Глава 7

Прикорнув за столом, я уснула на кухне. Среди ночи в полудрёме почувствовала, как меня подхватили сильные мужские руки и уложили на кровать. От усталости не смогла даже открыть глаза, только промычала что-то в благодарность и снова отключилась. Утром, выскользнув из спальни, обнаружила Генри на кухне, сооружающего завтрак. – Садись, – сказал он, улыбнувшись, – я уже и кофе сварил. – Эм-м, спасибо, – было неловко, словно украла душу его сестры и влезла в её тело. – Я обмозговал хорошенько всё, что ты рассказала, и не считаю, будто это враньё. Придумать такое невозможно, да и моей сестре точно ни к чему. Прогонять тебя не стану, лучше уж будь теперь названой сестрой, чем коротать век одному. Родителей мы с ней схоронили, подались сюда не от хорошей жизни. Лишились в Англии всего и работы, и дома, впрочем, это долгая история и не такая интересная, как у тебя, – Генри едва заметно улыбнулся, – больше только никому не рассказывай, примут за сумасшедшую. – Я и тебе не решилась довериться сразу, понимаю, как это выглядит со стороны, – взяла придвинутый ко мне бокал и глотнула горячего ароматного кофе. – Да уж, догадался, что не от хорошей жизни призналась. Только я вот о чём вчера подумал, у нас-то магией и не пахнет, может, и была когда, сказок много, а где правда, уже не разберёшь. А вот у индейцев и сейчас волшебство есть, диковинное и жуть страшное. – Как это? – Чуть не поперхнулась я кофе, – извини, даже после случая со мной не верится. Всегда думала, что любое колдовство – это пока ещё неизвестные науке законы физики или приборы, которые мы просто не в состоянии понять. Как, например, кузнецов ведь раньше за колдунов принимали. – Ты не видела то, что довелось мне. Они как-то приручили духов животных, зовут их тотемами. Я участвовал в последних сражениях… Их воины могут обращаться в зверей, самых настоящих. Представь только бежит на тебя индеец, а через секунду на его месте огромный ягуар или волк. Лапой крушит пятерых за раз. В жизни так ничего не боялся, как тогда, а трусом меня ещё никто не называл. Теперь настал мой черёд удивляться: – Не знаю, что и сказать… Вроде как мне-то уж верить в волшебство положено, только мой разум технаря противится этому. – Хе, мы в той долине, возле реки Делавэр тоже поначалу поверить не могли. Шутка ли, чтобы человек животным обращался. О таком и не слыхивал никто никогда. – Поэтому проиграли войну? – Нет, – качнул головой Генри, – племена объединились, выбрали вождя надо всеми и дали нам отпор. – Правильно сделали, – не сдержала я эмоций. – Что такое говоришь? – возмутился мужчина. – Ты ведь не знаешь наших последствий той кровавой бойни. Целую нацию почти вырезали под корень, нарочно заражали оспой, согнали жалкие остатки племён в резервации, где индейцы умирали от голода. Я не могу одобрить бездумное уничтожение народов, какими благими целями подобное не пытались оправдать. Это земля индейцев, мы здесь пришельцы, уничтожающие их леса и поля, животных, людей. Всё, до чего дотянутся алчные руки. – Мне понятны твои слова, я никогда не оправдывал воин, но и наших солдат жалко. – Ваши правители начали эту резню и получили по заслугам, хоть в одном из миров. – Сейчас у нас мир с племенами, – заметил Генри, – и я рад этому. Только не всё так просто. Ирокезы не прочь ограбить проезжих, забредают шауни и эри. Не все они настроены враждебно, но бывает всякое. – Их сложно винить за это, – не сдавалась я, – вас сюда не звали. – Мерид, не будем спорить, – мягко оборвал меня Генри, – я согласен с тобой, но ты должна понять, эта земля дала нам надежду на будущее. – И правда, хватит, – согласилась с ним, – этак, чего доброго, ещё поссоримся, не успев как следует подружиться. Давай уж лучше обсудим, как нам быть дальше. Не могу я больше сидеть в пекарне. – Женщины не работают в мастерских, – с сомнением поглядел на меня брат, – даже если ты лично попросишь мистера Дина. А деньги нам сейчас позарез нужны. Одна квартира чего стоит, за печь твою отдельно платим. – Что ты предлагаешь? – Оставим всё как есть. А в будущем, может, и подвернётся случай. – Я не согласна. Хорошо, постараюсь продержаться у мистера Джона какое-то время, если меня не погонят за мои «таланты» пекаря. Но давай подкопим денег и откроем свою мастерскую. Заключим с городом контракт на омнибусы, наймём извозчиков. Люди оценят, поверь. – А если прогорим? – Генри, иногда надо рисковать, а не сидеть, поджав хвост и всего опасаясь. Доверься мне, если сможешь. Ты прав в одном, к женщине мало кто прислушается, а вот к тебе – другое дело. В конце концов, можно договориться с мистером Дином и работать с ним же на процентах. Чем плохо? – Я становлюсь тяжёл на подъём, – усмехнулся брат, – но в твоих словах есть смысл. – Давай сделаем так. Принеси мне бумагу, вечером подготовлю чертежи дрожек, такие очень маленькие повозки. Тряские, но быстрые. Если мистер Дин оценит, как и покупатели, заключим договор на омнибусы. Надо соблюсти и свой интерес, а не дарить прибыльные проекты другим. Здоровый дух авантюризма ещё никому не повредил. И не будь его у тебя, нас бы сейчас здесь не было, на новом континенте, на новой земле. – Эх, – махнул рукой Генри, – давай. Я и правда стал слишком осторожен. – Решайся! Дело того стоит! – Договорились, мистер Дин неплохо платит за любые дельные задумки, может, и нам повезёт. – Если заплатит, сами сделаем первый омнибус. Пусть работает потом с нами в доле. Технология рессор у вас ещё неизвестна, а я смогу её воссоздать, мне бы только кузнеца дельного. – Да как же мы сами? – удивился Генри. – Есть у тебя на примете хороший кузнец? – Найдём, – чуть подумав, ответил он. – Тогда всё получится, поверь. – Ну, Мерид, позволь уж мне тебя называть, как привычно, рискнём ещё разок. В самом деле, что нам терять? – Во-о-от, слова не мальчика, но мужа, – не удержалась я от «шпильки», – а теперь пойдём, меня ждёт пекарня, будь она неладна. – Если дело пойдёт, как ты говоришь, – положил руку мне на плечо Генри, – недолго тебе там мучиться. – Или выгонит мистер Джон, – усмехнулась я. – Где же твоя смелость, Мерид? – Хохотнул Генри, – вон ты ему какие джонфуды выдумала, вкуснотища! Он тебе за них доплачивать должен. – Да, надо про это ему намекнуть, – кивнула я соглашаясь. Мы вышли на улицу, мне многое предстоит ещё узнать у брата, только времени в обрез, нужно поспешить на работу. В пекарне меня уже ждало свежее мясо и овощи для котлет, а Грэйс замешивала тесто на булочки. Я принялась за стряпню. Эх, поживёшь с вами, и готовить научишься, – крутилось у меня в голове. Моя идея пришлась рабочим по душе, одного пенса, да ещё в складчину за доставку отдать было не жалко. Я весь день не отходила от своих сковородок и к вечеру была сама как котлета: подрумянилась, а местами подгорела. Но намекнуть шефу про доплату не забыла, на что мистер Джон согласился. Мою дневную ставку в доллар, и двадцать центов увеличил до полутора. Много это или мало, пока не разобралась, но денежки потихоньку копились. Вечером кое-как приползла домой, есть не хотелось. Вся одежда насквозь пропиталась запахом бургеров, как и волосы и, даже кажется, кожа. Попив кофе, села за чертежи. Вот она – моя вотчина! И сон как рукой сняло! Дрожки будут без рессор. Пока эту новинку стоит придержать, а расчертить лёгкий открытый экипаж, в который вмещается одни-два человека, проблем не составило. Колёса да доски. Неженкам положена ещё подушка под седалище. Примитивно, но удобно, особенно в черте города, где на улицах надо объезжать другой транспорт и прохожих. Главное в них не удобство, а отличная проходимость и поворотливость. Потом можно придумать вариант и для богатых, с необходимым комфортом. Странно, довольно распространённая ранее повозка у нас, здесь не была известна. И вообще, экипажи, которые видела я в мастерской Генри, были уж слишком громоздки. Как они в таких по прериям катаются? Да и просто по дорогам, где на одну яму три ухаба. Навидалась я этих сельских стёжек, вот они-то всегда неизменны, во всех измерениях. Закончив чертёж и полюбовавшись им, потёрла уставшие глаза. При свете свечи мне не приходилось работать даже в молодости. Допила давно остывший кофе. Генри спал, похрапывая во сне. Повезло мне. Не прогнал, поверил. Хороший он всё-таки мужик. Сложила рисунки аккуратно на стол, и сама отправилась на боковую. На следующий день Генри сильно задержался на работе. Я в нетерпении дожидалась его. Что скажет мистер Дин, согласится ли? Переделала всё, что могла по дому, даже ужин вполне сносный приготовила, дабы как-то скоротать время. Наконец, брат объявился, когда на улице уже стемнело. – Мерид! Ты не поверишь! – С порога пробасил он, – Дину понравилось. Начинаем выпуск пробной партии! – Это надо отметить! – Я отошла от стола, на котором стояло хорошо прожаренное мясо и овощи на гарнир, а также свежий хлеб из нашей пекарни. – Вот так сюрприз! – Сглотнул слюну Генри. – Садись скорей за стол, – подвинула ему стул поудобней, – и говори, как дело было. – Ты уж прости, с набитым ртом начал брат, – пришлось сказать, что всё мы вдвоём придумали, иначе мистер Дин не поверил бы. – Не волнуйся об этом, – махнула рукой, – но как он согласился? – Да мы собрали первую модель из остатков нашего материала за день и прокатились по городу. Вот почему я задержался. Трясско, но быстро и удобно. Всё, как ты говорила. По улицам ездить – самое то! Мы соберём пару повозок получше и, думаю, весть о них разлетится по городу, покупатели будут! – Это я тебе гарантирую, – подмигнула Генри. – Да! Чуть не забыл! Мистер Харпер обещал хорошо заплатить, если первую партию быстро купят. По два доллара с дрожек. Представляешь? – Он понравился мне теперь ещё больше, – рассмеялась в ответ, – вот как поступим. На мои деньги будем жить, твои же пустим в дело. Согласен? Думаю, скоро у нас появится своя мастерская. – Как скажешь, – сытый и довольный Генри добродушно улыбнулся, – котелок у тебя варит что надо, – постучал он по лбу и расхохотался.