Глава 40

Мужчина рванулся к девочке, но стража Грега, среагировав молниеносно, встала непроницаемой стеной перед Клавдией и вцепившейся в нее девчушкой.

— Пропустите! Это моя дочь. Я измотался, разыскивая её! — рыжеволосый мужчина, с серыми, искрящимися зеленью глазами, точь-в-точь как у Фелиции, отчаянно пытался пробиться сквозь строй воинов.

Они же, словно неприступная каменная крепость, оградили мать и дитя от всего остального мира.

— Мамочка, не отдавай меня ему! — надрывно вскрикнула девочка. — Он убьет меня, как убил маму!

Слова, словно удар грома, поразили мужчину. Застыв, он растерянно взглянул на дочь. Маленькое тельце златовласой лисички била дрожь, а глаза, полные слез, отражали неподдельный ужас.

— Лиси, девочка моя, поверь, я невиновен в смерти твоей матери. Как только весть о беде достигла меня, я бросил всё и отправился искать свою кровиночку….

— Как вас зовут?

— Рудин.

— Рудин, меня зовут Грег, и все, находящиеся здесь, — под моей защитой…!

Полагаю, нам следует вернуться в трактир и серьезно обо всем поговорить, — твердо произнес Грег.

— Хорошо. Мне необходимо объяснить дочери, что произошло с её матерью и с ней. Если моя вина в этой ситуации и есть, то лишь косвенная.

— Это решать не вам. Сейчас главный судья для вас — ваша дочь. Пусть она сама решит, остаться ли ей с вами или же уехать со мной и моей супругой в мои земли.

Мужчина покорно согласился. В сложившейся ситуации, когда родная дочь видит в нем чудовище, другого выхода не было. Они вернулись в трактир и попросили разрешения побеседовать. Вечно молчаливый трактирщик лишь одобрительно кивнул. Да и говорить времени нет — прибыл новый караван, и все столы уже были заняты приезжими.

Ребята остались снаружи, а Орс с малышкой, Клавдия с Фелицией, бросавшей на отца полные тревоги взгляды, заняли одну сторону стола. Грег и Рудин расположились напротив.

Мужчина не отрывал взгляда от дочери, а она, забравшись на колени приемной матери, замерла, уткнувшись лицом в её грудь, всем своим видом демонстрируя нежелание видеть отца.

— Мы вас слушаем.

Мужчина тяжело вздохнул, словно перед нырком в ледяную воду.

— Моя жена, Элли, родила Фелицию, но роды прошли трагически, и она больше не могла иметь детей. Я же, безумно любя Элли, не мыслил о другой женщине. Но глава рода был неумолим и приказал мне взять в жены его племянницу, Милли, не оставив мне выбора. Я нуждался во времени, чтобы подготовиться к побегу, так как сразу заметил злобное отношение Милли к моим близким. Она начала методично изводить мою семью, пока не превратила Элли в служанку. Я же, вынужденно, держал дистанцию с женой и дочерью, дабы не провоцировать племянницу главы рода. Но это не остановило Милли….

Однажды я невольно подслушал разговор Милли с главой. Она жаловалась на то, что я избегаю брачного ложа, что вполне соответствовало истине. Я не мог допустить, чтобы чужая женщина касалась меня. Отговаривался тем, что мне нужно время, чтобы привыкнуть к ней. Эти отказы сводили Милли с ума, и она жаждала причинить моим близким как можно больше боли. Мне было необходимо дождаться, когда глава рода уедет на клановый сбор, чтобы увезти жену с дочерью подальше отсюда. Но они, почуяв неладное, решили избавиться от моей семьи. Изо всех сил я показывал, что старая семья меня больше не интересует. Но, зная мой характер, они не поверили. Подкупив подругу моей жены, Марту, большими деньгами, они решили выманить моих родных из дома и убить.

— Неправда! Тётя Марта сама пришла и предупредила нас, что от нас хотят избавиться! — выкрикнула девочка, ненадолго подняв заплаканное лицо.

Клавдия успокаивающе провела рукой по её спине.

— Да, сама, — спокойно кивнул мужчина. — Если бы с вами что-то случилось в поселке, возникло бы слишком много вопросов, спровоцировало сплетни по округе, что, конечно, не было выгодно главе. Это могло лишить его власти! Поэтому вас нужно было выманить из дома. Элли поверила подруге и, собравшись ночью, они покинули поселок. Но убийцы не ожидали, что она пойдет в другую сторону, и поначалу упустили её. Лиси еще не обрела вторую ипостась, поэтому передвигались они медленно. Но, осознав свою ошибку, прихлебатели главы рода выследили их, накинулись и разорвали Элли.

Эта страшная новость облетела всю деревню. Все знали, кто мог это сделать с Элли и маленькой девочкой, но молчали, лишь бросая на меня сочувственные взгляды. Я, сломя голову, бросился к тому месту, где убили мою жену, и где, как я думал, была и ты, Лиси. Но твоего запаха там не было. Это дало мне надежду! Похоронив твою мать, я вернулся обратно. Если ты помнишь, Лиси, у меня было колечко с белым камнем, с которым ты так любила играть?

Девочка оторвала голову от груди Клавдии и кивнула.

— Это был артефакт. Твоему прадеду это колечко подарил его друг за неоценимую помощь, наказав использовать лишь единожды, после чего оно превратится в обычное украшение. — Что он мог делать? — поинтересовался Орс, словно предчувствуя, что ответ ему совершенно не понравится.

— Лишить оборотня второй ипостаси и передать её более достойному! — отрезал отец лисички.

— И ты, как я понял, отдал её Милли?

— Да. За смерть моей любимой жены и исчезновение дочери я не стал её убивать. Лишил самого дорогого для любого оборотня — второй ипостаси. Оставив её в беспамятстве, я отправился к тем, кто участвовал в расправе над моей лисичкой. Не стал вызывать их на бой, как это принято у оборотней… Мне в первую очередь нужно было думать о дочери и разыскать её. Поэтому я запер их в подвале своего дома — кроме главы клана туда никто не попадёт — и, написав письмо, отправился искать Фелицию. Пусть совет кланов лисиц решит их судьбу.

Я стал объезжать поселок за поселком, город за городом, выслеживая хоть какой-то след, ведущий к тебе, доченька, но каждый раз оказывался не там. Мне показывали девочек, но это была не ты, Лиси… Измученный усталостью, однажды задремал в лесу, и мне приснилось, будто ты резвишься возле озера. На этом и проснулся. Я не мог понять, что за озеро мне показали, и только через месяц случайно узнал, что в Светлое озеро вернулась магия. В то время я был очень далеко, и только сейчас, почти доехав до священного места, случайно увидел тебя.

— Значит, это тебя имела в виду Ниби, когда предупредила, что мы обязаны остановиться в этом трактире и переночевать.

— Да, я должен был приехать ночью, но в дороге на нас напали, поэтому пришлось задержаться. Эти торговцы, что сидят за столами, были со мной в одном обозе.

— Напали? Где?

— Недалеко отсюда. Говорят, что не очень давно ставали нападали на травоядных оборотней. Так вот небольшой отряд, каким-то образом отделившийся от основной группы, нападал на прохожих и грабил обозы.

Клавдия переглянулась с Орсом. Они прекрасно понимали, о каких ставалах идет речь. А Рудин продолжал рассказ:

— На нас тоже было нападение, но это была смешанная группа оборотней, которые давно облюбовали место в лесу, в нескольких милях от трактира. Кроме трех ставали, там было два волка, медведь и, как ни странно, даже один травоядный. Странно, ведь они недолюбливают друг друга. Всех, кто остался жив, отправили со стражниками в город.

Все замолчали, обдумывая ситуацию.

— Думаешь, нападение было конкретно на тебя?

— Нет, это ухмари! Они всегда разбойничают в тех местах.

«Ухмарями» в этом мире называли разбойников с большой дороги из-за их звероподобной внешности и самодовольной ухмылки на лице.

— Лиси, девочка, простишь ли ты меня за то, что я не успел спасти твою мать? Мне нужно было в первую очередь сразу увести вас оттуда, но жизнь была налажена, поэтому не хотелось уходить в неизвестность. Теперь я понимаю, как был не прав, что не пошел против слов главы рода, за что и поплатился.

Фелиция минуту смотрела на отца и, спрыгнув с колен Клавдии, медленно подошла к нему. Рудин подхватил дочь на руки и прижал к груди. Все заметили, как по его щеке скатилась скупая мужская слеза.

— Папа, ты пойдешь с нами? — спросила рыжая лисичка.

— Если твои сопровождающие не против, то я согласился бы никогда с тобой не расставаться, — ответил Рудин.

— Значит, договорились! Любимая, — Грег обратился к Клавдии, — я открою сейчас портал. Ребята сами будут добираться до дома, а мы к этому времени уже обустроимся. Нежелательно детей тащить в такую даль.

— Если ты так считаешь, то это правильно, я согласна с тобой! Кроме меня, кто еще перенесётся порталом?

— Орс, так как малышка Ирая его не отпустит, — усмехнулся он, — и Рудин с Фелицией. Как вам такой план?

Все дружно закивали. Так было удобнее всего Клавдии: не придётся тащиться с маленьким ребёнком в такую даль и ночевать в сомнительных заведениях, а воинам — то что они могут прибавить шаг и двигаться быстрее, сокращая время пребывания в пути.