Глава 17

Нэйт

Встреча с Ариэтт выбила почву из-под ног. С чего она решила подойти? Сложно было и дальше делать вид, что не узнает? Я кусал губы в бессильной злости. Когда в последний раз видел сестру до пробуждения силы, ей было тринадцать. Она была бойкой звонкоголосой птичкой, от которой нельзя было скрыться ни в одном уголке дома. Мы со Стефаном посмеивались над ней, потому что оба были старше и казались себе очень умными. Стеф на два года старше меня, а Ариэтт на пять лет младше. Когда мы встретились с сестрицей в городе, ей было лет восемнадцать. Сейчас, получается, двадцать один, весной у неё день рождения. С рождением Ари родители промахнулись. Видимо, беременность была негаданной, раз уж сестрица родилась не в великую ночь. А мы вот со Стефом праздновали дни рождения с разницей в два дня. В голове царил сумбур. Мысли перескакивали с одной на другую, и так снова по кругу.

— Нэйт?

Дея тревожилась. Я ощущал, как колеблется её сила, окутывая меня.

— Все хорошо, — заставил себя успокоиться. — Просто до сих пор тяжело.

— Я понимаю.

Может, и понимала, мне откуда знать? Хотелось побыть в одиночестве, и я сбежал. Снова уехать в город не рискнул, поэтому забился на кухоньку Анны, пока сама хозяйка отсутствовала, и в одиночестве пил горячий чай. Воспоминания не спрашивают, когда им приходить. Вот и я вспоминал детство, когда казалось, что впереди — только светлые дни. Мы со Стефом были дружны, а вот Ари казалась нам жуткой плаксой и надоедой. Но она росла, и в тринадцать уже показывала упрямый характер. Я любил сестру, как бы там ни было. Злился, да, но любил. Вот только видеть её было больно.

Дея заволновалась сильнее. Я решил, что хватит испытывать её терпение, и пошел на второй этаж. Время близилось к ночи. Дея стояла у окна и смотрела на город, но услышала мои шаги и обернулась.

— Тебе лучше? — спросила встревоженно.

— Со мной все в порядке, — ответил ей. — Давай отдыхать, денек был утомительный. Рискнешь завтра поехать к Кэтти?

— Да, рискну, — ответила она.

Я понимал, чем это закончится. Если у Деи получится выкупить Эжена, у неё станет одним ай-тере больше. Она нарушит данное мне слово, и само вероятное присутствие чужого человека злило. Но я знал и другое: Эжена обязательно надо забрать из этой Форровой бездны. Если, конечно, он еще жив.

Я устроился на диване. Все время ждал покушения и не верил, что Хайди отступится. Ей просто нужно прийти в себя и наметить план действий, вот почему у нас выдалась короткая передышка. Слышал, как ворочается Дея. В конце концов не выдержал и лег с ней. Она тут же прижалась ко мне и затихла. Я даже почувствовал себя плюшевым котенком, который глазел на нас с полки у кровати. Можно обнять и спокойно уснуть, называется. Но, как ни странно, я сам достаточно быстро задремал, а когда проснулся, Дея уже успела умыться. Как это я пропустил её пробуждение? Теряю хватку.

Завтракали мы снова вместе с Анной. Дея заметно нервничала, а я мысленно возвращался к вчерашней встрече с Ариэтт. Думал о том, что повел себя глупо. Надо было держаться спокойнее. Но что сделано, то сделано. Сегодня будет не легче.

— Анна, а у дедушки был автомобиль? — спросила Дея. Служебную машину я вчера отправил обратно в офис.

— Конечно, милая, — тепло улыбнулась ай-тере. — В гараже целых три, бери любой.

Да, проблема с транспортом решилась быстро. Впрочем, я не сомневался, что у господина эо Фейтера должны быть средства передвижения. В гараже выстроились в ряд три автомобиля новейших моделей: два черных и один темно-серебристый. Дея выбрала его. Она была чрезвычайно хорошенькой в новом светло-золотистом платье. Анна помогла ей заплести волосы, и теперь Дея выглядела как настоящая светская дама.

— Что-то мне страшно, — призналась она.

— Неудивительно, — отозвался я. — Вряд ли родители Кэтти окажутся приятнее их дочери.

— Как думаешь, насколько дорого они оценят жизнь Эжена?

— Сложно предугадать. Поехали, узнаем на месте.

По-хорошему, надо было заранее предупредить супругов ди Реан о нашем визите, но мы с Деей хотели выбрать момент, когда Кэтти не будет дома. Поэтому отыскали нужный адрес, остановили автомобиль неподалеку и принялись ждать. Где-то через час Кэтти вышла из дома в сопровождении того самого ай-тере, с которым приезжала на выпускные экзамены. Её зеленое платье напоминало форму колледжа. Что, мучает ностальгия?

— Пора? — тихо спросила Дея.

— Пора, — ответил я.

Мы направили автомобиль к воротам. Я позвонил, и вскоре к нам вышел слуга.

— Чего изволите, господа? — спросил он.

— Передай хозяевам, что их хочет видеть Дея эо Фейтер, — ответил я.

Услышав волшебную приставку «эо», слуга бросился в дом со всех ног, и не прошло пары минут, как нас пригласили в гостиную. Дом Кэтти казался большим и светлым, но мне не нравилось здесь. Будто стены давили на плечи. Да уж, как ни обставь тюрьму, она останется тюрьмой. Так и с этим домом.

А в комнату уже входили хозяева. Как ни странно, отец Кэтти казался приятным мужчиной. Высокий, с густыми усами и широкой улыбкой. Удивительно, как у него могла вырасти такая дочь. Хотя, ответ тоже был перед глазами. Мать Кэтти поджимала губы. Она была похожа на дочь, как две капли воды. Колючий взгляд, высокомерные манеры. Жуткая дама.

— Присаживайтесь, госпожа эо Фейтер, — радушно пригласил хозяин дома. — Чем обязаны вашему визиту?

Я замер за креслом Деи, играя роль идеального ай-тере. А идеальный ай-тере — это пустое место.

— Меня привело к вам важное дело, — ответила Дея, и я поразился произошедшим с ней переменам, будто вместе с новым платьем она надела новую личность. И эта личность казалась такой же высокомерной, как матушка Кэтти, и говорила, как в высших кругах Тассета. Спокойная, невозмутимая, знающая себе цену. Я бы сам поверил, если бы не успел узнать настоящую Дею.

— Всегда рад помочь, — заверил господин ди Реан. Всего лишь «ди». Наверное, это очень злит его супругу.

— Я училась в одном колледже с вашей дочерью, — холодно сказала Дея.

— Жаль, что малышки нет дома. Она бы вам обрадовалась.

— Да, я тоже рассчитывала повидаться, но не в этом суть. Не стану скрывать, мне приглянулся ай-тере Кэтти, Эжен. Было заметно, что ей лично он не нравится, а в мою коллекцию подошел бы.

И Дея легонько пожала плечами, будто раздумывая, насколько хорошо Эжен смотрелся бы в её «коллекции», состоящей из меня одного.

— Так вот, — продолжила она, — я на днях унаследовала довольно крупную сумму. Возможно, вы об этом слышали. И решила сделать себе подарок. Я готова заплатить десять тысяч за Эжена.

И холодно взглянула на потерявшего дар речи хозяина дома. Десять тысяч ингов — баснословные деньги. Впрочем, разве можно измерить ими человеческую жизнь?

— Дорогая госпожа эо Фейтер, — замялся ди Реан. Неужели Кэтти все-таки успела угробить мальчишку? — Я бы с радостью поговорил с дочерью о вашем предложении. Тем более, ай-тере действительно ей не нравился, только не стоил он таких денег.

— Не стоил? — уцепилась Дея, и я почувствовал её испуг.

— Да… Около недели назад моя дочь вернула ему клятву и вышвырнула из дома. Мы купили ей других ай-тере, из хороших семей, воспитанных, а этот… с позволения сказать, отброс… только портил нервы моей девочке. Так что я сам настаивал, что нужно от него избавиться.

А внешность обманчива… Впрочем, отец заставил Кэтти вернуть клятву Эжену. С неё бы сталось просто вышвырнуть его и ждать, пока он умрет, потому что никто не сумеет помочь.

— Что ж, жаль слышать, — поморщилась Дея.

— Мне тоже бесконечно жаль, но поверьте, вам не нужен настолько бесполезный ай-тере.

— Я начинаю думать, что вы правы. Тогда мне пора. Передавайте привет Кэтти и наилучшие пожелания.

Например, оказаться на месте Эжена. Но Дея промолчала, и я тоже. Мы попрощались с хозяевами, неспешно вернулись в автомобиль, выехали за ворота, и только тогда Дея закрыла лицо руками.

— Ненавижу, — прошептала она. — Как же я её ненавижу! Что нам делать, Нэйт? Куда мог пойти Эжен?

— На любую фабрику ай-тере, вот только…

— Он бы не пошел, — за меня договорила Дея.

Да, не пошел бы. Эжен — сильный парень, гордый. Он не стал бы просить о милости. И как нам найти песчинку в огромном городе? Если он еще жив…

С неба посыпался снег с дождем, капли оседали на лобовом стекле автомобиля. А я думал, что нам делать.

— Давай проедемся по району, заглянем в подворотни, — попросила Дея. — Может, нам повезет?

— Давай, — ответил я, хоть и был уверен в обратном. Неделя… Прошла целая неделя. Мальчик не стал бы ждать где-то здесь.

Мой печальный прогноз оправдался. Мы блуждали по району четыре часа, но не нашли и следа Эжена. Мокрый снег окончательно перешел в дождь. Тяжелые капли стучали по лужам. Дея плакала. Украдкой вытирала мокрые глаза, да и мне самому было тошно.

— Пора возвращаться домой, — сказал ей. — Попробуем поискать другими методами. Дадим объявление, например.

— Он может погибнуть за это время.

— Дея, у нас нет вариантов.

Она беспомощно кивнула, признавая мою правоту, и я завел автомобиль. Мы проехали около шести кварталов, когда Дея вдруг вцепилась в мою руку:

— Стой!

Я резко затормозил.

— Что такое? Тебе плохо? — развернулся к иль-тере, потому что она резко побледнела.

— Нет. — Дея замотала головой. — Я чувствую силу Эжена. Кажется, что чувствую. Слишком слабо.

— Дея…

Хотел сказать, что она не может ощущать чужого ай-тере. Но ведь она влияла на силу Эжена в колледже, как и на мою. Так что я вышел из авто и раскрыл зонт, но Дея не желала ждать. Она бросилась вперед, в переплетение улиц, будто кто-то её звал. Пробежала шагов двадцать — и остановилась. Озиралась по сторонам в недоумении, но то, что не увидела она, заметил я.

Мальчишка лежал за мусорными баками. Видимо, пытался спрятаться. Я заметил босую ногу, выглядывавшую из-за одного из них. Живой? Или нет? Я чувствовал легкий ток силы. Едва ощутимый. Значит, живой.

— Сюда, — позвал Дею, отбросив зонт, и тот полетел по улице.

Иль-тере кинулась за мной, но я успел первым. Эжен лежал на боку. Его глаза были плотно сомкнуты, а вокруг тела пульсировала багровыми всполохами магия. Он вот-вот умрет! Из одежды на мальчишке было только белье и обрывки штанов. Если рубашка и была изначально, от неё ничего не осталось. Светлые волосы рассыпались неровными прядями. Косы тоже больше не было — видимо, стригли его долго и со вкусом. Слишком разной была длина прядей, а еще не хватало пары клоков волос.

— Эжен! — испуганно воскликнула Дея и упала на колени прямо в лужу, только боялась к нему прикоснуться. — Нэйт, что делать?

Выход был один.

— Если он даст тебе клятву, ты можешь его вытащить. Но он без сознания. Попробуй воздействовать на него силой.

И раскрыл свой резерв, чтобы Дея могла дотянуться. Из её ладоней полился мягкий свет. Мальчишка задышал чаще, распахнул глаза. У него даже цвет глаз поменялся, стал бледнее. Как такое возможно?

— Эжен, милый, — позвала Дея, — это я. Пожалуйста, тебе нужно дать мне клятву ай-тере, и я заберу тебя отсюда.

Он отвернулся и снова закрыл глаза.

— Помани его силой, — советовал я. — У Хайди получилось, у тебя тоже может. Давай!

Дея снова призвала магию, поднесла к губам Эжена. Он забился, захрипел.

— Давай, мальчик! — Я присоединился к Дее. — Надо выжить, слышишь? Надо!

Эжен потянулся к силе, зашептал едва разборчиво, но дело было сделано. Вокруг его тела на миг вспыхнуло розоватое сияние. Клятва дана.

— Теперь попытайся стабилизировать его состояние, — командовал я. — Забирай себе силу.

Дея очень старалась, и частично у неё получилось. Но не так хорошо, чтобы полностью обезопасить Эжена. Магия с её ладоней лилась на его тело. Мальчишка не шевелился, но впитывал силу, как растение пьет воду.

— Вот так, — тихонько вздохнула Дея. — Нам надо дотащить его до машины.

— Надо, — согласился я, подхватывая Эжена под одну руку. Дея подхватила под другую, и мы повели парня к автомобилю. Эти несколько шагов заняли около десяти минут. На ногах он не держался и вообще вряд ли понимал, что происходит. Я усадил его на заднее сидение, Дея забралась рядом, уложила его голову себе на плечо, зашептала какие-то глупости, что все пройдет и обязательно будет хорошо, а я сел за панель управления и гнал так, как никогда в жизни. К счастью, нам оставалось проехать всего ничего. Я подвел автомобиль к самой двери в особняк, и мы дотащили Эжена до гостиной.

— О, светлый Инг! — появилась в комнате Анна. — Что случилось?

— Это мой друг, — ответила Дея. — Позовите целителя, пожалуйста!

А сама по-прежнему пыталась хоть как-то стабилизировать его силу. Анна бросилась звонить целителю. Я продолжал делиться энергией с Деей — единственное, чем мог помочь. Наблюдал, как немного выравнивается магическое поле Эжена, но он по-прежнему едва дышал.

— Хватит, — перехватил Дею. — Использовать сразу слишком большие объемы силы тоже плохо. Давай дождемся целителя.

Она безнадежно кивнула, провела рукой по волосам Эжена. Они были грязно-серыми от въевшейся пыли, да и все тело покрывали разводы грязи. А шрамы… У меня самого было меньше, несмотря на столько лет в обществе Хайди. Чего хотела добиться Кэтти? Зачем так жестоко? Я не понимал. Это было за гранью для меня. Бедный парень.

Дея плакала. Её слезы оставляли на лице Эжена грязные разводы. Я обнял её за плечи и стоял рядом, чувствуя себя беспомощным и бесполезным. К счастью, целитель приехал быстро. Это оказался приятный старичок с большими добрыми глазами.

— Личный лекарь Фернанда, — сообщила Анна. — Хороший человек.

А «хороший человек» уже склонился над Эженом.

— Так-так, — зацокал языком. — Милая, твой ай-тере?

— Теперь мой, — ответила Дея.

— Тогда ассистируй мне, позволь использовать твою энергию.

Я редко видел, как работают целители, но этот точно был мастером своего дела. Он использовал магию Деи, чтобы стабилизировать состояние Эжена, и багровое марево постепенно бледнело, становилось розоватым. А затем доктор выгнал Дею из комнаты и принялся за осмотр. Я сжимал кулаки в бессильной злости. Лекарь качал головой, разглядывая шрамы.

— Натерпелся мальчик, — сказал мне. — Каким надо быть чудовищем, чтобы так поступить.

А ведь доктор и сам иль-тере. Что ж, мир не без добрых людей.

— Не знаю, — ответил я. — Его бывшая иль-тере, видимо, превзошла свою наставницу. Как он?

— Скверно, сами видите, — вздохнул лекарь. — Магический фон дестабилизирован, почти разрушен. У мальчика сильнейший перегрев и истощение одновременно. Как магическое, так и физическое. Страшно представить его психологическое состояние. Я погрузил его в сон, пусть отдохнет немного. Когда очнется, поите настойкой, я оставлю Анне рецепт и ингредиенты. Раз в два часа по чайной ложке. Сегодня только это, а завтра я приеду, посмотрю, как идет дело. Станет хуже — немедленно звоните.

— Он выживет?

— Надеюсь. Еще немного, и нам некого было бы спасать. Грязь желательно смыть, не хватало ему инфекций. И проследите за вашей иль-тере, она использовала слишком много энергии. Так что и ей, и вам необходим отдых.

— Я быстро восстанавливаюсь.

— И все же стоит себя поберечь. Хорошо бы ускорить гармонизацию их полей силы, но в данных условиях это невозможно.

И не в данных — тоже. Почему-то от мысли, что Дея может переспать с Эженом, взяло зло. Она не станет этого делать!

— Тише. — Лекарь сразу заметил, что мой энергетический фон поменялся. — Повторяю: всем надо отдохнуть. Хотя бы поспите, пока мальчик спит, а когда очнется, можно попытаться еще немного стабилизировать его силу. И готовьтесь, легко не будет.

— Спасибо, доктор, — ответил я.

— Пока не за что. Вытащим его, тогда поблагодарите, молодой человек. До завтра.

Я слышал, как Анна и Дея допрашивают доктора в коридоре. Анна забрала у него рецепт настойки для Эжена, а Дея слушала рекомендации. Сам я придвинул стул и сел рядом с диваном, на который положили мальчишку.

— Держись, брат, — шепнул ему. — Ты и так долго продержался, нельзя сейчас сдаваться, слышишь? Надо выстоять.

И ему, и нам.