Глава 18
Саша
Время бежит своим чередом, тем более что мои, да и Руслана Сергеевича суровые рабочие будни теперь скрашивает Алла и ее настойчивые попытки пролезть в его сердце, ну или как минимум, в брюки. Иногда доходит до абсурда, ну например, как сейчас:
— Александра Филипповна, — раздается голос Котова в приемной, — зайдите ко мне.
Пока я кряхтя отъезжаю с креслом, чтобы подняться, прыткая и небеременная Аллочка уже вовсю пудрит носик и подкрашивает губки, кидая на ходу:
— Ты уже заходила к нему, теперь мой черед!
И молниеносно опрыскав себя дорогущими духами, несется на всех парах в кабинет шефа.
— Ничего, что он меня позвал? — только и успеваю кинуть ей в спину в закрываемую дверь.
Но через минуту, в проеме появляется сам Котов и встревоженно смотрит на меня:
— Почему вы не подошли? Я же ВАС звал.
— Ну, извините, я сейчас в спринтерских забегах слабое звено… — развожу руками, умело скрывая саркастическую ухмылку. — Гепард забеременел и теперь…
— Я понял, Александра Филипповна! Не надо оттачивать на мне ваши экзерсизы по сарказму! — непонятно отчего злится он, — Но впредь будьте порасторопнее! И еще!
Аллочка становится между нами, полностью закрывая ему обзор. Шеф перемещается на шаг вперед ко мне.
— Если я вызываю вас, Александра Филипповна, то я вызываю ВАС! А не кого-то другого.
— Вот кому-то другому и скажите! — ворчливо заявляю я, прячась за монитор, ибо опять заметила какой-то ненормальный, похотливый взгляд в сторону моего декольте. Кстати, в последнее время, я ТАМ заметно подросла (теперь красота не хуже чем у Аллочки, только заработанная естественным путем, так сказать), и все блузки стали мне немного маловаты, чем теперь беззастенчиво пользуется маньяк-шеф услаждая свой взор и грязные фантазии.
Аллочка в который раз опешила от тона, в котором мы с боссом общаемся, словно женатая лет десять пара, а еще от того, что я запросто её сдала, а шеф не среагировал на животный магнетизм столь привлекательной самки.
Котов не уходит, наоборот, придвигается еще ближе.
— Вы что-то хотели? — безучастно вопрошаю я, прикрывая глаза.
— Да! Раз уж я сам к вам вышел, а вы не соизволили…
— Короче!
— Короче? — вскидывает брови этот засранец, — сейчас вам будет покороче!
Соблазнительные губы Аллочки так и остаются распахнутыми, как у рыбы, впрочем как и глаза, когда она, забывая моргать пялится на то, как предмет ее потайного кинка чуть ли не навалившись на меня всем своим весом и уткнувшись носом уже не поймешь, то ли в плечо, то ли в шею, размеренно объясняет какой именно отчет ему нужен, при этом одной рукой щелкая мышью, поверх моей ладони, а второй, уперевшись в подлокотник слегка касается пальцами границы свободного сарафана и колготок. А сам при этом благоухает так, что становится ясно, что не только Аллочка тщательно готовиться к каждой встрече с начальством, но и начальство это само не придет не подготовленным.
***
— Сашка! — возмущается моя новая помощница, — Да он залипает на тебя!
— Кто? — играю я в знаменитую игру «в танке».
— Руслан наш! Начальник дорогой!
— Не замечала. — издеваюсь, мысленно посмеиваясь.
— Да только такая слепая клуша как ты может не заметить! Я уж и так и эдак подкатывала к нему, разве что блузку на себе не порвала, предлагая открытым текстом, а он!
— А что он?
— А он в отмороза играет. Не замечает типа. Но вот когда ты рядом… Саша! Я такие вещи за версту чую! Он хочет тебя! Смотрит постоянно, дотронуться пытается! Я знаешь, сколько статей в журнале прочитала? Хочешь дам?
— Ой, не-не! — отмахиваюсь я, еще чего! — Я сейчас только детскую литературу читаю.
— Да ну тебя, зануда! — дуется Алла. — Хоть немного бы была помудрее, плюнула на мужа, да Котову дала бы… чего он хочет!
— Алл, ты спятила?
— Вот, а раз он тебе не нужен, так и уступи место мне!
— Каким образом? — хмыкаю я.
— У нас скоро намечается поездка. Во Францию ты уже с ним каталась. А теперь дай мне с ним в Германию прокатиться! Уж там-то точно я его не упущу!
Аллочка, девочка, а ты часом не только спятила, но и охренела! Нет, конечно у нас с Котовым все сложно. Нет, не так, всё АРХИсложно, но просто так давать тебе возможность уводить отца моих детей из под носа я не позволю!
— Саш, ну скажи, что тебе лететь нельзя!
— С какой стати мне нельзя? — уже искренне возмущаюсь тупой топорной наглости куклы с резиновыми мозгами.
— Ну типа плохо себя чувствуешь, на сохранение надо и так далее, сама придумай! Я же тебя потом не брошу, после декрета! Как стану Котовой, так и тебя не забуду!
— Может мне прямо сейчас в декрет уйти? — едва сдерживая гомерический хохот, вопрошаю я.
— Это было бы идеально, котенька! А может, правда уйдешь, а? — подбегает она ко мне и усаживается на подлокотник кресла, выставляя голые ноги на показ. Тьфу! Мне-то зачем? — Котик на тебя реагировать перестанет и наконец, меня разглядит. Я его на колечко раскручу, а потом тебе отдам. За работу. Уйдешь, а? — а глаза ну точно как у одного небезызвестного кота, полные неподдельной надежды.
Интересно, а что произошло бы с мозговой системой Аллочки, если бы она узнала, что не только лютый Руслан Сергеевич проявляет ко мне интерес, но и молодой босс Игорь Орлов читает моему животу сказки по вечерам, время от времени…?
***
— Александра Филипповна, уже восемь! Вам пора! — нехотя выпрямляясь от меня вздыхает босс, — далее мы уже с кхм… младшей помощницей будем как-то управляться. — а у самого такой вид, будто сейчас ему предстоит пробовать блюдо из червяков.
Так и хочется позлорадствовать, что мол видели глазки, что брали, ешьте теперь, хоть повылазьте, но босс очень уж несчастен, так что не буду.
— Да-да, Сашенька! — тут же встревает Аллочка воодушевляясь перспективами провести время с вожделенным телом до позднего вечера. — Иди, мы уж с Русланом сами.
— Сергеевичем! — буркает Котов, закатив глаза.
— Что, простите? — хлопает веером искусственных ресниц прелестница и подходит к начальству так близко, что тот, отшатываясь, вновь наваливается на меня.
— Забыл кое-что вам показать, так вот… — и опять зарывается носом в мою макушку.
А мне хоть под стол провалиться — так надоело постоянно изо дня в день ощущать весь его вес, придавливающий меня то к своему креслу, то к его, когда он сажает меня на боссово место, объясняя, как заполнять нужные ему формы. И вроде вот в открытую не лезет, как в день принятия Аллочки, но постоянно и очень ощутимо «лежит» сверху на мне. А вскоре наверно так и будем проводить дни: Руслан, лежа на мне, и на нас двоих сверху Алла…
— Руслан Сергеевич, да я сама с этим справлюсь! — выполняет свои обязанности помощница — приходит мне на помощь. — Вы мне только один раз подскажите, а там я сама уже! Давайте я на место Саши сяду и доделаю, а то ее дома муж небось ждет некормленый.
Вот сволочь длинноногая! Простая, как пять копеек! От этих ее слов мы оба вздрагиваем как от удара.
— Меня вот дома никто не ждет! — улыбаясь шефу подмигивает Алла, — Ни муж, ни дети! Свободная, как ветер и готовая работать и работать, под руководством такого чудесного босса, как вы, Руслан Сергеевич!
— Ждет вас там муж? — очень тихо в волосы задает вопрос Котов, намеренно дотрагиваясь коленом до моего. Благо, что под столом, и Аллочка не видит этого безобразия.
«Сам прекрасно знаешь, ждет меня там муж или нет» — быстро набираю ответ прямо в электронной форме контракта и намеренно потираю его колено дразня в ответ.
Дыхание шефа становится прерывистым, колено уже во-всю вжимается в мое бедро.
«Шеф, у меня сейчас волосы вспотеют, прекращай дышать мне на макушку» — стирая первое послание, тут же печатаю второе.
Колено его дергается, а рука накрывает мои пальцы на клавиатуре. Хорошо, что сейчас Аллочка в приемной, а то за последствия общения с этим озабоченным индивидом я бы не ручалась.
«Пусти, а? Не надоело на мне целый день лежать?» — печатаю в плену его ладоней, наблюдая как полоска кожи из под его пиджака покрывается мурашками.
— Идите домой, Сашенька! — наконец вздыхает он, разгибаясь и оставляя меня в покое.
***
Оставив дорогого шефа на растерзание голодной тигрице Аллочке я тут же попадаю в объятия Игоря.
— Детка, привет! Зайчатки, салют! Папочка нашел время почитать вам перед сном! — склоняется он к животу и быстро чмокает его с обоих сторон.
— Игорь, прекрати! — шиплю я, — мы же в офисе! Вдруг кто увидит?
— Ну и хорошо, если увидит! Быстрее согласишься выйти за меня!
— Соглашусь на что?! — кашляю, поперхнувшись воздухом.
— Саш, выйти за меня замуж! — повторяет он как учитель рассеянной двоечнице на уроке.
— Но… — смущаюсь я окончательно, — вот так в коридоре, не с того не с сего…
— Согласен, глупо получилось. Поехали ко мне, я там кое-что приготовил.
— Что ты там приготовил?
— Сюрприз, Саш! Поехали, увидишь! — а сам такой загадочный весь. Но мне эта его загадочность совершенно не нравится. В прошлый раз из нее ничего хорошего не вышло.
— Что на этот раз подмешаешь? — хмуро интересуюсь я, — У тебя же только такие сюрпризы!
— Да как можно матери своих детей что-то подмешивать?! — возмущается так искренне, будто и не было того вечера с начинкой в соке. — Между прочим сюрприз не столько для тебя, сколько для зайчат! — насупливается он. — Не имеешь права моих детей ущемлять!
— Да с чего ты взял, что твоих?! Может и не твоих вовсе!
— Моих, Саша, моих! — и так твердо всё произносит, будто взрослый рассудительный мужчина, уже принявший решение и все для себя понявший. — Ну, поедешь, нет?
— Ладно, черт с тобой! Поеду! Но не дай бог там какая-то засада, или приставать начнешь…
— Саш! — испуганно останавливает меня он, — ну как ты можешь продолжать думать про меня плохо, после того как я малышам сказки читал, игрушки выбирал, сюрприз готовил? Да, я сглупил вначале, но уже просил прощения, и… я всё осознал.
— Хорошо. — становится мне не по себе от его искреннего взгляда, — пошли уже! — сама иду вперед, боясь что кто-то выйдет и станет свидетелем нашего более чем интересного диалога.
— Саш! — нагоняет он меня и останавливает взглядом. — Хочу, чтобы ты поняла. Зайчат не обижу. И их маму. Сам за вас порву кого угодно! — и его вид, решительный, готовый и вправду рвать и метать за свою семью, подтверждает его слова.
Что ж… такому мужчине хочется верить.
***
Доезжаем до элитной новостройки и поднимаемся в его пентхауз, откуда я с ужасом сбегала в одежде Игоря несколько месяцев назад. Мне становится не по себе и Игорь замечает мое состояние.
— Саш, я вижу, как тебе неприятно здесь находится. Но не пугайся. Жить тут мы все равно не будем.
Я бы точно тут жить не смогла. Слишком много негативных эмоций испытала, после страшной ночи изнасилований.
Игорь отпирает дверь и включил свет. Огромная прихожая встречает нас пафосным величием, впрочем, как и всё в этой дорогущей квартире. Интересно, почему Игорь не хочет тут жить после свадьбы? Не то, чтобы я правда собралась за него замуж. Просто любопытно.
— Идемте! — зовет он меня и мой живот, — вчера привезли, я еще сам толком не разглядел.
Он проводит нас по бесконечному коридору в другой конец пентхауса и распахивает дверь комнаты.
— Ну как? Нравится? — не скрывая детского восторга восклицает молодой папаша, — Саш, да заходит ты, посмотри все повнимательнее!
Я вхожу и замираю, потрясенная размахом сюрприза. Не знаю, подо что Игорь раньше использовал эту комнату, но теперь она была полностью заставленной детской мебелью пожарно-красного цвета в виде спортивных автомобилей известной марки. Две колыбельки в виде спорт-каров, с рулями, колесами и педалями. Игорь, не скрывая гордой улыбки давит на педаль и мобиль, приделанный к верху кроватки начинает издавать сытый утробный звук мотора, но не визгливый, а приятный, успокаивающий.
— Я читал, что детям полезен «белый шум», — поясняет Игорь мне очевидные вещи, — ну там шум волн, или шелест ветер, а у нас они будут как на «Формуле 1».
Затем он тянется к рулю, и мобиль поворачивается в зависимости от направления. Это всё конечно, классно, но я оглядываюсь дальше. Пожарного цвета большой шкаф для одежды, пеленальные столики, как боксы для пит-стопов, ходунки, переноски, батуты для самых маленьких, электромашины для детей постарше, ну и вишенкой на торте — огромная коляска-автомобиль с двойным сидением, рулями, педалями, фарами, клаксоном и всем остальным.
— Ну как, Саш? Им понравится? — Игорь, похоже, рад больше всех.
— А, если девочки будут? — осторожно интересуюсь я. О том, что такой ярко-красный цвет давит на психику, постоянно раздражая, уже умолчу. Даренному коню, как говорится. Вот про белый шум Игорь удосужился прочитать, а про полезность спокойных цветов — синего там или зеленого — нет.
— Так я и взял всё красного цвета, для принцесс! И потом красный, он универсальный, и для девочек и для мальчиков. — со знанием дела говорит этот большой ребенок. — Девчачьего нет нейтрального — всё слишком милое и… розовое. Мальчугану будет обидно в принцессовом замке расти, где все зефирно-мармеладное.
Да, дети, папка у вас предполагаемый, похоже, в детстве в машинки не доиграл — вон как глаз горит на ваши игрушки, хотя у самого в гараже настоящая стоит. Не игрушечная. И явно не одна.
— А теперь сюрприз для тебя, Саш!
— Еще сюрприз? Ты прям человек-праздник какой-то — шучу я. Хоть мебель и совершенно не пригодного для детей цвета, но мне все равно становится очень приятно. Человек старался, выбирал, думал и о сыне и о дочери, учитывал интересы обоих полов, не говоря уже о том, сколько денег потратил на это великолепие. И это при том, что он не уверен на сто процентов, что дети его.
— Ну конечно, Саш! Сейчас будет главный сюрприз. Идем в гостиную! Надеюсь, там приготовили всё, как я задумал!
В гостиной главное освещение вспыхивает лишь на миг, но в следующее мгновение, Игорь переключает его на рассеянное боковое. Тут же начинает играть медленная романтическая композиция.
Ближе к огромным панорамным окнам накрыт небольшой круглый стол. Он сервирован вином, легкими закусками из сыра и морепродуктов, фруктами и орехами. Белоснежная скатерть покрыта лепестками свежих благоухающих роз. Одна же, целая на длинной ножке красиво расположилась в прозрачной вазе.
Игорь несколькими точными движениями зажигает свечи, придавая еще больше романтики и атмосферности этому вечеру.
— Прошу! — становится он самой галантностью. Подводит к столу, отодвигает мягкий стул и помогает сесть.
Садится напротив, весь исполненный гордости и торжественности. Из окон весь город лежит как на ладони — мерцает огнями, переливается как бриллиантовое колье тысячью красок и гранью камней.
— Что тебе налить?
— Ничего. — тут же говорю я памятуя тот вечер и сок с начинкой.
Игорь подозрительно косится на меня, а потом напоминает не без укора:
— Саш, ты когда меня простишь уже за это?! Я что совсем придурок травить своих детей?! Прекращай это!
Мне не хочется ссориться в такой прекрасный вечер, и я молча одобряю его попытку налить мне минеральной воды.
— Тогда я тоже обойдусь без алкоголя, — заявляет золотой мальчик, — такие разговоры и впрямь лучше вести на трезвую голову.
Интересно, какие? Неужто собрался мне предложение делать?
— Саш, сейчас я кое-что расскажу тебе, но ты не делай поспешных выводов, хорошо? Мы сначала обдумаем все, а потом сделаем выводы.
— Уже интересно, Игорь, продолжай.
— Саш. Ты же знаешь, что мы открыли Питерский филиал. Отец планирует назначить гендиректором этого направления кого-то близкого, того, кому он сможет доверять.
«Так… А я тут причем?» — Вертится на языке вопрос, но даю возможность Игорю договорить до конца.
— В общем, он назначает меня на эту должность, и в ближайшем будущем я должен буду отправиться на место своей новой работы.
— Когда ты уезжаешь? — мне от этого как-то ни тепло ни холодно. Уезжает… ну и хорошо! Самой себе могу признаться, что если бы туда отправили Котова — мне было бы гораздо тяжелее. А Игорь? Я просто не воспринимаю его в серьез, и возможно всё же за тот поступок подсознательно все еще не могу его простить.
— Через несколько дней. Но Питер близко и… Саш! — поднимаю на него глаза, — Поехали со мной!
От неожиданности еле удерживаю бокал с водой.
— Как это с тобой? У меня тут работа, дом, друзья… — Мишу вспомнила. Давно мы с ним не гуляли. — В качестве кого я с тобой поеду? Мне в декрет уже через три месяца!
— Саш, я сделаю тебя своей правой рукой. Ты же толковый сотрудник — вон как Котов в тебя вцепился. Я как узнал размер твоего оклада, так и присвистнул. Просто так такие деньги, тем более скупердяй Котов платить никому не станет. Но я предложу тебе больше. И должность не простой помощницы, а моего зама! Что скажешь?
— То же самое! Мне в декрет скоро. И мысли у меня сейчас совсем в другом месте, не в нашей компании, уж извини.
— Саш, а это уже вторая часть нашего разговора.
Так, еще интереснее. Что на этот раз?
— Тебе уже скоро рожать. Я хочу, чтобы наши дети появились в законном браке!
А вот тут я уже подавилась. Смачно так. Пока кашляла, Игорь достал кое-что из кармана и вышел из-за стола.
Все произошло, как и подобается в таких случаях. Игорь опустился на одно колено перед стулом, где сидела я, и протянул мне открытую бархатную коробочку. На дне его покоилось очаровательное колечко очень известного ювелирного бренда с крупненьким бриллиантом в виде сердца.
— Саш, выходи за меня замуж! — и улыбка такая искренняя, словно Игорю не двадцать пять стукнуло, а двенадцать, не больше!
Приехали. И что мне теперь делать? Двое уже живут у меня в животике, а третий, старший в мужья набивается. Ну и какой из него муж?! Мне тридцать два! У нас разница в семь лет. Не говоря уже о разных социальных уровнях. Я — обычная, среднестатистическая тётка, не голодаю, но и миллионами, как некоторые, не ворочаю. А он — молоденький сынок ген директора компании, в которой я работаю всего лишь помощницей/секретаршей. Ну и как это выглядит со стороны? А так, словно одной очень хитрой женщине очень-очень надоело прозябать всю жизнь в секретаршах и она решила охмурить молодого мальчишку и залетела от него. Ну и что со мной сделает Орлов-старший, когда узнает о планах Игоря?! Вышвырнет из компании так, что даже Котов не поможет! С волчьим билетом. И хорошо, если просто вышвырнет, а не прибьет где-нибудь за углом. Не сам конечно мараться будет, но найдет, как.
— Саш, тебе надо подумать? — осторожно вопросил Игорь, глядя на меня снизу вверх. — У тебя такой взгляд испуганный! Ну чего тебе бояться, трусишка моя?
Действительно. Нечего. Просто ты испортил мне всю жизнь, развел меня с мужем, по твоей вине я на работу как в цирк теперь хожу, а вскоре меня вообще вышвырнут или чего похуже придумают, а тебе всё игры и красивые жесты?
— Са-а-аш? — теперь и Игорь испугался моего зверского выражения лица.
— Нет! — вложив всю злость в это отрицание, рычу я.
— Почему нет?! — кажется он так искренне удивлен, будто и не предполагал отказа.
— Потому! Всё тебе шутки шутить!
— Почему шутки?! Я — серьезный мужчина! — Господи, лучше бы он этого не говорил, а мудро промолчал, но куда ему?
— Какой серьезный? Игорь, ты что натворил с моей жизнью? Тебе мало развода и чепухи, творящейся на работе между мной и Котовым? Что ты ко мне прицепился клещом — никак не отодрать тебя! Езжай уже в свой Питер, чтобы глаза мои тебя не видели больше!
— Саш! Но дети…
— Игорь, не верю я в твою внезапную любовь к моему животу!
— Почему?
— Потому, что они могут быть от другого! Что ты будешь делать в этом случае? Выгонишь меня из Питера? Выгонишь с работы? Разведешься? Жениться он собрался! Тебе что, дети — игрушки что ли?
— Нет, я не…
Но меня несет дальше на волне страха и злости.
— А твоя семья? Как они воспримут меня? Твой отец в курсе, того что ты натворил со мной и твоих намерениях жениться на обычной секретарше?
— Да, Саш. Он в курсе! — воскликнул Игорь.
— Не ври! — подскакиваю я со своего места и несусь в прихожую, к двери, — тебе соврать ничего не стоит! Как и подсыпать мне дряни, чтобы воспользоваться, извращенец!
— Я не вру, Саш!
— Представляю, чтобы сделал твой отец, узнай он всю правду. Ничего ты ему не сказал! — быстро застегиваю пальто и молнии на сапожках. — Не подходи больше ко мне, Игорь! Видеть тебя не хочу!
Выбегаю из его подъезда уже во второй раз. Теперь — это холодная осенняя ночь, но мне нужен этот холод. Щеки пылают злостью и гневом от этого сопляка. В курсе его отец, а то как же! Был бы в курсе, меня бы давно уже его служба безопасности по косточкам в рентгене просветила. Всю подноготную бы собрала. И уж точно Орлов-старший не разрешил бы отпрыску связывать судьбу с обычной меркантильной теткой. Верить в то, что Игорь поведал отцу все обстоятельства того корпоратива, я отказывалась категорически.