Глава 2. Моральное истощение

Алина

Меня развернули и рывком подняли вверх, подхватив под ягодицы. Я обхватила ногами бёдра мужчины, а он, не давая времени на долгие раздумья, вошёл в меня одним толчком, заполняя до отказа и начиная жёстко двигаться. Было больно и неуютно. Сильные пальцы впились в нежную кожу бёдер. Быстро работая тазом, он лишь хотел достичь собственного удовольствия.

Женщина бывает обнажённой не только телом, но и душой, когда занимается сексом. Не знаю, как у других, у меня так и есть. А сейчас я чувствовала, что никому моя обнажённая душа не сдалась. Хотят просто тело. И стало противно. Стоило остановиться. Только как оторвать от себя возбуждённого мужчину? Надо было это сделать чуть раньше.

Твёрдые губы терзали мои. Чужой язык врывался в рот, не давая вздохнуть. Лёгкие горели огнём. Острые зубы прокусили нижнюю губу до крови. Во рту появился металлический привкус. Мне это не нравилось. Но и оттолкнуть парня не получилось бы.

«Идиотка. Какая я идиотка», — корила я себя. Злые слёзы брызнули из глаз. Хорошо, что увидеть их было невозможно. Смывались брызгами тёплой воды.

Когда Димыч в последний момент вышел из меня, опуская на землю, и кончил, быстро доводя себя движениями собственной руки, выплескивая белесую жидкость на моё бедро, я стояла на дрожащих ногах, с тянущей болью внизу живота, пустотой в груди и полным разочарованием. Было ощущение, что я вывалялась в грязи. Только показывать этого мне не хотелось.

Парень шумно дышал, ополаскиваясь под всё ещё льющейся водой. А я стояла, прикрыв грудь скрещенными руками и сжав ноги в углу душевой кабинки.

— Ты что не моешься? — спросил он, и я вздрогнула от холодного голоса. — Всё нормально?

Я отодвинулась от протянутой руки. Чтобы не нагнетать обстановку надо было что-то сказать. Я была счастлива, что быстро взяла себя в руки. Это всё же не изнасилование, хоть я и осталась неудовлетворённой, использованной (в чём не сомневалась). Решила рискнуть и прогадала. Никто, кроме меня, в этом не виноват.

— Прости. Я бы хотела остаться одна. Ты уже всё? — голос даже не дрожал. Можно было собой гордиться. Разочарование разрасталось, образуя в груди чёрную дыру.

— Ты всё ещё стесняешься секса? Твой бывший был так плох, что не познакомил тебя со взрослым миром? — хмыкнул парень, выходя из-под воды и шлёпая босыми ногами по гладкому кафелю общественной душевой. Я брезгливо поджала губы. Как только не заметила?

— Не сошлись характерами. Секс здесь не при чём, — ответила я, принимаясь за себя.

Хорошо, что в раздевалке была одна. Быстро натянула бельё, топ, джинсы, толстовку. Белые носочки и кроссовки. Сунула пакет с грязными вещами в спортивную сумку и пошла на выход.

На секунду замерла, увидев парня. Высокий, широкой кости, с налитым спортивным телом блондин. Короткий ёжик волос, волевое лицо с рублеными чертами лица. Косуха, чёрные широкие брюки, высокие ботинки со шнуровкой. Он скорее напоминал наёмника, чем капитана энтузиастов по экстремальному спорту.

Димыч предложил меня подвезти. Я отказалась. Изо всех сил пытаясь вести себя как обычно. Даже улыбнулась на прощание, позволив чмокнуть в щёку. Когда я увернулась от поцелуя в губы, в голубых глазах мелькнули искорки злости, но быстро потухли. Видимо показалось. Натянутая улыбка, больше похожая на оскал — точно нет. Прошла мимо машины парня, который сорвался с места, взвизгнув шинами.

Я была рада, что шла домой одна, что нашла в себе силы и твёрдость духа отказать. Продолжения этого неловкого ужаса мне категорически не хотелось. Низ живота сводило неприятными ощущениями. Слишком жёстко он меня брал. А льющаяся сверху вода не способствовала хорошему скольжению органа, смывая смазку. Неудовлетворённость зашкаливала, выбивая из глаз горючие слёзы.

Пришла домой и сразу легла спать. Утро выдалось не лучшим. Кажется, я приболела. Тело ломило. Я потела нещадно. Весь день провалялась в постели, поднимаясь только в туалет и попить. В зеркале мелькало лохматое чудище с опухшим лицом. Увидев на бёдрах отвратительные синяки, почувствовала только отвращение. И пошла досыпать.

Несколько раз звонил телефон, я засунула его под подушку. Вскоре и он замолчал. Кажется, зарядка сдохла.

На следующий день меня разбудил звонок в дверь и стук ногой в неё же. Я уже знала, кто пришел за моей бренной душой.

— Ты, сволочь, Алина. Разве можно так пугать? Я что только не передумала, пока ехала по этой чёртовой дороге. Ты же прекрасно знаешь, как я ненавижу, когда ты меня игнорируешь! Ты себя видела? Да ты смело можешь выйти на подиум и сразиться за первое место огородного пугала. Оживай, зомбяра, и поговорим, как живые. А мне надо выпить.

Моя сестра Маша в своём репертуаре. Сиреневоволосое чудо-юдо. Будет весело. Надо сбить её с намеченной благородной цели по наставлению меня, любимой, на истинный путь. Вот только не пойму, как она это собирается сделать?

Шопинг! Надо её потащить по магазинам. Морока ещё та, но не так болезненно, как игра на моих несчастных нервах.