Глава 38

Жар охватил тело, когда Милана открыла дверь. Женщина рванулась вперед, в самое пекло, руки, держащие ребенка свело судорогой, глаза жгло, как будто в них плеснули кислоты. Ступеньки показались ей бесконечными. Руки горели. Еще немного, и она преодолела небольшой холл, охваченный пламенем. Вот она, дверь. Еще немного, и она на свободе. Милана взвыла. Деревянная балка с треском обрушилась, перекрывая им путь. Она заметалась по огненному капкану, как не желающая сдаваться зверушка, попавшая в силки. Странный дом, ни одного окна. Каменный мешок, а не дом. Мозг лихорадочно соображал, словно отдельно от израненного тела, покрывшегося отвратительными волдырями. – Все будет хорошо, – выдохнула женщина, скорее для себя. Ребенок затих, и она очень надеялась, что с ее мальчиком все хорошо. Другого пути просто нет. Сейчас главное спасти малыша. Она не чувствуя тяжести детского тела в сведенных судорогой руках, со всей силы ударилась плечом в тяжелую входную дверь, бросившись в самое пекло. Ноги опалил жар и Милана стиснула зубы, боясь напугать Васятку. – Жжет, мама, жжет, – застонал мальчик, придав ей сил. Еще рывок. Дверь искореженная взрывом поддалась не сразу. Ледяной воздух ворвался в обожжённые легкие с ужасающей болью, но Милана не остановилась, побежала по двору, в надежде как можно дальше отнести малыша от полыхающего особняка. Она обрушилась на землю без сил, спрятавшись за небольшим бетонным забором, ограждающим клетку, в которой бесновались два испуганных пса. Развернула одеяло, и осмотрела ребенка. Все в порядке, ожогов нет. Скорее всего небольшое отравление продуктами горения. Ее привлек дикий, нечеловеческий крик. По двору металось охваченное пламенем, женское тело. Ольга упала на снег, пытаясь сбить с себя огонь. – Лежи спокойно Васенька. – тихо приказала она ребенку, разматывая дымящееся пальто Семена. Мальчик спокойно кивнул, даже как то безразлично. Господи, только бы не приступ. Столько не выдержит и взрослый, здоровый человек. Милана побежала к извивающейся на земле женщине, но не успела. Второй взрыв прозвучал словно хлопок, может быть потому что они не в доме? Снаружи он показался ей совсем нестрашным, словно петарда взорвалась. Ольга в последний раз дернулась на почерневшем от копоти снеге, и застыла, впившись в землю скрюченными в агонии пальцами. Милана упала на живот, и по пластунски поползла к Васятке. – Замерз? – тихо спросила она, но он лишь отрицательно качнул головой, и женщина увидела слезы на бледных щечках. – Папа, он ведь не умер? Милана промолчала. Как можно ответить на вопрос, на который просто нет у нее ответа. Как дать малышу надежду, зная, что скорее всего больше никогда не увидит она человека, любимого до безумия, и Васенька своего папу. Как же она ошибалась долгие десять лет, лелея глупую ненависть. Обруч стянул горло, словно колючий, терновый венец. Женщина так же молча погладила по голове Васятку и отвела глаза. Больше всего ей сейчас хотелось вернуться, найти Семена и остаться с ним навсегда, но она не могла так поступить с мальчиком, доверчиво зовущим ее мамой. * * *Карен услышал далекий взрыв и понял, что не успел. Не смог сдержать обещания данного любимой женщине, которую измучил своей одержимой любовью. Он вдавил педаль газа в пол, надеясь на чудо. Еще издали он увидел огненное марево, уносящееся в темное, зимнее небо, и взвыл от бессилия. Дом полыхал, не оставляя никаких надежд, на то, что кто-то мог уцелеть в этом искрящемся, адском пекле. Мужчина на полной скорости снес кованые ворота, послышался скрежет сминаемого металла. Грохот потонул в какофонии звуков, издаваемых огнем. Только сейчас Карен заметил, метнувшуюся к забору мужскую фигуру, в которой сразу узнал своего бывшего дружка, уже давно ставшего его врагом. Манол, тоже заметил прибывшего, остановился, и оскалился в улыбке, ожидая. Чудесный вечер. Он неторопливо направился в сторону искореженного автомобиля, не обращая внимания на творящееся вокруг светопреставление, на ходу доставая из наплечной кобуры свой любимый «Макаров». Милана увидела ворвавшийся во двор джип Карена. Слава богу, можно будет согреть Ваську. Она взяла на руки мальчика, и уже хотела выйти из импровизированного укрытия, но замерла, зажав ладонью рот, чтобы не закричать. Карыч вылез из искореженной машины, и встал напротив невесть откуда появившегося мужчины. – Ты знаешь, что деньги Крылова не дошли до счетов? – хохотнул он, с интересом рассматривая Манола. – И теперь вряд ли дойдут. Лошара ты, братан. Милана прислушалась. Где-то далеко визжали сирены, где-то на уровне подсознания она слышала их завывания и поняла, что Карен просто тянет время, деморализуя убийцу, направившего на него пистолет. – Врешь, вчера транши еще висели – прохрипел Манол, не сводя глаз с ухмыляющегося мужчины. – Да ну, а сегодня их заблокировали. А ты проверь. Или думаешь, твой дружок стал бы рисковать своей шкурой, если бы у него были бабосы? Сразу бы расплатился. Зачем ему проблемы? Ах, ты, Бобик жадный, решил все заграбастать, – издевательски рассмеялся Карен. Манол сделал выпад, и со всей силы ударил его в висок. Брызнула кровь, заливая лицо Карыча, но он устоял на ногах, выводя соперника из себя. Васька вжался в Милану, и она поняла, что он с трудом сдерживается, чтобы не закричать от страха. – Тише, малыш. Тихо, прошу, – шепотом взмолилась она, прикрывая лицо ребенка одеялом. – Лежи тихо. Милана медленно отползла от Васьки, сдирая об мерзлую землю уже наполнившиеся жидкостью волдыри. Нужно отдалиться как можно дальше от места, где замер ребенок, чтобы не привлечь к нему внимание. Еще немного. Мила распрямилась в полный рост, и крикнула, привлекая к себе внимание мужчин, давая Карену несколько минут форы. Она увидела черный глазок дула, нацеленный на нее и оскалилась. Карыч сделал выпад, сбил с ног бандита. Выстрел разорвал пространство. Женщина сгруппировавшись, упала на землю, понимая, что больше ничем не сможет помочь. Просто смотрела на сцепившиеся в смертельной схватке мужские тела.