Глава 24

Принц лежал на полу, как раз там, где стелилась поземка дыма. Только вблизи Аня разглядела, что камзол Юля пропитался кровью. Она нащупала венку на шее, потом приложила ухо к груди.

— Жив? — дрожащим голосом спросил Герох.

— Да, — не раздумывая, Аня схватила принца, отчаянно пытаясь поднять бездыханное тело. Тяжесть его была невыносимой. — Чего застыл? Помоги! Хватай его за плечи! – прохрипела она, чувствуя, как силы покидают ее.

Она сняла со своего лица мокрую тряпку, вылила на нее воду из кувшина и набросила на лицо принца.

— Это ему не поможет, — выдавил из себя Герох. — А без нее ты сама отключишься.

— Не болтай! Я же ведьма, справлюсь.

Вдвоем они потащили принца к выходу, спотыкаясь в дымном мареве, обжигаясь о раскаленный металл. Каждый предмет в комнате казался враждебным: то подсвечник предательски встанет на пути, то кубок обожжет руку, то резные ножны принца больно ударят по ноге.

Вырвавшись из туманного пекла, они поволокли Юля по галерее. Дым, казалось, сгустился, превратившись в живую, разъедающую субстанцию. Он безжалостно щипал глаза, вызывая потоки слез, заставлял дышать часто и судорожно.

— Больше не могу… — просипел подавальщик, роняя принца на пол.

Он и сам упал рядом, прислонился к стене, отпрянул, наткнувшись на горячую ручку.

— Хочешь в глаз, пупсик? — Аня сделала козу из пальцев и направила ее в лицо Героху.

— А ну, поднапрягись и через «не могу»! Держись!

Через несколько минут она и сама почувствовала, что почти теряет сознание. Они шли и шли, а длинная галерея все не заканчивалась. В плотном мареве вообще невозможно было разобраться, куда они идут. Когда голоса стали слышаться близко, а впереди замаячил свет, Аня чуть не расплакалась.

Принца вынесли на крыльцо, словно бесчувственную куклу. Горожане подхватили его и бережно опустили на землю, подальше от дымящихся руин. Аню и Героха отволокли в безопасное место. Они жадно ловили ртом ночной воздух, кашель раздирал им грудь.

Вокруг них образовалась толпа горожан, которые взволнованно перешептывались и причитали.

— Неужели сам наследный принц? – прошелестел чей-то голос.

— Бедняга…

— Ой, что ж теперь будет-то? — заголосила баба, заламывая руки. — Король лютовать станет!

— Замолчи, ведьма! — рявкнул кто-то. — Не буди лихо. Радуйтесь, что хоть огонь укротили.

Только сейчас Аня заметила, что огней пламени не видно. Да и людей на улице стало меньше, постепенно толпа рассасывалась. Лишь трактирщица бегала вокруг пожарища и завывала:

— Что я теперь буду делать? На что жить?

— Ваше Высочество! — раздался над головой голос дамы Сабины. — Как же так! Ой, что же будет!

Она внезапно материализовалась из темноты и упала на колени перед принцем.

— Надо его унести подальше отсюда, — сипло сказала Аня.

— Это все из-за тебя, проклятая ведьма!

Дама замахнулась кнутом, но Герох выхватил его из ее рук и отбросил в сторону.

— Разбираться будете потом. Это она спасла Его Высочество.

— А ты что делаешь? Хочешь концы отбросить? — накинулась на него Сабина.

— Не отбросил же, — огрызнулся мальчишка.

— Веста, мы здесь! — закричала Сабина и замахала руками.

Тут же раздался цокот копыт по мостовой, и знакомая повозка вынырнула из дымной завесы.

— Госпожа Анриэль! — воскликнула Веста. — Вот вы где? А как же нить слежения? Почему она не работает?

— Потом, Веста, все потом, — Аня протянула руку Героху, тот помог ей встать, и поплелась к экипажу. Подавальщик опустил ступеньки, помог ей забраться внутрь. Аня повернулась к нему и тихо сказала: — Ты… того, не пропадай. За спасение принца тебя ждет награда.

Паренек расплылся в улыбке. Белые зубы неожиданно ярко блеснули на чумазом лице.

Сабина и Веста суетились вокруг принца, пытаясь привести его в чувство. Они отнесли его в повозку, уложили удобно, Анюта подсунула под голову сложенный в несколько раз плед.

— Нашатырный спирт есть? — она посмотрела на Сабину.

— А что это? — растерялась та.

— Нюхательные соли.

— А, это…

Дама откровенно растерялась, зато быстро сообразила трактирщица.

— Я сейчас! — крикнула она и исчезла в глубине пожарища.

Через минуту вскочила с пузырьком и сунула его под нос принцу. Наконец, Юль открыл глаза. Он обвел всех мутным взглядом, узнал Аню и слабо улыбнулся.

– Ты… жива…

Аня ничего не ответила. Она просто смотрела на него, чувствуя, как отступает страх и возвращается жизнь. Они были живы. А остальное совершенно неважно.

— У Его Высочества рана на груди. Нужен лекарь.

— Девушки, быстро!

Веста пришпорила коней, повозка тронулась, но дама преградила дорогу

— Вам нельзя, госпожа Анриэль. Вылезайте.

— Это еще почему?

— Вы сделаете только хуже. Ваш проклятый дар…

— Пошла прочь! — рявкнула на нее Аня. — Посмотри на Героха. Он был рядом со мной, и ничего не случилось.

— Д-да, — ответил подавальщик, но это прозвучало так, что и сама Аня не поверила.

Если бы не она, вряд ли бы паренек полез в горящую таверну, подвергая свою жизнь опасности. Она решительно задрала подбородок.

— Я не уйду!

Дама махнула рукой и побежала вперед. Лекарь жил недалеко. Он обработал рану, наложил повязку, чем-то напоил принца и всех, кто пережил пожар.

— Надо оставить его здесь на ночь для наблюдения, — сказал он.

— Но…

Дама Сабина и Веста переглянулись, потом обе уставились на Анюту.

«Не знают, что делать, — усмехнулась она. — То ли меня караулить, то ли принца».

— Я останусь с Его Высочеством, — Аня увидела, как дама открыла рот, желая возразить, и продолжила: — И споры тут бесполезны! Все!

Она села рядом с Юлем, взяла его за руку и закрыла глаза. Как отключилась, даже не поняла.

— М-м-м, — сквозь сон вдруг услышала она, — больно.

Она очнулась, прищурилась от яркого света, бьющего в лицо, перевела взгляд. Юль смотрел на нее страдальческими глазами. И столько боли было в них, что Аня вскрикнула, вскочила: она лежала головой на груди Юля, прямо на его повязке.

— Ой, простите! — взвизгнула Аня. — Я случайно.

Она растерянно оглянулась, не понимая, где находится и как здесь оказалась. Потом бросилась к двери, но принц успел схватить ее за руку.

—Не уходи, останься, — проникновенно попросил он и улыбнулся белыми губами.

Анюта взглянула на него и внезапно смутилась. Она уже и забыла, как это глядеть глаза в глаза молодому и очень привлекательному мужчине. В последний месяц она вообще не видела рядом с собой сильный пол, а тут так близко

— Ваше Высочество, это опасно.

— Странно слышать такие слова от девушки, которая вытащила меня из пожара и всю ночь провела на моей груди.

Юль говорил серьезно, но по его смеющимся глазам Анюта поняла: он шутит. Тут она заметила своё отражение в щербатом зеркале и окончательно растерялась. Та лохматая и чумазая замарашка, которая сейчас смотрела на нее, никак не походила на коварную ведьму — пожирательницу мужчин

— Я… грязная, даже не умылась, — пролепетала она, словно извиняясь перед самой собой и принцем, и пулей вылетела за дверь.

Две стражницы Весты, охранявшие вход, шарахнулись от появившейся фигуры, а затем, опомнившись, преградили ей путь.

— Нельзя! — взвизгнула одна из них.

— Ах, вот как? А мне, знаете ли, приспичило. Что прикажете делать? Штаны прилюдно снимать, прямо перед вашим драгоценным принцем, и орошать пол своими нуждами? — Аня и без них чувствовала себя неуютно, поэтому грубила, чтобы скрыть свою растерянность.

— Ой, что вы, что вы… Прошу, вам сюда. Я провожу, — залебезила стражница, явно испугавшись гнева ведьмы.

Одна девушка взяла Анюту за локоть и повела за собой. Они вышли в маленький дворик, где уже суетились люди в белых шапочках и фартуках, принимая стонущих больных. Еще большая толпа стояла за оградой.

Аня остолбенела, разглядывая этот кошмар. Лекарь и его помощники, переходя от одного несчастного к другому, бесцеремонно заглядывали в рот, щупали животы, осматривали гноящиеся раны. И ни один! Ни один из них даже не потрудился помыть руки. О перчатках в этом богом забытом месте, казалось, и вовсе не слышали.

— Ведьма! Там ведьма! — вдруг завопил кто-то, и толпа, подхваченная паникой, бросилась врассыпную, словно стая перепуганных ворон.

— Ну вот, распугали мне всех больных, — недовольно проворчал невысокий человек с пышными, навощенными усами.

Аня узнала его и невольно содрогнулась. Именно этот лекарь ночью оказывал помощь принцу. Теперь она уже не была уверена в чистоте и качестве этой помощи.

— Простите, а где у вас тут… отхожее место?

Лекарь небрежно махнул рукой в сторону покосившейся будки в глубине двора. Оттуда, словно из преисподней, поднимался такой смрад, что Аня невольно задержала дыхание. Она выскочила из зловонного сооружения, жадно хватая ртом свежий воздух.

— Что, злючка, не по нраву наши ароматы? — захихикал лекарь, скаля редкие зубы.

— Да это не ароматы, а помойная яма! Как вы можете принимать пациентов, если даже руки не моете? Вы же сами разносите заразу! Знала бы я, что вы такой неряха, ни за что не привезла бы сюда Его Высочество.

— Его Высочество? А где?

В глазах лекаря мелькнула секундная растерянность, тут же сменившаяся лихорадочным блеском.

— Это тот господин, что лежит у вас в комнате и стонет от невыносимой боли.

Лекарь, словно ужаленный, сорвался с места и юркнул внутрь домика. Аня, не раздумывая, схватила с очага закопченный чайник с кипящей водой и бросилась следом.

— Что случилось? — удержала ее за руку охранница.

— Немедленно найдите чистые бинты и кипяченую воду и принесите принцу.

Она ворвалась в комнату, и вовремя: лекарь уже схватился грязными руками за повязку принца.

— Как вы себя чувствуете, Ваше Высочество…

Юль ответить не успел.

— Нет! Не прикасайся к нему! — взвизгнула Аня. — Руки! Вымой руки!

— Госпожа, я знаю свое дело, — попытался оправдаться лекарь.

Но Аня, словно разъяренная тигрица, отшвырнула его от кровати, заслоняя принца собой.

— А мне плевать на ваши титулы! Сначала руки вымой, продезинфицируй… — она запнулась, лихорадочно соображая, что в этом диком мире может послужить заменой антисептика. — Спиртом! Водкой! На худой конец, эль подойдет. Только потом посмеешь прикоснуться к Его Высочеству.

— Анриэль, не надо… — прохрипел принц.

Аня взглянула на него и еще больше расстроилась: его лицо действительно приобрело землистый оттенок, а глаза закатились.

— Шевелись! — рявкнула она на лекаря. — Иначе… поразит тебя гром и молния!

Она выпалила эти слова, прекрасно понимая, что вырыла себе могилу. Но спасение принца почему-то было важнее собственной жизни. А где-то там, в переулках города бродит лысый жрец и наверняка разыскивает их. Разбежавшиеся больные наверняка уже разнесли новость о ведьме по всему городу. Нужно было срочно убираться из этого места под магическую защиту замка.

— Госпожа Анриэль, ну нельзя же так, — всполошилась вошедшая вслед за охранницами, несущими воду и повязки, дама Сабина. — Дайте лекарю исполнить свой долг.

— Я тоже медик и прекрасно знаю, что говорю. Гигиена прежде всего! Приступай!