Глава 8

Хайди ликовала. Дея не справлялась с силой Нэйтона. Конечно, Хайди видела, в чем причина. А лучше сказать, слишком хорошо знала Нэйта, чтобы понять. Когда сама эо Лайт подобрала мальчишку после гибели его иль-тере, он был в полубессознательном состоянии, а Хайди являлась сильной, опытной иль-тере и с легкостью привязала его к себе. А сейчас Нэйт боялся снова попасть в зависимость и сознательно отгораживался от Деи. И если Хайди хоть что-то понимает в своем бывшем ай-тере, он не пойдет Дее навстречу.

Это радовало, потому что давало шанс в ближайшие дни вернуть свою потерю. Мысленно Хайди проигрывала, как это будет, как именно она уговорит Дею, что надо вернуть Нэйту клятву, и заставит снова поклясться ей. И едва ли не мурлыкала, когда ехала из колледжа. Планов на день было много, но для начала госпожа эо Лайт хотела навестить свою подопечную Кэтти, потому что ей попался не менее интересный экземпляр. Удалось ли Кэтти обеспечить себе возвращение в колледж? Вот что надо узнать.

И Хайди приказала водителю ехать к дому семьи ди Реан. Он находился не в самом престижном районе, и все-таки был достаточно респектабельным. Прекрасный показатель среднего достатка. Сама Кэтти появилась на пороге, стоило автомобилю хозяйки колледжа появиться на пороге. Какая завидная преданность! Хайди готова была признать, что у них с Кэтти много общего. Гораздо больше, чем казалось на первый взгляд.

— Госпожа эо Лайт. — Кэтти присела в реверансе.

— Здравствуй, — милостиво кивнула Хайди и прошла за Кэтти в дом. Прислуга забрала у неё легкое манто, и гостья величественно проплыла за хозяйкой в гостиную. Горел камин, весело трещали дрова, потому что осень уже чувствовалась в воздухе, и кругом разливалась сырость. Родители Кэтти не обладали магией и занимались лесозаготовками, при этом смогли сколотить небольшой капитал. Не дожидаясь приглашения, Хайди опустилась на диван, а Кэтти заняла кресло перед ней.

— Я так рада вас видеть! Такая честь! — щебетала девчонка.

— Я всего лишь проезжала мимо, — с легкостью солгала Хайди. — Как обстоят дела? Тебя можно поздравить, или ай-тере упорствует?

Кэтти мигом нахмурилась. Неужели не смогла? Хайди даже стало любопытно.

— Эта дрянь молчит, — угрюмо сказала Кэтти. — Я перепробовала все, что можно. Теперь он или проклинает меня, или рта не открывает.

— Занятный мальчишка.

— Просто ничтожество!

— Позволишь взглянуть?

Кэтти покраснела. Может, перестаралась после того, как Хайди видела парня в последний раз? Но отказывать не стала. Хайди уже знала, что мальчишке отвели угловую комнату первого этажа, больше напоминающую кладовую, а родители Кэтти вот-вот приобретут для дочери новых ай-тере, сделка почти заключена. На этот раз из хороших семей, а не с подпольного рынка. Только вряд ли Кэтти будет с ними интересно, Хайди по себе знала. А вот в Эжене что-то было. И если бы у Хайди не образовалось всего одно место, владельца которого она собиралась вернуть любой ценой, она предложила бы Кэтти отдать паренька ей.

Кэтти отперла дверь своим ключом. В комнатушке было всего одно малюсенькое оконце, и глаза не сразу привыкли к полумраку. Эжен лежал на полу. Его светлые волосы рассыпались, выделяясь на темном фоне пола, глаза были закрыты. От одежды мало что осталось еще в первые дни пребывания в этом доме, когда Хайди сама пыталась выпытать хоть что-то о Дее и Нэйтоне, а Кэтти не озаботилась другой. Мальчишка дышал рвано, тяжело.

— Здравствуй, котик. — Хайди присела на корточки, пропустила через пальцы светлую прядь. Эжен открыл мутные от боли глаза.

— Не хочешь облегчить свои страдания? — поинтересовалась Хайди. — Неужели нравится находиться здесь, в четырех стенах? Я могла бы помочь тебе, если бы ты был сговорчивее.

— Провались, — раздался тихий ответ. Эжен осторожно сел, чтобы не смотреть на Хайди снизу вверх. От него разило жаром. То, что мальчишка балансирует на грани, было очевидно.

— Гордый, да? — усмехнулась эо Лайт. — Дорого же тебе стоит твоя гордость, милый. А ведь все может быть иначе. Расскажи правду, и я выкуплю тебя у Кэтти. Хочешь?

Эжен улыбнулся, темно и страшно. Хайди ощутила, как холодок пробежал по спине. А затем ай-тере перевел взгляд на Кэтти, и в его глазах была смерть.

— Я останусь здесь, — ответил он. — И ничего не скажу.

— Вот видите, госпожа эо Лайт, — тут же принялась жаловаться Кэтти. — И как мне с ним справиться?

— Старайся, если хочешь вернуться в колледж. — Хайди равнодушно пожала плечами. Вот только она поняла главное: бесполезно. Эжен ничего не скажет. Может, и не знает, конечно, но в любом случае не заговорит.

Они вышли из комнаты, Кэтти накрепко заперла замок и опустила ключ в карман. Надо же, все время носит при себе. Умно. Хайди раздумывала, стоит ли попрощаться и уйти, или же высказаться, но потом решилась:

— Будь осторожнее с этим мальчиком, Кэтти, и не отпускай от себя. Либо убей, либо держи на привязи, потому что в его глазах — твоя гибель.

— Ой, да что он может? — рассмеялась Кэтти, но смех прозвучал фальшиво. — Пустышка.

— Возможно, только осторожность никому не помешает. Увы, ты пока не справилась с задачей. Старайся больше, — равнодушно добавила Хайди, попрощалась с бывшей студенткой и поехала решать деловые вопросы. Но мысленно возвращалась к Эжену. Он внутренне очень походил на Нэйтона, вот только Нэйти, как бы сильно ни ненавидел её, не придет мстить. Его глупая мораль не позволит. Нэйт не убийца, что ни говори. Иначе нашел бы способ от неё избавиться. А вот Эжен мысленно подписал Кэтти смертный приговор и готов привести его в исполнение. Опасный парнишка. Он уже все для себя решил.

На этом Хайди решила, что вопрос с Кэтти исчерпан. Информации не будет — значит, и возвращения в колледж тоже. Только исключительно на экзамены, если Хайди будет в хорошем настроении. День покатился по накатанной: дела, дела, дела. А вот вечером госпожа эо Лайт планировала нанести один весьма интересный визит.

Она приказала водителю ехать в старый город. Этот район считался таким же «золотым», как и тот, в котором обитала сама Хайди, но здесь селились не крупные промышленники и дельцы, а члены правительства. К одному из них Хайди и собиралась в гости, чтобы предложить свои условия.

Дом Фернанда эо Фейтера находился в глубине района. Это был большой белый особняк, построенный при прабабке Фернанда. Поговаривали, она обожала белый цвет, поэтому и сам дом, и интерьеры были выполнены именно в нем. И статуи в саду, и скамейки белые. У каждого человека есть своя одержимость, уж Хайди ли не знать? Она уверенно направила автомобиль к воротам.

— Чем могу помочь, госпожа? — вышел навстречу старый слуга. Сам Фернанд разменял седьмой десяток. Видимо, и прислуга тут куковала вместе с ним от начала времен.

— Доложите господину эо Фейтеру, что его просит о встрече Хайди эо Лайт.

Если Хайди не ошибалась — а нюх редко её подводил — Фернанд имеет прямое отношение к белокурой Дее ле Аррет, являясь её дедушкой. Конечно, гостья не собиралась раскрывать свои карты, только прощупать почву, но это обещало стать интересным.

Десять минут спустя ей предложили пройти в дом. Долго же думал старый хрыч! Учитывая, что Винсент эо Дассет роет по его приказу. Но Хайди решила наступить на горло гордости и побеседовать с Фейтером миролюбиво.

Старик ждал в гостиной — белой-белой, до зубовного скрежета. Диваны, кресла, ковры, стены сияли белизной. Ему самому-то не страшно здесь находиться? Фейтер тоже был когда-то белокур, но теперь его волосы отливали благородным серебром. Конечно, его сложно было назвать стариком, но Хайди так нравилось. Зато взгляд у хозяина дома был пристальный, пронзительный. Недаром он уже три десятилетия занимал место в правительстве.

— Госпожа эо Лайт, — кивнул он почти что пренебрежительно, и Хайди уверилась, что торги будут непростыми, если вообще состоятся.

— Господин эо Фейтер, — склонила голову в ответ. — Простите, что отвлекла от дел.

— Чем обязан вашему визиту?

Кто другой уверил бы, что никаких дел и не было, сказал бы, что Хайди очаровательно выглядит, но только не Фейтер.

— У меня к вам деловой разговор.

Хайди все еще держала себя в руках.

— Что ж, присаживайтесь, у меня есть четверть часа.

И угрюмый хозяин дома замер в кресле напротив.

— Дела государственной важности? — уточнила Хайди.

— Именно.

— Тогда я буду говорить кратко. Господин эо Фейтер, вы ведь один из сильнейших иль-тере Тассета.

Фернанд ничего не ответил, и Хайди поморщилась.

— Все знают, сколько вы делаете для нашей страны. Не скрою, я восхищаюсь вами и всегда вижу перед глазами ваш пример.

— Польщен, — буркнул старый интриган.

— И мне подумалось… Тассету нужны перемены, вам не кажется? И кто, как не вы, могли бы открыть для них дорогу?

— Какие именно перемены вы имеете в виду? — уточнил Фейтер.

— Допустим, исключительно мужской состав правительства. Я тоже хотела бы сделать для Тассета все, что в моих силах. Так какая разница, женщина я или мужчина? Но без должной поддержки меня никто не воспримет всерьез, и я надеялась…

— Зря надеялись, — ответил Фернанд. — Ничего не имею против вас лично, госпожа эо Лайт, и уж тем более против вашей идеи, но сейчас не лучшее время, чтобы что-то менять.

— Но почему? — не удержалась Хайди и тут же прикусила язык.

— Потому, что это ни у кого не вызовет отклика. Если Тассету и нужны перемены, то явно не такого характера. Надо что-то решать с ай-тере. Вот где проблема. Но президиум и слышать об этом не хочет. Насколько мне известно, у вас двенадцать ай-тере, Хайди.

— Уже одиннадцать, — недовольно поправила она.

— Не в этом суть. А в том, зачем вам столько.

Хайди удивленно моргнула. Член правительства задает настолько глупый вопрос?

— У вас, насколько я знаю, десять, — хмыкнула она.

— Одна. Я оставил рядом только одну ай-тере, и мы с ней давно хорошие друзья. Не скрою, в вашем возрасте я был столь же непреклонен, как и вы, и уверен: чем больше ай-тере, тем лучше. Их задача — делиться магией, быть дойными коровами, а наша — править миром. Я дорого заплатил за свою ошибку. Надеюсь, вы тоже опомнитесь раньше, чем станет слишком поздно.

— Ай-тере нуждаются в нас!

— Да, и что с того? Мы нуждаемся в них не меньше. Вот где настоящие проблемы, госпожа эо Лайт. А исключительно мужской состав правительства… Действуйте, вам никто не запрещает, но мне сейчас не до вас.

И Фернанд судорожно закашлялся, прикрыв рот платком. Хайди показалось, или на платке остались капли крови? Так вот чем продиктовано желание Фейтера найти единственную внучку. Видимо, ему недолго осталось.

— Недавно я встретилась с Винсентом эо Дассетом, — Хайди решила сменить тему. — И он расспрашивал меня об одной девушке по фамилии ле Аррет. Помнится, ле Аррет был ай-тере вашей дочери.

— И что с того? — хмыкнул Фернанд, буравя её льдистыми глазами. — Моей дочери много лет нет в живых, как и её ай-тере.

— А я думала, что девочку ищете именно вы. У меня много связей в кругах образования, и дотаточно юных иль-тере проходят перед глазаами. Я могла бы навести справки…

— Я никого не ищу, — прервал её Фернанд. — А о том, зачем Винсенту понадобилась эта девочка, лучше спросите у него самого. На этом прошу прощения, мне пора ехать в дом правительства.

— Ах, да, конечно. — Хайди суетливо засобиралась. — Всего доброго, господин эо Фейтер. Если передумаете, вы знаете, где меня искать.

Тот же слуга проводил Хайди к выходу. Автомобиль ожидал у ворот. Иль-тере села за панель управления, посидела немного и с силой ударила рукой по панели. Мигнули кнопки, автомобиль загудел. Старый хрыч! Мерзкий сморчок! И ведь Хайди тоже нужна ему, так почему не уступить немного? Еще и эти странные речи об ай-тере. Можно подумать, что-то изменилось от того, что его дочь пала в объятия своего ай-тере и, видимо, родила ему ребенка. Учитывая, что жила парочка скрытно, вряд ли папа одобрил союз. Теперь вот жалеет и ищет девочку. Только что толку? Маразм чистой воды.

Ничего, Хайди справится и без Фейтера, просто он был удобной кандидатурой. Но и он никогда не узнает, где его Дея. По крайней мере, в ближайшие год-полтора, а за это время Фейтер явно отправится на встречу с дочерью.

Эта мысль успокоила. Хайди взглянула в зеркало, поправила волосы и повела автомобиль к офису. Еще пачка бумаг, долгие нудные переговоры — и на сегодня все. Жаль, что такой хороший план провалился. Но ничего, не вышло с Фейтером — выйдет с кем-то другим. Надо только присмотреться.