Глава 17

Утро началось, как и любое другое за последний месяц: прохладный нос Коры уткнулся ей в щеку. Стефани отмахнулась от кутани и накрылась с головой, желая ещё немного поспать. Довольно увесистая лапа несколько раз приземлилась на её голову. Девушка гневно зарычала, а потом резко откинула одеяло. Липкий шершавый язык Коры прошелся по всей поверхности лица Стефани. – Фу! Кора! Какая гадость! – закричала девушка, тут же вытираясь. – Я же просила так не делать! Животное спрыгнуло на пол и стало нетерпеливо нарезать круги по комнате. Стефани бросила на неё угрюмый взгляд и принялась одеваться. – Не прыгай! – буркнула девушка. – Ты уже большая, вон как вымахала за месяц, твои прыжки сейчас полдома разбудят. Жди меня на улице. Стефани дошла до окна. Как только путь на свободу был открыт, кутани допрыгнула до ближайшей ветки и скрылась из вида. – Скоро в окно не пролезешь, – проворчала девушка. Она надела костюм, завязала волосы, спустилась на кухню выпить воды, взяла кусок мяса для Коры и вышла во двор. Кутани её поджидала у двери. Своё угощение Кора поймала на лету и проглотила, почти не жуя. Стефани неодобрительно на неё посмотрела, постояла ещё какое-то время, привыкая к прохладе, а потом побежала, выбрав нужный темп. Кутани недолго бегала рядом, увидев что-то в лесу, умчалась в одном лишь ей известном направлении. – Как ты там говорил, Лиам? – пробормотала вслух Стефани. – Кутани сможет защитить тебя, когда вырастет? Ну, выросла она… И где? Где защита? Вернется только к ночи, чтобы снова завалиться спать в моей теплой постели, а днем носится одному Гарттону известно где. Стефани было безумно лениво бегать. Гадкий внутренний голос после каждого очередного круга уговаривал вернуться домой и поесть. Чтобы продолжать пробежку, приходилось прилагать неимоверные усилия. – Рейтан только этого и ждет, как и все остальные: когда ты бросишь свою затею, – сказала она в очередной раз сама себе. Но помимо нежелания становиться объектом насмешек, Стефани не хотела разочаровывать Келлена. Он согласился учить её и ежедневно тратил на неё время, начать лениться – значит подвести его, свести все усилия наемника на ноль. Пробегая мимо ворот, Стефани решительно отвернулась и стала отдаляться, заходя на новый круг. Что она не любила сильнее бега, так это упражнения, рассчитанные на формирование силы рук. Спустя время договориться с собой стало проще, но вначале… Стефани вернулась в дом, быстро освежилась, позавтракала. Келлен не заставил себя долго ждать. Они вместе отправились в лес. Наемник не любил тренировки в Транре, уж слишком много зрителей тогда собиралось. Стефани была ему искренне благодарна за это, слышать едкие и издевательские замечания на каждый свой промах от членов клана, такое себе удовольствие. – Неплохо, – лениво протянул Келлен, вынимая её застрявший в мишени кинжал, – для женщины, – добавил он. – Неплохо? – возмутилась Стефани. – Я попала в неё! В самый центр! – Мишень не двигалась, а ты все равно прицеливалась и тратила драгоценные секунды. Думаешь, противник встанет перед тобой и будет ждать, когда ты там примеришься? Стефани раздраженно фыркнула. Столько времени уделять этому и всё равно недостаточно метко, недостаточно быстро, недостаточно… Целый месяц и… Мог бы просто похвалить! – Хотела быстрее? – он ухмыльнулся, догадавшись, почему она разозлилась. Стефани снова фыркнула. – В этом и состоит твоя проблема. Ты слишком фанатична, словно тебя что-то гонит. Ты не постигаешь суть, сам процесс тебя никак не интересует. Ты механически оттачиваешь движения, просто заучивая, без понимания происходящего, так мастерства не добиться. Расслабь руку. Да расслабь же, – он взял её кисть и несколько раз дернул, призывая снизить напряжение. – Вот так, а теперь закрой глаза. Представь, что кинжал – продолжение руки, почувствуй его своей частью. Его дыхание щекотало её щеку и сильно отвлекало, но она старалась представить, как он говорит. – Теперь мысленно нарисуй цель. Ты же помнишь, где она находится? Нужно всего одно движение. Представь, что ты просто протягиваешь руку и берешь предмет, легко, естественно, не задумываясь. Кинжал лишь продолжение… твоя рука… одно движение… Стефани метнула кинжал и тут же открыла глаза, чтобы посмотреть, куда он попал. Он не то чтобы попал куда-нибудь, а вообще улетел в другую сторону. – Бездарность, – вынес свой вердикт Келлен. Она стыдливо спрятала глаза и пошла разыскивать своё оружие. Улетело оно достаточно далеко. Девушка нагнулась, чтобы поднять кинжал, и увидела следы на земле. Недавние. Сердце учащенно застучало. Быстро оглянулась и стала красться назад, постоянно всматриваясь в окружающий лес. Мужчина сразу понял, что что-то случилось. – Хохотуны. Много. Штук десять, если не больше, – прошептала она ему. Он кивнул. Они спешно свернули свой лагерь и двинулись в сторону Транра. Стефани по обеспокоенному взгляду Келлена поняла: наемник жалеет о том, что они слишком далеко ушли. Леденящий внутренности хохот оповестил, что скрыться они уже не успеют. – Брось сумки,– скомандовал Келлен. – Приготовься, убежать не получится. О да, она знала это и без него. Стефани встала спиной к спине наемника и зажимала в руках два кинжала. Всё, что учила до этого так долго и упорно, разом выветрилось под десятками взглядов красных глаз существ, так похожих на людей. – Бей в голову. Не получится, тогда в горло, – сказал Келлен, следя за стремительным приближением врага. «Голова… горло… милостивая Ксандора забери меня отсюда… Нет-нет… не к себе, а просто из этого места… Не хочу умирать, пожалуйста». Хохотуны взяли их в круг и напали разом. Все мысли покинули её, оставался только бешено стучащий в ушах пульс, разгоняемый диким содержанием адреналина в крови. Она не контролировала свои руки, те жили своей жизнью, явно собираясь продлить жизнь своей хозяйке. Наставления Келлена она не помнила, как и ничего из того, что было до этого мига. Или она, или эти существа. Так было и тогда, много лет назад у порога её дома, безумие охватило её, заставляя рычать от злобы и нести смерть. Их нечеловеческие сильные руки рвали её одежду, остатки зубов впивались в тело, но боль от повреждений оставалась на задворках сознания. Противников стало меньше, но и Келлен выбыл из строя: упал под весом навалившихся на него сразу трех тварей. Ужас охватил её, Стефани бросилась на атаковавших наемника существ, забывая про тех, что пытались убить её. Её удары не наносили вреда хохотунам. – Голова… горло… – прохрипел слабым голосом Келлен. Сзади рвали её спину, но Стефани смотрела только вперед. Вложила всю свою силу в удар. Хохотун упал замертво. Это придало ей решимости, и она нанесла ещё один удар. Ещё один поверженный враг вызвал эйфорию, девушка радостно закричала. Добить оставшихся не составило труда. Стефани вдруг поняла, что сила хохотунов в численности. Поодиночке или по двое это просто сухощавые люди. Страшные, несущие смерть, но люди. Всё было закончено. Стефани стояла, зажав в руках окровавленные кинжалы. Руки и её одежда тоже были в крови. Чья она – сложно сказать. Девушка посмотрела на лежащего у её ног хохотуна. …убивая их, словно убиваешь человека… их глаза… они такие же… так же замирают навсегда «Ну не знаю, Лиам, вот смотрю в их глаза и испытываю только восторг оттого, что они замерли навсегда. Пусть не найдут покоя нигде: ни на святой земле Ксандоры, ни в хаосе Арарага». – Стеф… ты молодец, – прохрипел наемник, – всегда знал, что твоё место у нас заслужено. – Келлен! – Стефани бросилась к нему, сразу приходя в себя, вспоминая, что не одна. На теле мужчины были множественные укусы. Повсюду кровь. Она ярко контрастировала с его ставшим неестественно бледным лицом. Подняться он уже не мог. Слезы полились из глаз девушки. – Что я могу сделать? Как тебе помочь? Я сбегаю за помощью… подожди меня… – Не успеешь. Я чувствую, как утекает моя жизнь. Да и моя кровь привлечет хищников. Отбиться не смогу. Просто побудь рядом. Ведь впереди вечность в сырой земле. Никогда не хотел умереть в одиночестве. – Нет. Не говори так. Я очень быстро бегаю. Я справлюсь,– рыдала она, подскакивая с места, собираясь бежать. Он схватил её за ногу. – Мне страшно, Стеф. Не уходи… Решение пришло к ней быстро. Она задрала свой свитер, кинжалом вспорола находящуюся под ним майку, отрезая кусок, перевязала его шею, настолько плотно, насколько было возможным, чтобы укус сбоку не кровоточил так сильно. Затем стала отрезать ткань от его рубашки и перевязывать его бок, затем руку, ногу. – Думаешь, получится? – тихо и жалобно спросил он. – Прекрати ныть! – прикрикнула она на него. – И не вздумай умирать! Слышишь меня! Ты мне нужен! Ты должен научить меня всему! Ты поможешь добыть мне пропуск в Верхний город! Если сдохнешь раньше, то я не дам тебе гнить в могиле! Я скормлю твоё слабохарактерное тело волаку. Разрежу тебя на куски и раскидаю по лесу, а монстры не заставят себя долго ждать! После этого ты не сможешь войти в чертоги Ксандоры, но и к Арарагу не спустишься! Понял меня? Отвечай! Она говорила это с таким фанатичным блеском, что он поверил в её угрозу и испуганно прошептал «да». – Теперь встаем, аккуратно! Хватайся за шею. Не будь рохлей! Мужик ты или нет? Вот так. На счет три! Раз. Два. Три. Подойдем ближе к Транру, и я опять положу тебя на землю, сбегаю за помощью. А до безопасного места ты должен дойти сам. Под его весом её ноги подогнулись, и Стефани поняла, что сейчас завалится вместе с ним. От напряжения она сдавленно зарычала, стараясь выровняться. – А можно не висеть на мне мешком?! – сквозь зубы прохрипела она. – Соберись! Мужчина со стоном стал переставлять ноги, ей стало идти немного легче. Чем дальше они шли, тем сильнее дрожали от напряжения её ноги, но она, плотно сжав зубы, делала шаг за шагом. Как только они оказались в безопасной зоне: в лесу, недалеко от забора Транра по всему периметру были расставлены капканы, что не давали подобраться монстрам ближе к дому – она аккуратно положила его на землю и вложила в руки кинжалы. – Жди! Я быстро! Стефани рванула с места. Едва показался забор, она отчаянно закричала что было силы. – На помощь! Скорее! Келлен ранен! В лесу! Быстрее! Её услышали, наемники умчались в лес, направление угадать было просто, её сапоги оставляли за собой кровавый след. «Я справилась. Келлен. Просто выживи». Силы оставили её. Собственные раны ощутила разом. Тело разрывала боль. В голове звенело, а ноги подогнулись. Не упасть на землю ей не дали руки Рейтана. Он подхватил её и бережно прижал к себе, поспешил к дому. Она вымученно положила голову ему на грудь. – Что произошло? – его голос был сдавленным. – Хохотуны. Много. Мы не успели… – слова давались с трудом. Сознание всё время куда-то норовило убежать и освободить её от мук тела. Он отнес её в комнату на первом этаже и положил её на кровать. Стефани знала, что эта комната была что-то типа их лечебницы. Рейтан бросился к шкафу и стал набирать там перевязочный материал, лекарства и мази. Она приподнялась на руках и сказала: – Позови Тавин, она поможет мне обработать раны. – Она ничего не смыслит в таких ранах! Не глупи! – Рейтан, я серьезно. И помоги Келлену. Он очень плох, – видя, что Рейтан не собирается её слушать, грубо отрезала, зло сверкая глазами: – Не трогай меня! Иди. Помоги. Келлену. Он положил всё на кровать и быстро вышел, гневно захлопнув за собой дверь. Стефани устало выдохнула. Дело было не в том, что ей было неловко предстать перед Рейтаном нагой. Она не хотела, чтобы он видел при свете дня её уродливые шрамы на спине. Вспоминалась брезгливость на его лице, какая возникала у него в районе пограничников, не хотела бы она увидеть такую же по отношению к себе. Это было бы невыносимо. Вбежала Тавин, охая и ахая, стала помогать освободиться Стефани от одежды. Эту женщину взяли в клан сразу после отъезда Фолси. Она стала новой кухаркой. Тавин была невысокого роста, крепкого, сбитого телосложения, с кудрявыми волосами черного цвета. Узкое овальное лицо украшал широкий нос и толстые губы, а мелкие добрые глаза всегда смотрели открыто и прямо. Новая женщина в Транре вызвала ажиотаж среди наемников, но та быстро определилась в пользу невзрачного, угрюмого молчуна Баллина и переехала к нему в комнату, предотвратив все возможные споры. Стефани не могла понять, что такого могло привлечь веселую, жизнерадостную женщину в этом неприметном мужчине. Но Тавин была откровенно счастлива, да и Баллин при виде своей возлюбленной сиял. Глядя на них, Стефани всегда улыбалась. Они были для неё живым доказательством существования любви. – Я же говорила тебе, что неженское это дело по лесам бегать и ножиками махать, тем более с этим странным типом Келленом! – ворчала Тавин, аккуратно обрабатывая раны. Стефани хмыкнула. Новая кухарка была всего на пять лет старше, а вела себя с ней, как мама с дочкой. Вначале Стефани это раздражало: назидательный тон, советы, попытки научить, а потом привыкла. – Теперь вот смотри какой ужас, шрамы могут остаться. Стефани знала, что позже будет сильно горевать о новом уродстве, но пока сил на это не было. – Одним больше, одним меньше, – вымученно проговорила она и повернулась спиной, демонстрируя свои старые шрамы вперемешку с новыми травмами, которые оставили после себя хохотуны. – Милостивая Ксандора! – воскликнула в ужасе Тавин, глаза наполнились слезами. – Всё так плохо? – усмехнулась Стефани. – Сейчас обработаем раны, – быстро проговорила женщина, избегая прямо смотреть на неё, – заживет скоро… – Понятно… – Риен не бросит тебя из-за этого. Я хоть и не знаю его лично, но все ребята о нем тепло отзываются, говорят, он человек слова и чести, ведь недаром же наш Рейтан ему так доверяет. Ведь главная красота внутри, а шрамы… неважно это. Риен… Стефани вздохнула. Он и его отряд до сих пор не вернулись. Означало ли это… Думать об этом не хотелось. Она знала его не так долго, но если… Нет, не думать. Рейтан бы сказал. Наверное… Тавин помогла ей надеть просторную сорочку. – У нас есть какое-нибудь средство от боли? Хоть что-нибудь? – она не питала особых надежд, но все равно спросила. – Я сбегаю, спрошу у Рейтана. Стефани закрыла глаза, стараясь отвлечься от боли, что терзала тело. Сейчас бы так пригодилась настойка Лиама с обезболивающим, не отказалась бы и от снотворного, а лучше всё вместе. Он сейчас у Мадам, в костюме, серьезный такой… Хоть костюм ему идет, одежда, что Лиам носит в таверне, нравилась ей больше. Интересно, получилось ли у улыбчивой Шарлоты добиться его расположения? «Конечно, получилось. Они же каждый день вместе. Она приятной внешности и явно симпатизирует ему. Со мной он тоже был каждый день и ничего… Дружить стали только недавно. Были просто напарниками по работе. Почему тебя это волнует? Порадуйся за друга, вдруг он нашел свою любовь…» Стефани сердито перевернулась на другой бок. Богатое воображение рисовало милые романтичные картины, где Лиам и Шарлота сидят рядом, смотрят на водопад, где он держит юную девушку за руку, где пододвигается ближе, собираясь… – А-а-а-а, да что ж такое! – Стефани снова перевернулась и уставилась на стену, запрещая себе о чем-либо думать. В комнату зашел Рейтан и сел возле неё на кровать. – Как ты? – Ужасно, – буркнула она. Это слово идеально подходило для описания не только её физического состояния, но и душевного. – Мне так жаль, – грустно прошептал он, накрыл её руку своей. – Это я виноват, не предусмотрел. Я не должен был тебе разрешать выходить с Транра. Хохотунов слишком много появилось в наших краях. Откуда они приходят, мы так и не нашли. Ты чуть не погибла! Больше никаких прогулок по лесу! Я сразу знал, что эта затея с твоим обучением пустая, но пошел у тебя на поводу, хотел сделать тебя чуточку счастливее. И вот что из этого вышло! Если не хочешь работать на кухне – не надо, но и свою идею стать наемником забудь! Собственные глупости, что волновали её до этого, разом вылетели из головы, телесные страдания забыты. Стефани на мгновение задохнулась от негодования, вырвала свою руку и зло зашептала сквозь зубы: – Это не тебе решать, Рейтан! Мы договорились! Я всему научусь, а ты сделаешь меня наемницей и добудешь пропуск в Верхний город! – Это больше не обсуждается, – отрезал он, а потом добавил уже мягче, не желая снова ссориться, – ты можешь злиться на меня, можешь ненавидеть, но то, что я делаю, только ради твоей безопасности. Женщине не место в лесу, как и не место среди наемников, – проговорил он. – Рейтан! – закричала она, но глава клана уже направился на выход. – Ты не можешь так со мной поступить! Ты обещал мне! Рейтан! Он ушел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Стефани сначала колотила свою подушку, вымещая охватившую внутри ненависть и злость, а потом обняла её и заплакала. «Ненавижу тебя, Рейтан Транадор! Как же я тебя ненавижу!»