Глава 9

Утром, тщательно почистив одежду, мы направились в здание городского совета, надеясь там узнать о патенте и как его оформить. По дороге заглянули в мастерскую брата. – А, мисс Меридит, Генри! – мистер Дин махнул нам рукой, стоя у наполовину собранного фургона, – вы решили нас навестить? – Не совсем, – я подошла ближе, с интересом рассматривая почти готовую модель, подмечая детали и для своего будущего омнибуса, – хотела на часик украсть у вас Генри. Вы позволите, мистер Харпер? – Срочное дело? – Очень. – Тогда поспешите, ваш брат самолично занялся сборкой дрожек, а у нас простаивают заказы. Признаться, я почувствовал себя дураком, когда увидел ваши чертежи. Так просто! Почему мне не пришло это в голову раньше? – Есть поговорка: одна голова хорошо, а две лучше, – улыбнулась я, – идеи витают в воздухе, нужно только суметь поймать их за хвост. – Вы чертовски правы! Простите, – смутился мистер Дин, – совсем забылся. У нас нет женщин, и мы иной раз позволяем себе разговаривать грубовато. Что скажете о наших фургонах? – Тут же переключился мистер Харпер на своё детище, вот уж у кого фанатичная преданность делу, – мне не помешает свежий взгляд. – Хороши! – Искренне похвалила я экипаж, – вот только тент над повозкой. Он не съёмный? – Нет, конечно, – удивился мистер Дин, – зачем? – Мне кажется, не всегда удобна такая конструкция. Допустим, вам нужно перевезти громоздкие вещи или просто проехаться до соседней фермы. Фургон утяжеляет повозку, лошади устают быстрей, по дорогам проезжать сложнее. А если его снять, то всё станет намного проще. – Хм, а ведь вы правы. Фургоны удобны для долгих поездок, а потом и правда их громоздкость не всегда к месту. Если вы скажете, что можете подсказать, как сделать его съёмным, то я съем свою шляпу. – Оставьте шляпу в покое, мистер Харпер, – рассмеялась я, – у вас будет несварение. А решение тут простое, только мы и правда очень спешим. – Тогда расскажете мне о нём завтра? На прогулке. Вы ведь не забыли? – Спросил мистер Дин, увидев моё вытянувшееся лицо. – Нет, что вы, – Ответила ему, чертыхаясь про себя. Столько событий, где уж тут упомнить, – жду вас, как и договаривались. До завтра, мистер Харпер. Я дёрнула за рукав Генри, болтающего с кем-то из рабочих, и мы вышли на улицу. – Может, наймём извозчика? – Предложил брат, идти далеко. – Нет, хочу прогуляться. Посмотреть на город, а ты мне расскажешь, что тут и как. Мы шли по прямой, как стрела, улице. Мне вообще понравилась планировка Филадельфии: ровные дороги, без мрачных закоулков. Сразу видно, что город был чётко распланирован, а не застроен хаотично. Много открытого пространства, тенистые скверы. В отличие от наших бедняцких кварталов, дома на других улицах не жались друг к другу, точно приклеенные. Какое ощущение простора! А над головой раскинулось пронзительно-синее небо с редкими пушистыми облачками. Я без устали шагала, слушая рассказ Генри: где и какая улица, что на ней находится. Удивительный город, естественной границей которого стала река Делавэр, жаль, что мне сейчас не удастся её увидеть. Но завтра попрошу мистера Харпера сводить меня на набережную. – А вот и Честнат-стрит, мы почти на месте, – Генри вывел меня на широкую улицу, целый проспект. Вдоль тянулись тенистые аллеи, а потом я увидела самое настоящее чудо – Индепенденс-холл, здание, где была подписана Декларация независимости. Я чувствовала себя частью этой древней истории, ставшей вдруг моим настоящим. Мне не доводилось бывать в Штатах, но кто не знает это здание из красного кирпича, хотя бы из фильмов. Не без трепета подошла я ближе и застыла, любуясь неброской, но по-своему очаровательной архитектурой. Конечно, статуи Вашингтона перед зданием ещё не было, её поставили гораздо позже. Сейчас перед нами стоял двухэтажный кирпичный дом, с немного потрескавшейся краской на окнах. Над ним возвышалась небольшая колоколенка с часами. Двери то и дело открывались и закрывались, пропуская посетителей. Мы с братом влились в поток, попав внутрь. Генри не растерялся, поймав за рукав первого попавшегося клерка. – Скажите, мистер, нам надо узнать, как сделать патент. Юноша бросил на нас недоумённый взгляд, но всё же ответил: – Вам надо пройти в здание городского совета, что примыкает слева, там найдёте Бюро по регистрации патентов и торговых марок. – Благодарю вас, мистер, – Генри приподнял шляпу, и мы вышли на улицу, направившись к другой двери. Здесь было заметно потише, тихо сновали служащие, редкие посетители дожидались своей очереди в коридорах. Спросив дорогу, мы поднялись на второй этаж и подошли к двери с нужной вывеской. Не без трепета, вошла я внутрь постучавшись. Мы с братом попали в просторный кабинет, стены которого были окрашены тёмно-зелёной краской. Добротная мебель тёмного дерева отлично гармонировала с изумрудным оттенком, придавая комнате нотку респектабельности. Нас встретил секретарь. – Чем могу служить, господа? – Мы бы хотели оформить патент, – начала я, немного оробев. – Прошу, – указал он на стулья, – присаживайтесь. Меня зовут мистер Дженкинс, и я объясню вам процедуру. Когда мы с братом устроились, секретарь достал список и зачитал. – Мистер?.. – Эдисон, – ответил Генри. – Так вот, мистер Эдисон, вам необходимо предоставить в наше Бюро эскиз изделия, подробные чертежи со списком использованных материалов, затем описание на бумаге. Совет рассмотрит запрос и, если признает ваше изделие достойным, соберёт комиссию, которая оценит новинку и подпишет решение о выдаче патента. Потом вам остаётся только оплатить пошлину и дело в шляпе. Как видите, процедура не так уж и сложна. Мы на стороне изобретателей, толковые люди нужны стране. – А сколько составляет пошлина? – Спросила я. – Пустяки, – махнул рукой мистер Дженкинс, – всего-то десять долларов. – Ого, – присвистнул, не сдержавшись, Генри, – это немаленькая сумма. – Учтите, вы будете получать доход с изобретения. Так что пошлина вполне обоснована. Да, ещё потребуются ваши документы и заявление. Текст можете посмотреть вот здесь, – он протянул бумагу брату, а тот передал мне. – Простите, а на кого будет оформлен патент? – На неё! – На него! Мы с Генри одновременно указали друг на друга и застыли. Секретарь молча уставился на нас. – Простите, – толкнула брата в бок, – я лишь немного помогала с чертежами, но изобретение полностью принадлежит Генри. – Что же, всё понимаю, – кивнул мистер Дженкинс. – Сколько потребуется времени, чтобы созвать комиссию? – Задала я очередной вопрос. – Недолго, пару дней. – Замечательно. В понедельник бумаги будут у вас. Мы попрощались с приветливым мужчиной и вышли. – Теперь объяснишь мне, что происходит? – Генри придержал меня за руку. – Есть у меня одно опасение, прости, пока точно знать не буду, не хочу зря об этом говорить. Но пусть лучше патент принадлежит тебе. Да и представь, приедет комиссия, состоящая из мужчин, с кем они будут охотней разговаривать? Генри сдвинул брови, понимая, что я права и спорить не стал. А я думала о своей внезапной проблеме. Если мне суждено скоро умереть, то Генри будет моим единственным наследником, так что я могла оформить патент и на себя, но кто его знает, сколько проволочек связано с такими документами. Сделаю под конец хоть что-то хорошее, избавлю названого брата от нищеты. Смысл жалеть о чём-то, стоя на краю могилы. С собой ни патенты, ни деньги не заберёшь. А коли останусь жива, уверена, Генри меня не обманет. За это время не раз убедилась в его порядочности. Я проводила брата до мастерской, а сама направилась домой и занялась извечным бытом. Сходила на ближайший рынок, благо дорогу теперь знала. Купила немного баранины и овощей. К ним ещё два куска яблочного пирога на десерт. Потом тщательно вымыла весь дом, перестирала бельё, приготовила ужин. Дела отвлекали меня от самого главного, отчего у меня в страхе замирало сердце. Похода к зеркалу. Однако и они закончились. Со вздохом вошла я в спальню и подошла к комоду. Кончики пальцев мелко подрагивали, на лбу выступила испарина. Выдвинув ящик, достала заветное стекло и подошла к окну. Солнце ещё стояло высоко, заливая нашу комнатушку ярким светом. Из зеркала на меня смотрела женщина лет тридцати пяти, морщинок, вроде не прибавилось, но, увидев свою шевелюру, не смогла сдержать стона. Седина окрасила корни волос, пряди у лица тоже побелели. Процесс идёт стремительно, чего я и опасалась. Сняла платье и убедилась в этом наверняка. По ногам поползла паутинка варикоза, грудь стала опускаться, кожа на глазах теряла упругость. Сколько у меня в запасе? Неделя? Месяц? Как ни крути, придётся мне уволиться с пекарни, иначе ничего не успеть. Но десять долларов пошлины… Что же делать? Спрятав зеркало в комод, сварила себе кофе и села за стол призадумавшись. С омнибусами я вряд ли успею управиться, придётся довериться мистеру Дину, уповая на его порядочность. У Генри, к сожалению, не хватит знаний довести дело до конца. С коридора послышалась тяжёлая поступь брата. – Чем так вкусно пахнет? – Он вошёл в дом, довольно принюхиваясь. – Наш ужин: запечённая баранина с овощами и яблочный пирог. – Говоришь, готовить совсем не умеешь? – Хохотнул Генри. – Я быстро учусь, – подмигнула ему, – а ты марш мыть руки. После ужина решила не откладывать разговор. – Послушай Генри, кажется, жить мне осталось недолго. – Как так, Мерид? – Посмотри на меня внимательней, – я подошла вплотную к брату. – Что? Вот ведь мужики, пока носом не ткнёшь, ничегошеньки не заметят. – Мои волосы. – Норм… Мерид… Они седые! – Генри перебирал пряди, не веря глазам. – Видишь, побег в другой мир не помог. Старуха с косой догнала меня и здесь, – невесело усмехнулась я. – Как же теперь? – Совсем потерянный брат опустился на стул, – может, зря волнуешься. Просто состаришься и будешь жить дальше, станем всем говорить, что ты моя матушка. Переедем в другое место. – Хм, меня не очень прельщает всю жизнь провести глубокой старухой, но, думаю, и такого шанса не будет. – Ты хочешь сказать, знаешь, сколько тебе осталось? – Посчитала по темпу старения. Но и то, это лишь примерные расчёты. От трёх недель до месяца. На Генри жаль было смотреть. Мой гигант весь сгорбился, в глазах застыла пустота: – Знаешь, я потерял родителей, потом сестру. И только привык к тебе, как к родной, судьба снова отнимает у меня близкого человека. – Я не знаю, что сказать в утешение. Надеюсь, однажды ты встретишь достойную девушку, нарожаете кучу детишек. Но, прости, хандрить тебе сейчас не дам. У нас другой насущный вопрос стоит на повестке дня. – О чём ты? – Нам нужно сделать опытный образец рессор, однако так, чтобы наше же изобретение не украли, да ещё и дёшево. Есть у тебя подходящий человек? – Имеется, – кивнул Генри, – он молод, но думаю, справится. – Отлично, завтра же идём к нему. После того как я вернусь с прогулки с мистером Дином. Дальше. Когда получим патент, нам необходимо сделать первую партию и продать её, собрать денег на материал для омнибуса и ещё один патент. Твой молодой мастер сможет сделать подешевле? И где взять металл? – Я знаю, как можно выкрутиться. Только вот.. – Говори толком. – На землях индейцев есть железные рудники, там же при них имеется кузня. Так как все материалы добываются на месте, цены там намного ниже. Да и к индейцам мало желающих ехать. – Как местные разрешили добычу? – За готовый металл, естественно. – То есть, существует официальная договорённость? – Да. И вообще, нападение на трактах запрещено с обеих сторон. – Мы едем.