Глава 16

Возвращались из Парижа молча, думая каждый о своем. Я понимала Руслана, но и он тоже должен был меня понять. Как я могу рисковать детьми ради этого? Никак. А значит просто босс и просто секретарша. Ни больше, ни меньше.

Такое поведение продолжать вплоть до момента суда. Котов отправил со мной на заседание своего юриста (посоветовав послать подальше Сергея), который за несколько дней перед этим раздобыл все необходимые бумаги и документы, подтверждающие и мое право на имущество и машину.

Андрей орал в суде о моей измене и с пеной у рта требовал развода. О моем интересном положении мы не заикнулись оба, да и срок еще позволял не выставлять беременность на всеобщее обозрение. Анна Сергеевна шикала на сынулю, трепала его за рукав, но успокоил бывшего муженька лишь судья, пригрозив ему штрафом за нарушение порядка.

Итогом стали два экземпляра свидетельства о разводе, и… машина. Да, юрист Котова сумел отвоевать автомобиль, доказав и предъявив нужные платежи и переводы моей зарплаты в банк. Теперь доверенность, по которой муженек ездил все это время, аннулировалась, и он должен был вернуть мне движимое имущество. Лица Андрея и его мамы в тот момент нельзя передать ни одним словом, ни целой страницей описания. Если бы о нас снимался фильм, то звукорежиссер на этом бы моменте воткнул всем известное «ува-ва-ва-а-а…».

А далее, уже в коридоре, бывший поймал меня за локоть и пригрозил апелляцией, новым процессом, и вообще отжать у меня квартиру, и даже устроить темную за углом, чтобы выкидыш случился, если буду «много выпендриваться. Но юрист не растерялся, быстро достал телефон и моментально включил камеру, записывая всё еще начиная с угроз апелляции.

— Вот! — ухмыляясь помахал он смартфоном перед носом растерянного муженька. — Если с моей клиенткой что-то случиться, или вы станете трепать ей нервы угрожая, я дам ход этой записи. Всё что вы тут наговорили Александре Филипповне, уголовно наказуемо и будет передано в соответствующие органы.

— А апелляцию подать, это мое право! — всё же вякнул Андрей, пытаясь отцепить намертво вцепившуюся в его рукав мать.

— Подавайте! — хмыкнул юрист. — Пожалуй, мы тоже подадим. На часть вашей квартиры. А что Александра? Почему нет? Два года вы содержали мужа, поили-кормили-одевали, теперь ждете двоих детей, площадь нужно расширять… — выдержал он театральную паузу, во время которой Андрея и его маму просто ветром сдуло.

Я нервно рассмеялась.

— Как вы его уделали!

— Ох, Саша! — вздохнул юрист как старая бабка. — Его уделать, как вы выразились, ничего не стоит. Но начеку быть нужно. Я перекину вам эту запись на всякий пожарный. Конечно, Андрей Синицин вряд ли к вам еще сунется после этого, но мало ли. Руслану Сергеевичу тоже передам.

— Скажите, а на счет квартиры мамы Андрея, это же вы пошутили?

— Нет. — возразил юрист. — Если надо — отсудим.

— Ой, не надо, — испугалась я. — Просто теперь хочу забыть их, как страшный сон и надеяться, что дети не от него.

На семнадцатой неделе мой живот уже не скрыть ничем, да я особо и не пытаюсь. Получаю редкие поздравления от коллег по работе, но все они, надеюсь, думают, что дети от мужа, а никак не от высшего руководства компании. Если и ходили какие-то сплетни, то до меня они либо не дошли, либо мне по большей части, на них плевать. Сижу целыми днями в приемной Котова. С ним у нас воцарилась рабочая идиллия — он не трогает меня, я не трогаю его. Оба затаились и затаили свои чувства куда подальше. До лучших времен так сказать. Но иногда ловлю на себе его задумчиво-грустный взгляд, и сама себя всё чаще подлавливаю на том, как хаотично начинает биться сердце в его присутствии. Но мы оба держим себя в руках, не давая волю эмоциям и желаниям.

С Мишей продолжаем наши прогулки, хотя и не так часто, как по началу. Он тоже ждет, и мне от этого не по себе. Нужно уже что-то решать с ним, а так как я ничего к нему так и не почувствовала, то пора бы и отпускать друга… зачем тешить человека ложными надеждами?

Андрей втихаря поставил машину на наше парковочное место в гараже, а его мама сама занесла ключ. Бочком-бочком, пятясь от меня как от прокаженной, она всунула мне брелок и была такова — хорошенько же их юрист тогда припугнул, небось мама и сын теперь спят и видят, как я буду половину их квартиры оттяпывать…

А вот Игорь… сначала, буквально с тех ночных смайликов в Париже, это были просто милые сообщения и картинки, которые успешно игнорировались с моей стороны. Затем, я относила какие-то бумаги его секретарше и случайно застукала парня, флиртующего с этой самой секретаршей прямо на рабочем месте. Ничего не сказав и отведя глаза, я молча положила бумаги на край стола и поспешила удалиться. Позже, когда поливала цветы, стоя у окна, в приемную пожаловал сам Орлов-младший.

Молодой босс загородил проем своей здоровой фигурой, скрестив руки на груди медленно обвел томным взором мою заметно изменившуюся фигуру.

— Ты не отвечаешь на мои сообщения.

— Зачем? Разве они требуют ответа?

— Конечно, — меняет он позу и не спеша подходит ко мне. Смотрит на кругленький животик, а потом его заинтересованный взгляд плавно перемещается вверх до лица, оглаживая попутно всё на своем пути. — Беременность тебе очень идет! Как там малышня?

— Всё хорошо, спасибо! — отступаю от него на полшага.

А у него звонит телефон, и кинув на мой живот еще один слишком уж заинтересованный взгляд, Орлов младший принимает вызов и выходит из приемной.

«Дети, правда могут быть моими?» — прилетает от него смска часом позже.

И что мне на нее ответить? Если с Котовым еще можно поговорить как двум взрослым людям, то, что сказать заигравшемуся мальчику, который опаивает и насилует женщину без контрацепции, оставляет истекать кровью в больнице, требуя срочно сделать аборт, а потом глядя на ее четырехмесячный живот, пишет такие странные сообщения, прекрасно зная ответ и без меня…

Следующие несколько дней Игорь преследовал меня каким-то задумчиво-потерянным взглядом. Смсочный монолог в одностороннем порядке так и не прекратился. А в одно прекрасное утро я обнаружила у себя на столе две небольшие коллекционные машинки стального и темно-синего цветов. Сразу видно, что игрушки дорогие — каждая деталь и изгиб повторяет настоящие прототипы гоночного автомобиля и джипа.

Тут же прилетает сообщение: «как думаешь, сыновьям понравятся игрушки»?

«Сыновьям-то понравятся, а если дочери будут»? — пишу в ответ.

Эх, что за самонадеянность. Я вообще-то разнополых малышей жду. Но и любым буду рада безмерно!

Машинки все же прячу в свой рюкзак — первый подарок от бати, считай! От трех бать! Кто я такая, чтобы лишать малышню игрушек?

На следующее утро обнаруживаю две коробки настоящих добротных кукол-Барби. Видимо, и против дочерей Игорек ничего плохого не имеет. Что ж? Похвально…

И на этом самый молодой из кандидатов в отцы не останавливается. Этим же вечером раздается звонок в дверь и на дисплее тут же выскакивает сообщение: «Саш, открой, пришел детям книжку почитать».

Смотрю в глазок, куда Игорь заботливо подставил ярко-расписанный сборник с детскими сказками.

— Какую-еще книгу? — возмущенно отпираю дверь, — Игорь, ты в своем уме?

Мальчишка светится одухотворенным восторгом — видимо сам от себя не ожидал такого широкого жеста: приперся четырехмесячному животу сказки читать.

— Пусти, Саш! Я правда пришел к малышне. Начну заботу проявлять. А то знаешь ли, мой отец никогда не читал мне. И не играл со мной. Я не хочу чтобы мои дети были лишены отцовской заботы!

Смотрю на него, остолбенелая. Это правда не дурацкий прикол или розыгрыш? Это точно Игорь или кто-то другой? Парень пользуется моим замешательством, быстрее проникая в гостиную.

— Садись, Саш, — указывает он мне на кресло, а сам располагается у моих ног прямо на полу. — Ну что детвора, с какой сказки начнем? — улыбается Орлов-младший моему животу, глядя снизу вверх.

Ущипните меня, если всё это правда! Под чем сейчас Игорь, что так озорно и бесшабашно улыбается, внимательно изучая содержание сборника сказок.

— Ну хорошо, вижу что особых пожеланий нет. Тогда… начнем сначала. С «Трех Поросят», и каждый вечер я буду читать по одной истории вам перед сном, — снова почтительное обращение к пузику. — Итак, жили-были три поросенка…

Я слушаю его ласковый нежный голос, полушуточное обращение к детям в животе и глазам поверить не могу: Еще пару месяцев назад этот самый мужчина бросил истекать меня кровью в больнице, требовал аборт, а теперь вот читает книгу еще не появившимся на свет ребятам! Такое вообще возможно?

Оказалось, что возможно. Игорь на самом деле прочел историю до конца, пересказал ее своими словами, объяснил мораль, и… откланялся, пожелав спокойной ночи и мне и малышам… То, что весь этот сюр мне не привиделся доказывал тот самый сборник сказок, оставленный Игорем на диване для дальнейшего чтения перед сном ребят…

***

Следующие дни для компании и нас, ее сотрудников, оказались очень жаркими. Генеральный затеял нешуточное расширение на европейский рынок, одновременно открывая Питерский филиал. Все работали допоздна в режиме аврала, и только мне было официально разрешено уходить домой как и раньше, после пяти вечера.

— Руслан Сергеевич, меня скоро коллеги растерзают! — привожу свой аргумент, чтобы остаться на работе подольше. — Уже подколки пошли и обсуждение моего особого положения.

— Вы и есть на особом положении, — смотрит на меня шеф искоса, небось поверить не может, что сотрудник может добровольно работать сверхурочно. — Теперь это видно невооруженным взглядом.

— Ну, мне правда хочется остаться!

— Раз хочется, оставайтесь! Закажу нам обоим ужин сюда.

Получив одобрение от начальства, я принялась за работу. А её уж был непочатый край. И не глупые задания босса, как вначале, а реальные, настоящие и интересные. Отужинали каждый на своем месте — мы сознательно избегали совместных посиделок и долгих разговоров, ведь негласный нейтралитет должен был продлиться до самых родов и теста ДНК.

Едва я успела убрать за собой и освежить дыхание, как в приемной появилась голова Игоря, а за ней и он сам.

— Саш, очень занята?

— Вообще — да. — осторожно отвечаю ему. — Вы что-то хотели?

— Да вот… — замялся молодой босс — время детворе сказки читать.

Он серьезно или прикалывается?! Делать больше нечего ему что ли?

— Саш, ну чего ты скривилась? Между прочим, я воспитываю наших малышей. Формирую у них правильные литературные вкусы! — Игорь плотно прикрывает за собой дверь.

— Читая «Трех Поросят»?

— Ну ни Толстого же им сразу читать, напополам с Достоевским? Давай, и тебе полезно передохнуть. — протягивает он мне руку, открыто улыбаясь и сияя синими глазами. Ну чисто мальчишка, которому по недоразумению должны вскоре вручить двоих детей!

— Ты сказки у меня оставил! — привожу последний аргумент.

— Так сейчас в интернете что-нибудь найду! — разбивает он его в пыль. — Давай Саш, иди сюда, — указывает он на гостевой диванчик в зоне отдыха.

Глубоко вздыхаю, но всё же чапаю к мягкому монстру.

— Садись, расслабься! Заработалась совсем! И дети небось устали, — журит он меня. — Совсем Котов охренел, беременную девочку допоздна в офисе держать! Я поговорю с ним!

— Не вздумай! — предостерегаю его. — Это моя инициатива. В обычные дни он отпускает меня даже раньше, чем остальных.

— Мда? — заходит он за мою спину и ставит ладони на спинку дивана, рядом с моей шеей. — Хочешь, помассирую плечи и затылок? Я не плохо так массаж умею делать.

— Нет, спасибо! — тут же подаюсь вперед, подальше от его рук, — Ты пришел детям почитать? Вот и читай!

Игорь глубоко вздыхает, но руки свои убирает. Достает смартфон и что-то сосредоточено набирает в поисковике.

— Посадил дед репку, — заводит местный сказитель, располагаясь на ковре у диванчика.

Господи, только бы никто не зашел в приемную, и Котов не вышел… но видимо, кто-то на небесах был занят во время моей молитвы, ибо Котов всё-так появился в дверном проеме из своего кабинета.

— Мышка за Мурку, Мурка за Жучку, — не замечая того, что нас уже трое, декламирует Орлов-младший.

Руслан недоуменно глядит на меня вылезшими из орбит глазами, вскидывает брови и перемещает взгляд на сидящего прямо на полу Игоря в непозволительной близости от моего животика.

— Что черт возьми, тут происходит?! — рычит мой босс, метая молнии в нас обоих.

Игорь замолкает и шикает на разбуянившееся начальство.

— Тише ты! Не видишь, детей спать укладываю?

— Саш, что за чертовщина и балаган? — приглушает немного голос босс, — Вы вдвоем рехнулись что ли?

— А ты не знал, что дети в животе все слышат? Это научно доказано. Я читал, так что в теме. Вот и не теряю времени, приучаю их к своему голосу, чтобы в дальнейшем сразу узнали отца. Сказки им читаю, вот думаю в дальнейшем как-то более активно начать с ними взаимодействовать…

Игорь несет дальнейшую ахинею, а я не могу оторвать взгляд от напряженного лица Руслана. Губы его белеют на глазах, веки прищуриваются сужаясь, а это — плохой признак. Босс зол донельзя, а это — не хорошо. Ведь у нас с ним нейтральные отношения, и перекос ни в одну сторону, ни в другую никак в мои планы по спокойному вынашиванию беременности не входит.

Вот как чувствовала, что не надо этим тут заниматься, на рабочем месте, с другой стороны, ну что плохого мы с Игорем сейчас делали? Сказки читали детям? Это теперь преступление что ли?

— И как ты собрался с ними более активно взаимодействовать?! — цедит босс каждое слово.

— Как? Как! Гулять выводить, на узи схожу, познакомлюсь. Скоро уже видно будет, кто там — осторожно проводит Орлов-младший по моему животу.

— Руки убрал! — командуем мы одновременно с Русланом в два голоса. А потом Котов прищуривается на меня: — с чего он взял, что это его дети? Ты сделала тест за моей спиной?

Ну начинается…

— Ничего я не делала! — буркаю в ответ.

— Ты что Рус, не в курсе, что экспертиза до рождения опасна для ребенка?! — искренне удивляется начитанный и во всем разбирающийся теперь молодой отец.

— Так с чего ты взял, что дети твои? Повторю вопрос для идиотов.

— Ни с чего. Чувствую я. Отцовское чутье у меня! — заявляет парень, поднимаясь с колен.

— И давно у тебя отцовские чувства проснулись? — не без иронии вопрошаю я.

— Когда вы были в Париже.

Ну да, вспоминаю, когда начался поток всей этой смсочной милоты. Именно с Парижа и начался.

— На меня оставили племянника. Ненадолго. Я играл с ним, читал книжку, а он уснул от моего голоса, и Каринка, сестра моя (я тебя потом с ней познакомлю, Саш), сказала, что из меня выйдет отличный отец, а то ребятенка до меня никому не удавалось спать укладывать. Я смотрел на него, и думал, что прикольно так, настоящего сына иметь. Своего. Учить его чему-то, читать книжки, объяснять что хорошо, а что плохо, играть с ним. В общем, дать все то, чего мне самому в детстве от отца не хватило. А потом я вспомнил про тебя, Саш. И про твою беременность. Ведь эти дети могут быть моими. Более того. Они мои, я чувствую. И почему я должен терять время, когда могу заботиться о них прямо сейчас?

Я смотрю на Игоря другим взглядом. Молодой, здоровый, спортивный. Но в то же время такой беззащитный, инфантильный? Нет, я не думаю. Вон и племянника ему сестра не побоялась доверить…

— Саш, иди домой! — приказывает Котов, разрывая наши «гляделки» с Игорем, — мы завтра всё обсудим.

— Саш, поздно как. Я тебя отвезу, пойдем! — тут же предлагает Игорь. — Дома еще почитаю детям, там же целая книга. Жаль картинки с ними рассмотреть пока нельзя.

— Откуда ты знаешь, что у нее дома? — очень тихо и как-то глухо спрашивает Руслан.

Блин! Во попала! Пора бы уже и ноги уносить от греха подальше и драгоценное пузико. Быстро собираю в рюкзак мобильный, зарядку, остальную нужную мелочь.

— Так я уже не первый раз малышню спать укладываю! — заявляет заботливый папаша. Нет, не заявляет. Сдает меня с поторохами…

— Саш, это правда? — очень не добро вопрошает мой шеф.

Блин! Блин! Блин!!! Чертов Игорь со своей детской непосредственностью! Но лучшая защита, это что? Так что нападаю первой:

— А что? Читать сказки на ночь разве запрещено? — и главное тон такой уверенный, не терпящий возражений. Молодец, Саша! Откуда только у меня силы противостоять тирану в этой ситуации.

— Ну и валите тогда отсюда, оба! Со своими детьми! — разъяренной коброй шипит Руслан.

— Полегче, Рус! — осаживает его молодой босс, — совсем что-то ты озверел. Встретился бы лучше со своим сыном, глядишь и подобрел бы! Пойдем, Саш.

Игорь уверенно берет меня за Руку, переплетая наши пальцы. Хватает моё пальто, и я успеваю лишь только мельком взглянуть на злющее лицо Котова и сжавшиеся, побелевшие кулаки. Что-то тяжелое и явно стеклянное разбивается вдребезги об дверь, едва Игорь успевает ее за нами прикрыть.

— Псих! — пожимает он плечами. — Саш, если он хоть пальцем тебя тронет, или начнет прижимать по работе, только намекни, к себе тебя переведу.

— У т…тебя своя помощница есть — заикаясь от того резкого звука бьющегося стекла произношу я.

— Что я не найду куда тебя пристроить? — возмущается Орлов-младший, помогая мне надеть пальто. — В крайнем случае пораньше в декрет пойдешь. Детям так даже лучше будет.

Мы спускаемся вниз, садимся в его машину. За окном мелькает великолепная осенняя дождливая ночь.

— Игорь, я всё понимаю, ты там что-то у себя переосмыслил, даже отчего-то решил, что дети твои, хотя там и у других шансы высоки, но… что если малыши всё-таки не от тебя?

Мне важно это знать. Пусть лучше сейчас ответит, чем потом, «сюрприз будет» — ушат ледяной воды на меня и малышей.

— Саш, я верю, что они мои. — Его рука медленно доползает до края моего пальто. — Пожалуйста, можно я их потрогаю?

— Нет! — вот зачем он спрашивает? Если бы молча дотронулся, я бы разрешила на несколько мгновений, а так — нетушки.

— Саш, а еще я верю, что… — он замолкает и убирает руку от меня.

— Что?

Парень мнется и тушуется, а я ему на помощь приходить не собираюсь.

— Ну, что… в общем что мой поступок… короче, что мне пришло в голову опоить тебя и отыметь только для того, чтобы эти малыши появились на свет. Вот! — выдохнул он и тут же тяжело вздохнул.

— Извини, «спасибо» тебе за это говорить не собираюсь!

Молчим какое-то время, рассекая тишину брызгами луж из-под шин. Первой всё же не выдерживаю я:

— Игорь, зачем ты это сделал?!

— Веришь в притяжение с первого взгляда?

— Верю. В притяжение верю. В любовь — нет.

— Да причем здесь любовь?! — сокрушается молодой подонок, — Я говорил уже. Понравилась ты мне. Очень. Захотел тебя. Возжелал. Как еще объяснить?! А ты отшила меня! Вот и пришлось брать тебя, так сказать, силой.

— Урод! Мразь. — говорю уже беззлобно. Просто констатирую факт.

— Согласен.

— А там, в больнице?

— Блин, на счет больницы, испугался я, Саш. Ну представь, парень на твоих глазах истекает кровью, а потом заявляет что скоро родит тебе двоих. Ты бы как отреагировала?!

— Я бы точно не бросила его истекать этой самой кровью.