвен успел цапнуть противника за предплечье, и теперь яд прожигал волчье тело. Но берсерк упрямо затягивал удавку, безуспешно клацая зубами по непробиваемой шкуре Хозяина.

В этот момент замок сотряс первый удар, затем еще один, и еще. Стены задрожали, а с потолка посыпались мелкие камни и штукатурка. На миг мы все замерли, изумленно прислушиваясь к происходящему.

– Бежим! – раздался в голове слаженный крик. Я даже не поняла, кто из берсерков отдал приказ, потому что наружу мы ринулись вместе.

Жуткий грохот, ходящие ходуном стены и сыпящиеся на голову камни были лучшим стимулом, чтобы мчаться на предельной скорости. Быть погребенным заживо не хотелось никому. Инстинкт самосохранения затмил все мысли и желания. Та махина, что могла придавить сверху, убила бы все живое.

За запертыми дверьми камер, мимо которых мы мчались, бесновались веурры. Они паниковали, выли, рвались на свободу. Но я не в силах им помочь. Единственный, кто мог освободить пленников, мчался впереди всех. И припустил еще быстрее, когда позади обрушился потолок.

А как же Корвин? – вспомнив, что и он, и дорриец остались запертыми, резко изменила направление. Райвен даже не оглянулся.

– Куда ты, глупая? – оглушил криком Кироп.

– Там Корвин. Я не уйду без него!

– Прости, но не пойду с тобой. Я должен убить Энварра, – оказывается, все это время берсерк помнил о цели.

– Иди! – проводила его взглядом. Я тоже хотела смерти Райвену. Но для меня существовали более важные вещи. Не прощу себе, если случится непоправимое. Пусть между мной и Корвином все кончено, но сама мысль о его гибели приводила в ужас.

Завал, что преградил обратный путь, состоял из множества мелких камней и нескольких крупных глыб. Между двумя из них можно было протиснуться. Расширив проход, насколько возможно, перебралась на другую сторону. Плотное облако пыли затруднило видимость. Я замедлилась, полагаясь лишь на собственное чутье. Упрямо шла вперед, то и дело взвизгивая, спотыкаясь о камни, пока не наткнулась на нужный коридор. На мое счастье, он пострадал не так сильно, как тот, из которого вышла.

Значит, они точно живы, – припустила изо всех сил.

Вот и знакомая дверь. Она содрогалась от ударов. Наверняка рейтеры сообразили, что помощь близко и пробивали себе путь наружу.

– Корвин! Кай! Я сейчас открою! – крикнула им. Но в ответ раздался лишь жуткий вой, а частота ударов увеличилась.

Да что там творится? – едва успела снять задвижку, как дверь сорвало с петель. В коридор выкатились сцепившиеся клубком вампир в боевой трансформации и берсерк. Корвин в бешенстве кидался на друга, которого спасала лишь толстая чешуйчатая броня.

– Отвлеки его – рокочущим голосом прорычал Кальмин, – силен зараза! Надо его оглушить.

– Попробую, – издав громоподобный рев, кинулась в гущу драки. Но не тут-то было. Корвин легко противостоял нам обоим. Оставалось последнее средство. Я отскочила в сторону и призвала дар.

– Корвин! – позвала любимого и тут же пожалела об этом. Зверь отбросил вампира, до хруста впечатав его в стену, и прыгнул ко мне. Отшатнувшись, рухнула навзничь, содрав кожу на локтях. Жуткая челюсть клацнула зубами в сантиметрах от лица. Едва успела увернуться. – Корвин, это я. Шадей! Остановись!

При звуке моего голоса зверь замер. Он скалился, рычал, втягивая мой запах, заливая тело вязкой слюной. Потом ткнул мордой в бок, перевернул. Слизал кровь, сочащуюся из раны, заурчал. Как и в прошлый раз, стал медленно меняться, постепенно возвращая человеческий облик.

– Шадей! – Корвин заключил меня в объятия. Хотел даже поцеловать, но не успел. Пришедший в себя вампир неслышно подкрался сзади и одним хлестким ударом отправил друга в бессознательное состояние. Варис обмяк и завалился на меня, придавив немаленьким весом.

– И как это понимать? – спросил дорриец, вернувшись в нормальный вид. Он стащил с меня Корвина и подал свой изрядно подранный камзол. Я тут же закуталась в него, но скорее машинально, а не оттого, что стеснялась наготы. Видел уже, да и не до этого было. Уверена, мои прелести сейчас интересовали доррийца меньше всего.

– А на что похоже? – огрызнулась неожиданно зло. Второй раз принимаю облик соперницы, и второй раз именно она оказывает решающее воздействие, доказывая, насколько глубока зависимость бывшего жениха от нее.

– Ты знала, что это поможет? – уточнил вампир. Я молча кивнула и отвернулась, пряча навернувшиеся слезы.

– Он не в себе. Я не представляю, что Кор сейчас чувствует. Дай ему время прийти в себя. Принять то, каким он стал и…

– Я вернула кольцо!

– Но…

– Хватит об этом, – оборвала я. Не хватало еще жалости от вампира. – Нам нужно выбираться. Соседний коридор завалило. Твои друзья, похоже, перестарались.

– Ты права. Идем! – легко подхватив Корвина и взвалив его на плечо, ван Доррен направился к выходу. Я на мгновение опешила от покладистости клыкастого, но тут же опомнилась и бросилась следом. – Здесь не действует магия, – посетовал Кай, – иначе давно бы связался с Альеной или расчистил нам путь. Но разрушение стен ослабило блокировку. Как только появится возможность, подам сигнал. Хотя уверен, сестренка уже разобралась, что к чему. Чувствуешь, замок больше не рушится? Готов поспорить, что к нам уже выслали группу поддержки.

– Угу! Пока они найдут нас, мы тут задохнемся, – проворчала в ответ. Несколько раз только чудом успела увернуться от падающих глыб. – Или завалит так, что никто не найдет.

– Нет! Альена по камешку тут все разберет. И даже если задохнешься, вернет из Серой долины. Как-никак самый сильный некромант в королевстве. Да и во всей Альвадии, пожалуй.

– Благодарю! – съязвила я, – это сильно меняет дело. Но если я все-таки умру здесь, то пусть так все и останется. – Сгоряча, конечно, сказала. Чтобы позлить вампира, но доля правды в словах была. Там меня ждала неизвестность. Райвен, если Кироп его не убил, конечно. А еще долгие годы притворства и одиночества. Безусловно, я приспособлюсь. Найду себе теплое место под солнцем. Но это будет другая жизнь. Без Корвина. Без любви.

– Эй! – задумавшись, не заметила, что Кай остановился. Но где же Варис? Ааа, вот он, лежит в сторонке. Все нормально. – Эй, никогда не говори так! – вампирюга схватил за грудки и встряхнул с такой силой, что у меня клацнули зубы.

– Ты чего взъелся? – оттолкнула мужчину, – убери лапы. Моя жизнь тебя не касается.

– Ошибаешься! – прошипел дорриец, – ты еще не выполнила клятву. Так что я заинтересован в том, чтобы ты была живой и здоровой.

– Как пожелаете, вейр ван Доррен, – процедила ответ.

Вампир ничего не сказал, и не съязвил, что было очень странно. Молча развернулся, поднял с пола Вариса и зашагал к выходу. Лишь в одном месте, где коридор завалило камнями, нам пришлось повозиться. Кай поддержал тяжеленную плиту, пока я протаскивала Корвина в узкий лаз. А потом, меня вдруг резко подхватили за талию, и подкинули вверх. То же самое сделали с Корвином, с легкостью вытащив его наружу.

Сообразив, что оказалась на спине здоровенного аракнида, пронзительно завизжала.

– Тише ты! – рявкнул Кальмин, который неожиданно оказался рядом. – Это свои. Помощь. Спасение. Ну? – звонкая пощечина подействовала так, будто ведром ледяной воды окатили. Я заткнулась, но затаила на вампира обиду.

Не мог сразу объяснить? Предупредить? Я же чуть с жизнью не распрощалась. Все знают, что с аракнидами шутки плохи. Тут нечисти пруд пруди. Откуда мне знать, что это ручной паук, а не плод изысканий Хозяина?

На поверхность нас доставили довольно быстро. Скорость, с которой аракнид передвигался по коридорам, да еще неся на себе немаленький груз, поражала. Во дворе наше появление восприняли очень эмоционально.

Альена, взвизгнув (или всхлипнув?), бросилась обниматься с Кальмином. Ее супруг, восседающий на крупном черном аракниде, помог спустить тело Вариса. Я сама слезла, стремясь оказаться как можно дальше от пауков. А их тут, видят боги, тьма-тьмущая!

К тому времени, как мы выбрались, я приняла родной облик. Выразив благодарность за спасение чете Дхарасов, подошла к Корвину. Над ним колдовал знакомый мне эльф. Кринель, кажется.

– Привет. Как он?

– Вейра Шайена! – обрадовался моему появлению целитель, – рад, что с вами все в порядке! Моя помощь не требуется? – он внимательно окинул меня профессиональным взглядом. Я помотала головой и повторила вопрос. – Сложно сказать. Я ввел ему успокоительное, но у этого оборотня просто бешеная регенерация. Не знаю, насколько лекарства хватит.

– Как же Каю удалось его так долго без сознания держать? – удивилась я.

– Так, магия крови, девочка. Кальмин же Высший, он и не такое может. Но не переживай! С парнем все будет нормально.

– Я посижу с ним?

– Пожалуй, – согласился эльф.

Тут как раз аракниды стали выносить на поверхность уцелевших веурров, и целитель бросился к тем, кому требовалась его помощь. Воспользовавшись моментом, взяла Корвина за руку. Кто знает, может, это последний раз, когда есть возможность побыть с ним рядом.

Кожей почувствовала чей-то обжигающий взгляд. Обернувшись, наткнулась на искаженное гримасой гнева лицо Райвена. Закованный в кандалы, он стоял на коленях в окружении четырех доррийцев. Судя по униформе, они из личной охраны императора.

Ну, да! Кальмин же у нас важная шишка!

Приглядевшись, заметила, что охрана требовалась самому Райвену. Киропа, а я почему-то сразу угадала в черноволосом изможденном мужчине бывшего Владыку, заключили в магический купол. По тому, какие яростные взгляды он кидал на врага, желание убить противника в нем только возросло.

– Аши? – позвал пришедший в себя Корвин, – с тобой все в порядке?

– Да. Все закончилось. Райвена схватили. Ты свободен.

– Свободен? – мужчина горько усмехнулся, – как бы ни так. Мое собственное тело стало ловушкой.

– Но это…

– Довольно! – оборвал Варис, – тебе лучше уйти.

– Но…

– Еще слово, и я не смогу удержать оборот, – прорычал Корвин, – или тебе понравилось изображать Шадей? Оставайся, если хочешь до конца жизни носить ее маску.

Я отшатнулась.

Как он может? – отвернулась, чтобы не показать, как мне больно, и тут же напоролась на понимающий взгляд Райвена. Он глазами указал на доррийцев, затем на свои кандалы. – Нет! – одарила Хозяина презрительной улыбкой, – так тебе и надо!

Внимание привлек неожиданно раскрывшийся прямо посредине двора портал. Из него вышли берки. Первой ступила на землю хрупкая девушка с серебристыми волосами. За ней двое: мужчина и женщина. Оба с отливающим красным шевелюрами. Невероятная схожесть и разница в возрасте наводили на мысль, что это мать с сыном.

Женщину я узнала. Та самая берканка, что покорила черствое сердце Райвена. Стало быть, парень его сын?

Следующим из портала появился демон. Снежные волосы и необыкновенно синие глаза, невольно притягивали взгляд. Не могла не обратить внимания, что он сразу занял место возле Сэми, тогда как красноволосый берк не сводил влюбленного взгляда с среброволосой красавицы. Она отдала несколько приказов воинам, что вышли последними, и те взяли в кольцо Киропа и Райвена. Сама же девушка приблизилась к Альене.

– Лири! – обрадовалась встрече сестра Кая, – не ожидала тебя здесь увидеть. Какими судьбами?

Лири? Уж не Владычица ли Беркании? Так и есть. Судя по тому, каким взглядом пожирал ее Кироп, именно она, Ликирия Ридлит Барр’эрк.

– Слышала, тебе удалось обнаружить тех, кого я так давно и безуспешно искала, – ответила она, – а даже тех, кого не ожидала встретить в мире живых, – бросила грозный взгляд в сторону берсерка.

Вот уж поистине, Владычица! От той властности и угрозы, что исходила от хрупкой фигуры, у меня мороз пошел по коже.

– Что собираешься с ними делать? – поинтересовалась волчица у королевы Аракина.

– Вон того, – Альена кивнула в сторону Райвена, – судить за покушение на жизнь моего брата. А также за массовые убийства невинных людей. А с волком даже не знаю. Насколько успела выяснить, он жил здесь пленником. У меня нет причин его задерживать.

– Прошу отдать мне обоих. Ни одного из них нельзя оставлять на свободе.

– Почему? Можешь назвать хоть одну вескую причину? – уперлась Альена.

– Один из пленников отец моего мужа, второй – родной дядя. Они часть моей семьи, и мы имеем право самостоятельно решать их судьбу.

– Надо же! – поразилась королева, – какие сюрпризы может преподнести случай. Ты права, жизни этих мужчин принадлежат тебе. Кай, ты согласен?

Вампир, стоящий по левую руку от сестры, пожал плечами, показывая, что примет любое решение.

– Ваше Величество, – обратился он к Владычице, – в замке много веурров. Часть из них безумна, другая после издевательских опытов ожесточилась. Но они не по своей воле стали такими. Есть ли способ вернуть их к нормальной жизни?

– Есть, – удивилась вопросу Ликирия, – но почему Высший дорриец беспокоится за изгоев?

– Потому что среди изгоев, как вы изволили выразиться, оказался мой хороший друг.

– Он? – волчица безошибочно указала на Корвина. Вампир кивнул, подтверждая правильность предположения.

Девушка подошла к Варису, который безучастным взглядом созерцал происходящее. Она долго смотрела ему в глаза. Я могла только догадываться, что между ними происходило. Но в итоге мужчина кивнул и опустился на колено, признавая силу стоящего перед ним берсерка.

– Не беспокойся! – сказала девушка Кальмину, – с твоим другом все будет хорошо. Ему придется перебраться в Берканию. Пожить среди нас. Со временем, он убедится, что все перемены в его жизни только к лучшему.

– Благодарю! – ван Доррен почтительно склонил голову.

Спасибо! – мысленно поблагодарила Владычицу. Внутренняя сила, исходящая от нее, внушала уверенность, что она сдержит слово. Не было ни малейших сомнений в том, что под ее покровительством Варис обретет душевное равновесие.

Тем временем рядом с пленниками разыгралась другая сцена. Красноволосая Сэми, бесстрашно миновав стражу, подошла к Райвену.

– Зачем? – задала она единственный вопрос.

– Все ради тебя! Я до сих пор люблю, Самаэль! А ты? – желтые глаза берка лихорадочно блестели, – как быстро ты променяла меня на другого?

– Нет, Райвен. Это ты предал нашу любовь. Кир оберегал меня, защищал. Но никогда бы не убил того, кто занял место в моем сердце. Я была нужна лишь для того, чтобы добраться до брата и занять его место. Жалею, что упустила столько времени на глупую веру и пустые ожидания.

– Все не так, Сэми! Мне была нужна лишь ты. И наш сын! Но я не мог обречь тебя на жизнь изгоя, каким стал. Я хотел выстроить новое королевство. Для тебя и меня. Для нас.

– Это, – расхохотавшись, берканка обвела рукой пространство вокруг, – и есть твое королевство? Кучка замученных пленников, которых ты обрек на страдания? Чужой замок среди Пустошей? Ты жалок, Райвен! Я проклинаю тот день, когда встретила тебя!

Побелевший Райвен, будто в росте уменьшился. Непонимание, боль, растерянность, – много всего я увидела в его взгляде. Он же никого не замечал. Не отрываясь, смотрел в спину уходящей женщины, которая только что разбила в прах все его мечты и достижения.

Возможно потому, что единственная из всех следила за Хозяином, первой обратила внимание на то, как беззвучно зашевелились его губы. Мелкие волоски на коже встали дыбом, когда сообразила, отчего заволновались веурры. Они тоже слышали зов! Хлипкие остатки вампирского камзола разлетелись в стороны, когда тело, повинуясь чужой воле, стало трансформироваться.

Убить всех! – раздался в голове приказ, которому не смогла сопротивляться.

Краем глаза заметила зверя Корвина, который кинулся на охрану Райвена. Берки не успели ничего сообразить, как оказались растерзанными берсерком. Вытащенные из завалов веурры, количество которых к тому времени перевалило за сотню, взбесились и кинулись на своих спасителей.

Ашихнаэллин! – призвал Райвен, – убей ее!

Жажда крови, захлестнувшая разум, свела с ума. Чужая воля сломила все барьеры, которые безуспешно пыталась выстроить. Меня не сдерживал Кироп, а собственная воля оказалась недостаточно сильной. Я кинулась на красноволосую женщину, что недоуменно озиралась по сторонам. Клыки почти сомкнулись на тонкой шее, когда меня накрыла черная тень. Кироп Барр’эрк, в прыжке превратившись в громадного берсерка, сбил с ног, одновременно вгрызаясь в мой бок. Извернувшись, я заревела от боли. Однако сумела достать обидчика и разодрать ему грудную клетку. Но победой насладиться не удалось. Стоило подняться, как громадный пульсар взорвался перед самой мордой. Меня оглушило и отбросило на десяток метров. Силясь подняться, жалобно заскулила: передние лапы, которыми инстинктивно попыталась закрыться, были переломаны. Из раны на боку, куда сумел дотянуться берсерк, хлестала кровь. А демон, на женщину которого я покусилась, уже формировал в руках очередной пульсар. Я оскалилась, демонстрируя, что не собираюсь сдаваться. Ни один мускул не дрогнул на холодном лице рогатого, когда он метнул новое заклинание.

– Лерай, нет! Аши! – истошно заорал кто-то.

Неужели клыкастик волнуется? Ах, да! Клятва, – горько усмехнулась и все же зажмурилась, не в силах смотреть в глаза приближающейся смерти.

Раздался жуткий рев, потом взрыв. Меня с такой силой вдавило в землю, что вышибло последнее дыхание. Сознание балансировало на грани. Отстраненно я слышала, что творится вокруг, даже что-то ощущала. Но вот пошевелиться, заговорить или просто открыть глаза, не могла.

Что-то мокрое коснулась лица. Провело шершавой поверхностью по коже, слизывая кровь. Затем горячее дыхание опалило раны. От боли я застонала, и все тут же прекратилось. Хотелось пить, но из-за сильно слабости не могла попросить об этом. Я лежала на чем-то теплом, упругом. Оно со всех сторон защищало мое хрупкое человеческое тело. И мне почему-то было так хорошо и спокойно, что я невольно улыбнулась. Запекшиеся ранки на губах треснули, орошая лицо кровью. И снова кто-то старательно слизал влагу. Я промычала что-то невразумительное и провалилась в сон. Сказывалась слабость после серьезных ран. Организму требовалось время на восстановление.

Несколько раз просыпалась. Просила пить. Жадно глотала поднесенную ко рту жидкость и снова отключалась. И вот когда в один прекрасный момент очнулась, почувствовав себя невероятно бодрой, и открыла глаза, то истошно завизжала. Потому что рядом со мной, в каких-то сантиметрах от лица, находилась огромная, полная громадных клыков драконья морда. Ни с кем другим это существо перепутать не могла. Не то чтобы я их сильно боялась. Это вполне разумная, красивая и гордая раса. Но увидеть ее представителя вживую, в непосредственной близости, странно и страшно.

Что дракон делает рядом со мной? Или я рядом с ним?

– Эй, – позвала я зверя, когда немного успокоилась и пришла в себя, – что происходит?

Оказывается, эта морда нагло захватила мое тело, обнаженное, между прочим. Я не могла самостоятельно выбраться, зажатая в плен между мощными лапами и прикрытая сверху радужным крылом.

Ну, хотя бы понятно, откуда все это время шло тепло.

– Эй! Ты меня понимаешь? Отпусти немедленно! Я хочу есть, мыться и в туалет. И именно в такой последовательности! Кто ты такой, урр тебя подери? Отвечай, или язык проглотил?

Ящер фыркнул, обдав меня облачком пара. После нехотя разжал лапы, опуская на землю.

Гм, – пошатываясь, выбралась из драконьих объятий. Осмотрелась. Находились мы посреди роскошного сада. Площадка, которую зверь себе облюбовал, безжалостно вытоптана. Но и того, что оставалось было достаточно, чтобы позавидовать тому богатею, кому все это великолепие принадлежало. Неподалеку обнаружился бассейн с прозрачной водой. Есть, конечно, хотелось сильнее. Но устоять против чистой воды не смогла. Пока я плескалась, используя мыльные принадлежности, которые кто-то заботливо оставил на бортике, наглая драконья морда не сводила с меня глаз. Выбравшись из воды, обнаружила аккуратно разложенную на травке одежду. – Это хорошо. Вовремя!

Натянула тонкую рубашку, влезла в платье. Простое, без изысков, шнуровок или корсета, но пошитое из дорогой ткани, и оттого весьма достойное.

– Есть хочу! – пробурчала я, а желудок издал голодную тираду. Дракон снова фыркнул и указал мордой куда-то в глубину сада.

Ладно. Поверим, – пошла в указаном направлении и скоро наткнулась на беседку. Мраморные скамейки, вьющиеся по столбам цветы и круглый стол посередине, уставленный всевозможными блюдами, от одного вида которых потекли слюнки.

Утолив первый голод, смогла более здраво рассуждать. Драконы – не дикие существа, а своего рода оборотни. Значит, за маской такой вот жуткой громадины должен скрываться тот, с кем можно общаться. Поблагодарить, в конце концов, за гостеприимство. А еще поинтересоваться, что все-таки произошло, и как я сюда попала.

– Эй! – уже привычно обратилась к чешуйчатой рептилии, – я сыта, так что можешь не бояться. Не съем тебя. Давай уже, превращайся в человека, и поговорим!

Дракон округлил свои и без того большие и невероятно синие глаза. Можно сказать, вытаращился. Но я для верности, помахала ему кулаком и пригрозила настучать по здоровенной морде, если он продолжит меня дурачить. Около минуты ничего не происходило, потом мощная фигура зверя подернулась радужной дымкой. На мгновение дракон исчез, а потом на его месте возник знакомый силуэт.

– Кай? – если бы уже не сидела, обязательно плюхнулась на попу, – это как понимать? Ты же вампир?

– Аши, – виновато улыбнулся клыкастик, – ты только не волнуйся. Я сейчас все тебе объясню!