Глава 33. Блок целителей

Загрузив посудомойку, я поспешила в гардеробную. Ещё вчера я развесила здесь свои незначительные пожитки. Горчичное платье село идеально. И дело не в том, что его сшили какие-то там гении моды или ценители кашемира. Дело было во мне – я наконец-то снова начала себе нравиться. Из зеркала на меня смотрела улыбающаяся, нежная женщина с едва заметными лучиками морщил в уголках глаз. Женщина в сорок давно перестала быть кем-то вроде «тётки». Нас, красивых, сейчас называли на западный манер «милфами» – красивыми, зрелыми, сочными ягодками, которые только вошли в пору самого смака. Так и было. Это я видела в своём отражении… и именно это давало закрасться в голову всякого рода мыслям… непривычным для меня, но весьма логичным, учитывая то, какой образчик мужчины кружит возле меня… мечтая, чтобы я родила ему дочь. Тут даже у святоши пульс ускорится! Я провела ладонью по ткани, будто проверяя: да, это реально со мной происходит! Потом сделала глубокий вдох и вышла из своих покоев в каюту Кайроса. Дверь, как и всё здесь, распахнулась мягко – без скрипа, без щелчка, будто и она была не против моих грешных фантазий, уговаривая: «Проходи скорей! Он уже заждался». Внутри было трое. Кайрос стоял у стола – уже в форме, строгий, собранный, с тем самым выражением лица, которое, кажется, у него прописано по умолчанию: «Я контролирую мир. И тебя тоже – если захочу». Рядом – двое зарваэльцев в белых халатах. Один – моложе, худощавее, в серебристом халате. Скорей всего, он – личный помощник. Второго я уже видела. Тот самый Вейлан, который был старшим целителем на ковчеге Драк’Арион. Высокий, крепкий, с чуть более светлыми волосами, чем у остальных, но такие же длинные. Кажется, средняя длина волос Кайроса была здесь самой короткой, будто сила зарваэльцев, как и у мифического Самсона, зависела от длины волос. Лицо Вейлана было красивым, но не в «глянцевом» смысле, а в том, что видишь в человеке интеллект и силу одновременно. И глаза – стальные, холодные, но при этом… внимательные. Когда я вошла, разговор оборвался в один миг. Оба целителя повернулись и выпрямились так, будто пред ними предстала сама Елизавета I. А Кайрос… Кайрос посмотрел на меня сверху вниз и на секунду задержал взгляд на моих губах, по которым я минуту назад провела блеском. Жар бросился в лицо. «Нездоровая фигня! – выдохнула, механически контролируя процесс, чтобы моё волнение никто из мужчин не заметил. – Все признаки климакса! Если бы не регулярные месячные…» Старший целитель шагнул вперёд и коснулся правым кулаком левой груди. – Тальвира Софира, – произнёс на русском. С акцентом… странным. Мягким, скользящим, будто он проглатывал гласные и чуть растягивал согласные. Мне почему-то сразу вспомнился француз, который учился с нами на курсе. Он разговаривал с таким же акцентом! – Для нас честь приветствовать вас. Я моргнула. Улыбнулась – спокойно, сдержанно. Хотя внутри меня какая-то несносная девочка орала: «ААА! ТЕБЯ ПРИВЕТСТВУЕТ ИНОПЛАНЕТНЫЙ ДОКТОР! СОФА, ТЫ В КАКОМ ФИЛЬМЕ?!» – Здравствуйте, – ответила ровно. На секунду незаметно прикусила нижнюю губу, чтобы прийти в себя. Затем оставила её в покое и широко улыбнулась. – Я – София. Но «Софира» мне тоже нравится. Особенно, зная, какой смысл имеет это слово для вас. Целитель склонил голову ещё ниже, мягко отвечая на мою улыбку со всей открытостью и искренностью. – Вейлан. Мы с вами уже встречались, госпожа. Я – старший целитель ковчега «Вэ-эль За-рис». – Я помню. – А это – Ванечка, мой помощник. Он из ваших. Лучший на курсе университета имени Сеченова. Связался с нами один из первых. После долгой переписки я решил познакомиться с ним ближе… и вот, что из этого вышло! Хах! Отличный помощник. – Спасибо, лорд Вейлан, – кивнул парень со всей серьёзностью и поправил очки на носу. Кайрос сдержанно хмыкнул. – Вейлан, без пафоса. Она – не посол. – Она – куда значимее, зартален! Госпожа Софира – наше будущее, – возразил Вейлан с таким лицом, будто произнёс молитву. Кайрос бросил на него взгляд – тот самый, командорский. И Вейлан, пусть и с достоинством, всё же сделал вид, что понял и затыкается. Я не удержалась и хмыкнула. И тут Кайрос наклонился ко мне – так близко, что я почувствовала тепло его дыхания у виска – и шепнул: – Он обожает церемонии. Это его слабость. Не смейся вслух – обидится. Меня прошило мурашками. Я кивнула, делая вид, что всё нормально, и совет принят, но… Не каждый день мне шепчут на ухо драконы! – Я готова, – сказала, лишь бы что-то сказать. Тишина и внимательные взгляды зарваэльцев меня смущали. Хорошо, что «Ванечке» была по барабану вся движуха. Парень уткнулся в планшет, который держал его на изгибе локтя, как тяжёлую книгу, и беспрестанно свайпал дисплей. Кайрос кивнул. – Идём. Целительный блок оказался… космосом в космосе. То есть я, конечно, знала, что у них технологии «не как у нас». Но то, что я увидела, било по сознанию, как удар током. Коридоры с белоснежными панелями – стерильно-белые, но не «больничные». Скорее, как в фильмах, где показывают лаборатории будущего: всё гладкое, ровное, без стыков, будто стены отлили сразу целиком. По потолку шли тонкие неоновые полосы подсветки – мягкий голубой и тёплый янтарный свет, который не резал глаза. Стеклянные стены кабинетов и мини-палат вообще имели прозрачную текстуру – я видела внутри идеальные комнаты, приборы, кресла, капсулы… и людей в серебристых халатах, как в центре репродукции. Но стоило Вейлану провести ладонью по панели на стене, как стекло мгновенно стало матовым, непроницаемым. Я смотрела на всё это и ощущала дикий восторг. «Как оно светится! Как оно меняется?!» Но внешне я держалась спокойно. Улыбалась, слушала, кивала. Хотя хотелось чуть ли не прыгать от радости, как туристка в музее будущего. – Здесь проходит диагностика, – заметил моё любопытство Вейлан, важно задрав подбородок. Он определённо гордился своим блоком, и целителем стал по призванию. – Здесь – стабилизация. Здесь – восстановление. Здесь – модуляция гормонального фона перед имплантацией. – Модуляция… – повторила я, чтобы не выглядеть совсем дремучей. Кайрос шёл рядом, чуть позади – как охрана. В то же время как бы демонстрируя уважение к моему личному пространству. Правда, хватило его ненадолго. Когда Вейлан увлёкся очередной пафосной фразой про «священное продолжение рода», Кайрос опять наклонился ко мне и прошептал: – Держись! Вей может часами говорить о своём детище. Я задышала через раз, прикрыв улыбку рукой. «Слишком близко. Слишком… приятно». Я поймала себя на том, что не отстраняюсь. Наоборот. Как будто внутри меня, наконец, включился тот самый режим: «плыви по течению, Софа», о котором я так много думала. И я… плыла. Потому что это течение было тёплым и надёжным. Вейлан привёл нас в просторную комнату, где мерцали два экрана, на которых бегали какие-то линии и символы. Аппарат рядом тихо «дышал» – да, я клянусь, мне так показалось: будто внутри работало что-то живое. У стены стояли небольшие капсулы. Одна – горизонтальная, полностью отлитая из незнакомого сплава в форме геоида. Вторая – вертикальная. Её форма имела некий вытянутый цилиндр с прозрачной боковиной по окружности. – Сначала анализы, – сказал Вейлан, подходя ближе. – Только базовые. Подтверждение мы получили. Теперь обязаны узнать всё о вашем состоянии. До молекулы. – До молекулы, – повторила я, и у меня в голове всплыло: «Судя по тому, какие штуки тут имеются, вы и душу мою можете просканировать!» Целитель взял со стола какой-то тонкий браслет, похожий на полоску стекла, и надел мне на запястье. Холодное касание – и тут же тепло, будто браслет подстроился под меня, ловко оборачиваясь вокруг запястья. На экране появились цифры. «Пульс? Давление?» – Какие-то показатели, которых я никогда не видела. Я молча смотрела. Пока. Боялась, что, если начну задавать вопросы, меня уже будет не остановить. Кайрос стоял рядом, наблюдая с умным видом, от чего я сделала вывод, что мне одной происходящее непонятно. Даже «Ванечка» лихорадочно тыкал на своём планшете, занося куда-то в систему всё, что говорил Вейлан. В какой-то момент я почувствовала руку зарталена на своей пояснице – короткое касание, будто «я здесь». И этого хватило, чтобы моё сердце перестало стучать где-то в горле. – Отлично, – удовлетворённо произнёс Вейлан. – Идеальный фон. Немного из нормы выбивается количественная концентрация некоторых витаминов, но это ничего. После тартоса всё изменится. А если нет, обеспечим вас необходимой порцией витаминов. Главное, организовать к ним полный покой и отличное питание. – Это точно. Я просто устала нервничать, – призналась честно. – Но здесь, вроде, мне нравится. Кайрос широко улыбнулся, открыто демонстрируя, как ему приятны мои слова. Вейлан, конечно, ничего не понял, но улыбка зарталена ему очень понравилась. Как будто он так давно не видел, что теперь радуется её появлению, как старому, доброму другу. А потом встрепенулся, опомнившись, и продолжил. – Теперь осмотр. Я смущённо опустила глаза. Ожидала этого. Дураку понятно, что меня будут осматривать. Причём не единожды! Но всё равно оказалась к этому не совсем готова. Вейлан показал рукой на дальнюю часть кабинета. Там стояла (слава Богу!) капсула. Та самая. Горизонтальная, высокая, металлическая. Пара нажатий, и капсула открылась крышкой вверх, смахивая на гроб. Внутри – мягкая обивка и белоснежная подушечка. А по краям – узкие линии, похожие на замёрзшие жилки. В такую не очень хотелось ложиться. Понимание, что крышку закроют, мешало. – Криокамера, – объяснил Вейлан, не замечая моего напряжения. – Не такая, как ваши, земные. Она не замораживает. Она охлаждает поверхность тела до определённого диапазона. Это даёт точность сканирования и удаления любых микровоспалений и возможные новообразований, чуждые телу. Процедура безболезненная. Вам будет комфортно, НО! Если станет неприятно – браслет сразу считает ваши показатели и даст нам понять это, чтобы мы уменьшим интенсивность охлаждения. Я кивнула, сглотнув. – Мне надо… раздеться? – Да, – спокойно подтвердил Вейлан. – До нижнего белья. Это стандартный протокол для матерей «Искры». Не стесняйтесь. Мы – целители. Мы не смотрим на вас как… на женщину. Кайрос прерывисто вздохнул, медленно прошёлся взглядом по моей фигуре… и столько в этом взгляде было огня, что становилось без слов понятно: заверения Вейлана не распространяются на него. Он видел во мне женщину! Причём во все глаза. Зартален шагнул ближе. – Мне выйти? – спросил коротко, оставляя этот шаг за мной. Вейлан хмыкнул. – Лучше бы остаться. Я хочу после тартоса провести пару анализов – подтвердить совместимость. Но Кайрос посмотрел на меня. – Ты… что скажешь? Я вздохнула. – Оставайся, конечно. Мне не пятнадцать лет. Я уже «отсмущалась» своё. Иван тихо хмыкнул, старательно пряча улыбку. Кай задержал взгляд – тяжёлый, золотой – и кивнул. – Спасибо. Я посмотрела на капсулу, потом на Вейлана, и вдруг поймала себя на мысли, что… мне не страшно. Мне волнительно и интересно. А ещё хочется поскорее узнать, что там с моим здоровьем? Больше года прошло с последнего медосмотра. После развода как-то было не до него. Я улыбнулась – уже чуть смелее. – Ладно, доктор… – пробормотала я и потянулась к молнии на платье. – Давайте ваши инопланетные технологии. И начала раздеваться. За спиной послышался шумный вдох дракона.