Глава 10

Что же она сидит, как истукан? Ее же ждет машина! Ира вскочила с кровати и заметалась по комнате. Через пять минут она уже сбегала по ступенькам вниз и покидала особняк. О том, почему Егор поменял свое решение, намерена была подумать спокойно в машине, по пути в больницу. И уж точно она никак не ожидала такого, как и боялась испытывать благодарность к своему покупателю раньше времени. За воротами ее и в правду дожидалась черная тонированная иномарка. Ира быстро заскочила на заднее сидение, и водитель поинтересовался, куда именно они едут. Так почему же?.. – машинально разглядывала Ира мелькающий за окном пейзаж. Получилось разжалобить его? Судя по реакции Егора на ее рассказ о сестре, не похоже. Чужие проблемы его похоже не трогают. Но сердце у этого олигарха явно не каменное, и ничто человеческое ему не чуждо. На улице было пасмурно. Свинцовое небо висело так низко, что казалось, вот-вот коснешься его головой. И накрапывал дождь. Даже в салоне машины было немного сыро и прохладно, и Ира застегнула до верху ветровку. Впервые она подумала о Егоре не как о своем покупателе, а как о человеке. Если абстрагироваться от всего остального, то он всего лишь мужчина, который провел с ней ночь, став ее первым. Ира точно знала, какие сама получила впечатления от близости с ним, а сейчас вот ей захотелось покопаться в его душе. И не потому ли он изменил свое решение, что и ему это понравилось? Путь до больницы был не близким, и с учетом всех пробок добирались они не меньше двух часов. О чем только не передумала Ира за это время. Например, о том, кому так сильно мешает в доме Егора. Почему-то все мысли сводились к той красивой женщине. Кто же она? Жена или любовница? Хотя, ей точно без разницы, как ни крути. А ведь Егор вчера старался быть с ней нежной, – свернули мысли Иры в совершенно другое направление. Она вспомнила, как ее целовали, и даже, кажется, уловила запах Егора, смешанный с запахом чистой влажной кожи и мужского парфюма. Его губы вели себя так… по-хозяйски, что ли. Причем везде. Последняя мысль, когда вспомнила в подробностях, какой ей вчера Егор устроил кунилингус, заставила Иру покраснеть. Она и петтингом-то толком не занималась никогда. Катя ей частенько рассказывала, как тискалась с парнями в ранней юности, как трогали они друг дружку в интимных местах. А Ира даже сама себя пыталась возбудить лишь однажды, принимая ванную. Тогда она толком ничего не почувствовала и решила, что ей это не нужно для полного счастья. Да и где-то она читала, что мастурбировать часто не следует, что это влияет на последующее деторождение. О чем она только не передумала, и за всеми этими мыслями время пролетело очень быстро. Их без проблем пустили на территорию больницы, въезд куда был только по пропускам. Решила вопрос денежная купюра, которую водитель протянул через окно охраннику на въезде. Лиза лежала в отдельном двухэтажном здании. Сюда свозили таких детей со всей России. Только тут они могли получать самое лучшее и современное лечение, чтобы потом какое-то время безболезненно жить в огромном мире. В стерильности и изоляции, конечно, но не в четырех стенах больницы. Да и Лизе к стерильности не привыкать, а за десять лет та стала и неотъемлемой частью жизни самой Иры. С появлением сестренки изменилось все. Но как же она любила эту малышку! И ради нее готова была на все! Перед тем, как войти в бокс, где лежала сестра, Ира прошла «процедуру очищения», как сама ее иронично привыкла называть. Облачилась в шапочку, маску, халат, перчатки, бахилы… Стала похожа на космонавта – открытыми остались только глаза. Но так было нужно, и так было всегда. Даже обнять и расцеловать свою сестренку она не могла, хоть и всегда очень хотелось это сделать. Но для Лизы она ходячий сосуд с инфекциями и бактериями, каждая из которых может стать смертоносной. ⁂Марина позвонила, когда Егор ехал домой. День сегодня выдался какой-то сумасшедший, и он дико устал. Мечтал о душе, ужине и здоровом сексе. И уж никак ему не хотелось общаться с женой, даже по телефону. – Дорогой, у меня проблема, – трагическим голосом сообщила Марина. По ней точно сцена плачет, – в который раз решил Егор. И как же она любит манипулировать. Не только им – всеми в своем окружении. – Что еще случилось? – подавил он вздох. – Не по телефону, – еще более трагично выдала жена. – Не мог бы ты ненадолго заехать ко мне? Вот же совпадение – звонит именно тогда, когда он едет домой. Как специально подгадала. О чем это говорит? О том, что в его окружении у нее есть глаза и уши. Этот вопрос нужно тоже поручить Глебу – пусть выяснит и нейтрализует стукача. Только шпионства в лице Марины ему и не хватало. – Марин, если это очередная уловка, то… – Егор, все очень серьезно, – перебила она его. Вздох все же сорвался с губ – удержать не получилось и на этот раз. Но Егор подумал, что можно сразу убить двух зайцев. Ни в какие проблемы Марины он, конечно, не верил. Да и не интересовала его эта женщина уже совсем. Между ними и раньше не было теплоты, а уж сейчас она и подавно его достала окончательно. Даже мысли о ней рождали раздражение. А еще Егор сегодня разговаривал с адвокатом и велел тому начинать бракоразводный процесс. Жену свою, теперь уже практически бывшую, Егор мог с чистой совестью отправить на вольные хлеба, самой зарабатывать на жизнь. Дал он ей за совместно прожитые годы столько, что при желании могла бы скопить не только себе на безбедное существование, но и родственникам своим помочь. С последними она уже давно порвала все отношения, поставив себя на много ступеней выше. Но на это Егору плевать. Да и с Мариной решил поступить по совести и назначить ей небольшое содержание. И раз он все равно встретиться с ней сегодня, то сам и сообщит ей новость. Так даже лучше – в долгий ящик не привык откладывать дела. Квартира Марины располагалась в петнтхаусе элитной высотки. Занимала весь последний этаж с выходом на крышу-солярий. Квартиру эту Егор купил жене пять лет назад, когда принял решений жить с ней отдельно. Все расходы по содержанию оплачивал сам. Но теперь эта статья расходов плавно перетечет к хозяйке квартиры. Назначенного им содержания ей точно хватит, если поумерит аппетиты. Ну а нет, так пусть продает квартиру и перебирается в жилье поскромнее. Лифт доставил Егора прямо в квартиру, вышла встречать его Марина в розовом пеньюаре, под которым просматривалась только сорочка. Показалась жена Егору неестественно бледной. А от трагического выражения на ее кукольном лице сразу же захотелось поморщиться. – Как давно ты у меня не был, дорогой, – приблизилась к нему жена, и на глазах ее блеснули слезы. Егор не сомневался, что все это – и одежда, и бледность, и слезы – часть роли, которую Марина решила сегодня разыграть для единственного зрителя в его лице. – Зато ты бываешь у меня слишком часто, – не сдержался он. – Что случилось, Марин? Надеюсь, разговор не займет много времени… – прошел он в гостиную. Вид накрытого к ужину стола не укрылся от его внимания. В комнате витали запахи мяса и специй. Неужели Марина готовила?.. Помнится, она это делала всего несколько раз, да и те были в прошлой жизни, когда он еще так не относился к этой женщине. – Поговорим за ужином? – кивнула Марина на стол. – Я приготовила твои любимые медальоны. Думаю, ты с удовольствием их отведаешь, – с грустной улыбкой закончила. Да что это с ней? Не иначе, как ей снова нужны деньги. И на этот раз даже больше, чем обычно. Если она даже готовит для него. Но есть хотелось все сильнее, потому и не стал отказываться от ужина. Если это те медальоны, что он помнит и пробовал когда-то, то ужин обещает быть вкусным. Пока он устраивался за столом, Марина принесла с кухни основное блюдо. Да, именно то – куриное филе, вымоченное в каком-то соусе, и под румяной сырной корочкой. – Угощайся, дорогой, – положила она ему на тарелку щедрую порцию мяса, а сама направилась к бару. Вернулась с двумя бокалами красного вина. – Божоле, как ты любишь, – поставила она перед ним бокал. Ну, Божоле, так Божоле. Егор, действительно, любил это молодое немного недобродившее вино. И решил не отказывать себе в удовольствии выпить бокальчик. – Марин, рассказывай, – попросил он, осушив бокал и принимаясь за мясо. Несмотря ни на что, задерживаться тут не планирует. Как только насытится, так сразу же отправиться домой, где его ждет несколько иное и куда как более желанное удовольствие. Марине же придется уложиться в отведенное на разговор время. – Я больна, Егорушка… Вилка вернулась на тарелку, а Егор всмотрелся в лицо жены. – И чем же? – настороженно поинтересовался. Здоровьем она своим раньше не спекулировала. Это что-то новенькое. – Пока еще точно не знаю, но врач сказал, что все очень серьезно… У меня взяли все возможные анализы, результаты будут готовы через десять дней. – Что именно у тебя болит? И с чего врач взял, что это серьезно? Признаков недомогания за женой он раньше не замечал. Впрочем, он и не приглядывался к ней внимательно. – Головокружение и слабость. Что-то с кровью… Снова эта бесящая его трагичность в голосе! Захотелось встать и уйти немедленно – ни в какую болезнь жены Егор не верил. Но после сытного ужина по телу растекалась вялость. Даже мысли в голове ворочались все медленнее. И глаза просто отказывались держаться открытыми. Видно, устал он сегодня сильнее, чем даже сам думал.