Эпилог

13 лет спустя

Маленькая темноволосая девочка с ярко-синими глазами была очень занята. Высунув язык и придерживая пухленькими ручками короткий подол платья небесно-голубого цвета, она прыгала по белым квадратам, украшающим главную площадь у древнего храма Лаари, и громко считала:

— Один, два, тли!

Её хвостики прыгали вместе с ней, поднимаясь и опадая.

— Доброе утро, лэра, — поздоровался со мной проходящий мимо мужчина.

— Доброе, — отозвалась я, вежливо улыбнувшись, и снова перевела взгляд на дочку. — Этель, не убегай далеко!

Малышка вскинула голову, сбиваясь со счёта, и кивнула мне с самым серьёзным видом. Я знала, что здесь, в Райго, обновлённой столице Ардана, ей ничего не грозит, но страх никуда не делся. Даже спустя столько лет я иногда просыпалась ночами, на цыпочках шла в детскую и подолгу смотрела на своих девочек.

Та война не закончилась и для Итана, его всё ещё продолжали мучить кошмары. Сейчас уже реже, но в первые годы ему приходилось даже спать отдельно от меня. Тяжелые стоны, переходящие в крики, холодный пот, текущий ручьями по телу, и жуткая дрожь, словно он никак не мог согреться.

— Я помню, каково это — быть монстром, — глухо признался мне Итан где-то через полгода после победы. — Помню холод у сердца. Боюсь открыть глаза и понять, что ты мой сон, ты и наш ребёнок, — шепнул он, накрывая ладонью мой живот. — Не хочу подвергать вас риску.

— Мы справимся, обещаю, — сжимая его руку, прошептала я. — Обязательно справимся.

Дар пропал не только у меня.

Лаари сказала правду: послушниц больше не было. Мы не могли призывать силу, творить чудеса, но кое-что было нам под силу. Память осталась. В ход пошли настойки, травы, целебные снадобья и так далее.

А через год оказалось, что нужны и школы для одарённых детей. Совсем как когда-то рассказывала Лаари. Одни умели вызывать пламя, другие превращать воду в лёд, третьи умели летать.

Это невероятно, но магия не совсем ушла из нашего мира, она преобразилась, наделив даром рождённых детей. Наша старшая дочь Ивана была именно такой. Но еще большим шоком для всех стало, когда выяснилось, что новыми способностями могут обладать и мальчики.

Когда у старшего сына Блейна и Тунисы обнаружились способности (он в три года поджег у всех на глазах свою игрушку), мы долго не могли проверить в происходящее. Все привыкли, что силой обладают только девочки, отмеченные печатью Лаари, а мужчины были воинами, ликанами, умеющими обращаться в зверей. Они, кстати, этого навыка лишились, вернувшись к истокам. Хищник остался, но внутренний зверь, дающий невероятную силу, выносливость, регенерацию и скорость. Ликаны долго привыкали к изменениям, как и послушницы.

— Мам, цветочек!

Этель подбежала ко мне, протягивая небольшой букетик из пёстрых соцветий.

— Мне дядя подарил, — сообщила малышка, широко улыбнувшись.

Я проследила взглядом и увидела проходящего мимо Динара. Он когда-то сопровождал нас до Ардана, а сейчас занимался продажей цветов и букетов.

— Света и жизни, лэра Айвири, — приподнимая шляпу, произнёс он.

— Жизни и света.

— Класивый цветочек, — залепетала дочка, забираясь ко мне на колени. — Подалим папе?

— Обязательно, — отозвалась я, обнимая её и чуть наклоняясь, вдыхая аромат моей малышки. — Думаю, ему очень понравится.

Как же вкусно она пахла, словно маленький пушистый цыплёнок, а еще солнцем и счастьем.

Война тяжело далась каждому. И дело только во внутреннем состоянии воевавших, кошмарах и тяжелому привыканию к изменениям. Сколько же погибло их тогда? Сколько осталось у завесы?

Не стало Конрада и практически всей его связки. Рядом с ними погибла и красавица Даяна. Тоненькая Реда с соломенными волосами. Самая маленькая из нас Уинни, темноглазая, щербатая и такая восторженная. Умница Антали, которая никогда не расставалась с книгами. Пухленькая Нейка, рыжеватая блондинка с голубыми глазами. Они все стояли у меня перед глазами, вечно молодые и красивые. Их имена навечно выбиты на большой стеле, которая сейчас стояла у храма Лаари.

Его убирать не стали. Никто так и не узнал о том прошлом, которое было у богини. Для всех она спасла нас и помогла выжить. Так и было. Пожертвовала собой и исчезла, создав для нас другой мир. И пусть мы не ощущали её присутствия, но молиться не переставали. Всем нужно в кого-то верить. И мы верили в неё.

От нашей компании из шестнадцати послушниц осталось одиннадцать. Девочкам было сложно привыкнуть к новой жизни, сложнее, чем остальным. Память никуда не делась, а то, что придавало сил и являлось смыслом жизни, внезапно исчезло.

Заводить семьи никто сразу не кинулся. Это казалось кощунством. Мало того, когда к Хани впервые пришёл первый кавалер с букетом цветов, она швырнула его ему в лицо и захлопнула дверь перед носом, не забывая при этом ругаться. Я не видела, но девочки рассказывали, ярко и красочно описывая выражение лица подруги и извинения мужчины. Они тогда впервые смеялись за столько месяцев.

Но и они оттаяли. Возможно, мой пример стал для них вдохновляющим и страх перед новой жизнью отступил.

Первой замуж вышла Ветра. Весьма феерично, если честно. Один ликан при встрече почуял в ней свою пару. Попытки ухаживания ни к чему не привели. Ветра закрылась сильнее остальных. Тогда Лайф, так его звали, её просто украл. Насколько я поняла, выяснение отношение было очень бурным, но результат того стоит. Сейчас они жили в уютном южном городке, недалеко от границ, воспитывали близнецов, мальчика и девочку, и занимались сельским хозяйством, создав собственную маленькую ферму.

Последней семью завела Квита, что неудивительно. Самая набожная из нас, она дала обет и отказалась от мирской жизни, посвятив всю себя обучению одарённых детей. Там она и познакомилась с Вайком, который в одиночку воспитывал дочку. Его жена умерла в родах, и он всеми силами старался дать Зейне всё самое наилучшее. Сначала Квита просто помогала, выполняя свою работу, потом они стали друзьями, а спустя несколько лет Вайк уговорил её пожениться. Совсем скоро они ждали появления на свет своего первенца.

— Ма-а-а, — дёрнула меня за локон Этель, вырывая из воспоминаний. — Бейн!

Я проследила взглядом за её пальчиком и улыбнулась, замахав свободной рукой.

Но Блейн и так нас увидел и направился прямиком к лавочке.

— Света и жизни, — мягко улыбнулся мужчина и, наклонившись, поцеловал по очереди наши ручки.

Этель довольно захихикала, а я шлёпнула его по плечу, когда ликан сел рядом с нами.

— Как официально.

— Настроение такое, — отозвался тот, лукаво подмигнув.

Вот и не скажешь, что этот красивый мужчина с золотистыми глазами когда-то мечтал умереть и делал всё для этого.

— Сегодня разве твоя очередь забирать мальчишек? — поинтересовалась я, мысленно подсчитывая дни.

— Туниса себя не очень хорошо себя чувствует, — произнёс Блейн, откидываясь на спинку скамейки.

— Опять? — многозначительно фыркнула я.

Ведьма после победы утратила дар и стала той самой счастливой и яркой девушкой, какой была когда-то. И у Блейна просто не было шанса пройти мимо.

— Что поделаешь, мы навёрстываем с ней те десять лет, что потеряли.

— Очень усиленно навёрстываете, — не удержавшись, подделала его я.

— Может, нам не хватает такой красавицы? — заметил ликан и принялся щекотать Этель, которая звонко захохотала и извернулась у меня на коленях, едва не упав на мостовую.

— Осторожнее!

— Ловлю, — отозвался мужчина и пересадил малышку себе на колени, не забыв щелкнуть её по носику. Этель вновь залилась смехом. — Вы бы тоже взяли с нас пример. Братика вам не хватает.

— Хочу батика! — тут же выдала дочка, а я послала другу не слишком дружелюбный взгляд.

У Блейна и Тунисы было четверо детей. И все мальчики. Мало того, все одарённые. Не знаю, как она с ними справлялась, а я с девочками с трудом везде успевала. Конечно, много времени занимали общественные дела.

Родители Итана всё еще оставались правителями Ардана, но все знали, что фактически руководит всем Итан, а я стараюсь ему помочь.

Да, наследниками должны были быть сыновья Конрада, но в Ардане царили другие порядки и власть передавалась сильнейшему. И мой муж считался именно таким.

Сильный, ловкий, настоящий спаситель мира.

У Галии тоже всё было хорошо. Она отказалась поселяться в Ардане, устроившись в Иллиуме. Вышла замуж и родила чудесную дочку. К нам она не приезжала, слишком свежи были воспоминания, поэтому мы всегда навещали её сами. Такими близкими, как были раньше, мы не стали, но хорошие отношения поддерживали.

Девочки обожали путешествовать и гостить у еще одного дедушки. Папа сильно сдал в последние годы, и правление взял на себя Оргус. Младший щуплый братишка вырос в высокого красавца, умного, сильного и справедливого. Его жена мне тоже нравилась, хотя мачеха была недовольна выбором сына. Но тут Оргус вполне чётко дал понять: либо Малика, либо никто. И если ей что-то не нравится, то может погостить у Айвы и там подумать.

Княгиня обиделась и уехала. Вот уже два года, как думала и ничего не придумала.

С Айвой мы почти не общались. Младшая сестра сильно располнела и подурнела после четвёртых родов и так и не утратила привычки принижать меня по любому поводу и без, что совершенно не понравилось Итану.

Мне же было её жалко. Мир так и не простил ей унижения на свадебном обряде, и нормальной семейной жизни у них не сложилось. Айва заглушала боль и разочарование едой, становясь всё толще, а Мир крутил романы на стороне, даже не пытаясь скрыть свои похождения. И, конечно, младшая сестра не забывала меня винить во всех своих несчастьях.

На главной башне трижды ударил колокол.

— Мам, уже сколо.

— Я знаю, милая.

Занятия заканчивались. Я отлично знала, что высокий статус позволял мне отправлять за Иваной слуг, как делали другие. Но я и так уделяла старшей дочери мало времени, поэтому радовалась любой возможности побыть вместе, узнать последние новости, её успехи и разочарования.

Взгляд опустился ниже. Там под храмом всё еще оставался огромный зал, в котором под надёжной охраной лежали обломки портала, того самого, который был у завесы. Его разобрали и разделили на несколько частей. Две из них хранились здесь, в Ардане, остальные были развезены по княжествам, где тоже тщательно охранялись. Никто не хотел повторения многовековой войны.

— Иви, Иви! — радостно захлопала в ладоши Этель, первая увидевшая детей, сбегающих по широким ступенькам. — А еще Талин и Абей!

— Тогда пойдем встречать, — предложил Блейн, посадив малышку себе на шею, и та тут же вцепилась ему в волосы крохотными пальчиками. — Айвири, не возражаешь?

— Нет, — улыбнулась я, поднимаясь и находя взглядом старшую дочь.

Тёмно-каштановая коса чуть расплелась, непослушные пряди лезли в лицо, и Ивана недовольно их убирала за ушко. Стройная, высокая, по-девичьи нескладная, она что-то доказывала идущему рядом желтоглазому Абрею, своему заклятому товарищу по играм и лучшему другу.

Такая большая, двенадцать лет исполнилось. Такая взрослая, а иногда сущий ребёнок. Например, когда таскала варенье у кухарки из-под носа, используя свою силу. Итан тогда проводил долгую беседу о том, что сила — это прежде всего ответственность.

Я так боялась, что те испытания, которые выпали на нашу долю, как-то плохо отразятся на ней. Лихорадка, страх, жуткая боль — это всё могло убить её еще в утробе. Но наша дочь с рождения отличалась упрямством и упорством, доказывая, что всегда добьётся того, чего хочет.

Подняв на меня светло-серые глаза, Ивана махнула рукой и широко улыбнулась, и я ответила ей тем же.

Его приближение я почувствовала задолго до того, как ощутила прикосновение сильных ладоней на плечах. Сердце привычно замерло и забилось еще сильнее.

— Лэра Айвири, — прошептал обжигающий шёпот на ушко, тревожа короткие волоски.

— Лэр Итан, — отозвалась я, накрывая ладонями его руки. — Мы тебя не ждали.

— Надоел этот совет с его скучными вопросами и постоянными спорами, — отозвался муж. — Как ты смотришь на то, чтобы устроить пикник?

— Будем кого-нибудь приглашать?

— Придётся, — вздохнул Итан. — Ивана наверняка позовёт Абрея с собой, а это значит, что и Туниса с Блейном и мальчишками придут. А следом и Ольяна напросится.

— Ей рожать скоро, — заметила я.

Феб и Ольяна поженились сразу после победы. Красивая пара, яркая, я искренне была за них рада. Вот только одно омрачало их жизнь — отсутствие детей. Что только Ольяна ни делала, какие травы ни принимала, но не помогало. Даже пробовала просить милости у Лаари, хотя я говорила, что богини больше нет.

Они уже отчаялись стать родителями и взяли из приюта при храме очаровательную малышку, которую полюбили как родную. И как раз тогда, когда в чудо уже никто не верил, оно произошло. Совсем скоро они должны были стать родителями. Беременность протекала на удивление легко и спокойно, так что опасений не было никаких. А самое главное, что свою приёмную малышку они из-за этого любить меньше не стали.

— Мою сестру это не остановит, — ответил Итан и чуть сощурился, смотря на дочь. — Как думаешь, мне уже стоит волноваться?

Рядом с Иваной опять стоял Абрей, не сводя с девочки пристального взгляда.

— Не знаю. Если он пошёл в своего отца…

Итан чуть рыкнул, и я, не выдержав, рассмеялась.

— Рано переживаешь, еще лет пять можно не бояться. И вообще, наша дочь умеет постоять за себя.

Исчезли не только силы, но и ощущение связки. Но мы всё равно дружили и часто общались. Пусть больше не читали мысли, но мы оставались одним целым.

Из нашей связки лишь судьба Джилл была туманна. Молодая девушка не смогла смириться с нашим браком и вскоре уехала, затерялась где-то в жарких песках Аули, не давая весточек. Мы верили, что она жива, здорова, вот и всё. Мне хотелось верить, что у неё всё хорошо и Джилл сможет найти покой в своём сердце.

— Папа! — завопила Этель и задёргала Блейна за волосы, заставляя того сморщиться от боли.

Итан тут же бросился ему на помощь.

А я повернула голову на юг. Туда, где когда-то огнём горела завеса, а сейчас зеленели леса под ярко-голубым небом. Цвели цветы, зрели ягоды, жили люди и животные.

Наш мир изменился, изменились и мы.

Я боялась, что будет сложно, но не зря говорят, что можно привыкнуть ко всему. Особенно когда рядом любимая семья и друзья.

— Мам! Мы сегодня изучали такое!

— Здравствуйте, лэра Айвири!

— Айвири, она у меня половину волос вырвала!

— Мам, хочу кушать! И писать!!

— Айвири?!

Наверное, ради этого и стоит жить и бороться.

В радости и горести, а также в обычной жизни, с её печалями и трудностями. И так будет всегда.

Конец