Глава 19

— Уш…! Ыш…! — позвала я хранителей магической библиотеки.

— Уря-а-а-А-А-А!!! Ты вернулась! — сегодня Уш был ярко-фиолетовый в серебристую полосочку. — Чем могу быть полезен?

— Я тоже очень рада тебя видеть, Уш! И мне бы что-нибудь о том, как связаться с обитателями смежного мира…

— Какого именно! — деловито поинтересовалась Ыш, поправляя очки.

— Здрасьте! Ой, а я и не заметила… вас сразу…, — «извинилась» я.

— Так с обитателями какого смежного мира вам нужно связаться, Диана? — повторила свой вопрос сова.

— С Ягой Пантелеевной… и это все, что я знаю и оттуда еще Черт Иванович! Но мне нужна только Яга Пантелеевна…

— Значит, тебе нужен новейший сказочно-зачарованный мир … поняла, что-то… где-то… было… жди, — и улетела.

— Ого, сложное название какое! — начала я раскручивать Уша на дополнительную информацию, — наверное, есть и старейший сказочно-зачарованный мир?

— Ага, есть, — закивал головой Уш. — А еще есть: современный сказочно-зачарованный, первобытный сказочно-зачарованный, доисторический сказочно-зачарованный, средневековый сказочно-зачарованный, новый сказочно-зачарованный, старый сказочно-зачарованный и это еще не весь перечень, а есть еще разновидности просто сказочных реальностей или просто зачарованных или вообще просто простых!

— Вот! Изучай! — Перед моим носом грохнулись на стол штук так двадцать, а то и двадцать пять талмудов.

— У-у-у-у-у-у…, — непроизвольно завыла я.

— Извини! — потупилась сова, — обычно я даже со страницами могу помочь. Ну, ты итак это знаешь. Но эта литература…, она просто такой же узкой и редкой надобности, как валенки летом или панама зимой или платный туалет в дремучем лесу…, что я, короче говоря, так и неудосужилась с ней ознакомиться.

— Чай? Кофе? — защебетал заботливый Уш.

— Угу! — согласилась я.

— Понял! И чай и кофе! Все сейчас будет! — и заботливый мышонок тут же обеспечил меня и тем и другим.

Читая одну бесполезную страницу за другой бесполезной страницей, и учитывая бессонную ночь, которую я провела, выстукивая столь же бесполезного Звездного Дракона, я все менее и менее успешно справлялась с подступающей дремотой. И может с ней бы я еще и справилась, но дремота пришла не одна, она пришла с коллегами: глубоким сном и фантастическим сновидением.

Наверное, это принц с его ванной на меня так подействовали, но в моем сне я тоже была в воде. Правда, не в ванной и без барабана и даже без трубы, а в озере и с русалками, но, кажется, тоже обнаженная. Мы плавали на перегонки, ныряли в темные и таинственные глубины и пели очень красивые баллады. В общем, это был один из тех снов, когда ты спишь, и просыпаться тебе совсем не хочется, потому что тебе слишком хорошо. Но тут над моей головой пролетела фиолетовая в серебристую полосочку летучая мышь, а следом еще и сова проухала; и я вспомнила, что не могу себе позволить сейчас развлекаться, потому что сначала мне нужно найти Ягу Пантелеевну.

— Ну, вот, что за молодежь пошла, — проворчала одна из русалок и поманила меня к берегу. На берегу, она махнула рукой, и вместо молодой и беззаботной русалки предо мной возникла старая ведьма без рыбьего хвоста и полностью одетая. — Выходи, не стесняйся! У тебя уже тоже нет хвоста!

— А одежда? — поинтересовалась я. И тут же поняла, что зря, потому что по мере того, как я выходила из воды, на мне материализовывалась одежда, причем абсолютно сухая.

— Ты хотела меня видеть? — прищурилась теперь уже старуха, — Зачем?

— У меня есть деловое предложение к вам! Но оно с условиями!

— Ого! А ты наглая молодая ведьма! — одобрительно отозвалась старая ведьма.

— Я согласна стать вашей преемницей! Вы же этого хотели?

— Да, но все не так просто. Сначала ты должна пройти испытания, доказать, что ты достойна быть Хозяйкой Сказочного Леса! А потом еще обучение…

— Я готова на любые испытания и на обучение, но только после того, как вы освободите Рауля от контракта с Чертом Ивановичем. И еще мне надо время, чтобы решить кое-какие мои проблемы: ну там заговор раскрыть, университет закончить, а еще призрака моего с его любимой девушкой воссоединить, и, разумеется, я не перееду сюда без моей кошки…

— Нет. Так не пойдет! — возмутилась старая ведьма, — но вот против кошки я ничего не имею против…

— Яга Пантелеевна, а насколько сильно вам нужна преемница? — невозмутимо отреагировала молодая ведьма, то есть я.

— А насколько сильно ты хочешь своего принца спасти? — в тон мне, вопросом на вопрос ответила старая ведьма.

— А у меня план «Б» есть, я могу Черту Ивановичу предложить свою душу в обмен на душу принца! Вариант, конечно, не идеальный, но вариант! — повысила ставки молодая ведьма.

— Ой, ой, ой, напугала ежа голой жопой! — совсем не испугалась старая ведьма, — думаешь, я не понимаю, что ты блефуешь!

— Так я же не планирую подписывать с ним тот же контракт, который подписал принц, я выставлю условия! Все же принц — это принц, а я — это я!

— И чем же ты лучше принца? — дразнилась старая ведьма.

— Я ведьма, и, причем молодая и красивая ведьма! А Сатана, насколько я слышала, он мужчина! — кокетливо стрельнула глазками я.

— Ишь, на кого замахнулась! Да, у него, таких как ты, знаешь сколько!

— Сколько?

— Завались!

— Яга Пантелеевна, давайте серьезно, мы с вами хоть и ведьмы, но все-таки, прежде всего, деловые и разумные дамы, — сменила я тактику. — Насколько я понимаю, вы хотите оставить свои владения не просто могущественной, но, прежде всего, ответственной ведьме! Так ведь?

— Да…, — нехотя согласилась со мной старая ведьма.

— Ну, а теперь скажите мне, могу ли я, будучи ответственной ведьмой, наплевать на все свои невыполненные обязательства? Ведь, не могу же? Правда?

— Наверное…, — все еще не желала полностью уступить Яга Пантелеевна.

— В прошлый раз, вы мне сказали, что не особо спешите…, что у вас еще лет сто впереди есть… это ведь правда была?

— Ну, так чтобы очень… нет, не спешу… но … тут же не только испытания, но потом еще и обучение…

— А я согласна и на испытания и на обучение, но чуть попозже… или можем совместить. Я, например, могу уже сейчас все каникулы проводить у вас…, а как закончу университет, так и перееду насовсем. В жизни ведь всякое может случиться! А дипломированная ведьма — она всегда в цене!

— Почти убедила…, но просто так, чтобы сделать тебе приятное, я не могу освободить принца от контракта. Но я могу договориться с Кощеем Бессмертным, мы давно дружим, и он выкупит у Черта Ивановича контракт твоего принца. Но за это принц должен будет совершать подвиги во имя Кощея.

— Брррр… это как? — растерялась я. — Рауль — он же хоть эгоистичный и самовлюбленный, но положительный герой!

— А нам как раз и нужны подвиги только положительные. Мы же новейший сказочно-зачарованный мир! У нас тут все наоборот. Иванушка — дурачок — как был дурачком, так и остался. А вот Кощеюшка — он всеми любимый царь, но совсем раздобрел Кощеюшка от любви народной, и та-А-а-кое брюхо отрастил, что уже на коня и не залезет, а если и залезет, то нет такого коня, чтобы выдержал его вес и не упал! И уже даже молва по реальности пошла, что Кощеюшка совсем негрозный, а хуже того же Иванушки — дурочка или Емели с печи. В общем, ему нужен статист, который будет совершать подвиги и представляться его именем.

— И сколько подвигов?

— Двенадцать! В общем, держи свой новый контракт и новый контракт принца — изучайте.

Я глянула на эти два талмуда по 1000 страниц каждый, и взвыла.

— Но у него же всего полтора дня осталось, а чтобы это изучить… и принять информировано-обдуманное решение нам минимум неделя нужна. А еще поправки обсудить нужно будет…

– Диана, ну все тебе не так, и не так. Хорошо, решим. Будет тебе еще семь дней!

— А можно десять! — заканючила я.

— Ты совсем обнаглела юная ведьма! — возмутилась старая ведьма.

— Да, нет, что вы, Яга Пантелеевна, я в отчаянии! — выдавила я скупую, но ярко-блеснувшую слезу.

— Ну, хорошо, хорошо! Девять дней! И не минутой больше. И отсчет пошел с этой секунды!

И, разумеется, как и полагается по законам жанра, в эту минуту я проснулась. А напротив меня сидел будущий герой-статист по совершению подвигов во имя Кощея Бессмертного. Я не стала тратить время на выяснение того, что он здесь делал и как давно он здесь, а просто подвинула к нему его 1000 страничный талмуд-контракт.

— Это тебе…

— Что это?

— Новый контракт…, и у тебя девять дней на принятие решения.

— Что здесь?

— Если кратко, то двенадцать подвигов во имя Кощея Бессмертного в обмен на свободу от рабства у Сатаны…, — объяснила я.

— О чем тут думать! Гулять так гулять! — и он начал ставить свои подписи.

— Ты что! А прочитать! — заорала я.

— Так у тебя же есть твой контракт, так что читай! А что касается меня, то пока в моей жизни есть ты, надеяться на то, что мои неприятности когда-нибудь закончатся — более чем наивно, — и он направился к своей двери.

— Это ты сейчас о чем? Я не совсем поняла! — я преградила ему дорогу.

— А что здесь непонятного? Все мои проблемы начались в тот день, когда я увидел тебя. Я сопоставил события, и получилось, что и убийство моей матери, и отравление отца, а затем и заговор этот, все началось сразу же после того, как я впервые увидел тебя. Именно в тот день и активировался первый крест. Мне было не понятно только одно, почему моя семья принимает все удары? Но теперь и это понятно…

— Ты винишь меня?

— Я виню себя! Я столько слышал о совершенной Диане, дочери главы тайной канцелярии, что не удержался и отправился посмотреть на тебя в твою закрытую школу. Для меня ж это ничего не стоило — пять минут туда и пять минут обратно, и всего-то делов — так я тогда думал.

— Так это был ты? Ты помог мне сбежать от нашей директрисы. То-то твое лицо мне показалось знакомым, когда я первый раз увидела тебя в университете.

— Да, я. И в этот же вечер моя мать разбилась вместе со своим пегасом, попав в какую-то мистическую бурю, но тогда я не сложил 1 + 1.

— А теперь сложил и все-таки винишь меня!

— Не то, чтобы виню, но верю, что мы прокляты, а учитывая еще и древнее проклятие, которое лежит на моем роде, то общение с тобой — это совершенно уж непозволительная роскошь для меня.

— Тогда, думаю, ты будешь счастлив узнать, что в этом контракте, — я указала на свой талмуд, — содержится твоя свобода от меня, потому что согласно его условиям, я должна буду навсегда остаться в новейшей сказочно-зачарованной реальности, как только закончу университет.

— В которую теперь ты еще и меня затащила!

— Ты можешь отказаться! Сатана ждет! Вперед!

— Так дети перестали с-с-с-сориться! — услышала я голос центральной правой драконьей головы.

— Какая честь! — саркастически выдала я. — Дракон спешит, копыта стерлись, мы вас не ждали, а вы приперлись!

Маленький золотистый дракончик в розовую полосочку, размером с лебедя, но грациозный как хромая утка, после этих моих слов мгновенно позеленел и покрылся то ли волдырями, то ли бородавками, и кроме того, раз в десять увеличился в размерах, и теперь напоминал длинношейного, высоколапого двенадцатимордого крокодила размером со слона.

— Нам нужно поговорить! — укоризненно глядя на меня, проговорила центральная левая.

— Только начните с того, что объясните этому, что я не виновата в смерти его матери, и что его отец, кстати, уже выздоравливает и, именно, я первой обратила внимание на панциреллу, — и я пнула принца указательным пальцем правой руки в грудь.

— Я и не говорил, что ты виновата в чем-то! Ты плохо слушала! — он захватил запястье моей правой руки и удерживал.

— Я очень хорошо слушала! И руку отдай!

— Дети! — громыхнули страшным рыком сразу двенадцать драконьих голов. — Заткнитесь! Мы говорим! А вы слушаете!

— Хорошо! — мы с принцем вытянулись по струночке.

— Сядьте! — опять рявкнули все двенадцать голов. — И мы сели, прямо там, где и стояли, то есть на пол посредине комнаты.

— Вы издеваетесь, что ли! — рявкнула центральная правая, — на стулья сядьте.

— И руку ей отдай! — рявкнула центральная левая.

— Та, пожалуйста…, — и мне небрежным жестом вернули мою руку.

— Итак, резюмируем! — начала центральная правая, — во все, отчего мы вас предостерегали, вы вляпались!

— Но…, — мы с принцем хором кинулись на свою защиту.

— Молчать и слушать! — опять громыхнули на нас рыком все двенадцать голов.

— Более того, — продолжила центральная правая, — ты, девочка, решила покинуть эту реальность и жить в лесу, это так?

Я не была уверена, что требование «молчать и слушать» на меня больше не распространяется, поэтому молча кивнула и продолжила слушать.

— Значит так…, — и правая центральная взяла длинную и эффектную паузу, от которой лично у меня засосало под ложечкой, а у принца, кажется, заурчал желудок. — Мы больше не можем оставаться в стороне. А потому в новейшей сказочно-зачарованной реальности мы будем вместе с вами в своей ипостаси Дракона Горыныча. Вместе совершим подвиги, вместе найдем другую подходящую ведьму, и вместе вернемся, потому что этому королевству нужны обе половинки Тубан. И мы будем молить небеса, чтобы вы к этому моменту повзрослели, потому что с вами же совершенно невозможно иметь дело. Вас просишь делать одно, а вы делаете другое, но с точностью наоборот.

— А если я отказываюсь быть Тубан! — это была смелая я.

— Совершенно невозможно, — покачали головой все двенадцать голов и эхом повторили двенадцать раз. — Иначе Королевство Звездного Дракона обречено.

— Но как же проклятие? — осмелел вслед за мной принц и подал голос.

— Дети, — вздохнула центральная левая драконья голова, — Тубан — это двойная звезда, образовавшаяся миллиарды лет назад, и вы даже представить себе не можете, какие катаклизмы эти две звезды пережили, и, тем не менее — они по-прежнему вместе. И вы двое избраны, чтобы быть озаренными ее светом. Кстати, Рауль, в тебе ведь совсем недавно открылся еще и пророческий дар, так ведь? Но до тебя, в вашем роду, всегда и у всех был только рад прекогниции?

— Да.

— А ты Диана с детства обладаешь даром убеждения и внушения, единственная в своем роду?

— Да.

— Я знал, что ты как-то жульничаешь, но не знал как! А теперь знаю! — удовлетворенно хмыкнул его высочество.

— И теперь ты счастлив? — парировала я, и тут же замолкла, обескураженная клацнувшими возле моего уха драконьими зубами.

— И то и другое дар Тубан. И со временем проявятся и другие дары. Просто научитесь верить в себя, и мудрость Тубан, и тогда никакое проклятие вам не страшно! — философски закончила центральная левая. — Ладно, теперь мы пошли, а через девять дней встретимся в другой реальности. И мальчики, девочки помиритесь, наконец, и разберитесь с этим заговором — ответ же прямо перед глазами.

— А точнее нельзя? — это снова была смелая я.

— Куда уж точнее! — презрительно кивнула крайняя правая, и Звездный Дракон растворился в воздухе.

— Ну, что будем мириться…, что ли? — предложил Рауль.

— Только после того как ты признаешься моей маме, что ты все придумал.

— И все?

— И все.

— А можно я лучше объявлю всему университету по громкоговорителю, что это ты меня бросила?

— Можешь если хочешь…, — легко согласилась я, — НО СНАЧАЛА ты все объяснишь моей маме!

— Но как я ей объясню?

— Не моя проблема! Дракон меня подери! Ответ прямо перед глазами! Очки!

— Какие очки?

— Мои очки, в которых я была в клубе, они же записывали всех, кто там был на видео. Но я была так зациклена на том, что же ты от меня скрываешь, что совсем забыла.

— И где сейчас эти бесценные очки?

— Надеюсь там, где я их и положила, в кармане моей кофты…

— Диана, ну, я же говорил тебе, что мы отличная команда!

— К маме с объяснениями ты все равно идешь, и прямо сейчас, потому что Маркиза итак уже полдня меня изображает, а у моей кошки нервы не железные. Уш! Ыш! Спасибо!!! Вы лучшие!

* * *

Каюсь, как и любая порядочная ведьма, я злопамятна и отнюдь немилосердна, и потому не смогла отказать себе в удовольствии собственными глазами увидеть леденящий кровь триллер под названием «Из принцев в отбивные котлеты». Для этой цели я даже использовала несколько капель дорогущего концентрата для приготовления зелья невидимости, а также практически суточный запас магии. Да, да, невидимость весьма энергозатратная штука, более того потом вы еще пару дней ходите с ощущением слабости как будто потеряли пару литров крови, и при этом крепатура такая, как будто бы над каждой вашей мышцей мышцеломы поиздевались отдельно. Именно поэтому невидимость применяется только в случае крайней необходимости; но у меня именно такая необходимость и была! Однако, то ли из-за того, что я недооценила принца, то ли из-за того, что переоценила маму, шоу оказалось откровенно скучным и не стоило ни только потраченных на него усилий и зелья, но даже не стоило тех десяти минут, которые я это вопиющее издевательство над моей требующей отмщения душой, наблюдала. Из некрасивой истории с оклеветанием меня невинной принц выкрутился не то, чтобы оригинально, но весьма элегантно: он рассказал только выгодную ему правду, и при этом почти ни разу не соврал. Хотя, начиналось все так многообещающе! Э-э-э-х!

— Ваше высочество? — удивилась моя мама, когда увидела его просящим аудиенции, — в такое время? Что-то случилось?

Ага! Я прекрасно знала, сколько время, когда отправляла его к маме. Было почти одиннадцать вечера.

— Графиня, прошу прощения за столь позднее вторжение, но я должен с вами поговорить…

— Говорите, раз уж пришли…

— Я не все рассказал о похищении…, когда я нашел Диану там… она была мертва…

— Что-о-о-О? — мама опешила и побледнела. — Я почувствовала ведь…

— Я вернул ее, но я не хотел, чтобы Диана знала или кто-то еще и зря беспокоились, потому что все обошлось. Но сам я со всеми этими проклятиями — не смог так легко забыть то, что случилось и поэтому начал отдаляться от Дианы. И она почувствовала, что я что-то скрываю, но не сумев добиться прямого ответа, она опоила меня зельем правды…, а не любовным зельем. Все остальное я придумал, просто я был очень зол, она перешла черту, я считаю, что она не имела права…

— Я понимаю вас Рауль, но и ее я тоже понимаю… так эти сны…, о которых она говорила… бедная моя девочка… и… спасибо за то, что вернули мне дочь… я этого никогда не забуду. В-вы, наверное, хотите поговорить с ней?

— Если можно? — ответил он ей.

Вот и вся история. Дальше я, не теряя ни секунды, впорхнула в комнату, где развеяла своего двойника, вернула себе видимую форму, и заняла положенное мне находящейся под домашним арестом место, то есть на диване с книгой, и с выражением обиженной моськи на лице.

— Ди! К тебе гости! И будь к нему снисходительна…, ты ведь тоже была не права, — примерила на себе профессию медиатора[28] мама.

— Это значит, что я больше не под домашним арестом? И с меня сняты все обвинения? — уточнила я.

— Рауль все объяснил. Все, включая…, — принц за ее спиной показывал мне застегивающуюся молнию на губах, очевидно, беспокоясь, что я неправильно пойму выражение «все».

— Мам, но сейчас же все хорошо, так ведь? Я обещаю, что больше никаких клубов и вообще быть осторожной. Но мне действительно нужно в мою комнату в общежитие, я должна отдать Раулю важные материалы для следствия. А то мы с нашими ссорами и выяснениями отношений совсем забыли, что важно, а что второстепенно.

— Для меня важнее жизни и здоровья моей дочери нет ничего! Так что пусть эти ваши материалы следствия подождут еще пару минут, — и мама обняла меня так крепко и так долго не отпускала…, что мне пришлось отбиваться и вырываться, практически сражаясь за свою жизнь.

— Мам, если ты мне сейчас позволишь дышать, то я торжественно обещаю прожить, по крайней мере, ближайшие 200 лет, так точно, больше ни разу не умерев!