Глава 24

Я не поняла, когда все пошло не так.

Просто в одночасье из соседнего отсека начались раздаваться возмущенные возгласы.

Кирилл, нахмурившись, и попросив меня подождать здесь, отправился туда, к друзьям.

А потом…

Я же говорила, что умение вляпываться в странные, нелепые ситуации, сидит в моей крови?

Потому что я не стала дожидаться, пока Веселов вернется с новостями, а сама пошла на разведку. И стала свидетелем, как Кирилл растаскивает нескольких мужчин, которые, не стесняясь в выражениях, громко обсуждали, кому куда нужно пойти, что они думают друг о друге, и их ближайшем окружении.

У Сережи была разбита губа, он вытирал кровь тыльной стороной ладони, Саша, которого Кирилл удерживал, не давая вступить в схватку сразу с двумя агрессивно настроенными парнями, закатал рукава на худи, причем мне показалось, что на костяшках уже была кровь. Те двое, которых удерживали с двух сторон три девушки, были довольно потрепанные, один щеголял расквашенным носом, у второго рубаха оказалась лишена половины пуговиц.

Казалось, все произошло неуловимо быстро, но вот, один из тех бородачей, которые добавили красок на лицо новичка в группе Кирилла, вырвался из хватки девушек… и саданул по лицу Веселову.

Я тут же поднесла руку ко рту, наблюдая, как и губа мажора треснула, на подборок струйкой побежала кровь.

Из-за чего произошел инцидент, и кто являлся зачинщиком, разбираться не стали: дежурившие в тире охранники оперативно связались с полицией, и те слишком быстро, на мой взгляд, прибыли, чтобы скрутить всех участников драки.

Кирилл, хмуря брови, уходя вслед за бравыми ребятами, покачал головой, словно предупреждал: не стоит высовываться, он со всем справится самостоятельно.

Но разве я могла остаться в стороне?

Подбежала к полициейским, попытавшись вразумить их.

– Девушка, отойдите, Вы мешаете! – меня грубо отстранили.

– Но я свидетель! И могу дать показания!

Мужчина в форме скептически осмотрел меня с головы до пят, перевел взор на задержанных, после чего, словно нехотя, согласился забрать с собой.

Мы доехали до отделения, где хмурого Кирилла отвели вслед за его друзьями и дебоширами, а меня с другими девушками пригласили в кабинет для разговора. По одному. Причем первой ушла Елена, а за ней – отправилась давать показания незнакомая мне мелированная блондинка, одна из тех, что сдерживали бородатых, полезших выяснять отношения на кулаках. Леночка, только выйдя из кабинета допроса, потянулась к телефону, начав кому-то звонить, или адвокату, или напрямую отцу Кирилла. Она хмурилась, и удостоила меня лишь прощальным кивком, после чего покинула коридор.

Пока сидела под дверью, почти сгрызла себе ногти от волнения. Что там наговорит эта девчонка, которая была из компании бородачей?

Подруги мелированной, оставшиеся со мной, рассматривали свой маникюр.

– И чего Фарик взъелся? – одна из темноволосых красавиц обиженно выпятила губу. – Там же все было невинно.

Я навострила уши.

– Как будто ты не знаешь, какие они собственники. – Вторая девушка поправила юбку. – На «его» посмотрели и сделали комплимент. Вот и результат.

– Если бы тот мальчик не стал вступать в перебранку, обошлось бы до мордобоя.

– Ну ты видела его. – Девочка в платье облизнулась. – Горяч. Фигура ничего такая, высокий, и на лицо вышел. Понимает, какое впечатление производит на девушек. И закономерно увидел от Ляйсан интерес.

Так, кажется, все стало понятно.

Сережа, который увидел двух горцев в сопровождении трех дам, посчитал, что два на три счет не равный, и решил для себя перетянуть внимание одной из девушек, видимо той, с белесыми прядями, которая пошла отвечать на вопросы мужчины в форме. И натолкнулся на агрессию.

Мужчины, блин!

Почему не могут решать все мирным путем? Зачем обязательно мериться мускулами?

Да, понимаю, что в тире адреналин итак бродит в крови, и найти выход через физическую нагрузку – очень даже приемлемо, но нужно же держать дистанцию!

Ляйсан вышла из кабинета следователя через пятнадцать минут, я хотела было пойти вперед, но меня остановила брюнетка.

– Куда без очереди? Сначала мы!

Пришлось, скрипнув зубами, опуститься обратно на скамью. И ждать еще полчаса, пока смогла сама прорваться за дверь к суровому мужчине с печатью усталости на лице.

– Имя?

– Звягина Ася Николаевна.

– Возраст?

Стало неприятно, но все же напомнила себе, что сейчас не время жеманничать.

– Тридцать.

– Кем приходитесь задержанным?

– Это должно быть указано в деле?

Он на меня посмотрел, как на слизь под ногами, столько пренебрежения вылилось через водянисто-прозрачные глаза, цвет который сложно было определить.

– Ася Николаевна, Вы понимаете, что пришли давать показания? И каждое Ваше слово будет зафиксировано под подпись. Опираясь на собранные данные, сотрудникам полиции будет проще вынести обвинение.

– Но одна сторона невиновна! Вернее, я думаю, вышло просто недоразумение…

– Вот сейчас об этом и расскажите. Итак, кем Вы приходитесь задержанным?

Стиснула кулаки.

– Я – девушка Веселова Кирилла Рустамовича.

Полицейский нахмурился, но зафиксировал.

Значит, имя Кирилла все же на слуху?

– Расскажите, как по Вашему, развивались события в тире по адресу… – он сверился с бумагами, озвучил название улицы и номер дома, и очень внимательно начал ловить каждое мое слово.

Пришлось анализировать перед тем, как озвучить мои предположения.

– Мы отдыхали компанией: я с Кириллом отправились стрелять из лука, Александр, Алексей и Елена предпочли пневматическое оружие. Мы пробыли в тире в общей сложности около трех часов, пока не пришла компания их трех девушек и двух мужчин, которым, видимо, не хватило острых ощущений от стрельбы. В ходе безобидных словесных пикировок, которые включали в себя комплименты для вновь прибывших дам, мужчины не на шутку раззадорились, и полезли в драку. Сергею разбили губу, тогда как нападавшие отделались лишь порчей одежды, у одного из нападавших рубашка лишилась пары пуговиц. Когда Кирилл подоспел, чтобы развести в разные стороны оппонентов, понимая, что, если Алексей, профессионально занимающийся боями без правил, решит показать гордым мужчинам, что они не правы, конфликт перейдет на более серьезный уровень, получил кулаком в лицо. Я как раз стала свидетельницей этого вопиющего поступка. Однако, учитывая, что Кирилл и Алексей оба спортсмены, отдающие своему увлечению львиную долю ежедневных часов, хочу особо заметить: ни Кирилл, ни Алексей, не стали показывать свои боевые способности на агрессорах.

Из-за стресса как-то упустила момент разбитого носа одного из нападавших. А вспомнила об этом уже ночью, вдали от отделения полиции.

– Другими словами, Вы утверждаете, что вина полностью лежит на Фарруке и Тахмине?

– Я не знаю их имен. Но, судя по контексту, склонна согласится с данным утверждением.

Мне потребовалось еще минут пять, чтобы ответить на уточняющие вопросы, прочитать записанное с моих слов и поставить под показаниями свою закорючку.

– Когда Кирилла и ребят освободят?

– Ну, точно не сегодня. – Следователь хохотнул. – Согласно статьи тринадцатой федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» срок перевода из СИЗО в ИВС для осуществления следственных действий или судебного рассмотрения может составлять не более 10 суток в течение месяца.

Я оторопела.

– Постойте! Какие десять суток? Какое преступление? Это же была обыкновенная драка. Да и закончившаяся, благодаря Кириллу, до того, как были нанесены тяжелые увечья.

– Нарушение общественного порядка, административное правонарушение. О тяжести которого будем судить после осмотра врачами, просмотра камер видеонаблюдений и составлении протокола. – Видимо, ему надоело передо мной отчитываться, следователь указал на дверь. – Так. Гражданка Звягина! Ваши показания приняты, более не смеем задерживать. Покиньте пост! Вы отвлекаете мужчин при исполнении от несения службы! – на меня гаркнули и чуть ли не пинком под зад выпроводили из отделения.

Но это совсем ни в какие ворота!

Кирилл говорил, что на него, возможно, точат зуб?.. Из-за деятельности отца?

Может ли быть такое, что именно это отделение полиции вне зоны юрисдикции Веселова-старшего?

И все-таки я заставила себя выждать.

Ждала целых двое суток. Но, так и не получив от Кирилла весточки, и, удостоверившись, что его до сих пор держат в КПЗ, набрала номер Марка.

Совсем не за этим я должна была ему звонить! Назначать свидание, желать вновь предаться страсти, прогуляться выпить кофе, да что угодно! Но только не связываться из-за другого мужчины.

Понимала, что с моей стороны это было до банального глупо, наверняка Рустам Георгиевич с легкостью вызволит своего сына, отмазав его от санкций. Возможно, он решил проучить его, раз до сих пор не освободил, дал пару дней «остудить» мозги. Но вот станет ли депутат беспокоиться о друзьях Кирилла, которые первые вступили в схватку?

Решила, не стоит рассчитывать на случай.

– Ольховский.

– Марк, это Ася. Извини, что беспокою, но мне нужна твоя помощь.

– Что случилось? – в его голосе смешалась усталость, раздражение и беспокойство.

Конечно, все же время было позднее, я до последнего надеялась, что все разрешится само.

– Мне нужно помочь освободить из временного заключения нескольких ребят.

Марк не спешил отвечать. А когда ответил, его голос звенел:

– Ты ведь говоришь о Веселове с дружками?

– Ты уже знаешь?..

– Знаю.

Нехорошее предчувствие заставило сильнее сжать трубку.

– Они попали под твое ведомство?

– Ась. Мне казалось, мы с тобой обсудили все, что касалось Кирилла. И ты обещала сообщить мне, если он вновь покажется на горизонте.

Меня затопила горечь.

То есть, он все знал, наверняка и показания прочитал, в которых фигурировало мое имя, и… молчал?..

Даже не пытался связаться со мной!

Не говоря уже о том, чтобы просто поинтересоваться, как у меня дела.

Да, возможно, сейчас во мне разгоралась злость, ведь наверняка у Марка, помимо гулянок с аспирантками, есть куча дел, но всегда же можно найти пару минут?.. Хотя бы для смс!

– Он оказался не таким, как я представляла. И не таким, каким его видишь ты. Черт оказался не так страшен.

Марк вздохнул.

– Твою мать. Он все-таки добился своего.

Прикусила губу. Не стану отвечать. Пусть это логично, понятно и закономерно, судя по моим последним предложениям, не хочу вслух озвучивать очевидное.

– Ты его удерживаешь сейчас без причины. Он не виновен.

– Он – участник драки.

– Если ты смотрел видеофайл, должен был видеть, что он пришел разнимать драку, а не участвовать в ней.

– Интересная интерпретация. Всегда разнимающие отбрасывают нападающего, что тот падает? Впрочем, это демагогия. Ты же была там. Только позже. Как раз в тот самый миг, когда Кирилл начал изображать из себя потерпевшего.

Ощерилась. Каждое слово, которое произносил майор, было пропитано ядом.

Почему?.. Всего лишь из-за зависти к молодости и связям Веселова?.. Или сюда еще приплелось понимание, что Кирилл положил лапу на ту же самую девушку, которую приметил Ольховский?

Не мог же Марк так сместить профессиональные качества на личные интересы!

Да, я видела, что у них практически зуб друг на друга, но не до такой же степени! Что закрывать в камере?.. Из-за притянутого за уши обвинения?..

– Я могу тебя просить об одолжении?

Марк снова замолчал.

– Я не смогу его держать дольше трех суток, в любом случае. Завтра вечером выпустим. – Он помедлил. – Значит, он?..

– Марк, я…

– Нет, не объясняй. Просто скажи.

Сглотнула. Закрыла глаза.

Вот и все, Звягина, тебя поставили перед выбором: майор или мажор.

– Извини, Марк.

– Понял. – Ольховский коротко выдохнул. – Завтра в семь утра. Как откроется КПЗ.

Утро? Но он же говорил про вечер… понял, что уже бесполезно закручивать гайки?

Или… ждал моего звонка?..

– Выйдут все трое?

Еще пауза.

– Да.

– Спасибо, Марк.

– Я не стану тебя спрашивать, точно ли ты решила. Если пришла с просьбой, значит, было время подумать.

И снова он показывал себя просчитывающим все наперед.

Грустно и одновременно с тем неловко становилось перед ним. Все же я первая сделала шаг к сближению. А теперь получается, что и первая же решила выйти из любовной связи.

Ветреная Ася!

– Еще раз извини.