Глава 27 Помоги!

— Представь себя в нигде, — говорил Хайл, я слушала его тихий бархатный голос и всё никак не могла сосредоточиться: крупные мурашки скакали по телу и бередили сознание — уж очень нравился мне этот мужчина, никак не могла взять себя в руки и настроиться на медитацию, — главное здесь дыхание, а ты, то слишком быстро берёшь воздух, то слишком медленно, — вдруг проворчал он, когда понял, что у меня снова не получилось.

— Хайл, — не выдержала я, — ты можешь отсесть от меня на пару метров? — раздражение всё же прорвалось, и я тут же захлопнула рот, чтобы не наехать ещё сильнее.

— Хмм, — задумчиво протянул Ведок, но тут же лучезарно улыбнулся и отсел подальше, больше ничего не сказав.

Анзо прыгал рядом со мной, и я попросила его полетать над долиной или ещё куда, пока занимаюсь синхронизацией наших сознаний.

Сегодня был всего лишь третий день тренировок с Хайлом, я всё больше узнавала о законах этого мира, его магии и как связаны между собой Всадники и Ассаи. Сегодня, после стольких разговоров, впервые я должна была слиться разумом с Анзо и посмотреть на мир глазами своего любимца.

Но Хай мне мешал: всё время что-то нашёптывал, "подталкивал", показывал… И только сейчас соизволил меня послушать и отсесть подальше от моей тушки и замолчать.

Итак, успокаиваю дыхание, освобождаю сердце и мысли от тревог и забот. Всё это не нужно… второстепенно…

Через несколько минут я почувствовала, что вошла в нужное мне состояние и сознание совершенно свободно от земных проблем.

Шёпот… кругом шёпот… я слышала, как где-то течёт река, "видела", как разбивается об острые камни вода и мириады брызг летят в стороны… крик одинокой птицы, где-то высоко-высоко в небе… и жалобная просьба о помощи….

Сердце пропустило удар, но я тут же уняла волнение и распахнула глаза.

Мир был другим, переливался тысячами красок, всё было сочнее в несколько раз, да и сама я зависла над каменным плато меж двух высоких горных исполинов.

— Нифигаасе!!! — мысленно крикнула я, потому что из моего клюва-рта вылетел лишь тонкий и панический "крыы!!!" и камнем ухнула вниз.

— Держиии!!! — услышала я знакомый голос, словно через толщу воды, — ты — Аня Хок!!! Держи связь со своим сознанием или погибнешь…

Но мне это было неинтересно и я расправила крылья… мои крылья-руки!

Я была Анзо и парила высоко над землёй! Ни с чем не сравнимые ощущения.

— Аня! — услышала я через некоторое время глухо раздавшийся в голове зов, — приземлись где-нибудь и прерывай связь! Вспомни… что я говорил…

Хайл. Это Хайл мне говорит оборвать связь, но я не хочу… Впервые я свободна по-настоящему, хочу остаться! Точно, мне так хорошо, как никогда раньше, просто не передать словами насколько!

— Аня!!! — и тут я почувствовала удар! но били не меня-птицу, а ту, что человек. Почувствовала злость — бить нельзя! От нахлынувшей ярости, пульс подскочил, и я вынырнула, словно до этого тонула, захлёбываясь упала на колени.

— Аннушка, милая, — меня подняли и притянули к себе чьи-то крепкие руки, — я чуть тебя не потерял, не знал, какой сильной ты можешь быть…

Хайл обнимал меня: одной рукой прижимал мою голову к себе, другой держал за талию. Я хлюпнула носом и дрожащей ладонью провела по лицу. Кровь. Ох, что это было?

— Если слиться с питомцем сознанием на все сто, то ты останешься там, в теле Ассаи — навсегда, а со временем перестанешь быть человеком, — горячо шептал мне в висок мужчина, — я впервые в жизни так за кого-то испугался, Анюта…

И поцеловал.

Возвращая меня к жизни, даря всего себя в этом поцелуе, растворяя меня в себе.

— Хайл, — пробормотала я, — погоди…

И оторвалась от него, на щеках и губах мужчины, размазалась моя кровь.

— Секунду, — пробормотала я, неуклюже пытаясь достать из кармана платок.

— Не переживай, — криво улыбнулся мой мужчина, потянулся к земле, набрал двумя ладонями целые горсти снега левой рукой отёр красные следы, чуть фыркнув от холода, — ух, моррозно! — качнулся ко мне, я уже обрадовалась — поцелует снова, но мужчина просто прижал к моему носу другую руку и попытался проделать тоже самое со мной — вытереть следы крови.

— Хай! — возмущённо воскликнула я, отскакивая подальше, наконец нашла свой платок и прижала к носу.

— Спасибо, — просто сказала. — Только всё же щека горит, — пробормотала я, но Ведок услышал, потому что виновато потупился и прикрыл веки.

— Прости, на тормошение ты не реагировала, — молодой мужчина глубоко вдохнул и медленно выдохнул, — как там Анзо?

Я прислушалась — птенец был в полном обалдении, но уже пришёл в себя.

— Главное правило, нельзя погружаться в пьянящее чувство свободы, — сказал Хайл, — я ведь тебе говорил. Только не учёл, что ты совершенно особенная. Невероятная женщина.

Как он снова оказался рядом со мной — я так и не поняла. Мы упали в снег и его переливающиеся всеми цветами искры окутали нас с головы до ног. Но зудящая на самом краю сознания мысль не давала покоя, сбивая желание отдаться страсти с этим великолепным и уже таким родным мужчиной.

— Стой! — вырвалось против воли, — Хайл, я слышала кого-то. Меня просили помочь.

Лицо парня было настолько близко, что я видела лёгкие морщинки в уголках глаз, появившуюся тревожную складку меж бровей и вопрос в тёплых, янтарных глазах.

Молодой человек одним слитным грациозным движением поднялся на ноги и замер, чуть склонив к плечу голову, словно прислушиваясь.

— Я никого не чувствую, и Вал тоже, — отмер он через несколько минут. Я за это время успела подняться и собрать разложенные пледы и бутылку с водой.

— Анзо знает где, — сказала я, — отсюда и я никого не ощущаю.

Хайл и я поспешили к неподалёку лежавшему Валу и взобрались ему на спину.

За последнее время, казалось бы, я уже должна была попривыкнуть летать на спине такого крупного существа, но каждый раз был практически один в один, как первый.

Дыхание сбивалось и сердце ухало куда-то вниз, и лишь когда Птах набирал желаемую Всаднику высоту, я переставала дрожать.

— Когда Анзо вырастет, как Вал? — недавно спросила я Хайла.

— К следующей зиме, — последовал ответ, и я задумчиво посмотрела на подросшего питомца.

Вал привычно присел и грузно оттолкнулся сильными, когтистыми лапами от земли, делая взмах мощными крыльями, поднимая лёгкий рыхлый снег в воздух вслед за собой.

Питомец Хайла приземлился на площадку между двух скалистых возвышенностей. Анзо ждал нас и с нетерпением прыгал туда-сюда, нетерпеливо вертя красивой головой и блестя бусинками глаз.

— Чувствую слабый зов, — вдруг сказал Ведок, нахмурившись, — Вал говорит, что, если пройти глубже, будет гнездо Ри Ассаи, он чувствует слабое биение жизни. И считает, что мы потратим время зря, если попробуем их спасти.

Но я уже не слушала, что дальше говорил Хайл, устремляясь вслед за Птахом в широкий проход, достигнув конца которого, мы упёрлись в тёмную пещеру приличных размеров. Немедля ни секунды мы с Анзо рванули внутрь. Темнота была не абсолютная: света от входа вполне хватило, чтобы разглядеть внушительных размеров гнездо.

Взобраться в него не составило труда: ветки, из которых оно (гнездо) было свито были очень прочными и, хватаясь за торчащие то тут, то там, палки, я поднялась на самый верх. Анзо уже был внутри и стоял посреди трёх чуть голубоватых очень крупных яиц, высотой мне по колено.

— Это яйца Ри Ассаи, — раздался голос Хайла, — и они практически погибли. Видать мать так и не вернулась с очередной охоты. Пойдём, — махнул он мне рукой, — нужно уходить.

— Нет.

Мужчина удивлённо поднял одну бровь, молчаливо спрашивая меня, в чём, собственно, дело.

— Я их заберу. Попробую…

— Что именно? Высидеть? — перебил меня Хайл, качая головой и грустно улыбаясь.

— Даже если и так, я не могу их бросить. Я чувствую жизнь, и они борются. Своих не бросают, — вырвалось у меня.

Домой мы летели гружёные тремя яичками, закутанными в наши пледы и на моём лице, блуждала счастливая глупая улыбка. Я была уверена, что поступила совершенно правильно.