Глава 10

В отличие от меня, Рауль так и не нашел того, что предполагал найти. Вернее, кое-что он всё-таки нашёл, но не был уверен, что это было конкретно и определенно ТО, что он искал. Уж извините за подобное словоблудие, но именно таким по смыслу был ворчливо-сварливо-бурчащий ответ Его Высочества на мое неосторожно брошенное из вежливости замечание: «Надеюсь и ты нашёл то, что искал?». Думаю, будет лишним даже упоминать, что и ответ его и настрой отнюдь не лучились позитивом…

Так как душой Его Высочество обладал широкой (сволочнее, ой извините, великодушнее, просто дальше некуда) и вся она была нараспашку, он с абсолютно королевской щедростью поделился со мной не только мнением, но и настроением. «Благодаря» чему, битый час этот высокородный репейник, подвид занудный меланхолично-флегматичного темперамента выносил мне мозг, допрашивая о том, «а почему это я так уверенна, что плоды Панциреллового дерева — это и есть, то, чем отравили его отца?» Само собой разумеется, все мои доводы, а особенно моё заявление о том, что я доверяю своей интуиции, ему показались неубедительными. И, естественно, в конечном итоге, он заявил, что я, как и он, на самом деле ничего полезного не нашла! Но нет худа без добра. И если до этого момента мне было неудобно оставлять его одного в таком плохом настроении, то теперь мне было очень даже удобно!

— Рауль, я пойду, поздно уже, а мне еще уроки делать, — смиренно попросила я высочайшего позволения отбыть. — А завтра тогда уже продолжим…

— Да, иди… — мне высочайше-снисходительно позволили отбыть, да еще и рукой на меня махнули.

И я пошла, очень быстро пошла… Что вы, что вы! Какие обиды?! У меня на вечер запланированы настолько грандиозные планы, что я, наоборот, благодарна ему за то, что он от меня отмахнулся как от надоедливой мухи.

— Диана?! — тихий оклик Рауля, как гром среди ясного неба, застал уже у самой двери.

— Что? — еле различимым шёпотом выдохнула я, проклиная себя за слишком совестливую совесть и хорошее воспитание, которые не позволили мне, сделать вид, что я не слышала как меня окликнули, лишив тем самым меня возможности быстренько, а главное, молча, юркнуть в находящуюся на расстоянии вытянутой руки дверь. При этом я вцепилась в ручку двери, словно я утопающий, а она мой спасательный круг…

— Спасибо, — его тон был настолько проникновенно-искреннен, что я совершенно растерялась. — Да пока особо-то не за что… — в полном замешательстве пробормотала я.

— Есть за что! — горячо возразил он. — Тебе ещё уроки допоздна делать, а ты и так только что больше чем полдня прокорпела над книгами…

— Я не столько для тебя, сколько для моего отца это делаю! Да и для себя тоже, потому что, Руль, твой отец дорог и мне тоже! Так что ты ничем мне не обязан… В общем… я пошла… — не дожидаясь его ответа, я проскользнула в дверь.

— Нет, ну надо же! Ему что, обязательно нужно было вспомнить о хороших манерах?! — топнула я ножкой, как только оказалась в своей комнате. — У-у-у-у-у-х! Как же это подло! Взять и испортить человеку настроение на весь, обещавший стать таким беззаботным и веселым вечер! — сотрясла я кулачками воздух. — Потому что теперь меня из-за него снова совесть мучает!

— Ди-и-И-И? — встрепенулась моя мирно дремавшая кошка. — Что-что случилось Ди-и-И?

— Его Высочество случилось, Изи! — буркнула я. — Сидит там весь такой несчастный, горем убитый, а я гулять иду с девчонками… — стук в дверь моей комнаты прервал мой сеанс бичевания. — Ди, давай, открывай быстрей! — потребовала Элька.

— Иду! Иду! — и я побежала открывать двери.

— Ди! Ты еще не одета! — возмутилась Элька с порога.

— Мне только-только еле-еле удалось отделаться от Его Высочества.

— Вы даже представить себе не можете, насколько еле-еле… — насмешливо заметила Маркиза.

— Ладно, — махнула на меня рукой Элька. — Главное, не вздумай заявить мне, что мы никуда не идем! — она вперила в меня грозный взгляд.

— Конечно же, идем! — тут же заверила я её.

— Но Маркиза! Это же кошка твоей мамы! — напомнила мне Элька. — Что с ней будем делать?

— Она теперь моя кошка, — я строго посмотрела на Маркизу. — Так что не посмеет и слова мурлыкнуть против!

— И куда это мы идем? А то я почему-то не в курсе? — заинтересовалась Маркиза.

— Это потому что ты никуда идёшь. А мы, я, Элька и Мила, идем в ночной клуб! — осведомила я кошку.

— Ди-и-и-и-и! Возьми меня с собо-о-о-ой, по-жа-луй-ста! — заканючила кошка, — по-жа-луй-ста! Я никогда не была в ночном клубе! По-жа-луй-ста! — разхныкалась она.

— Но туда с кошками не пускают! — растерялась я под таким умоляющим напором.

— А я в невидимой ипостаси буду, — пообещала Маркиза.

— У тебя есть невидимая ипостась? Вау! Так что же ты молчала? Вау! — И в этот момент я поняла, что завидую своей собственной кошке. Вау!

— Есть! — гордо заявила Маркиза. — Но летать я как не умела, так и не умею! Предупреждаю сразу!

— Значит, кошку мы берем с собой?! — скорее резюмировала, чем уточнила Элька.

— А почему бы и нет! — пожала я плечами. — Пусть развлечётся! — подмигнула я Маркизе.

В этот момент в дверь снова постучали. Это пришла Мила. — Ты все еще не одета! — это было первое, что она произнесла, едва зашла в комнату.

— Она только-только от принца, — за меня ответила ей Маркиза. — Ди, ты иди, переодевайся, а я пока расскажу Миле, чья я теперь кошка!

Ведьмы переодеваются долго, только если не знают, что именно они хотят надеть, а когда знают, то десять секунд на то, чтобы прочитать заклинание и все — ты при полном параде, вернее наряде.

— Мамочки, что принц-то скажет, когда тебя в этом увидит? — запричитала Маркиза, присев на пятую точку и схватившись за слабое кошачье сердечко.

— Спокойно, Изи…, во-первых, мы идем гулять без принца, поэтому он меня не увидит, а во-вторых, даже если он меня увидит, то не узнает, а в-третьих, мне все равно, что он скажет!

— Хмм, значит только, в-третьих?! Ха? — ухмыльнулась Элька.

«— Не забыть умыкнуть у Эльки комустр, — напомнила я себе»

— Давайте уже иллюзии накладывать и полетели! — проигнорировала я Элькино замечание.

Мне всегда хотелось побывать блондинкой, Миле, всегда хотелось побыть рыжей, а Элька — оказывается, всегда мечтала стать брюнеткой. Так что мы не стали мудрствовать лукаво, а просто обменялись цветом волос. Что касается лиц — то здесь было еще проще, мы просто одели лица самых высокооплачиваемых моделей нашей реальности. Гулять так, гулять!

— Ди, амулет! — И Мила надела мне на шею амулет.

Оседлав свои метелки, мы вылетели с балкона в теплую и гостеприимную ночь.

Но, прежде чем, я расскажу, как мы оказались в камере предварительного заключения, мне все-таки очень хочется упомянуть о том, что вначале все шло именно так как и планировалось, и мы замечательно-незабывательно провели время. Все в клубе были уверенны, что мы те самые известные модели, которые ради того, чтобы сохранить свое инкогнито, забрались в такую глухомань как наш тихий городок, в надежде, что здесь их не узнают. Почему глухомань, спросите вы, потому что Этамин — это хоть и всереально известный, но небольшой захолустный городок нашего королевства, которое хоть и считается высокотехническим и высокомагическим, но и близко не является высокомодным. Законодателем моды в нашей реальности является королевство Звездного Льва, а столицей моды — его столица Регул. В общем, мы, то есть модели вызвали настоящий фурор и получили от этой авантюры всё то, что и ожидали: поклонение, комплименты, признание, обожание и снова поклонение. В общем, все шло очень хорошо ровно до тех пор, пока Маркиза не сообщила мне, что те самые Рика, Зика и Гика, за которых мы себя выдаём, направляются прямо сейчас к двери этого же самого увеселительного заведения. В связи с этим, сами понимаете, нам пришлось срочно сматываться. Ну, и как вы думаете, что было дальше? Нет, не угадали, не было за нами никакой погони. Нет, не угадали, настоящие модели не заподозрили ничего такого, они были так пьяны, что ничему не удивлялись. Нет, не угадали, посетители клуба тоже не заметили ничего подозрительного, они были так пьяны, что… ну вы сами поняли.

В общем, летели мы себе домой, никого не трогали, и прилетели бы совершенно благополучно, в этом у меня нет ни одного сомнения, но… оказалась не судьба… мы посмотрели вниз и увидели… совершенно новый, ни разу нами не опробованный бар. А ночь тогда была — еще совсем ранней. И мы были даже почти не пьяны еще. Понятное дело, какая-то пара-тройка бокалов шампанского после прогулки по свежему воздуху — вообще не в счет, потому что они уже успели выветриться. Короче, сами понимаете, выбора у нас не было, надо было отметиться! Опять же хорошее дело сделать тоже было не лишним, причем совершенно бесплатно, то есть добавить престижа новому бару, путем посещения его такими известными личностями как Рика, Зика и Гика. Да, и моделям будет приятно, когда они узнают, как насыщенно они провели время у нас Этамине. Вот так и оказались мы в этом злополучном баре, в котором по неимоверно-неудачному стечению обстоятельств, также оказался… еще и принц. И был он не один, а со сногсшибательной блондинкой. Учитывая, что Луиза, Элька и эта, которая здесь, — все светлокожие блондинки, то у принца определенно имелся типаж, который не имел ничего общего с рыжеволосыми и зеленоглазыми ведьмами с веснушками на носу. Неприятно, но ладно. Потому что меня сейчас гораздо больше беспокоило совершенно другое: принц ел и пил без меня! А значит, подвергал себя и продолжение королевского рода опасности!

— Я так понимаю, что мы сваливаем отсюда? — заметила Мила.

— Почему? — не поняла Элька.

— Да потому что здесь Его Высочество, принц де Ларуан, и он с… сама видишь с кем! Думаешь, Диане приятно это наблюдать?

— Я тогда только носик припудрить и айда! — попросилась Элька в туалет.

— Бегом! — разрешила Мила.

— Мила, я не могу пока уйти! Он нуждается в защите! — вздохнула я, проклиная свою ответственную и обязательную натуру.

— Кто? Принц? Ты считаешь, что она его здесь насильно удерживает? — рассмеялась Мила.

— Мила! Я не просто невеста, я его охранять должна!

— От кого? От сногсшибательных блондинок! — хмыкнула она.

— От отравления! — призналась я. — Его уже пытались отравить… и мой и его отец попросили, чтобы я… чтобы его не отравили больше… мне надо проверить, что он ест… и пьет… я не могу отсюда уйти пока не буду уверена, что ему ничего не угрожает! Так что я пошла, выражать принцу мое, то есть Зики, глубочайшее почтение!

Принц растаял моментально и поплыл ручьем комплиментов, да еще и ручки шаловливые свои та-А-Ак распустил, что вспомнить стыдно. А то, как он улыбался…, в общем, если бы на моем месте была Зика, то бедная бы была Зика. Клянусь своей метелкой! Но, в отличие от Зики, меня интересовало только то, что он ел и пил. Однако, Его Высочество, как оказалось, не ел и не пил — это была иллюзия. «— Понятное дело, боится, когда страшно, — хмыкнул мой Меркурий». Но что-то все же меня беспокоило, почти на клеточном уровне беспокоило. Я ощущала некий, очень тонкий, едва уловимый аромат фрукта — абсолютно незнакомого мне. И этого было более, чем достаточно, чтобы взять след и идти по нему… куда бы он меня ни привёл, не взирая на препятствия. Вот так и получилось, учитывая, что аромат этот исходил от губ спутницы принца, что у меня просто не было другого выбора. Честное слово, ну не могла я по-другому понять, что это за аромат такой. В общем, пришлось мне… её поцеловать! Ну, а что ещё мне оставалось делать? Ну как бы ещё я убедилась, что принцу ничем не угрожают её поцелуи? Вот только я рассчитывала на легкий поцелуй и на то, что меня тут же в истерике оттолкнут от себя, но случилось другое, более чем неожиданное: спутница принца впилась в меня не просто страстным, но плотоядным поцелуем! Честное слово! Была б ее воля — от меня остались бы рожки да ножки, потому что она не целовала, она поглощала меня целиком! И не могла насытиться! На мое счастье, Мила, то есть лже-Гика, не оставила меня в беде и вмешалась с отчаянным криком: «Руки прочь от моей невесты!»

«Ой-ой-йой-йой!» — Почему-то подумалось мне, как только меня оторвали от спутницы принца. «Гика и Зика — определенно точно станут трезвенницами после посещения нашего скучного, научного городка!»

— Вот теперь давай сматываться! — предложила я.

— С бо-О-О-ль-ши-Им удовольствием! — согласилась Мила.

— А мне жаль уходить! — захныкала Элька. — Диана, сегодня просто в ударе!

— До-мо-О-О-й! — заорала Маркиза голосом нашего ректора.

— Домой, так домой! — согласилась Элька, — вот только не надо так пугать, а то ты меня чуть заикой не сделала! — буркнула она, покосившись на мою кошку.

И мы, честное слово, отправились бы домой, но… если бы не наши добрые ведьмовские сердца и… некоторые закостеневшие стереотипы.

В общем, дело было так, выходим мы из бара, а там трое огроменных, злобных троллей отбирают рюкзак у одного маленького и несчастненького гнома. Ну, а мы, во-первых, очень справедливые ведьмы, а во-вторых, жалостливые: а тут трое на одного. В общем, ясен пень, мы вмешались: рюкзак у троллей отобрали, гному отдали, троллей задержали, гному сбежать позволили. И вы даже не представляете, каким благодарным взглядом нас наградил этот гном. Таким благодарным, что наши сердца трепыхнулись и воспарили и мы даже фанфары услышали. Вот только это были не воображаемые нами фанфары, а сирена полицейской машины, причем самая, что ни на есть, настоящая. И самое обидное в этой истории, что и время сбежать у нас было и Маркиза этого настоятельно требовала. Однако, справедливые мы очень хотели, чтобы те трое троллей, которых мы повязали, больше никогда не посмели бы напасть на более слабых и беззащитных. Вот поэтому-то мы и дождались полицию, чтобы лично проследить за торжеством справедливости. Вот только дождались, как оказалось, на свою нетрезвую, плохосоображающую и глупую голову. Потому что, как выяснилось позже, гном, которого мы спасли, оказался вором, а в рюкзаке, который мы ему вернули, содержались украденные у троллей ювелирные украшения. И все бы было ещё ничего, если бы у нас не оказались фальшивые удостоверения личности. В общем, нас повязали и доставили в участок.

— Ну, и что будем делать? — поинтересовалась Элька, — чьим родителям звонить? Потому что моим нельзя!

— Моим тоже! — печально вздохнула Мила.

— А моим и подавно! — еще более печально вздыхала я.

— Дракон его побери! — застонала Элька, — как же это так? Он же гном! Как он мог? Гномы же хорошие, тролли — плохие! Меня с детства этому учили.

— И меня! — вздохнула Мила.

— И меня! — вздохнула я.

— Ну, что хорошо погуляли, жертвы стереотипов! — прервал наши философствования Его Высочество.

— Рауль? — удивилась я.

— Я определенно и точно Рауль! А вот почему кошка Дианы мне чуть горло не прогрызла, так настаивала, чтобы я шел тебя, ЛЖЕ-Зика с фальшивыми документами, вытаскивать из полицейского участка, да еще и при этом утверждала, что я помогу этим Диане, мне не понятно!

— Наверное, потому что… вот почему… — сообщила я, снимая с себя амулет.

— Диана? — опешил он. — Так это ТЫ целовалась с капитаном Марбеллой?! — и кажется, от осознания этого он сейчас опешил даже еще больше, чем я, когда наш с ней поцелуй неожиданно затянулся.

— Да, — пришлось подтвердить мне. — И поэтому я точно знаю, что ты должен ее арестовать! — убежденно добавила я.

— Да, что ты? За что? За то, что она предпочла тебя мне? Или за то, что ты предпочла ее мне, — насмешливо спросил он.

— Нет, конечно! А давай ты нас сначала освободишь, а потом я тебе все объясню…

— Нет! — твердо, и я даже сказала бы, злобно, заявил он. — Сначала ты мне все объяснишь, потом я подумаю, освобождать вас или нет!

— Да, тут и рассказывать то особо нечего! — вспылила я. — Я решила убедиться, что ты в безопасности. Выяснила, что ты не ел и не пил, но твоя спутница — у нее на губах было что-то чего я никогда не пробовала…

— Да… что ты? — не удержался от сарказма принц.

— Я имею ввиду остатки сока фрукта… именно такого как описано в летописях… кисло-сладкого, необыкновенно свежего… просто божественного…

— Ты уверена, что ты все ещё о фрукте говоришь, — злобничал принц.

— Уверена! Я говорю только о фрукте! Я в отличие от тебя блондинками не увлекаюсь!

— А почему ты решила, что я увлекаюсь? — как-то слишком заинтересовался он.

— Я не решила, это к слову пришлось! И потом Луиза же была блондинкой, так ведь? Но вернемся к фрукту, Рауль, к фрукту! Я не верю в такие совпадения! Сам посуди, твой отец умирает от язв и оттеков, соответствующих отравлению панциреллой, а на губах у капитана тайной полиции я обнаруживаю сок неизвестного мне фрукта! Тебе это ни о чем не говорит?

— А ты уверенна, что ты ничего не путаешь, а то такое может показаться в пылу страсти… — откровенно насмехался он.

— Какой страсти? Ты что издеваешься? Я вынуждена была! Нет, но почему я опять оправдываюсь?

— Наверное, потому что ты, выдавая себя за другую, причем известную личность, не только помогла опасному преступнику скрыться, но и помогла ему не остаться без солидного куша. Наверное, потому, что ты мне сказала, что идёшь учить уроки, а сама отправилась по барам слоняться и искать приключений на некоторое своё интересное место! Кстати, тебе перечислить, сколько законов ты сегодня нарушила?!

— Но зато я знаю теперь какая на вкус панцирелла… — примирительно-заискивающе напомнила я, потому что только сейчас до конца осознала насколько глубоко я оказалась в том самом интересном месте, о котором он упомянул. — Это конечно не оправдывает меня от слова «совсем», но всё же и в бочке дёгтя бывает ложка мёда… — я умоляюще воззрилась на него. — Выпусти нас отсюда, по-жа-лу-йста-а-а!

— Ну, по-жа-лу-йста-а-а! — столь же смиренно-униженно вторили мне Элька и Мила.

— Ди, ты хоть понимаешь, какое оружие ты дала мне в руки? Любое твое непослушание, и я всё, абсолютно всё, докладываю твоему отцу! И на этот раз у меня есть все доказательства: видеозаписи, полицейский протокол и даже запись нашего с тобой сейчас разговора! Так что больше ты не отвертишься! Поймалась, птичка!

«— А он таки озабоченный своим несовершенством! — возмутились мои Меркурий, Марс и Солнце.

— И вдобавок еще и шантажист, что совсем неблагородно, — расстроилась Венера»

— А на что ты рассчитывал, котяра мартовский?! С кем поведешься, от того и наберешься! Можно подумать только я по барам шлялась, а ты дома над учебниками корпел? — выдвинули мои губы обвинение, раньше чем мозг успел обдумать целесообразность подобного высказывания.

— То есть это и будет твоя линия защиты? — принц аж позеленел от ярости.

— Как-то вы неважно выглядите Ваше Высочество, позеленели вдруг! Надеюсь это не последствие отравления? — злобно съязвила я.

— Знаешь, для заключенной, зависящей от моей милости, ты слишком по-хамски ведешь себя!

— Ваше высочество! А вы жить по-прежнему хотите? Если хотите, то у вас два варианта: первый, выпустить меня от сюда, и второй, всё рассказать моему отцу, и он выпустит меня отсюда. Правда, во втором случае, я не уверена, что у меня не исчезнет способность определять яды безошибочно, — откровенно и с удовольствием обрисовала я ему перспективы, которые у него были.

— Ну, ты и …

— Ведьма! И без тебя знаю. Кстати…

Я хотела добавить ещё что-то не менее злобное и язвительное, но пришлось прерваться, так как к нам приближался офицер полиции.

— Констебль, благодарю за оперативность. Где подписать? Спасибо!

— Дамы, вы свободны, — Рауль галантно поклонился Эльке и Миле, открыв перед ними дверь камеры. После чего, он перевёл взгляд на меня пристыженную собственным ничтожеством: «Я ему тут такого наговорила, а он, получается, сразу же договорился о нашем освобождении. Ну, а то, что пока документы оформляли, вернее, уничтожали, он решил меня немного подразнить, то разве можно его за это винить?» — Диана, я, кстати, не ужинал, — понимающе усмехнулся он, отметив мое сконфуженное лицо. — А все эти ночные активности нагуляли мне аппетит. И раз уж ты ТА-АК печёшься о безопасности моего питания, то значит, тебе меня и кормить!

— К-к-к-ккормить? Э-это как? — насторожилась я.

— Мы сейчас отправляемся к тебе в гости и там вмести приготовим и съедим ужин, как-то так…

— А з-зачем ко мне?

— Затем, что я хочу убедиться, что ты точно дома, а не где-нибудь ещё! И потом я, действительно, есть хочу!

— Хорошо, но только в обмен на твое обещание, установить слежку за капитаном Марбеллой!

— Договорились, и я сделаю это прямо сейчас, — и он тут же достал коммустр и отдал распоряжение.

«— Так легко согласился, что даже неинтересно как-то, — почему-то расстроился мой Марс. — Я тут почти на смертельный бой настроился, а он…

— И не говори! — иронично хмыкнуло Солнце.

— Наверное, очень кушать хочет… — хихикнула Луна. — Голод — не тётка!»