Глава 44. Обряд

Утро началось с непривычно яркого для весны солнца – его золотых лучей. Солнечные зайчики проникали сквозь иллюминаторы, отражались от стен, играли в волосах Дайяны, которая суетилась вокруг меня, словно самая настоящая фея-крёстная, и на душе разливалось патокой тепло. – Не дыши так часто, София, а то чешуя отвалится, – смеялась Эва, поправляя последний элемент на моём плече. – Не бледней так. Я пошутила. Платье… Это было не платье. Это было совершенство! Фантастическое причём. Традиционный наряд невесты, который драконица сшила для меня, было до умопомрачения прекрасным! Тысячи мелких золотых чешуек, гибких и тёплых на ощупь, покрывали летящую ткань, как её главное украшения. Они переливались при каждом движении. Они не холодили, а наоборот – словно аккумулировали тепло тела, создавая вокруг меня мягкое, уютное сияние. Почти то самое шибани, которое совсем скоро станет моим постоянным нарядом на протяжении девяти месяцев беременности… надеюсь, в скором будущем. – Вы выглядите… как королева! Мать драконов из «Игры Престолов» была поскромнее, – прошептала Алина, стоя рядом и держа в руках шлейф. Её глаза блестели искренним восторгом, а пальчики дрожали. Рядом с ней Дайяна лучилась счастьем, и это настроение было заразительным. В каюте царил тот самый семейный уют, которого мне так не хватало всю жизнь. Мы хихикали, пока Эва доводила конструкцию свадебного наряда до ума, перешёптывались, обсуждая, куда Никиту увёл Кайрос, покинув нас сразу после завтрака с важным видом. – Он сказал, что мужчины должны подготовить путь, – серьёзно сообщила Алина, расправляя складки. – И Никита по традициям зарваэльцев – считается старшим мужчиной в вашем роду, тётя София… блин. У меня язык не поворачивается вас тётей называть. Вы кажетесь моложе меня! Я улыбнулась, хотя внутри уже начинало предательски подрагивать. – О чём я? А! Нику предстоит пройти какой-то свой обряд. Типа дать согласие на ваш брак. – Тут Аля широко улыбнулась. – Это так аутентично! Прям дух захватывает. Я как будто в сказку попала! Хорошо, что дядя Кай разрешил мне сделать парочку кадров для своего блога! Это будет просто пушка-бомба! Мои подписчики офигеют! – Восторг девчушки натуральным образом начал расплёскиваться, заражая весельем и нас с драконицами. – Такой эксклюзив! Да ещё и после тех блогов, с несправедливыми обвинениями и грустными жизненными обстоятельствами, которые вам пришлось пройти… Ой! Всё! Не будем портить настроение! Свадьба! С драконом!!! Совсем скоро! – Совсем скоро, – повторила я, чтобы скрыть дрожь в голосе. – Спокойно. Дыши, – протянув мне букет нежнейших ландышей, прошептала Дайя. Когда всё было готово, и зеркало отразило божество, которое сложно было узнать во мне самой, пришло время идти. Коридоры ковчега сегодня казались длиннее. Тишина давила на уши. Я шла, чувствуя, как золотая чешуя платья шелестит на каждый шаг, и с каждым метром волнение нарастало, превращаясь в плотный ком где-то под грудью. Тошнота подкатывала к горлу. Холодный липкий страх, что всё это мне только кажется, сжимал желудок. «Это какой-то сон… Вдруг я скажу что-то не так? Или вообще рухну?! Уж очень высокие шпильки…» Мы подошли к массивным дверям блока, где у драконов находился храм. Дайяна коснулась моей руки, её пальцы были тёплыми и уверенными. – Всё будет хорошо, – повторила Дайяна, чмокнув меня в обе щеки. – Ты – настоящая красавица! Кайрос счастлив, что ты ответила на его чувства. Всё у вас будет хорошо! Он ждёт, – просто произнесла она. Двери с тихим щелчком раздвинулись. И мир перевернулся. Всё, что я чувствовала секунду назад – страх, волнение, физическое недомогание – испарилось в один миг. Точно кто-то выключил рубильник тревоги. Зал храма поражал воображение. Всё здесь даже близко не напоминало земные церкви или храмы. Не было ни тихого полумрака, ни свечей. Всё пространство заливал мягкий, рассеянный свет, исходящий от самих стен, будто они светились изнутри. Высокие своды, уходящие в недосягаемую высь, были украшены вязью из того же золотого металла, что и моё платье. Казалось, само пространство здесь дышало величием. И людей… нет, драконов… было невероятно много. Зал вместил всех зарваэльцев. Они стояли ровными рядами, молчаливые, величественные, в своих лучших одеяниях. Их глаза, вертикальные зрачки, все были устремлены на меня. И в каждом давящая ответственностью надежда на чудо. В глубине зала, среди драконов, я заметила и знакомые лица. Земные политики в строгих костюмах, журналисты с камерами, которые, впрочем, сейчас не снимали, а просто наблюдали, затаив дыхание. Этот союз был важен не только для нас с Кайросом. Это был мост между мирами. И я была безмерно рада, что мой кирпичик в нём был отлит исключительно из добровольного желания любить этого мужчину. Кстати, о нём! Когда мой взгляд, наконец, устремился вперёд, я увидела ЕГО! Кайрос стоял у алтаря. Он не смотрел на толпу, как я, глупышка, это делала только что, любуясь красотой храма. Кай смотрел на меня. И когда наши взгляды встретились, время остановилось. На нём был тёмно-синий церемониальный костюм, который подчёркивал ширину его плеч и ту скрытую силу, что дремала в каждом его движении. А глаза… Его глаза горели тем самым огнём, который я видела в самые интимные моменты нашей близости. Он ждал меня, как мужчина ждёт женщину, которая, наконец, станет ЕГО. Целиком и полностью только его! Ноги сами понесли меня вперёд. Шлейф скользил по полированному полу, оставляя за собой невидимый след. Я шла по блестящему камню храмового зала и даже не замечала, как драконы склоняли головы при моём приближении. Спешила к нему! Когда я поднялась на ступени к алтарю, Кайрос сделал шаг навстречу. Его рука коснулась моей, помогая взойти на постамент – тот самый жест, который стал моей точкой опоры. Я, наконец, сделала глубокий вдох, с изумлением понимая, что всё это время шла, затаив дыхание. – Ты здесь, – его голос прозвучал тихо, но в тишине зала его услышали бы, наверное, даже на орбите. – Я здесь, – выдохнула, купаясь в нежности его глаз. Кай помог мне встать рядом с алтарём, и жрец, которого я с удивлением только заметила, призывно поднял руки. Он говорил на зарваэльском. Кое-что я даже поняла, внимая словам вполне себе с виду молодого жреца Бога Единого – так называли Создателя Зар’Вэйла драконы. Ритуал был простым и древним, как сам мир драконов. Жрец взял большую чашу. Внутри плескалась жидкость, которая выглядела точь-в-точь как расплавленное золото. Густая, ароматно пахнущая алкоголем, она переливалась под светом свода, гипнотизируя взгляд. Я уже знала, что это «вино жизни». Собственно, о порядке проведения обряда Кайрос рассказал мне всё, чтобы я не пугалась. Именно поэтому спокойно приняла кубок из рук жреца и сделала максимально большой глоток. Ожидала металла, тяжести, странного привкуса, но на язык обрушилась волна невероятной сладости. Это действительно было вино, но одновременно – мёд, тепло, энергия. Оно обожгло горло приятным теплом и разлилось по венам, заставляя сердце биться чаще. Это было безумно вкусно. Настолько, что хотелось закрыть глаза и просто раствориться в этом вкусе. Кайрос взял чашу из моих рук, и осушил её до капли, не отрывая от меня взгляда. Это считалось обещанием: мужчина – опора своей женщины. Он обязан решать любые проблемы женщины, которую сделал своей. – Теперь клятва, – сказал он. Я прекрасно помнила эти слова. Зарваэльский язык был сложным, горловым, но в нём была музыка. Я вложила ладонь в его руку, почувствовала шероховатость его кожи, силу, которая могла бы крушить горы, но сейчас бережно держала меня. Глубоко вдохнула, чувствуя, как сладкое томление разливается в груди, заполняя каждую клеточку тела мягким светом. И сказала – чётко, не сбиваясь, хотя пальцы предательски дрожали: – Vey’shata thal. Nae’ren vey’rak. – «Я выбираю тебя. Я иду с тобой». Зал выдохнул. Звук был похож на шум ветра в кронах деревьев. Кайрос притянул меня к себе, и его лоб коснулся моего. В этом прикосновении не было пошлости или публичности. Это было завершение круга. – Vey’shata thal. Nae’ren vey’rak, – протянул он, чтобы слышали все, но глаза его говорили только со мной. – Моя тальвира. Моя жизнь. Здесь, у этого алтаря, под золотыми сводами, существовали только мы. И это золото, которое теперь текло не только в моём платье, но и в моей крови, связало нас крепче любых цепей. Я посмотрела в зал, на Никиту, обнимавшего Алину, рыдающую с телефоном в руке, на замерших драконов, на людей, которые стали свидетелями нашего союза, и счастливо засмеялась. – Я – жена дракона!