Глава 18

Когда я говорила, что выпив зелье, принц запоет соловьем, я несколько преувеличила. Зелье, конечно, вызывает в человеке желание пооткровенничать, но, по большому счету, все зависит от желания или не желания самого человека рассказать о том, о чем у него спрашивают. А, учитывая, что принц совершенно не желал говорить о том, что произошло в замке Карнелиуса, то здесь нужно было быть очень точной и конкретной в своих вопросах, чтобы получить точные и конкретные ответы. Поэтому, пока я готовила зелье — я снова и снова прокручивала в голове линию ведения допроса его высочества. И как только все было готово: и зелье и линия допроса, я отправила принцу сообщение.

— А ты уверена, что он будет? — с сомнением в голосе поинтересовалась Маркиза, — потому что насколько мне кажется, он избегает оставаться с тобой наедине…

Кошке казалось правильно, принц действительно избегал оставаться со мной наедине и это у него отлично получалось. И если бы не его не просто параноидальная, а еще и подозрительная озабоченность моим здоровьем, то и сегодня мне вряд ли бы удалось заманить его в гости.

— Будет, — уверенно ответила я. Я написала ему, что у меня голова разболелась и мне дышать нечем, и мне кажется, что я умираю…

— А ты уверенна, что он сам явится, а не доктора пришлет? — саркастически заметила кошка.

— Ой, а ведь и правда, он же может доктора прислать! Как же я не подумала об этом? — но отступать было поздно, и я залпом выпила зелье, имитирующее симптомы простуды. Теперь, мне предстояло пару дней пострадать от легкого насморка и небольшого першения в горле, но на такие жертвы ради получения ответов — я была готова. Вот только, кажется, я с дозой перестаралась, потому что вместо легкого насморка — из носа лило так, что я еле поспевала платочки менять.

— Апчхи! Ыэ! Ыэ! Ыэыэээыэ! — и я поняла, что кроме насморка, у меня есть и еще одна проблема — у меня голос пропал.

— Ну и как мы теперь вопросы будем задавать? — всполошился мой Меркурий. — Письменно, что ли? — и я вперила свой умоляющий взгляд в кошку.

— Поняла! — печально вздохнула Маркиза. — И опять и снова самая грязная работа на мне!

Я осветила ее теперь уже благодарным взглядом и села писать вопросы. Но едва я закончила с первым из них, раздался стук в дверь, и бесконечно чихающая и сопливая я, поползла открывать дверь.

— Ого! А ты и, правда, больна. Признаться, я опасался, что это уловка…, но на счет того, что ты умираешь… ты все-таки преувеличила, — поставил мне диагноз его высочество.

— Ыэ! Ыэ! Ыэыэээыэ! Апчхи! Апчхи! Апчхи! — приветствовала я.

— Ди! Если хочешь, я могу облегчить головную боль и боль в горле, но вот насморк вряд ли…

— Я замотала головой, показывая, что не надо…, — ну, потому что моя проблема была не в простуде, а в зелье, и пока оно не выведется из организма полностью, мне никто и ничего, кроме антидота не поможет, но об этом, понятное дело, принцу знать не нужно было.

— Она не хочет вас заразить, ваше высочество, — перевела кошка. — Но ей очень приятно, что вы пришли проведать.

— Апчхи! Апчхи! Апчхи! — одобрительно проапчихала я, и закивала головой.

— Чай? Кофе? — предложила принцу моя «гостеприимная» кошка. Сразу отмечу, что по три капли зелья было и в чае и в кофе.

Принц нерешительно посмотрел на меня, потом на двери.

— Может, я лучше пойду, тебе отдых нужен, Диана…

— Что? Боитесь заразиться? — обвинительно наехала кошка. — Дианочка возле вас так почти весь день просидела, когда вам плохо было, а вы что, даже чая не попьете?

— А можно кофе? — стушевался принц.

— Можно…, — разрешила кошка, — там! — указала она на турку.

— Диана, а ты? — поинтересовался он у меня.

— Апчхи!

— Она будет чай! — перевела кошка.

Мне ничего другого, кроме как согласиться на чай, не оставалось, и я кивнула. Принц принес мне чай и затем отпил немного кофе.

— Ваше высочество, а каким образом вы вернули Диану к жизни после того как ее убила Луиза? — прочитала вопрос Маркиза и недоуменно уставилась на меня.

— Я обменял ее жизнь на свою душу, — ответил принц, вперив в меня злющий, негодующий взгляд.

— Апчхи! Апчхи! Апчхи! — ответила я единственным доступным мне образом. И судя по ставшему еще более свирепым лицу принца, он определенно решил, что это я сейчас на него и его злющий взгляд — начихала.

— И что это значит? — этот вопрос был от офигевшей от новостей кошки.

— Это значит, что если за отпущенные мне еще два дня, я не найду лазейки в контракте, то я перейду в собственность Сатаны.

— И что это значит? — моя бедная кошка офигевала все больше.

— Я стану чем-то наподобие этого черта…

— Апчхи! — резюмировала несчастная и сопливая я. — Ыэ! Ыэ! Ыэыэээыэ! — но голоса по-прежнему не было. Совершенно потрясенная Маркиза, потеряв дар речи, понятное дело, молчала.

Однако, принц каким-то образом все же догадался, что допрос окончен и весьма своеобразно на это отреагировал: со страшным грохотом хлопнула дверь, и небо озарила яркая и ветвистая молния, унесшая с собой жизнь, случайно оказавшегося на ее пути несчастного дерева.

— Ну и дела…, — обрела дар речи кошка.

— Апчхи! Апчхи! Апчхи! — снова выдала сопливая я.

— А тебе бы все чихать! — неодобрительно отчитала она меня. — И как ты вообще додумалась умереть? Хотела бы я знать?

— И я тоже! — подумала я, — и поползла заваривать себе антидот.

— Ди, я, конечно, рада, что он тебя вернул, но как же мне его жалко, — захныкала Маркиза.

— Апчхи! Апчхи! Апчхи! — в очередной раз выдала я все, на что была способна.

Нет, ясно дело, радоваться было особо нечему, но я ничего не могла с собой поделать, мне было о-Очень приятно и сладостно от мысли, что принц ради возвращения меня к жизни отдал в рабство свою душу Сатане. Чувство вины и ответственности тоже были тут как тут, но они были только третьими и четвертыми в очереди и не могли испортить мне настроение. Особенно потому, что я уже точно знала к кому я обращусь за помощью по поводу контракта, заключенного принцем.

Но как бы сильно мне не хотелось тут же обратиться за помощью и сразу же порешать все проблемы принца, все-таки существовала маленькая проблема — я понятия не имела, как связаться с Ягой Пантелеевной. И поэтому, выпив свой антидот, и наконец-то избавившись от насморка, и даже получив назад свой голос — я отправилась на занятия.

Элька и Мила встретили меня счастливыми возгласами, еще бы впереди нас ждала контрольная по астрофизике, а лучше меня в нашей аудитории астрофизику понимал только преподаватель. Хотя нет, поправочка, вполне возможно мне принадлежало только третье место в этом рейтинге, потому что контрольную по астрофизике почтил своим присутствием еще и его высочество. И если просто сказать, что принц был не рад меня видеть, то это вообще ничего сказать, потому что меня окинули таким презрительно-испепеляющим взглядом, что я почти физически ощутила, как на мне задымилась одежда, а сама я стала на несколько сантиметров ниже. Но этим его высочество не ограничился, он сел впереди меня и все отпущенное на контрольную работу время откровенно флиртовал направо и налево. И когда сначала справа, а потом и слева у него поинтересовались, а не боится ли он обидеть свою невесту таким поведением, он громко так заявил, чтобы вся аудитория слышала, что у него больше нет никакой невесты. Все последующие лекции — к моему облегчению, у нас были раздельными, но это не избавило меня от постоянного потока злорадствующих сплетниц с притворным сочувствием интересующихся, как так получилось, что принц меня бросил. И все это бы я еще пережила, все-таки я знала, на что шла, когда опаивала его зельем, но эта самовлюбленная жертва собственного нарциссизма, зацикленная на оскорбленном достоинстве нажаловалась на меня моей собственной матери, что я не даю ему прохода, и настаиваю на интимной близости, а сегодня даже чуть не опоила его любовным зельем. И мама может быть ему и не поверила, если бы я сама при ней как-то не посетовала, что принц избегает меня и не хочет оставаться со мной наедине, ну и если бы еще я не была столь печальноизвестной теперь уже рецидивисткой по незаконному применению любовного зелья. Чтобы вы поняли всю глубину моего возмущения, мама не просто посадила меня под домашний арест, она забрала меня со школы и под конвоем доставила под домашний арест. Но перед этим, я два часа провела в кабинете психолога, который был решительно настроен на то, чтобы помочь мне разобраться с возникшим у меня после похищения психическим расстройством, приведшем к нездоровой одержимости принцем. Во-первых, можно подумать, одержимость бывает здоровой, а во-вторых, его высочество перешел черту! И, кроме того, это он считает, что ему осталось жить два дня, и поэтому он не против не только умереть, но и мне нервы подпортить. А я планирую ему неблагодарному его жизнь многократно удлинить, и даже уже почти знаю как.

В общем, я снова воспользовалась услугами астрального двойника, но в этот раз Маркиза (которую также до глубины ее кошачьей души возмутило поведение принца) любезно согласилась мне подыграть, то есть, принять невидимую ипостась и общаться с моей мамочкой или с папочкой или психологом на любые понравившиеся им темы вместо меня.

Я же до зубов вооруженная бешенством и праведным гневом отправилась выяснять отношения с обидчиком. Благо для этого у меня был прямой доступ из моей комнаты в его кабинет через библиотеку. В кабинете его не было, в спальне тоже, но вот в ванной — явно кто-то был, потому что оттуда сначала раздалась меланхоличная мелодия, явно исходящая из духового инструмента, а потом еще и барабанная дробь. Конечно, если бы я не была в таком бешенстве, природная скромность и хорошее воспитание имели бы все шансы меня остановить, но не в этот раз. Окинув, комнату цепким взглядом, я поняла, что самые подходящие снаряды для метания все-таки его тапочки (ну, потому что моя цель была не убить или покалечить, а просто попугать). И теперь вооруженная еще и тапочками, я отважно ворвалась в логово коварного врага. Уже первого взгляда мне хватило, чтобы понять, что в кабинете психолога я занимала чужое место, а конкретно место его высочества, потому что сидело оно в пенистой ванне с барабаном на коленях и с трубой в руках и еще и горланило во все свое королевское горло какую-ту балладу. Но я не позволила столь душещипательному зрелищу разжалобить меня и запустила в него тапочками, правда не очень метко. Но это, потому что тапочки были его высочества, и очевидно, чувствовали к нему симпатию и потому не пожелали отправиться по адресу, то есть в лоб. Но принц, к моему удовлетворению, испугался, и подскочил, но, к моему смущению, прикрытый только одним барабаном, свисавшим с его шеи на тесемочках.

— Ты что с ума сошла?! Это моя комната! Моя ванна! И я тут расслабиться пытаюсь!

— Нет. Не сошла! — заорала я. — Всего лишь подтверждаю свою репутацию. Я же преследую тебя! — все это я говорила, смотря исключительно ему в глаза, ну может иногда обращала внимание на широкие плечи, но красную черту, очерченную барабаном, я не пересекала — ни-ни. — Как ты мог?

— Ты меня заманила к себе и опоила зельем!

— Я тебя опоила, потому что ты не был со мной честен! И я волновалась за тебя! А ты вместо того, чтобы со мной поговорить, сбежал как трус!

— Как трус?! — возмущенно заорал он, и, кажется, даже собрался вылезти из ванны, чтобы доказать мне, что он не трус.

И я в панике швырнула ему на барабан полотенце.

— Возможно ты не в курсе, но на тебе кроме барабана ничего нет!

Принц, все же обладал какой-то скромностью, потому что тут же присел.

— Я тебя за дверью подожду. И поговорим. Только не забудь прикрыться чем-нибудь, пожалуйста! — и я закрыла дверь ванной.

Весь мой боевой запал уже вышел, поэтому за дверью меня поджидало нервное беспокойство.

«— А что если он не захочет выслушать? И опять того вытурит за дверь? — поинтересовалась моя Луна.

— Ну, … вообще-то наша тушка хоть и изящная и очень симметричная, но не такая уж и легкая, чтобы нас против нашей воли выволокти аж за ворота замка…, — резонно заметил Меркурий.

— Так его высочество не будет делать это сам — он стражу пригласит! — не менее резонно заметил Сатурн. — И тогда мы уже никак не докажем, что на самом деле не преследуем его и не склоняем к интиму! Одно вторжение в ванну чего стоит! А принц между прочим не одет был!

— Мы все заметили! Не надо нам напоминать…, — стыдливо заметила Луна»

* * *

— У тебя 30 секунд, прежде чем я вызову охрану! — Рауль присел на мягкий подлокотник дивана и скрестил руки на груди.

«А что я говорил! — подал голос Сатурн, — не будет его высочество сам тянуть нашу тушку на такое расстояние… у него для этого специально-обученные люди есть!»

— Я знаю, как НАВЕРНЯКА спасти тебя от контракта! — уверено заявила я. У меня было всего 30 секунд, и поэтому я решила, что моя очень высокая цель полностью оправдывает данный низкий манипулятивный прием, представляющий из себя подлог желаемого на место действительного.

— Диана, я не позволю тебе предложить свою душу взамен моей! Это моя проблема. И мне ее и решать! — и голос его высочества звучал не просто категорично, а по-королевски ультимативно. То есть, он имел в виду примерно следующее: «Только рискни отнять принесенную мною столь благородную жертву во имя тебя, и я казню тебя, неблагодарная!».

— Так вот, что ты думаешь, я собираюсь сделать! — искренне удивилась я. — Если честно (и на этот раз я таки была честной), мне это даже в голову не пришло, но спасибо, за идею. В принципе как вариант «Б» вполне можно использовать…

— А у тебя есть вариант «А»? — с сомнением в голосе проговорил он.

— Да. Я знаю одну… хм… даму, которая очень заинтересована во мне, как в ведьме и, кроме того, я уверена, что черт действовал непорядочно, а значит валидность контракта, возможно, поставить под сомнение…

— Диана! Он черт! Что еще ты от него ожидала? — с насмешкой кинул мне его высочество!

— Рауль! Давай рассуждать здраво. Ты ведь очень сильный целитель и ты был там, то есть ты бы смог меня вернуть, какая бы смертельная рана ни была, правильно?

— Естественно, — раздраженно рыкнул он, — но это был «Клинок Забвения»! Она пронзила твое сердце «Клинком Забвения» и я ничего не мог сделать. Никто в этой реальности — ничего бы не смог сделать!

— Ха! Видишь! Я права!

— Я знаю, что ты права… но…

— Но Рауль, я более чем уверена, что он и Луизу спровоцировал! А это мошенничество!

— Диана де Тайльбур и вдруг такая скромность! — язвительно заметил он.

— Причем тут скромность? — не поняла я.

— А то, что ты не веришь, что смогла вызвать в Луизе аж смертельную ненависть! — иронично объяснил он.

— Я не верю, что Луиза — способна на убийство, — уверенно заявила я.

— Диана, даже, если ты и права, а ты скорей всего права, я вынужден тебя разочаровать, я изучил этот талмуд в 500 страниц, называемый контрактом, от корки до корки… там нет ни одной лазейки…

— Этот контракт у тебя?

— Да…

— Почитать дашь?

— Нет! Абсолютно, нет!

— Да, не собираюсь я занимать твое место в гареме у Сатаны или куда он там тебя забирает! Мне целые лес, поле, озеро, гору и реку предлагают! — в сердцах объяснила я.

— Что-о-О? — и он уставился на меня как на полоумную.

— Яга Пантелеевна предложила мне стать хозяйкой в ее имении, так сказать! Ей ведьма нужна подходящая. А я — подходящая! — гордо закончила я.

— И чем это лучше? — не понял он. И я даже на пару секунд растерялась от вопроса, если честно, но потом поняла, что некоторым тупым людям очень помогает, когда им популярно и подробно разжевать и положить в рот.

— Рауль, я там — буду хозяйкой, то есть королевой! А ты у Сатаны — будешь рабом, то есть никем! Так понятней?

— А ты уверена, что тебя не обманут?

— Уверена. Абсолютно. У меня контракт на руках есть. И я тоже прочитала его от корки до корки, и уже подписала…, так что… вот это сейчас — это визит вежливости…, — твердо и самозабвенно врала я.

— И ты хочешь в лес?

— Я хочу быть Королевой, ты даже не представляешь, сколько у меня там подданных и как меня там встречали! — решила я для разнообразия разбавить правдой свое повествование.

— Но я думал, что ты не хочешь быть Королевой…, — растерялся он.

— Ты неправильно думал… и потом, что еще я могла всем рассказывать — у меня же все равно не было шансов стать Королевой! Фальшивые невесты принцев — не становятся королевами. И, ты знаешь меня! Я люблю вводить других в заблуждение! — и на этом, единолично решив, что разговор окончен — я направилась к двери, чтобы направиться в кабинет и оттуда уже отправиться в свою комнату в общежитие.

— Диана… ты не права…, — сообщение о моей неправоте нагнало меня уже на выходе.

— В чем? — не удержалась я от вопроса и сделала шаг назад.

— У тебя есть… были… все шансы стать … Королевой…

— Да-а-а? — и я даже, наивная, дверь закрыла за собой, понятное дело, с этой стороны.

— Ну…, по крайней мере…, когда-нибудь… может быть…, я так думаю…

— А-а-а… спасибо…, это прозвучало так обнадеживающе! — и я снова закрыла дверь, и думаю, будет лишним даже упоминать, что закрыла я ее с той стороны, и то, что это совсем неслучайно, получилось ну, о-О-очень громко!

И хотите верьте, хотите нет, но мне на самом деле, так в лес захотелось…, что прямо сил не было.