Глава 31

Эжен

Оказалось, что таскаться с Деей по магазинам — то еще счастье. Видимо, она решила, раз уж я перешагнул порог дома и рискнул проехаться по разного калибра лавчонкам, купить мне сразу все. Нэйт посмеивался, сидя за панелью управления. Он даже выходить из авто не стал, зато казался на редкость благодушным и счастливым. А Дея тащила меня в очередной магазин и заставляла выбирать, примерять, опять выбирать. А девочки-консультанты почему-то шушукались, стоило нам где-то появиться.

— Это потому что ты очень милый, — заявила Дея, когда поделился с ней своими наблюдениями.

— А может, им просто поговорить не о чем, — поморщился я.

— Вполне вероятно, — кивнула подруга, но я видел, что она осталась при своем мнении. И не понимал, как можно считать меня милым, если сам едва ли не пугался отражения в зеркале. Ладно в колледже — допустим, но не сейчас.

А Дея уже тащила меня в очередной магазин, указывала на ряды вешалок и что-то весело болтала, отвлекая от дурных мыслей. Не знаю, сколько мы потратили, но багажник автомобиля был забит под завязку, а я чувствовал, что завтра не смогу подняться и пойти на бал, потому что казалось, будто мы не по магазинам ходили, а грузили тяжелые мешки.

— Ты совсем устал, — заметила Дея.

О, чудо! А не должен был?

— Поехали домой, — смилостивилась мучительница и нырнула на переднее сидение, к Нэйту. Домой! Счастье-то какое.

А в особняке ждал Дилан. С утра он ездил обговаривать какие-то рабочие моменты, но к обеду успел вернуться.

— Мы пропустили утреннюю тренировку, — заметил бодро. — Предлагаю перенести её на вечер.

Захотелось взвыть, но я только кивнул и потащился к себе. Лег — и сразу уснул. Магия все еще бушевала после вчерашнего боя и требовала отдыха. А когда проснулся, в доме стояла тишина, и часы показывали полночь. Вот тебе и послеобеденный сон!

Стоит ли удивляться, что остаток ночи я бродил по дому из угла в угол? Пытался что-то читать, но в голове стоял туман. Поэтому в итоге вышел в сад и тренировался сам, чтобы под утро снова лечь спать.

А день выдался суматошный до безумия. Анна и девочки-служанки помогали Дее с платьем. Стоит признать, платье было великолепным. Ярко-голубой цвет был подруге к лицу. В волосы ей вплели голубые розы, которые казались настоящими, живыми. Еще одно произведение магии иль-тере. А когда Нэйтон вошел в комнату, он и вовсе замер на пороге, а Дея смутилась и покраснела. Любовь…

Я улыбнулся. За ними было радостно наблюдать со стороны. Дея заслужила счастье, и Нэйт тоже. Я только боялся, чтобы никто его не разрушил. И готов был сделать что угодно, чтобы этого не допустить.

— Эжен, ты еще не готов! — раздался звонкий голос Деи. — Марш собираться!

Костюм мы выбрали все-таки не серый. Остановились на темных брюках, бледно-розовой рубашке и бордовом жилете. Волосы я зачесал назад, чтобы не лезли в глаза, и теперь стоял перед зеркалом, разглядывая совершенно чужого человека в отражении. Это был не я. Кто угодно, но не я. Да, первая боль прошла, но взгляд остался прежним — неживым и блеклым.

— Эжен, ты где?

Кажется, Дея меня потеряла.

— Киса любуется своей мордашкой, — заглянул в комнату Дилан. — Спускайся, там твоя спутница приехала.

Уже? Я посмотрел на часы. Надо же, не заметил бега времени. Если честно, с куда большим удовольствием остался бы дома, но Дее нужна защита. И я буду рядом.

Ари действительно ждала в гостиной — и тоже казалась совсем незнакомой. К нам приезжала дерзкая девчонка, а сейчас передо мной была настоящая леди. Сразу захотелось сбежать. Бледно-розовое платье делало её похожей на редкую бабочку, которая непонятным образом залетела на огонек. Она собрала волосы в сложную прическу, обнажая шею, и выглядела утонченной, но очень далекой.

— Эжен! — улыбнулась, увидев меня. — Тебя не узнать.

Хотелось сказать «взаимно», но это был весьма сомнительный комплимент. Поэтому я пробормотал только:

— Красивое платье.

— Раз все готовы, можем ехать, — засуетилась Дея.

Да, можем. Почему-то стало страшно, но за эти дни я привык бороться с внутренним страхом. Он не сильнее меня! Это я сильнее, и должен справиться!

— Эжен? — Дея слишком хорошо чувствовала мои эмоции.

— Иду, — ответил я и протянул руку Ариэтт. Она оперлась на мой локоть, и мы пошли к автомобилю. Нэйт настоял на самом помпезном варианте. Не потому, что ему нравилось огромное черное авто, а потому, что Дея должна сразу заявить о себе, как о величине, с которой стоит считаться. А многие люди, которые будут на балу, понимают только язык денег.

В кои-то веки за рулем был не Нэйт, а нанятый водитель, мы же разместились на задних сидениях, которые располагались лицом друг к другу. Дея заметно нервничала. Она комкала в руках веер, этот неизменный атрибут бала. Нэйт, наоборот, казался отрешенным. Вряд ли ему на самом деле хотелось говорить с братом, но ради Деи он готов был и на это. Сейчас нас всех объединяла Ариэтт. Она о чем-то оживленно рассказывала, задавала пустые вопросы, но они отвлекали нас и заставляли выныривать из задумчивости и переживаний в реальный мир.

Наконец, автомобиль остановился. Бал проходил в здании городской ратуши. Обычно здесь шли заседания президиума Тассета, но сегодня из залов доносились не агитационные речи, а музыка.

— Не беспокойся, — тихо сказала Ариэтт. — На тебе лица нет.

Просто здесь было слишком много людей. Да, я понимал, что так и будет. Осознавал, но все же одно дело понимать умом, и совсем другое — видеть своими глазами. Хотелось опустить голову, сжаться в комок. Казалось, будто последние месяцы написаны у меня на лбу, но я расправил плечи. Я здесь не просто так. Либо выдержу, либо надо запереться в своей комнате и никогда оттуда не выходить.

— Эжен? — обернулась Дея.

— Все хорошо.

Она кивнула и отвернулась, а мы вошли в огромный зал, залитый искусственным светом. Окна специально занавесили, чтобы создать искусственное освещение, и теперь под потолком парили сферы, от которых разливалось мягкое сияние. Это было очень красиво. Я даже немного расслабился, засмотревшись на них.

— Добрый вечер, — подошел к нам Винс. Его спутницу я никогда не видел раньше. Хотя, где бы мы могли встречаться? — Дамы, вы ослепительны!

Дея и Ари довольно зарделись, но можно ли считать правду комплиментом?

— Дея, хочу представить вас нескольким высокопоставленным особам, — заявил Винсент и увлек Дею и Нэйтона с собой. Я следил за ними, но пока что ничего дурного не происходило.

— Ты будто ждешь нападения здесь и сейчас, — заметила Ари. — Не беспокойся, только сумасшедший стал бы устраивать расправу в ратуше. Хочешь что-нибудь выпить?

Я отрицательно покачал головой. Увы, я не лучший спутник на вечер, но, кажется, Ариэтт это не смущало. Она не тащила меня в круг первых танцующих пар, а просто находилась рядом.

— Тут собирается весь цвет города, — рассказывала мне. — Взгляни, это глава президиума, господин Курберт, с супругой. Иль-тере, как и положено. Они там все со знаком «иль». Это его заместитель, господин Хайт. Правда, не с супругой, а с ай-тере. Господин Соллет, еще один заместитель.

Я разглядывал лица тех, кто превратил Тассет в территорию бездны. Высокомерные мужчины, которые считали, что могут управлять чужими судьбами. Я их не знал, но уже ненавидел за мою сломанную жизнь. За жизни тех ребят, которые были со мной в колледже. Хотя, оставались и такие ай-тере, которых устраивало существующее положение. Например, новые ай-тере Кэтти. Им была в радость чужая боль.

А Ари хорошо умела отвлекать от дурных мыслей. Я так сосредоточился на изучении состава президиума, что перестал нервничать. Интересно, а им самим не тошно от того, что творится в стране? Они ведь не могут не понимать, что это путь в никуда. Неужели власть стоит того, чтобы калечить чужие жизни? Я не знал и не понимал.

— Ты где-то не здесь, — вмешался в мои размышления голос Ари.

— Прости.

— За что? Я не обижаюсь. Что-то Стефан задерживается. А если он вообще не придет?

— Значит, найдем другой способ, чтобы они встретились с Нэйтом, — ответил я. Чуть повернул голову — и замер.

Можно было сколько угодно говорить себе, что Кэтти не пропустит такое событие и придет. Что я готов встретиться с ней лицом к лицу, и ничего не почувствую, но когда я увидел её в дверях зала в сопровождении обоих ай-тере, во рту стало сухо, а по спине покатились липкие капельки пота.

— Эжен? — сразу заметила Ари и обернулась. — Кто она?

— Моя бывшая иль-тере, — ответил я, наблюдая, как Кэтти в ярко-малиновом платье идет по залу. Она всегда любила кричащие тона. Алый цвет крови её тоже радовал.

Теплая ладонь Ари сжала мою руку.

— Уйдем в сад?

— Нет.

Вот и узнаем, смогу ли я прыгнуть через собственную голову и убить страх, который разъедал мою душу день за днем. Кэтти тоже заметила меня. Сначала мазнула взглядом — не узнала, а затем вдруг резко обернулась. Её глаза стали больше, чуть ли не на лоб вылезли.

Я крепко сжал ладонь Ариэтт. Наверное, ей было больно, но она ничего не сказала, а я и не замечал.

— Все в порядке, — единственное, что она мне сказала в ту минуту. — Она обломает об нас зубы.

Да? Хотелось бы верить. А Кэтти сменила курс и уже шла к нам. Два амбала ай-тере маячили за её спиной.

— Добрый вечер, — сладко пропела она, обращаясь к Ариэтт.

— Добрый, — та так же приторно улыбнулась в ответ. — Прошу прощения, кажется, мы не были представлены друг другу.

— О, да. Меня зовут Кэтрин ди Реан. Я всего лишь подошла поздороваться со старым другом. Да, Эжен?

— Да, Кэтти. — Я заставил себя улыбнуться, а мерзавка чуть ли не позеленела. Еще бы! Госпожой я её называть не собирался, раз уж мы друзья.

Зато взгляды её ай-тере были прикованы по мне. Они скалились, как звери, которые чуют добычу. Чуть ли не облизывались. Твари!

— О, так вы знакомы! — Ари заулыбалась. — Что ж, рада, что для вас эта встреча стала приятной.

— Можно украсть у вас Эжена на минутку? — попросила Кэтти.

— Нет.

В голосе Ариэтт звенела сталь. Я чувствовал, как становятся потными ладони, и перед глазами замелькали привычные красно-черные точки.

— На сегодняшний вечер Эжен занят, очень занят, — Ари снова улыбалась, но в её взгляде не отражалась улыбка. — Думаю, если это понадобится, вы сможете созвониться и договориться о встрече. А сейчас пойдем, милый. Мы потеряли из вида моего братишку. Да и твоя подруга, наверное, скучает.

Точно! Дея. Я пришел сюда для того, чтобы защитить Дею, и выпустил её из вида. Слова Ариэтт подействовали как ушат холодной воды.

— Счастливо оставаться, — кивнул Кэтти и пошел прочь, увлекая за собой Ари.

Где же подевался Нэйт?

— Не лети, — догнала меня спутница. — Вон они, у выхода на террасу.

Я разглядел в толпе голубое платье Деи. Да, это они. Нэйт, конечно же, был рядом.

— А вот тебе надо подышать свежим воздухом, — настаивала Ари. — На тебе лица нет.

— А давай потанцуем? — Я протянул ей руку, и Ари удивленно опустила в неё свою ладошку. Мы вышли в центр зала, заиграла новая мелодия, и я постарался сосредоточиться на ней. На движениях танца, которые вспоминались с трудом, но это помогало. Не думать! Не думать! Не сейчас. Потом, дома, в запертой комнате. Можно будет лезть на стены, рвать на себе волосы. Но не сейчас.

Дея с Нэйтом заметили нас и тоже влились в круг танцующих. Так я мог хорошо видеть подругу. Постепенно становилось легче. Только тревога Деи ощущалась слишком сильно.

— Эта мерзавка в шоке от того, что увидела тебя, — шепнула Ари на ухо. Я едва услышал её слова, но разобрал.

— Она мечтала, чтобы я умер, — ответил Ариэтт. — Думала, меня уже нет.

— Тварь.

— Да. Та еще тварь.

На этом разговор прекратился. Мы просто танцевали, и звуки музыки помогали вернуть душевное равновесие. Я ощущал на себе липкий взгляд Кэтти. Ощущал даже спиной, но не оборачивался, чтобы проверить. Мы встретимся: не здесь и при других обстоятельствах. И эта встреча станет для неё последней.