Глава 5. Новая глава в жизни

Глава 5

Новая глава в жизни

Один отрезок богов спустя,

Шан

Лучи Орса проникали сквозь стекло окна и слепил мне глаза. День обещал быть теплым и чудесным. Как, собственно и вчера.

— Монстро, ко мне! — Крикнула я, приготовив кусочек сливочного сыра.

— Ты его раскормишь, — пробубнила Нарика, привычно нарезая овощи для салата. — И так, словно колобок.

Гремлин прикатился быстро, жадно сверкая зелеными зрачками. За год, что мы вместе живем, я научилась различать его настроение, а так же добавила несколько полезных слов в его лексикон. Правда, их он коверкает на свой лад.

— Да ладно, он больше просто не сможет распухнуть, — рассмеялась и кинула другу кусочек лакомства.

— Сяб, — рыкнул он.

«Сяб» — это спасибо. Длинные слова совсем как-то не задались. Монстро вырос прилично. Его шерстка стала еще чернее, зрачки больше и страшнее. В деревню мы его не брали, но парочку раз, гремлин убегал и воровал кур. Главное, что не у нас. Хотя, в Шане уже давно шепчутся о злобном существе, которое ведьма наслала на домашнюю птицу. А меня и вовсе держат в заложницах, чтобы продлевать силу. Забавные люди вечно ищут себе приключения. Придумают сказки, и сами в них верят.

— Её, — подпрыгнул Монстро.

— Хватит, — отрезала. — Я тебе и так приличный кусок дала. Лучше сходи, да рыбки поймай.

— Агась.

— Да, именно сейчас! — Посмотрела на Махрна, который оскалился и рванул к выходу.

Нарика засмеялась.

— Забавно за вами наблюдать. И хоть каждый раз одно и то же, все равно диву даешься.

Год в деревне пролетел быстро. Лето сменила осень, а там и до зимы не далеко. А как только сошел снег, то я научилась управлять магией. Мне стало легче набирать воду из колодца, да таскать продукты на продажу в деревню. Домашние хлопоты превратились в развлечение, и все больше времени оставалось на чтение. Письменность этого мира я выучила легко. Язык чем-то похож на латинский, но все же «звучал» грубее. Изучать мне понравилось эльфийский. В нем присутствовали красивые, витиеватые буквы, напевные речи и протяжные звонкие буквы. Давался он мне однако тяжело… Из-за нехватки литературы. Казалось бы, деревня расположена на эльфийской территории, но здесь не жалуют ушастых. И достать книги на их языке довольно трудно. У Нари имелась парочка. Ведьма когда-то учила язык, но со временем он позабылся. К чему его в голове хранить, если все равно все на всеобщем болтают.

— Давай садись уже. Копошишься все, да копошишься. Есть хочется.

— Ладно, — уложила сыр в тарелку, села за стол.

Домашние заботы мы поделили поровну. Когда Нарика только взялась меня обучать — было тяжело. В особенности осознавать, что без сильного тела не может идти и речи о выдающейся магии.

Наверное, поэтому, я полдня копала в огороде, таскала воду, а потом бегала и плавала в озере. После таких нагрузок, запоминать что-то было тяжко. Но время шло, синяков становилось все меньше, практики больше.

— Ты готова, — выдохнула Нарика. — Готова выходить в свет.

Я не успела наложить в тарелку салат, как ложка шмякнулась об стол.

— Но…

— Я ни в коем случае, не прогоняю тебя, Эш. Но жить тут ты не можешь.

Прозвучало грубо, знаю. Но ты молодая, талантливая магичка. И бытовая магия — это только минимум, на что ты способна. Я дала тебе все, что знала сама. — Нарика вздохнула. — Поверь, за этот цикл я к тебе привязалась. Ты всегда можешь приехать в гости, послать письмо.

Сглотнула. Мне страшно покидать Шан и Нарику. Здесь тихо, спокойно, безопасно. Никто не пытался меня съесть, не интересовался моей персоной. К хорошему быстро привыкаешь.

— Ашлинг, — Нари облизала губы. — Я не гоню тебя сейчас, но нужно наметить и проработать маршрут, понять цели и следовать им. Там, где цикл, там и два, и три, и пять… Время быстротечно.

— Да, я понимаю все. Знала, что на пмж приехала, — подняла ложку и зачерпнула ей овощи. — Просто как-то неожиданно.

—Новое всегда вызывает страх. Главное, знать, куда идти и ради чего ты преодолеваешь этот путь. Без цели все лишается смысла.

Мы доели молча. Я витала в собственных мыслях. Этот мир был для меня нов, даже спустя год.

Наставница даже повесила старую потрепанную карту мира в моей спальне, чтобы я ее изучала и запоминала.

Круос разделен на шесть материков и пятнадцать островов. Всего в мире семь государств, которыми управляли сильные мира сего.

Эльфийское царство Аруна, в котором я жила последний год находилось на юго-западе Круоса. Последние сто лет тут властвовала лесная Дива, Сианот. Нарика сказала, что эльфийка убила мужа и завладела короной. Женщина может плести какую-то песнь жизни, насыщать чашу забвения магией и именно поэтому ее никто не решается свергнуть. С Сианот встречаться опасно. Дрянь редкостная. В последние пятьдесят лет здесь ценится мнение женщин, нежели мужчин. И поэтому, зачастую на эльфийских землях, в большом скоплении народа можно заметить, как мужики превращаются в желе перед своими женами, сестрами, матерями. Потому что, если шпионы Сианот увидят иное, ждет расправа. В виде штрафа, плетей или темницы. Тирания, как, оказалось, процветает вовсю.

Земли оборотней называются Улх, граничили с эльфийскими на северо-западе. Здесь не было королей, зато имелись альфы и их территория. Тут я не все поняла, но Нари сообщила, что оборотни бывают разные. Соответственно, их земли разделены по секторам. Вожаки крупных стай представляли Улх на верховном собрании.

Гномьи горы или государство Марбух — это горные массивы, которые растянулись на севере Круоса. Гномий царь был типа арабским шейхом. Имел гарем, пять жен и неплохо поднял свою страну в экономике мира. Народец слыл отъявленными торгашами, ювелирами и мастерами. А так же рыбаками, потому что в Ледяном океане водился определенный сорт рыбы, который очень ценился в других странах. С гномами старался никто не конфликтовать, потому что все крупные поставки шли из городов Марбуха. Ну, и характер у гномов злопамятный. Если обидят, то долго будут помнить, припоминать и мстить.

Пятнадцать открытых островов, располагавшихся по всему миру, принадлежали морскому народу и особой значимости для остальных рас не представляли. Правда, иногда в тех местах пропадали корабли, охотившиеся за морскими сокровищами.

Государство магов было небольшим и отвоевало себе место на одном материке, в отличие от оборотней и эльфов. Реккен — родина моей бабушки и дедушки. Омывалась она двумя океанами. Самым большим по площади — Мирным, и самым холодным — Ледяным. В Реккене три моря: синее, мраморное и ядовитое. Собственно я собираюсь в столицу, Армин. И да, мне каким-то способом придется переправляться через залив Шанди.

Дрэнген— земли драконов. Это высокогорье, отвоеванное у гномов в давние времена. Ящеры живут на северо-востоке. О них почти ничего известно, потому что ящеры хранят свои тайны, как и драгоценности в сокровищнице. Под десятью замками. Сами они нелюдимы, и встретить их величайшая редкость.

На востоке красовался материк, похожий на тело змеи. Крайт. Омывался тремя океанами.

Наставница хмыкнула на мое сравнение и пояснила, что его много тысяч лет назад заселили василиски.

Самый маленький континент назывался Поиристус, что с древнего языка переводится, как «Начало пути». Он принадлежал Верховному правителю, который там и властвовал. Нарика никогда не видела владыку, и о нем никто не говорит. Боятся накликать беду. Известно, что это мужчина. Но к какой расе принадлежит, никто не имеет понятия. Его боятся, ему подчиняются, перед ним склоняют головы… Из своего замка, который находится в юго-восточных широтах, он решает вопросы, созывает советы, контролирует всех. Я его обозвала марионеточником. Вроде ничего не делает, а за ниточки дергает. Верховный не вмешивается в дела государств, пока не возникает острой необходимости.

Считаю, что шикарно живет! Созвал совет пару раз в год, отдал приказы и лежи на солнышке брюхо грей. Правда, когда я об этом сообщила Нари, то та побледнела и велела подобной дерзостью не шокировать других.

— Тебе надо идти к магам, — подумавши, заявила ведунья, отрывая меня от дум. — Как раньше и планировалось.

— Мы же обсуждали, что подумаем над этим решением.

Фэнтези сказки вдруг стали реальностью и я каждый день думаю, чем же меня наградил мой древний род.

— Да, но твои силы нужно развивать. В Академии Эльфов будет сложно и есть возможность привлечь внимание Дивы. Ни к чему оно тебе. У оборотней же… Там вообще школ магий нет, в основном все на Реккен перемещаются. Да и оборотни считают, что удел женщины — слушать альфу, мужа и рожать детей. Ты там не выдержишь. К драконам тебя не пустят, хоть там обучение и на высшем уровне. Но уж больно они охраняют свои тайны и сокровища. Да и находятся так далеко, что придется весь Круос пересечь.

— Миллоки сказал, что моя внешность приметная. Волосы, цвет глаз…

Через полгода жизни с Нари, я призналась ей в том, что являюсь потомком проклятого рода. Наставница кивнула, улыбнулась и поблагодарила за доверие.

— Это поправимо. Волосы выкрасим в яркий цвет, да и глаза тоже можно прикрыть магией. Ашлинг, поверь, у магов тебе дадут все: знания, цель, опыт. Да, ты можешь выучиться здесь, у эльфов, но потом тебе будет трудно пробраться в Реккен. А так, станешь своей, да узнаешь все про свой род, силу. Найдешь свое место в жизни.

— Да меня казнят, когда узнают, — пробормотала. — Хотя я все же надеюсь узнать, за что мой род прокляли, чем мне это грозит, как снять это самое проклятье.

— Поэтому тебе нужно поговорить с Верховным и стребовать клятву. На крови, как с Милло.

Я ужаснулась. Требовать? У самого сильного босса этого мира? Да Нарика рехнулась!

— У того, кого все боятся? — Решила все же выказать недоумение.

— Ага. И пусть хвостатый гад тебе в этом поможет. У него язык хорошо подвешен. Да и хоть какая-то польза от ваших отношений будет.

Наставница советовала не продлевать сделку с тритоном, но у нас остался год сотрудничества и что-то подсказывает, его будет мало… С Милло мы и так виделись редко и зачастую это были простые разговоры. О моем мире, о моих успехах и жизни.

Нарика же мне ведала про Реккен, что знала сама. Мне откровенно боязно покидать дом, который стал родным.

Монстро спустя где-то час притаранил к моим ногам целую голову мелкой рыбешки.

— Арь!

— Вот, ты даже эту бестолочь говорить научила, – хмыкнула Нари. — Поэтому, не страшись, прорвешься. Никто не ожидает, что последняя из Сириус будет шататься по улочкам Реккена. Скорее всего, все считают, что ваш род уничтожен. И то, это касается власть имущих, а не простых жителей.

— А магия?

Никто не знал, какой магией обладали представители моего рода. Говорят, что опасная, но я не чувствую в себе злости. Только мрачное предвкушение. То самое, которое толкает задницу на приключения.

— А что магия? Ты всем скажешь, что приехала из Шана, где тебя воспитывала тетка с минимальными знаниями бытовой магии. Сколько в тебе сил не знаешь, но не прочь узнать.

Я хотела спокойной жизни, но, кажется, это не мой удел. Домой бы вернуться…

—Портал в твой мир открыть нельзя. Поэтому даже не думай.

Нарика умела меня считывать. Особенно тоскливые взгляды и вздохи по родному миру.

— Ладно, мне нужно собраться, — выдохнула я.

— Сначала огород, потом красим волосы и колдуем над глазами. Нужно еще найти лошадь, сделать запасы.… И написать письмо. В Армине, столице Реккена живет мой давний знакомый, который задолжал. Ты поедешь к нему, дашь записку, и он поможет с поступлением. Мне так будет спокойнее.

— Хорошо.

Учиться я не сильно жаждала, но, чтобы жить в новом мире, необходимо научиться себя защищать. Словесно и магически.

— Арь! — Напомнил о себе Монстро.

— Сейчас пожарю. Мы скоро отправляемся в путь, дружок…

—Асо?Басу?Ыррр?Агась?

— Мясо у соседей не воровать, — отрезала ведьма. — Колбасу и сыр я в дорогу положу.

— Шо-о-о-о-о-о.

Опустила руку и погладила пушистый устрашающий комок.

До вечера мы занимались домашними хлопотами, готовкой, сбором урожая. Лето плодоносное, мы только и успевали делать заготовки на зиму. Когда стемнело, я отправилась купаться на озеро. Смыв всю дневную пыль, я тихо напевала песенку. Монстро следил за мной. Охранял.

Водная гладь завибрировала, и в ней показался хвост Милло. Ненавижу, когда он так появляется!

— Черт! – Выругалась и побежала на берег, хватая рубаху и натягивая ее на себя. – Мог бы и подождать, пока вымоюсь!

— Терпение — не моя добродетель, сладенькая. Тем более лучше вида снизу, может быть только вид спереди.

Тритон вырос из глубин озера и сверкнул белоснежной улыбкой. Я всегда хотела сделать себе зубы, но мечта обещала ею и так остаться.

— Очень жаль. В жизни помогает, знаешь ли.

— Я общался с Нари, и она считает, что ты вполне готова начинать меня развлекать. Живя в Армине.

Монстро зарычал.

— Чтался!

— Соглашусь. Размечтался! — Возмутилась я.

— И, тем не менее, завтра ты должна покинуть эту землю, конфетка.

— Знаю.

— На ночлег останавливайся у рек и зови меня. Зайди в воду и мысленно призывай, я появлюсь.

Ага, шнурки завязываю и бегу. Миллоки вроде бы вел себя по-доброму, но я ему совершенно не доверяла.

— А ты звереныш, охраняй хозяйку, — тритон пристально посмотрел на гремлина, который сразу стал скалиться.

А это зрелище не для слабонервных.

— Ему стоит похудеть. Откормила ты его.

— Сам и худей, — огрызнулась, — Монстро идеален. В отличие от некоторых.

Миллоки приблизился к берегу, сверкая шикарным хвостом.

— Хочешь поискать жирок? — Флиртовал мужчина.

— Воздержусь. А то я только недавно рыбки поела, больше не тянет, — захлопала ресницами.

Тритон расхохотался.

— Жду твоего зова.

—Жди, — пожала плечами и, развернувшись, пошла в сторону дома.

— И тебе не хворать, вежливая моя.

—Не твоя, придурок, — буркнула и крикнула,— Монстро, за мной!

***

Мы с Нари склонились над тазом. Монстро порыкивал за дверью, а я внутри себя, потому что никогда не любила данные процедуры. Ни в своем мире, ни в этом.

— Эта краска творит чудеса, — густо намылила мои волосы ведьма.— Во-первых, она не магическая, а значит, иллюзию снять никто не сможет. А во-вторых, тебе будут все завидовать. К блондинкам цвет липнет только так. Запишешь рецепт, и раз в месяц будешь мыть голову этой смесью. Она не воняет, вреда не причиняет.

— А цвет, какой будет?

— К белому всякий липнет. Темный тебе совсем не к лицу, золотистый быстро вымоется. Поэтому, милая, только въедливый.

— Красный что ли? — Возмутилась я.

— Розовый! — В голосе слышался смех.

Вздохнула. Я всегда хотела попробовать изменить цвет волос, но было откровенно жалко. Да, немного нестандартный цвет, но зато блестящие, шелковистые, волнистые и здоровые. Что будет после иномирного эксперимента, не знала.

Нарика колдовала долго. Промазывала каждую прядь и зачаровывала шептанием. После процедуры я пять раз промывала голову, а после высушила простецким бытовым заклинанием. Сказка просто! У нас на земле стиралки с сушкой, а тут щелкнул пальцами и готово!

Монстро, увидев меня, выдал:

— Жас!

—Сам ты ужас на крыльях ночи. Не пугай, самой страшно.

— Тебе идет, — Нари протянула мне карманное зеркальце. — Глаза сразу выделились, и кожа стала прямо фарфоровой. Сразу видно, что в тебе течет кровь аристократов.

— Да ладно? — Неверяще фыркнула и посмотрела на новую себя. — Дела-а-а-а-а-а-а… Определять аристократизм по внешности — это безусловный талант.

— Не язви.

Ядреный розовый цвет делал из меня очень странную девочку. Не спорю, вышло ярко, красиво, непривычно. Надеюсь, свой родной волос верну со временем.

—Хотела не выделяться из серой массы, — пробормотала. — Насильно перехотела.

— Зато никто не подумает, что ты связана с проклятым родом. По крайней мере, пока ты не освоишься.

— Если меня в цирк не сдадут, как клоуна, — покачала головой.

— Главное, чтоб мужик не утащил какой-нибудь. Помни, что языкастых баб у нас не любят. Высшая знать считает, что удел женщины сидеть дома, быть красивой и рожать наследников. Идеально, если они одаренные. Поэтому в Академии не жди любви, ласки… Там девчонок мало, насколько я помню. Зато зарвавшихся мужчин хватает. Пока не научишься защищаться, не влезай в споры и стычки.

Слушала и кивала.

— Поняла.

— Идем, помогу тебе собраться.

Вечерний сбор шмоток занял не так много времени, как обычно бывает перед отпуском. В своей жизни я только один раз ездила на море. В Геленджик. Бюджетный номер в пансионе, парочка друзей и много выпивки. Непримечательный отпуск. Возможно, не то место, не те люди. Отсутствие мамы в моей жизни сильно повлияло на меня. Да, бабушка воспитала хорошо. В любви, заботе. Приучила к труду и доброте. Но мама в жизни каждого ребенка важный человек, и очень плохо осознавать, что ты ей не нужна.

Вроде бы все нужное укомплектовали. Как же не хотелось уезжать!

— Кобылу завтра заберешь в деревне, из дома захватишь два тканевых рюкзака из комнаты. Не забудь сыр, вяленое мясо, флягу с водой, склянки с зельями, крупу.

— Из деревни? — Нахмурилась я, прикидывая, кто такой добрый может дать мне лошадь.

Нарика подскочила к столу, достала из ящика лист бумаги, перо и быстро что-то написала, запечатала, заколдовала.

— Отдашь Олеху, он оседлает тебе кобылу. Только скажи, чтоб нормальную дал, а не больную. Иначе ведьма припомнит трех девиц, что к ней захаживали три весны. Он поймет. Так же положила в рюкзак письмо к моему другу, на конверте написан адрес. Как приедешь, сразу к нему и ступай.

Кивнула и приуныла.

Катание на лошади было одним из моих нелюбимых дел. Высоко, зад болит, и едешь, словно, на горбу у верблюда. На последнем я не каталась, но воображение никто не отменял.

— Так…Лучше сейчас дам порошки, зелья. Для защиты. Подвесь к поясу и в случае опасности бросай в лицо. Хотя… Пойдем, все объясню.

Остаток вечера ведьма все мне разжевывала по назначению зелий, потом мы поужинали на крылечке, слушая рокот цикад и чавканье Монстро. Было хорошо, спокойно, уютно и тоскливо.

— Не хочется уезжать, но нужно двигаться вперед. Только это сложно очень.

Я любила комфорт. Очень. Да и кто его не любит? Но там, на Земле я хотела добиться высот. Работы с хорошей зарплатой, квартиру в Питере… Путешествовать мечтала. В Аргентине побывать, на Бали покачаться на качелях, да на Мальдивах попу погреть. Бабушке показать что-то помимо Ольховки.

А здесь расслабилась. За этот год мне ничего не хотелось. Лишь бы диковинная дрянь ко мне больше не липла. Я так и не привыкла, что на Круосе обитает кто-то помимо людей. Хорошо, что от магии больше не шарахаюсь, как было в первое время. Это сейчас можно с улыбкой вспомнить потуги, а тогда… Хотелось плюнуть и заявить, что я полная бездарность. И сейчас-то знаний мало, но по мелочи могу колдовать.

Нарика принесла нам чай и цитрусовых печенек.

— И еще, Эш… Будь осторожна.

— Да, ты говорила, Нари. Буду тише воды, ниже травы, — сделала глоток и зажмурилась.

Мятный настой с ягодами — мой любимый. Кофе в этом мире не водилось, и приходилось устраивать разнообразие в чаепитиях.

— Помни, что ты больше не землянка, а круоска. Тут действуют иные порядки и законы. Тут все держится на магии, веры в богов и предначертания свыше.

— Ага-а-аа, — потянула я, зевая.

— Агась! — Вставил Монстро.

— Ты маг, а значит, тоже попадешь под божественное распределение, — выдохнула Нари. — Помнишь, я тебе рассказывала про элаи?

— Истинные пары? Да. Давно дело было.

И это мне совершенно не нравилось. Если в книгах это смотрелось до жути романтично, то в жизни могло вылиться кучей проблем.

— Если ты встретишь своего элая, то он сможет увидеть всю тебя. На истинных, магия друг друга не действует. Будь осторожна. У каждого вида свои нюансы «узнавания» пары.

— Но я могу и не встретить, — пожала плечами. — Ты так же говорила, что встреча элая сродни удаче.

— Просто поверь, что ты этот момент не пропустишь. Мне рассказывали, что у магов это словно яркая вспышка и озарение. Ты смотришь на элая и понимаешь, кто он для тебя. У тебя, как у мага может быть выбор. Так же, как и потомство от других мужчин. А вот многие расы ждут свою истинную…

— А можно от этого защититься?

— Нет. Точнее можно, но ненадолго. От этого нет спасения. Даже, если ты выберешь другого, кто тебе по сердцу ближе… Настанет момент, когда магия взовет к паре. Боги гневаются, когда их не слушают.

— Просто класс! — Выплюнула недовольно.

Перспектива быть с кем-то связанным не радовала. Я надеялась, что меня эта участь обойдет.

Очень плохо, что в этом мире все на магии завязано.

Не Круос, а сплошной договорной контракт.

— То есть если я встречу элая, то он может и не догадаться кто я? В силу своей расы к примеру.

—Встретить истинного это редкость. Но я должна была предупредить. Надеюсь, ты его не встретишь, и сможешь сама вершить свою судьбу.

Вымученно улыбнулась и сделала глоток чая.

— Твои слова, да вашим богам в уши.

Монстро грозно зарычал. Зрачки окрасились в ярко-красный цвет, а тело гремлина раздулось. Животинка погнала к калитке и зарычала еще злобнее. Глаза махрна алели с каждым рыком. Это нас сильно насторожило, потому что мохнатый друг впервые за этот год показывал такую сильную агрессию.

За калиткой через пару минут выросло три силуэта. Длинноволосых, высоких и устрашающих. Монстро полетел прямо на них. Я успела свистнуть, чтобы друг притормозил и не спешил растерзать незваных гостей. Махрн остановился, но тихо рычать не переставал.

Один из мужчин, а это были именно они, судя по росту и плечам, вышел вперед, подняв руки.

— Меня зовут Орлион Агантийский из рода Северный Ветер. Я и мои братья пришли к ведунье Нарике за помощью, — голос звучал мелодично и напевно. — Клянусь, что явились с миром и не несем опасности ни физической, ни ментальной.

Нарика вздохнула.

— Монстро, пропусти господ. Что ж, Ашлинг, сейчас ты увидишь эльфов. Не люблю поздних нежданных гостей. Особенно таких, — пробормотала наставница.

Боги, был бы у меня фотик, чтобы это запечатлеть…

Три статных мужика вступили на эту не безгрешную землю. Я аж открыла рот, любуясь дивным народом. Вот это генофонд!

— Эш, рот закрой, — шикнула Нарика. — Это всего лишь эльфы!

Всего лишь? Это вот… Всего лишь? Высокие, длинноволосые, шикарные остроухие образчики этого мира? А кожа? Фарфоровая! Лица с правильными чертами лица. Глаза миндалевидные, подбородки волевые, разворот плеч… Ух! Узкие бедра, и крепкая…

— Ашлинг, прекрати! — Хлопнула меня по коленке Нари.

— А если не получается? — Глупо улыбнулась я.

На поясе у каждого эльфа красовался одноручный меч, мешочек с монетами. У того, что стоял впереди всех в руках находился хлыст. Кожаный такой, опасный.

— У-у-у-у-у, Нари, — пробормотала я. — Моя фантазия вышла вон.

Мужик с острыми ушами и хлыстом уже навязывает не те мысли, что требуются. Особенно невинной девице, перечитавшей кучу фантастической литературы и живущей в глуши.

— Я Нарика, — ведьма поднялась. — Ашлинг, убери посуду. Что привело вас ко мне, господа?

— Мое имя Арилионэль, — сделал шаг вперед другой мужчина.

Его голос оказался грубее, черты лица острее, а взгляд цепкий и прищуренный. — Нашу сестру похитили и нам нужно знать кто.

— А вы уверены, что она похитилась? — Выпалила я, вернувшись с кухни.

Эльфы отнеслись ко мне, как к невидимке. Просто проигнорировали вопрос.

— Ответьте на вопрос моей племянницы, — велела Нари.

— Безусловно, ее похитили, — отчеканил третий брат и посмотрел на нас с Нари, как на дур.

Демонстративно закатила глаза. Понятно, перед нами образцы эльфийской аристократии, и относятся они к нам, как к пыли под их ногами.

Вздохнула и покачала головой, рассматривая мужчин уже без «розовых очков» на кончике носа.

Заметила, что у «гостей» волосы разных оттенков белого. Бывает же такое. Нет, на Земле блондинки часто использовали тонирующий шампунь, чтобы подчеркнуть цвет. Но то женщины… А тут, у Орлиона волосы длинные, почти до талии и цвета молока или же постиранной простыни. У Арила шевелюра короче, чем у брата и доходила лишь до плеч. Прищурившись, отметила, что розовый оттенок ему идет. Пусть довольно и странно смотрится. У третьего образчика самцовости трудно определить длину волос, потому что те собраны в низкий хвост, но голубоватое свечение заметнее всего было именно у него.

— Кто? — Снова встряла я.

— Если бы мы хотели знать мнение простой человечки, то пошли бы в деревню, — потянул «голубой».

— Если бы вы были уверены, что сестрица не сбежала, то не дерзили бы. Монстро подойди ко мне, а то мало ли эти… заразные, — фыркнула. — Еще подцепишь гадость какую-нибудь.

— Ашлинг!— Ахнула Нарика, но в ее голосе слышался смех.

Наставница предупреждала, что остроухие, крайне, пренебрежительный и самодовольный народ. Они чтят свою расу и презирают остальные. В общем, ушастые расисты!

— Что? — Хмыкнула я, и наклонилась погладить Монстро. — Если бы меня пасли три придурка, я бы тоже сама похитилась. Каким-нибудь симпатичным и храбрым юношей. Он увез бы меня подальше от семьи и любил…

— Как? — Рыкнул Орлион.

—Что? Любил? Ну… Долго, наверное. Быстро — это совсем нехорошо. Нездорово даже.

— Лучше бы ты молчала, — застонала Нарика. — Господа, я слабая ведьма…

— Лорды, — перебила я Нари. — А у вас есть магия?

— Эта человечка совсем глупая? — Арил окинул меня презрительным взглядом и губы скривил так, будто общается со зверушкой.

— У нее розовые волосы, а о чем это может говорить? — Высказался Орлион.

Заскрежетала зубами.

— Да, магия нам подвластна, — ответил третий безымянный.

— О! — хлопнула в ладоши. — Вы тут оказывается на удивление самый адекватный. Так объясните, пожалуйста, для чего эльфам нужна слабая ведьма? Вы и сами можете справиться с поиском сестры. Какая реальная причина вашего прибытия в Шан? Только честно, а то мой мохнатый дружок давно на диете сидит. Овощной.

Монстро облизнулся и демонстративно закапал слюнями на землю. Ух, как противно и зловеще это смотрелось!

— А ты забавная! — Расхохотался безымянный. — Мое имя Гордаэлин. Я старший брат Вилирии и этих двух оболтусов.

—Горд, — процедил Орлион.

— Помолчи.

— Проходите, присаживайтесь, — Нари говорила сквозь зубы, да и улыбалась тоже. — Эш, приготовишь чай?

— Я? — Вылупила на нее глаза.

— Да.

Вздохнула.

— Хорошо.

— Нет, мы обойдемся, — Арил нервно хохотнул. — Ваша подопечная на нас слишком странно посматривает.

— Это от недоедания, — брякнула я.

Орлион и Арилионэль напряглись, а Горд расхохотался. Его голос не был похож на колокольчики, но ласкал уши.

— Прошу извинить мою племянницу и ученицу, она плохо воспитана, — решила полебезить перед этими ушастыми Нарика.

Вздернула бровь.

— Мы простые деревенские люди, чтобы блистать этикетом и дружелюбностью. Что вам нужно на самом деле?

— Наша сестра и правда, пропала, — Горд, говорил со мной, смотрел на меня, окутывал спокойствием и располагал к себе. — Но мы знаем, куда она отправилась. Не одобряем этого, но Вилирия сама все решила. Мы же услышали, что у ведьмы на окраине нашего государства живет молодая магичка, которая поедет в Академию Армина.

Я посмотрела на Нарику. Откуда вообще эти ушастые об этом знают? Я сама точно не знала, что туда отправлюсь, как и наставница. Кто сболтнул? По лицу ведьмы поняла, что та тоже думает над личностью сплетника.

— И пришли сюда с требованием найти ее. Зная, что вашу сестру не похитили, а она сама сбежала. Что-то я логики не вижу. Или вы запутались в своей легенде. То похитили, то нет. Вы уж определитесь.

— Они прощупывали тебя, — подсказала Нарика.

— Он да, — кивнула на Горда. – А эти… Ну, там видно, что с логикой проблема.

— Брат, да ты издеваешься? — Вспыхнул Орлион. — Эта слабая человечка не смеет так говорить с высшими господами. Идея изначально была плохой…

— Насколько мне известно, в нашей стране сейчас матриархат и вы должны слушаться женщин. А то мало ли захочу страже нажаловаться на неподобающее поведение мужчин. — Меня, как говорится, было не остановить. — Так что предлагаю просто слушать и …

— Эш, хватит, — Нари мягко взяла меня за руку, перебив. — Ты показала характер, и лорды будут более уважительно к тебе относится, не так ли?

— С чего бы…

— Лион, — рыкнул Горд на брата. — У нас была цель уговорить девчонку поступить в Академию и присматривать за Вил.

— А откуда вы вообще узнали обо мне? — спросила я. — Что? Обещаю нормально разговаривать, если не станете использовать грубые слова. Например, человечка, слабая, дура.

Эльфы промолчали.

— Из вашей деревни один купец приезжал, да рассказал нашей служанке, а она поведала нам.

— Понятно. Да, я собираюсь поступать в Арминскую Академию, и могу присмотреть за вашей сестрой, при условии…

— Мы дадим тебе монет и поможем добраться, — надменно выплюнул Арил.

— Это само собой. Мне нужны средства для существования, поэтому оплата будет поступать в счетную палату каждый цикл до того момента, пока требуются мои услуги. Это, во-первых. Во-вторых, вы поможете мне добраться до Армина. Желательно порталом, но это уже на ваш взгляд. В-третьих, мне требуется защита. Каждый из вас поклянется один раз мне ее предоставить по моей просьбе. В свою очередь, я обязуюсь приглядывать за вашей сестрой, отгонять назойливых кавалеров, не давать глупить и отчитываться перед вами. Не подробно, а коротко и по факту. Мне учиться надо, а не играть в шпионские игры.

— А ты не обнаглела? Переход, золото и свободна, — возмутился Орлион.

— Ну, допустим, дойти я и сама дойду, монеты заработаю…

— Братья, мы ведь договорились быть терпимее, — Горд посмотрел на меня. — Мы согласны. Отправляемся немедленно.

Эльфы разом поднялись. Монстро заскакал на месте, а в глазах Нарики читалась грусть.

— Хорошо, — кивнула. — Только принесете клятву кровную, что не причините мне вреда. А то мало ли, выйдем за забор, и вы меня в мешок запихнете, да утащите.

— Для чего? — Опешил Орлион.

— Для любви, — выдал Арил.

— Знаете, я девушка приличная и любовь вижу только в темной комнате и после свадьбы. Поэтому давайте, как-то без нее, — улыбнулась. — Мне нужно попрощаться с тетушкой.

Около двадцати минут заняло принесение присяги, то есть клятвы мне. Эльфы удалились за забор, а я вытерла вспотевший лоб.

— Ашлинг, ты ополоумела? — Накинулась на меня Нари.

Словесно, правда, но приятного мало.

— Я нечаянно.

И, правда, вся эта словесная диарея была неподвластна моему языку. Меня словно прорвало, хотя раньше не замечала за собой любовь к неприятностям и спорам.

— Но зато, как удачно сложилось. И заработок, и защита, и помогут добраться. И лошадь тебе в хозяйстве пригодится.

— Это верно, но зря ты их подначивала, девочка. С эльфами шутить нельзя. Они не прощают… Но ты молодец, что не показала себя слабой. Впредь будь серьезней и старайся не показывать невежественность. Понимаю, что одно дело жить в хижине и читать книжки, и совсем иное попасть туда, где обитают не только люди.

— Нари, я просто была ими ошеломлена. Это же эльфы! Красивые, как ад и такие противные. Ты видела этого Орлиона? Он же губами может показать, как относится к оппоненту, а этот с розовым отливом? Глаза прищуривает, словно уже насадил на вертел и к огню поднес.

— Тише ты. Нужно с эльфами аккуратнее. Это не деревенские мужики, которые простят и дальше пойдут.

— Да-да поняла. Они клятву принесли, будут платить и довезут до места назначения. А я присмотрю за их сестричкой. И деньги будут, и меня по дороге в Арлин не сожрут и в случае опасности, смогу за защитой обратиться. Мне, кажется, весьма недурно.

— Ты только осторожно.… И пиши мне. Браслеты и кристаллы это хорошо, но лучше так… Магической почтой.

— А она быстрая? А то в моем мире, пока дойдет, уже сто отрезков пройдет.

— Моментальная. Только перед тем, как отсылать письмо, зачаруй птицу.

— Надо же, — пробормотала.

Я взяла вещи, обняла Нари, выразив всю свою благодарность в слюнявом чмоке.

— Приеду напишу, а потом просто в гости наведаюсь… Или ты ко мне?

—Не забудь про письмо моему знакомому, и лучше про него ушастым не знать. Но там смотри по обстоятельствам.

Кивнула, обняла наставницу, пустила слезу и позвала Монстро.

— Еще увидимся, — тепло улыбнулась и, повернувшись, отправилась к калитке, где меня ожидали три эльфа и новая глава в жизни.