Глава 12

Утро я встретила на носу корабля.

Обычно женщины на мостик не допускались, но капитан махнул рукой и разрешил. Мол, маг – это не совсем уже и женщина, кто не верит, может уточнить у самого мага.

Я ехала домой. В Раденор.

Алекс лично проводил меня на корабль, лично вручил стопку учебников и даже свиток с записями. Упражнения.

А что – не бездельничать же на обратном пути? Учись, Шани! Расти и развивайся.

Что ж, я была не против.

Я уже прошла большой путь от дочери лесника до Шайны Истарской, и мне предстояла еще более длинная дорога. Длиной в целую жизнь.

* * *

Алекс провожал взглядом корабль, который уносил Шани, пока тот не скрылся за горизонтом. А потом повернулся к Рику.

– Все готово?

Рикард Альдез, капитан королевской гвардии, личной гвардии для особых поручений, улыбнулся.

– Готово, Алекс. Двести человек ждут приказаний.

– Тогда начинаем. Думаю, этой ночью в гавани Риланы случится беда.

– Корабли погорят, – понимающе кивнул Рик. Да, беда…

У Риолона.

Во дворце до сих пор царила суматоха, придворные делили корону, прямых-то наследников не осталось, а дальние…

Кого сам Дарий перевел без излишней родственной приязни, кого в столице не было. Пока доедут, пока корону на голову взгромоздят, пока еще с остальными поссорятся…

Благодаря информации из головы начальника охраны Алекс прекрасно представлял себе расклад.

Месяца два у него было, может, даже больше. За это время ему надо пройтись по Риолону огнем и мечом, совершить несколько рейдов, запугать всех и предложить новому королю, кем бы тот ни оказался, мир на своих условиях.

За кусок земли. Хороший такой…

Сразу поглотить весь Риолон будет сложно, а вот отгрызать постепенно…

И ни к чему Шани это видеть.

Грязь, кровь, смерть, боль… в ее жизни это уже было и еще будет. Но если он может защитить от чего-то свою женщину, так тому и быть. Он не станет водить ее, как собаку на сворке, хотя для самых гадких сторон человеческой натуры Шани еще не выросла.

И не стоит заменять временную, в силу обстоятельств, ожесточенность на цинизм. Ни к чему марать ее в той грязи, которая называется политикой.

Алекс утвердительно кивнул.

– Маги огня?

– Готовы. Все трое.

– Воздуха?

– Тоже.

– Значит, завтра, ближе к полуночи…

Улыбки у мужчин были хищными. Волчьими.

Любовь?

Война! А любовь – потом. В послевоенное время!

* * *

Дом.

Место, где пахнет пирогами, и кожей, и почему-то лесом… такой сложносочиненный аромат дома. Для каждого дома он свой, а в нашем уже поселился наш, родной…

Тот, к которому я привыкла.

И пироги были мамины, и Корс вис у меня на шее…

– Шани!

– Папа! Мама!

Я обняла всех – и разревелась в три ручья.

Дома. Там, где меня любят. Где мои родные и близкие. А где стоит этот дом? Да хоть бы и на вершине горы, не важно!

Стоило ли ехать куда-то ради этих минут?

И снова – да!

Успокоиться удалось еще не скоро. Родители рассказывали новости.

Они быстро освоились в Раденоре. Отец нашел работу, правда, не лесничего, но чучельник из него тоже хороший и скорняк – он подрядился шкуры выделывать. Не на грубую, дубить-то их и подмастерья могут, а вот сделать так, чтобы кожа была мягче масла, а мех можно было через кольцо протащить…

Папа мог. И неплохо зарабатывал, на семью хватало.

Мама пока сидела дома. Ребенок рос, не по дням, а по часам, и угрожал родиться раньше срока. Она не боялась. Рожать рядом с магом жизни – это как получить благословение Светлого. А Ветана забегала время от времени и обещала быть рядом.

Корс пропадал то в лечебнице, то в школе, то учился у отца, то учил языки…

Все были на своем месте и при деле.

Дом.

А на следующий день меня ждал его величество.

* * *

– Здравствуй, Шани. Проходи, садись.

– Спасибо…

– Эрик.

– Спасибо, Эрик.

– Расскажи мне, что было в Риолоне. Пожалуйста.

По форме – просьба, по сути – приказ. Я не стала ничего скрывать. Даже память короля и его начальника охраны отдала. Эрик поблагодарил и пообещал заняться позднее. Как с головной болью справится.

– Шани, а у меня просьба.

– Какая?

– Анри.

– Что с мальчиком? – насторожилась я.

– Ничего страшного, все в порядке. Но мне бы хотелось, чтобы ты его еще посмотрела. Может, сможешь чем помочь?

Я кивнула.

Там, в Риолоне, я для Алекса бесполезна. Но могу оказаться нужной и незаменимой здесь, вот!

Эрик улыбнулся. Благодаря опыту, его величество был полностью в курсе моих мыслей.

– Молодец, девочка. Так и надо.

И я улыбнулась в ответ.

И вдруг подумала. А ведь если что… Его величество тоже станет частью моей семьи. Да? Или нет?

– Почему у тебя такое лицо, Шани?

– Эрик, а если у нас с Алексом что-то сложится?.. – выпалила я. И даже зажмурилась от собственной наглости.

Ответом мне был тихий и очень мужской смешок.

– Буду с радостью называть тебя дочкой, Шани. А ты против?

Нет. Просто в голове как-то не укладывалось. Где я, а где король?

– И что в этом страшного? Где – ты? Ты умная и красивая девушка, к тому же с таким приданым, от которого ни одно королевство не откажется. Даже будь ты беднее храмовной мыши.

Магия разума. Моя и моих детей. Ну да, такое не выкинешь…

– А не будь я магом разума?

– Не будь я полудемоном?

– Вы все равно останетесь королем.

– И Дарий им был. Шани, нет смысла гадать, что было бы, если бы… Надо просто жить.

– Вот так – просто?

– А еще получать удовольствие от жизни. Быть счастливой, сделать счастливыми других людей…

– С последним у меня плохо.

– Почему?

– Магия разума не делает никого счастливым. Наоборот.

– Ошибаешься, Шани. Люди не сразу это понимают, но поверь, жить во лжи – тяжко и больно. Без нее лучше. Ты помогаешь людям увидеть тяжелую, но очень необходимую правду. Тебя не благодарят, ну так и лекаря ругают за горькие лекарства. Ничего, выздоровеют – поймут.

– Или побьют.

– А ты уворачивайся. Хочешь, устрою тебе уроки самообороны?

– Хочу!

– Договорились. Сходи тогда к Анри, а я пока подумаю.

Я кивнула и попрощалась.

Самооборона?

Да, и она тоже.

А еще: история, литература, этикет, чистописание и арифметика, и куча всего полезного. Учиться и учиться.

Не потому, что я себя чувствую недостойной Алекса. А чтобы ему было со мной интересно.

И потому, что мне интересно. Раньше я думала, что мир маленький. А оказалось, что он огромный и красивый, и жестокий, и быть в нем необразованной дурочкой – стыдно.

Я зашла в комнату Анри.

Внешне мальчик ничуть не изменился. Только сейчас он не был прикован к кровати.

Он сидел на ковре, рядом с ним сидел Томми и с небывалым терпением подавал Анри ярко раскрашенные кубики. А тот медленно, высунув язык, складывал их один на другой. И глаза у него были умные и веселые. Хорошие такие глаза.

Нормального ребенка. Только маленького пока. Зато живые, веселые и умненькие.

Я села рядом.

– Как вы тут?

– Учимся, – отозвался Томми. – Здорово получается, он просто не по дням, а по часам растет.

Я улыбнулась. И тоже протянула Анри кубик.

Мальчик с подозрением покосился на меня, но кубик был красивым, ярко-желтым, и он решился. Взял его, приладил на одному ему ведомое место, улыбнулся.

– Кубик!

Я улыбнулась в ответ.

– Молодец. А какого цвета?

– Леный…

– Цвета мы пока не знаем, – вздохнул Томми. – Не все сразу. Даже говорит пока плоховато.

– Поправим, – кивнула я.

И попробовала воздействовать своей магией. Легонько, совсем чуть-чуть, чтобы не навредить…

Моя магия сделала из Анри нормального ребенка, но теперь ему надо шесть лет наверстывать. Ускорить? Сильно не получится, но помочь немножко…

Разум ребенка очень легко и быстро воспринимает любые знания – он ведь чистый, словно лист. Ему все надо, все интересно, все любопытно. Если чуть-чуть подтолкнуть его развитие, просто помочь…

Только надо очень осторожно. Ненадолго, может, на полчаса все ускорить, а потом сделать, как было. Попробовать поработать в связке с малышом, подтолкнуть его разум – своим…

Я могу это сделать.

Томми не мешал, когда я брала малыша за руку. Он чуть напрягся, почувствовав мою магию, но и только. Я не причиню вреда, он понимал это.

Шаг, другой… так детей учат ходить.

Осторожно, малыш, держись пока за мою руку. Ты еще маленький, и ножки заплетаются, тебе сложно, ты готов упасть и отвлекаешься быстро, и не все тебе интересно. Но я рядом.

И моя рука подхватит тебя, не давая разбить нос.

Пойдем, я покажу тебе то, что вижу сама, и расскажу о цветах, о красках мира… Это – для начала. А потом будет что-то еще.

Мы будем учиться вместе, малыш. И все у нас будет хорошо.

* * *

Когда я вышла из транса, Анри прилаживал на место следующий кубик.

Томми подмигнул мне.

– Какого цвета кубик?

– Фио-е-то-во-го.

Анри произнес сложное слово четко и ясно, подумаешь, чуть-чуть смазал. А кубик и правда был фиолетовым, как лепестки фиалки.

– Здорово! – высказался Томми. – Шани, ты еще придешь?

– Конечно. Завтра или послезавтра.

– Вот и отлично! Я страже скажу, и дяде Эрику, и маме…

Я улыбнулась. Потерла висок. Головной боли не было. Это хорошо.

Да, надо навещать малыша. И помогать надо. И о работе забывать не стоит…

Жизнь постепенно возвращалась в прежнюю колею. Расследователи, которые чуть не задушили меня на радостях. Суд. Там меня тоже мечтали задушить, но уже не от счастья.

Лечебница. Помочь я могла не всем – но сколько ж у нас людей уходят в сумерки своего искалеченного сознания? Люди иногда просто не способны выдержать давления этого мира, оказываются слабыми и спасаются, как могут.

Ничего. Справимся.

Душу исцелю я, а для остального есть закон. Это Раденор, тут он для всех одинаков.

И раз в два дня, чаще не стоило, я наведывалась поиграть с малышом Анри. В результате он освоил счет и алфавит, примерялся к кисточкам для рисования и пробовал писать.

Эрик был доволен.

А я…

Я чувствовала, что я – дома. И счастлива.

* * *

– Поздравляю, у вас сын.

Мама приняла на руки маленький пищащий комочек. И улыбнулась. Отец подошел сзади и обнял ее.

Пусть это чужой ребенок! А все равно – мамин, значит – наш.

Вета деликатно вышла, в дверь просунулся нос Корса.

– Как тут?

– Будешь братца учить стрелять из рогатки, – хмыкнула я.

– Брат? Отлично! А то была б еще одна Шанька…

Я прищурилась на Корса, прикидывая, что с ним сделать. Подзатыльник бы дать, да тянуться лень. Или подушкой кинуть? А стирать потом кому? И мелкий опять же рядом, напугаем еще, разорется… Ладно, расквитаемся.

Вместо нотаций я прищурилась на малыша и поняла, что не ошибалась.

– Мам, пап, вам с ним интересно жить будет.

– Шани? – Мама поняла, но верить ей не хотелось.

– Да, мам. Я же вам говорила – у него тот же дар, что и у меня.

Отец едва не застонал. Я улыбнулась.

– Ничего страшного. Блокиратор я не потеряла, отдам. С малышом справимся все вместе. Учить будем, воспитывать…

Разве плохо? Еще один маг разума в семье!

Чудовище?

Сами вы… три дня не умывались! Сила – как лопата, можно человека закопать, можно землю вскопать. А уж куда ты ее применишь – дело твое.

Я себя нашла, мне нравится. Глядишь, со временем и еще что приложится.

– Не похож он что-то на мага разума, – Корс склонял голову то к правому, то к левому плечу, смотрел с сомнением.

– А на кого он похож?

– На червяка, – приговорил братец. – Такой же противный.

– Ты такой же был, – рассмеялась мама. – Один в один.

– Не верю! Ты меня просто стыдишь, – заявило маме это чудовище.

Я все-таки не удержалась. Прежде чем Корс успел понять, что происходит, его левая рука взлетела вверх, и сильно дернула братца за ухо.

– Цыц, охламон!

– Унижают! Оскорбляют! Развели тут магов разума!

Но вопил братец больше из вредности. И не громко, чтобы малыша, который сейчас крепко присосался к маминой груди, не напугать.

– Бойся тише, завидуй громче, – посоветовала я.

Корс показал мне язык. И так это было уютно, по-домашнему…

Стоило пройти через все испытания, чтобы осознать ценность того, что у меня было. Родные, близкие, любимые… Что еще-то надо? Да ничего. Или все-таки надо?

Я задумалась.

Кстати, его величество сильно обрадуется известию о новом маге разума.

* * *

Во дворце на меня хоть и косились, но не нарывались. Хотя приходила я как есть. Ни богатого платья, ни шелков, ни бархата. Сукно, хотя и добротное, никаких украшений. Одежда зажиточной горожанки, даже не купеческой дочки – те на себя больше золота и камней навешивают.

Но придворные даже не заговаривали со мной.

Я их понимала. Сплетни летают быстрее птицы: кто-то сказал, кто-то подумал… Откуда известно стало? А, ветром надуло. Им не только детей, но и мысли надувает, как известно.

Маг разума.

Монстр, чудовище, и вообще… разум-то у всех есть. А что там, внутри? Сколько людей ни вижу, а святых не попадалось. Есть похуже, есть получше…

– Доброго дня тебе, чадо Светлого.

На холопа я чуть лбом не налетела от неожиданности. Но быстро опомнилась, поклонилась.

– Благословите…

– Да пребудет с тобой Его свет.

Я пристально рассматривала святошу. Невысокий, седоватый, с яркими карими глазами.

Заговаривать не собиралась, молча ждала. Но долго меня неизвестностью томить не собирались.

– Не ты ли тот самый маг разума, о котором столько слухов?

– Я маг, – подтвердила я. – А за слухами – не ко мне, к тем, у кого совести хватает их распускать.

– Люди несовершенны.

– Да, я тоже это подозреваю, – охотно согласилась я.

Холоп понял, что с меня взятки гладки, и перешел к конкретике:

– Маги в Раденоре обычно заходят в храм, а вот ты еще ни разу там не бывала, чадо.

Я пожала плечами.

– Не бывала.

– У тебя есть предубеждение против Храма?

Я задумалась. Ну и заодно быстро заглянула в эмоции и мысли холопа. Да, бывают и такие. Неглупый, честный, очень порядочный. Потому и выше холопа не поднялся, да ему и не нужно. Его задача – людям свет нести, а не храмовной кухней заниматься.

Но…

– Вас попросили со мной поговорить, верно?

– Верно, чадо.

– Передайте, пожалуйста, этим людям, что я уже сделала свой выбор.

Храмовник прищурился.

– Ты так уверена…

– Не я, – просто объяснила я. – Вы сами. Вы хоть и оправдываете своих братьев по вере, хоть и стараетесь видеть в них хорошее, а в глубине души многое понимаете. Видите, подмечаете. Не обессудьте, я не хочу тратить время зря.

– Зря?

– Если человек говорит одно, а думает другое, смысла в нашем разговоре не будет.

– И я тоже говорю не то, что думаю? – Храмовнику было искренне интересно.

– Вы – нет. Но вы ведь достаточно одиноки, я вижу это в вашей памяти. Вы искренни со мной, но задаетесь вопросом, насколько эти люди были искренни с вами.

– Ты страшный человек, Шайна.

– Я? Чем же?

– Ты видишь в людях столько плохого… сколько времени пройдет, до того как ты их возненавидишь?

Я от души рассмеялась.

Когда-то я задавала себе этот вопрос. Когда не понимала, как можно с этим жить.

Давно.

Зря.

– Я никого не возненавижу за мысли. За дела – да, это другой вопрос. А мысли… что – мысль? Я и сама не без греха.

– Но ты видишь грехи других людей.

– Но у меня нет права карать за них, – просто ответила я. – Я могу только рассказать, а приговор вынесут люди.

– Это страшно.

– Подличать, убивать, предавать – не страшно, а говорить об этом страшно?

– Ты молода, Шайна, и многого не понимаешь… Но с возрастом приходят цинизм, жестокость, коварство, которые обуглят твою душу. И она почернеет…

И ведь он был искренним. Этот человек действительно беспокоился о моей душе.

– И рассыплется, – кивнула я. – Вы никогда не думали, что наш король видит куда как побольше гадости?

– Король?

– Вы просто никогда об этом не задумывались. А ведь все просто. Чтобы душа не сорвалась и не разбилась о камни, как корабль во время шторма, она должна иметь свои якоря. Или паруса. У меня таковые есть.

– И какие же, если не секрет?

Я улыбнулась.

– Раденор. Я люблю эту страну, этот город, это море. Я головы оторву тем, кто попытается ее разрушить. Для начала.

И пустой угрозой это не было.

Пусть не оторву – возможно, сил не хватит? И не надо! Прикажу – сами себе головы поотпиливают!

А еще у меня есть родные и близкие, есть папа, мама, два братика… И да, я надеюсь, что есть Алекс.

И малыш Анри, и Томми, и Ветана с Рамоном, и Эрик… Как неожиданно я обросла близкими людьми… Но я не против! Мне это нравится! И то, что большая часть близких маги, – тоже. По крайней мере, мне не придется рыдать на их могилах, да и беспокоиться за них буду меньше. Маги себя защитить умеют.

Но вслух я этого не произнесу. Ни к чему такая информация тем, кто стоит за этим человеком. А вот Раденор – это серьезно.

– Ты здесь так недавно и уже успела полюбить Раденор?

– Это единственное место в мире, где на меня смотрят как на человека, а не как на чудовище, – объяснила я. – Что еще нужно?

– Как на человека, которого можно использовать.

– Всех нас используют в своих целях. Но не стоит забывать – мага разума лучше использовать в открытую. Он ведь до всего докопается, – усмехнулась я.

Спорить с этим храмовник не стал. Медленно опустил голову, соглашаясь с моими словами. Я коснулась его руки.

– Не переживайте. Ваша миссия не завершилась неудачей, просто договариваться придется не со мной, а с его величеством.

– Шайна, ты же знаешь норов его величества.

Я улыбнулась.

– Некроманты добрыми не бывают. Но если тот, кто стоит за вами, не работает против Раденора, чего ему бояться?

– Что его неправильно поймут?

– Тогда не стоит путать личный карман с государственным, – улыбнулась я. – Простите, мне пора.

Надо рассказать об этом Эрику.

* * *

Его величество выслушал отчет с интересом.

– Знаешь, Шани, это даже забавно.

Я подняла брови, показывая, что ничего забавного не вижу.

– Пытаться управлять магом разума.

– Вы этого не делаете.

– А они думают, что делаю. И прощупывают почву.

– Может, их просто убить?

– Шани, всех мы не перебьем, а работать с кем-то надо. Лучше уж эти, по крайней мере, мы знаем их слабости, их уязвимые места…

Я медленно кивнула.

– Я понимаю.

– Не бойся. Я смогу защитить и тебя, и твоих близких.

Я потерла лоб.

– Я… не то чтобы я боюсь. Мне здесь хорошо, я не хочу, чтобы это разрушили.

– Я знаю. И буду беречь Раденор. Я, а потом Алекс.

– Я постараюсь помочь, – тихо сказала я.

Его величество молча смотрел на меня несколько минут.

Он знал, что я знаю, что он знает…

Да, меня попытаются перетянуть на свою сторону. Мной попытаются управлять. И мужчин в постель подсунуть – в том числе. Несложно ведь. Они управляют моим любовником, а тот управляет мной.

Уже не получится.

Сегодня я внятно заявила о своей позиции, так что… поостерегутся. А убивать меня…

Можно. Но сложно, да и смысла нет. Уже нет, ведь есть мой брат. Рано или поздно убийц найдут, и тут такое начнется…

Свое полудемоны оберегать умеют. А я уже давно – их.

– Ты уже помогаешь. Как там Анри?

– Развивается. Сейчас ему по уму года три, не меньше.

– Потрясающий прогресс.

Эрик улыбался. И я понимала – у него камень с души упал. Все же внук, родное существо, и – безумное. Сын переживает, сам Эрик переживает… тяжко.

– Алекс будет доволен.

– Он скоро возвращается.

– Да? – вырвалось у меня. – Простите… не мое дело.

– Твое. Шани, хочешь встретить его на пристани?

– Я?

– Ты, Анри, ну и меня возьмите, – улыбнулся Эрик.

Я прищурилась.

– Вы нас, часом, не сватаете?

– Ты же маг разума, разве не понимаешь?

– В мыслях близких не копаюсь.

– А близких и встретить можно.

Полудемон.

Вслух я этого не сказала. Но кивнула.

– Я подумаю, хорошо?

– У тебя еще есть пара дней.

Я поблагодарила и отправилась к Анри. Заниматься с малышом.

А еще хорошо бы мне с кем-то посоветоваться. И мама тут не помощник. Замечательная она у меня, но младенец, знаете ли…

Да, младенец. Который то орет, то ест, а иногда еще и спит. И в эти минуты надо сделать все по дому и хорошо бы самой поспать, и… Маме сейчас просто не до меня.

А к кому еще пойти, посоветоваться?

Глупый вопрос. Ответ-то очень простой…

* * *

– Вета, можно?

С Ветаной мы разговаривали уже вполне дружески.

Слуги тоже без разговоров провожали меня к герцогине и даже улыбались. Вот и сейчас…

Вета сидела в кресле с ногами и читала книгу. При виде меня она улыбнулась и помахала рукой.

– Привет, Шани. Проходи!

Книга была отложена в сторону. Я заметила на обложке вытисненное изображение скелета.

– Некромантия?

– Почти. Мастер Альрен жил около ста лет назад. Он действительно был некромантом и на зомби изучал строение человеческого тела. Вот, книгу написал.

Я кивнула.

Да, Вета маг жизни, ей это позарез знать надо. Лечить людей сложно, я бы не сумела. Это не в грязных душах копаться.

– Что-то случилось?

– Почему ты считаешь, что случилось? – заинтересовалась я.

Вета рассмеялась.

– Шани, милая, ты замечательный человек, но ты такой ребенок! Ты не придешь просто так, попить со мной взвара, во всяком случае – пока. У тебя слишком насыщенная жизнь для светских сплетен. А вот когда что-то случится…

Вета замолчала, многозначительно глядя на меня.

Я кивнула.

– Да. Я хотела посоветоваться.

– Насчет?

– Алекса.

Ветана подняла тонкие черные брови. Вышло это удивительно аристократично.

– Он тебе не нравится?

– И ты туда же! – чуть не застонала я.

– А что в этом такого? Я давно знаю Алекса и уверена – он станет замечательным мужем и отцом. Что в этом плохого?

– Он – принц.

– А ты – маг разума.

– И некромант.

– И полудемон. Это важно? – Ветана внимательно наблюдала за мной.

Я заметалась по комнате.

– Вета… я просто дочь лесника. Считай – крестьянка.

– Это преодолимо при определенных усилиях. Для тебя, кстати, наименьших.

– Меня никогда не примут.

– Кто? Шани, да Алекс скажет «цыц» – и весь высший свет будет прыгать и квакать.

В этом у меня сомнений не было. Но…

– Думать-то не запретишь.

– Тебе так важно, что о тебе думают?

– Н-нет…

– Тогда чего ты переживаешь? – Вета вздохнула. – Шани, милая, это вот оттуда, из деревни. А что о тебе люди скажут? А что подумают… есть такое?

– Есть.

– Это – бессмысленно. Для всех ты хорошей никогда не будешь.

Я вспомнила Милаву Лемерт.

– Согласна.

– Поэтому будь хорошей для тех, кого любишь ты. Этого достаточно.

– Не для тех, кто любит меня?

– Нет, Шани. Твоя любовь – твой выбор. Твоя ответственность, твоя вера, твое счастье… и я тебе даже немного завидую.

– Почему?

Вот уж что в голове не укладывалось.

Вета?

Мне завидует?

Непредставимо!

– Тебя нельзя обмануть. Рано или поздно ты все узнаешь. А я… я могу только лечить людей.

– Ты возвращаешь им самое важное в мире – здоровье.

– Я – телесное, ты – душевное. Разве не так?

– Так. – Я вспомнила мальчишек, которые некогда избили Корса. – Наверное, это правильно.

– Это – наше право, наша дорога и наша ответственность. Наш тяжелый груз, Шани.

Я вздохнула.

– Но это не отвечает на мой вопрос.

– Разве? – искренне удивилась Вета. – Ты несешь свою ношу. Ты приняла ее и взвалила на себя ответственность. Алекс делает то же самое. Разница только в статусе, но для магов это очень вторично.

– И в возрасте, и в опыте…

– Шани, это так легко наверстать, если ты сама пожелаешь.

Вета улыбнулась.

– Наверное…

– Подумай лучше так. Рядом с этим человеком твоя жизнь станет беднее – или богаче? И я не о деньгах сейчас говорю.

Я понимала. И думала серьезно.

– Богаче. Ярче, сильнее, я даже не сомневаюсь.

– А если его убрать из твоей жизни? Навсегда? Ты этого хочешь?

– Нет. – Ответ вырвался раньше, чем я успела его обдумать.

Вета развела руками.

– Видишь? Ты сама все понимаешь…

– Ты решала так же… с Рамоном?

Вопрос получился откровенно бестактным. Но Вета не обиделась.

– У меня не было особенного выбора. Но примерно – да. С ним моя жизнь стала более… настоящей.

Я задумалась.

– Алекс не станет навязываться, я его знаю. Так что – решай для себя. И… Шани, ты сейчас решаешь даже не о том, чтобы стать его женой. Ты решаешь – достойна или нет принять его предложение.

– В чем разница?

– Я не просто жена. Я друг, соратник, союзник, я та, что стоит за плечом мужа, оберегая его спину. И я поняла это благодаря тебе. Это не совсем любовь, это немножко больше. Алекс предлагает тебе попробовать. Получится? Хорошо. Нет? Ты будешь свободна.

– Со шрамами на сердце.

– Магу разума бояться не справиться со своим разумом?

– Я пока не готова.

– Я знаю Алекса, Шани. Поверь, он не спросит больше того, что ты сможешь отдать. Все будет очень медленно и постепенно. Никто тебя завтра же в храм не потащит. А вот учиться, работать, расти – это все будет. Если ты сама захочешь. И – да! Рядом с Алексом. Я надеюсь, против этого ты не возразишь.

Мне оставалось только вздохнуть.

Решай…

Это ведь не игрушки. Это навсегда, на всю жизнь, по-настоящему…

Хотя и с Михом я думала – навсегда, а как получилось?

Но это другое, совсем другое. Рядом с Михом я бы… я бы просто жила. Не развивалась, не шла вперед, застыла бы в золотистом сиянии его любви, как бабочка в янтаре, и боялась бы что-то поменять.

Была бы я счастлива?

Возможно.

А что меня ждет здесь и сейчас? С Алексом?

Море.

Буря и шторм. Вечное движение вперед, иногда тяжелое, иногда сквозь стиснутые зубы, на пределе сил… есть ли покой в буре?

Нужен ли мне покой?

Сейчас уже – нет. Может быть, лет через пятьдесят, семьдесят я захочу отдохнуть. Тогда и будет видно.

Новая я, такая, как сейчас, выбирает штормовое море. И я не стану жалеть о своем выборе.

Мне будет сложно, трудно, каторжно тяжело, ну так что же? Зачем мы приходим на свет? Чтобы полностью отдать себя, свой дар, свои таланты миру. И я хочу это сделать.

– Вета, спасибо…

– Не за что, Шани.

* * *

Вечером я сидела на заднем дворе, на поленнице. Корс подошел и уселся рядом.

– Чего грустишь?

Я привычно взъерошила брату волосы.

Как же ты вырос, малыш. И даже не в возрасте и не в росте дело. Дело в опыте, который мы с тобой приобрели на двоих.

– Думаю.

– Если девчонка сидит грустная, значит, думает о парнях.

Я рассмеялась.

– Мудрец мелкий.

– Сама ты… угадал?

– Да.

– Александр Раденор?

Я подняла брови.

– Как ты догадался?

– А чего тут не догадаться?

– Родители молчат.

– Им сейчас не до того. А так тоже заметили бы, – махнул рукой Корс. – Он тебе нравится?

– Да.

– А ты ему?

– Тоже…

– Ну и чего ты переживаешь?

– Потому что он принц? Потому что он раза в три меня старше? Потому что он некромант?

Корс махнул рукой.

– И что? Шань, ты подумай сама, мужик солидный, основательный, сына любит, за хозяйством следит, руки-ноги-голова на месте, а что некромант… так дар не выбирают. Ты тоже не маргаритка на лужайке. Как Ленера приложила, бедняга небось до сих пор костей не собрал.

Я хмыкнула.

До того забавно выглядел братец, на манер деревенского старика рассуждающий о сердечных делах…

– А если я ему надоем?

– Уйдешь – и все. Тебя что, за шею привяжут?

– Есть и другие способы.

– Так ты же маг разума. Ты уже от них защищена.

– Читать мысли близких?

– Если они против тебя злоумышляют, значит, они уже дальние. Так что не бери в голову. Мужик тебе нравится, к сыну его ты привязалась…

– Откуда?..

– Только и слышно, Анри то, Анри се… Короче – надо брать.

Я рассмеялась и крепко поцеловала Корса в нос.

– Ты мое чудо.

– А то ж! Любите вы, бабы, все усложнять. Какие-то метания, борения… а дело-то всяко проще.

И ведь прав был, паршивец.

* * *

– Шайна, поздравляю тебя с титулом Истарской, – Эрик протянул мне документы.

Я посмотрела вопросительно.

– Алекс прислал с гонцом. Он сам будет через три дня, а бумаги – вот.

– А… что в Риолоне?

– То, что мы и думали. После смерти Дария начался разброд. Под шумок Алекс навел шороху на побережье, сжег половину риолонского флота и так зашугал придворных, в том числе канцлера и министров Риолона, что те и с коронацией поторопились, и кусок земли согласились уступить. Небольшой такой, примерно треть королевства.

Я представила, какую прорву сил пришлось приложить Алексу, сколько сделать и как, – и невольно поежилась.

– Там земля от крови промокла?

– Примерно. Но могу тебя заверить, что мирное население не пострадало. Разве что по случайности.

– Не было там проблем?

Эрик покачал головой.

– Истарских больше нет. Там осталось две девицы, от Эрона Истарского, но их Храм под себя подгреб. Одна уже замужем, вторая собирается… наследовать титул они не могут.

– Почему?

– Потому что графство Истарское теперь на наших землях, а обязательное условие – переход в раденорское подданство и брак, с кем прикажу.

– Думаете, Храм на это не пойдет?

– Уже не пошел. Так что – владейте, графиня.

Мне оставалось только кивнуть и принять тяжелый свиток с гербовой печатью.

– Благодарю вас, ва…

– Не утруждайся. Я и так все это знаю, не раз слышал. Пойдешь встречать нашего героя?

Вопрос один. А смысл другой. Но я все равно кивнула.

– Да.

И Эрик от души улыбнулся. Засветились теплотой глаза, преобразилось лицо…

– Вот и хорошо, девочка. Добро пожаловать в семью.

И я улыбнулась в ответ.

– Пойду я, с Анри пока повожусь. Такой чудесный мальчишка растет!

– А потом еще к придворным портным загляни. Пусть подберут для тебя подходящие выкройки.

– Зачем? У меня все есть…

– Я не имею в виду придворную одежду. Но ты видела, как одевается та же Ветана?

Я кивнула.

Очень просто, скромно и дорого. Каждая линия ее платья просто кричит о титуле и деньгах.

– Видела.

– Вот и начинай учиться.

Я вздохнула.

Не будь я магом разума, могла бы и обидеться. А Эрик вполне серьезно считал, что я красивая девушка и меня надо украшать. Вот так.

Без корысти и потаенных мыслей.

И раз уж я графиня Истарская, надо соответствовать.

* * *

Ровно через три дня мы стояли на пристани. Мы втроем.

Эрик, я, между нами стоял на собственных ножках Анри. Он крепко держал за одну руку меня, за вторую деда и смотрел на море завороженным взглядом.

Кажется, в королевской семье будет еще один моряк.

Эрик был в простой черной одежде, от обычного дворянина его отличал лишь тонкий обруч короны, я – в длинном светло-зеленом платье, пошитом в спешном порядке королевскими портными. Малыша Анри нарядили в матросский костюмчик, понятно, на несколько порядков дороже обычного.

Медленно, очень медленно корабль шел к причалу.

А потом от него вдруг отделилась фигура мужчины.

– Алекс? – ахнула я.

– Да, немного он летать умеет, – подтвердил мне Эрик, не отрывая от сына глаз.

Я так и поняла. На небольшие расстояния, если подходящий ветер… чего тут больше: полета или магии?

Наверное, и то, и другое.

Минута – и Алекс опустился прямо перед нами, на глазах изменяясь, складывая крылья как плащ.

– Отец!

Эрик улыбнулся и подтолкнул вперед Анри.

– Смотри, кто тебя встречает.

– Па-па!

Алекс рассмеялся от счастья и подхватил малыша на руки.

– Да! ДА!!!

Я смотрела на них и чувствовала, как в груди разливается что-то такое теплое…

Какие же они замечательные! Как хорошо, что я – здесь.

И когда сияющие голубые глаза Алекса поглядели на меня, задавая вопрос, понятный и без магии разума, я улыбнулась в ответ.

Мы сумеем быть счастливы.

– Да.

И этого было достаточно для уверенности в будущем.