Глава 11

Перед глазами только редкие вспышки. Лицо Марины, ее груди, живот и ягодицы. Егор сам не понимал, что происходит, но отдаленно мозг ему кричал: дело дошло до секса… Когда он проснулся много часов спустя, то не сразу осознал, что же случилось. Увидев лежащую под тонкой простыней почти бывшую жену, поморщился. А через мгновение до него дошла суть произошедшего. Он с ней переспал… Чего не делал уже много лет. Нет, секс с Мариной всегда был довольно фееричным, но одним интимом сыт не будешь. Поэтому чтобы не позволять жене подпускать коготки к его душе, он запретил им заниматься сексом еще годы назад. Что же сейчас произошло, от чего он вдруг спокойно пошел с ней в постель? В голове была суматоха. Мысли разбегались, а конечный паззл не желал складываться. Обнаженная Марина спала. Егор же пытался вспомнить вчерашний вечер и то, что же его сподвигло переспать с бывшей. Он ведь совершенно не собирался этого делать. Хотел только поужинать, выслушать ее вымученные страдания и сообщить для него радостную новость. Он ведь наконец решил с ней развестись. Зачем сохранять официальные отношения, которых в реальности уже давно нет?! Зачем работать на публику? Им достаточно мирно разойтись, тем более у Марины-то точно нет причин держать на него зло. Он сохранит ей вполне достойное содержание. Так что все же вчера вечером произошло, от чего он кинулся с ней в койку? Может перепил? То самое Божоле… Но ведь ему, чтобы напиться до беспамятства, нужно выпить бутылки две, а то и три. Насколько он помнил, то пригубил всего один бокал. Тогда что? Может она что подсыпала в еду или напитки? Марина ведь может… Только зачем ей? Потрахаться с ним захотела? Подумав об этом, не удержал смешок. Но сразу же об этом пожалел, ведь почти бывшая жена заерзала и открыла глаза. – Милый, это была потрясающая ночь! Ты как всегда выше всяких похвал! Как же я соскучилась по нашим необузданным порывам… Помнится мне, ты несколько лет назад был настоящим жеребцом… Брал меня, где придется. Захотел на кухне, взял на кухонном столе. Захотел в самолете… – Марина пустилась в сладкие для нее воспоминания. Чего уж лукавить, Егор и сам иногда вспоминал о них с улыбкой. Но все утрачено безвозвратно. – Что вчера случилось? Почему мы переспали? – Как почему? – она изобразила непонимание. – Мы же с тобой муж и жена. А супруги иногда занимаются этим делом. – Марина, не юли. Ты что-то мне подсыпала в еду? – Побойся бога! Я бы никогда такого не сделала. Ты поел и прилег. После еды и в совокупности с усталостью иногда случается подобное. А уже оказавшись в постели, ты сам выступил инициатором… – Что-то не помню. – Зато я все помню. Это было восхитительно! И почему мы прекратили? – она потянулась к Егору с поцелуем, но он резко пресек ее попытку. – Что там с твоим заболеванием? – он нахмурился, ожидая, что она выдаст ему диагноз. Ведь диагноза он наотрез не помнил. Говорила ли она его ему? Егор и не знал. – Что-то с кровью. У меня очень плохие анализы. Это может быть и рак, и что-то другое. Нужно дождаться анализов. А еще доктор сказал, что это может быть депрессия. – Депрессия? – Егор усмехнулся. – Как можно увязать анализы с раком и одновременно с депрессией? – Я просто несчастна очень… А организм не продуцирует необходимое количество клеток крови. Где-то их большой недостаток, где-то переизбыток. – Сделаем так. Ты пришлешь результаты своих анализов, а я их дам своему знакомому специалисту. И это… Марин, я подаю на развод. Ты только сильно не расстраивайся, не впадай в депрессию, – как будто с издевкой произнес и пошел в ванную комнату. Она заскочила следом и по-хозяйски положила руки на его пресс, обхватив широкую спину сзади. – Марина, держи свои руки при себе, – Егор буркнул, умывая лицо. – А то что? Повторишь прошлую ночь? – она мурлыкала, касаясь губами его кожи. – Марина! Успокойся! Я не намерен больше с тобой спать. Сегодня ночью произошла ошибка. Сам не знаю, почему это случилось. Но больше этого не повториться! Егор открыл крышку унитаза и стал справлять нужду в присутствии почти бывшей жены. – Родной, что с нами стало? – на этот раз Марина подошла с другого угла. – Мы же так любили друг друга. Не могли надышаться друг другом. А теперь ничего этого нет. Я так страдаю от этого! Пожалуйста, давай не будем ругаться. Все будет, как ты скажешь. Хочешь развестись… Ну что, я приму все. Только дай высказаться… – на ее глазах были слезы. – Я ведь тебя люблю. – Ты любишь деньги. Не волнуйся, этим я тебя не обделю. У тебя будет ежемесячное содержание. Так что убери от меня свои ручки с коготками, – произнес он, когда Марина только сделала попытку положить руку ему на плечо. – Мой адвокат привезет тебе бумаги сегодня же. Зайдя в душевую кабину, Егор смывал с себя следы прошлой ночи. Покуражились они знатно. Такое ощущение, что Марина подсыпала ему не только что-то дезориентирующее, но и виагру. Стояк, который он только заметил, смутил даже его. Марина же вышла из ванной комнаты, оставив попытки его разжалобить и воззвать к давно ушедшему чувству. Егор думал. Сложно думал. Мозг все никак не собирался работать исправно. А ведь у него сегодня две важные встречи. К тому же он потерял целый вечер и ночь, что мог бы с пользой провести с Ирой. Тем более после его корыстного поступка разрешить ей поехать в больницу. Он не любил женские просьбы. Всегда рассматривал их как манипуляцию. Этому его научила Марина. Теперь любой женский каприз, а уж тем более слезы он воспринимал негативно. Поэтому когда Ира попросила разрешить ей поехать к сестре, он сначала сильно разозлился. Но увидев ее начинающиеся натуральные слезы и стойкое желание не показывать их ему, Егор изменил решение. Все же просить постоянно кучу бабок у мужа на своих непонятные делишки и просьба разрешить увидеть сестру не одно и то же. Когда Ира выбежала из комнаты, он почувствовал себя настоящим монстром. Чудовищем, которому плевать на доброту и простые человеческие чувства. Он ведь не такой. Не такой циничный и бессердечный. Когда-то он был совершенно другим. Но суровые законы бизнеса и слишком требовательная жена выбили из него эту слезливую дурь. Сантименты ему были чужды… Были… до Ирины… Он по ней соскучился. Почему, понять ведь и не мог. Подумаешь, обычная молоденькая девушка, которая только познает азы плотской любви. Но было в ней что-то… что-то чарующее и заставляющее его забыть о заботах и мирской суете. Ему хотелось романтики, ухаживаний и робких взглядом. Он вдруг вспомнил себя 18-летним пацаном, тайно влюбленным в одногруппницу. Именно такие, давно забытые чувства вызывала в нем Ира. О ней хотелось заботиться, ее хотелось оберегать… Выйдя из душа, Егор оделся и поехал в офис, не сказав более ни слова своей пока еще действующей жене. В офисе у него целый шкаф, там он и переоденется во что-то более свежее. А то следы помады Марины на его рубашке не самый лучший декор на тех двух важных встречах, что он запланировал на сегодня. По пути он совершил несколько звонков. Один из которых Ольге… она его глаза и уши дома. Поэтому информацию из первых уст было важно узнать. – Как она? – коротко спросил домработницу. – Вы бы видели ее глаза! Она вчера приехала от сестренки и без умолку болтала! Говорит, что все наладится. На глазах были слезы счастья. Егор Андреевич, вы очень хороший человек. Извините конечно за мою субъективную оценку. У меня просто вырвалось! – голос Ольги воодушевлял. Не зная почему, но Егор очень обрадовался, что смог так просто проложить путь с сердцу этой милой девушки. Все же ничто человеческое ему не чуждо. А ведь он думал, что уже давно стал бесчувственным сухарем. Положив трубку, он задумался и почему-то стал улыбаться. Воодушевление и воля к новым победам вдруг взыграли в нем с новой силой. Надо бы узнать, как он в реальности может помочь сестренке Иры. Ведь нет нерешаемых проблем. Недолго думая, позвонил своему знакомому доктору, который занимал высокий пост в Министерстве здравоохранения страны. – Привет, Романыч! Слушай, у меня такая просьба. У нас есть в стране специалисты, которые лечат… – Егор задумался, вспоминая заумное название болезни. – Муковисдитоз… или что-то в этом роде? – Муковисцидоз. К сожалению, Андреевич, нет. Болезнь неизлечима. Это наследственная мутация гена. А что случилось? – Что совсем нельзя вылечить? Не может быть. Деньги же решают многое. – Ах, если бы, Жорик. Нет, не лечится это заболевание. Есть правда несколько экспериментальных способов лечения. Их только пробуют. Но гарантий нет никаких. Хорошо, если останется хотя бы так, как есть, а то ведь после лечения и хуже может стать. У тебя кто-то болен? Я могу лишь посоветовать неплохой центр, он единственный в стране занимается такими больными. – Да у меня у знакомой сестра болеет. То есть помочь никак нельзя? – Прости, никак. Егор нахмурился. Он только воодушевился произвести еще более значимое впечатление на Иру, а ему уже обрезали крылья. – Слушай, ты можешь связать меня с теми, кто занимается экспериментальным лечением? Мне надо бы с ними поговорить. – Могу конечно. Но тут такое дело. Деньги здесь не решают ничего. На экспериментальное лечение пациенты отправляются лотереей. – Это как? – Желающих много. А фактических мест мало. Тем более половина из них это плацебо лечение, чтобы увидеть разницу между двумя группами. И тех, кто попадет в группы, отбирают розыгрышем в лотерею. – Да уж. – Ну как есть. – Ладно, дай мне контакты тех докторов, мне нужно с ними потолковать. – Будет сделано. Закончив разговор, Егор положил трубку. На экране высветилось сообщение от его начальника службы охраны. Прочитав его, Егор не мог поверить в то, о чем он сообщал…