Глава 24

Месяц спустя

После нашего познавательного разговора прошёл месяц. Всего какой-то месяц, а как всё изменилось. Во-первых и главных, с Лукоморья слетели шапки. И не только с инспекторши, которая больше никого не проверит и никому не скажет “соответствует“, потому что была уволена с волчьим билетом. Всё гораздо круче!

В результате проверок вскрылось такое масштабное многогодичное казнокрадство, что Совет Миров до сих пор разбирается, куда уходили бюджеты, выделяемые на обеспечение нормальной работы Хранителей. Оказалось, что вместо домов, ковров, нормальной еды и технического обеспечения деньги годами оседали в чьих-то карманах. Поэтому теперь в ЧОПе новые порядки, новые сотрудники и очень нервные проверяющие.

А во-вторых, Межмирье теперь не узнать.

У каждого Хранителя наконец-то есть настоящий дом. Не пещера, не болотная полусгнившая хижина и не навес из еловых веток, а нормальное тёплое жильё с придомовой лужайкой и маленьким белым заборчиком. У меня тоже, как и у всех, появился свой дом. Небольшой, одноэтажный, но между тем в нём есть отдельная кухня, спальня и даже маленькая комната для гостей.

В сундуках полно самой разнообразной еды, а ещё в доме всегда тепло и светло. Свет и тепло у нас, кстати, работают не от генераторов, которые из-за использования бензина признаны не слишком экологичным средством для получения электроэнергии. Свет нам дают энергетические элементали, заключённые в специальные стеклянные колбы. Те самые жуткие и неуправляемые твари, прорыв которых мы не могли остановить. Совет подписал договор с их миром, и теперь для них это обычная работа. Как выяснилось, прорывались они к нам не из вредности, а потому что в их мире скопилось слишком много энергии, и девать её было некуда. Зато теперь электрические иномирцы освещают не только наши дома, но и успешно используются в других мирах.

По своему сектору мы с Бурмашей больше не носимся в Икуне, рискуя сломать себе шею или отбить коленки. Она, конечно, по-прежнему в строю и всё так же бодро носится по пересечённой местности, но признана не постоянным, а экстренным средством передвижения и даже оборудована внутри привязными ремнями. Так что если внутри и трясёт, у нас больше нет риска вылететь в окно. Но мы с Бурманом, как и все остальные Хранители, с огромным удовольствием пользуемся тихими и плавными коврами-самолётами – всё-таки по воздуху перемещаться удобнее, быстрее и эффективнее.

Какие у нас ещё новости? О-о, да полно.

По рекомендации Финиста с Драконьим миром заключили постоянный обмен: несколько близлежащих миров поставляют драконам землю, а те отдают взамен золото. Пустынные миры, глядя на соседей, тоже подсуетились, договорившись с миром водных элементалей. Им тоже есть чем обмениваться. И вообще между многими мирами быстро налаживаются торгово-денежные отношения. Даже как-то непривычно. Но очень интересно и полезно.

Прорывов за этот месяц было всего два. И нет, мы хорошо следим за тем, чтобы границы не истончались. Всё дело в мавках. Они до сих пор не могут успокоиться и пытаются отомстить светлым духам за последний прорыв – видимо, решили, что жалобы на тридцати двух страницах им мало. Но всё закончилось хорошо. Совместными усилиями мы загнали их обратно, а Водяной попутно объяснил, что Совет Миров поставил их дело на особый контроль и обязательно со всем разберётся. Как ещё утихомирить этих плакс, мы пока не придумали. Но время у нас есть.

Что ещё нового у нас?

Я завела огород на придомовой территории, Леший подумывает разводить грибы и уже строит утеплённые теплицы. Водяной договорился с бобрами, и теперь они вместе строят плотины, чтобы направленно менять течение реки. Вода станет чище и полям польза (моему огороду, кстати, тоже, потому что первым делом Водя вернул воду в пересохшее русло, которое ведёт прямо к моему дому).

Картараниэль-золотое-крыло-что-белый-свет-освещает, как и обещал, притащил нам золото. Все тридцать три тонны. Мы засыпали его в овраг. Нет, не тот, что с двумя соснами. Решили не тратить драгоценный материал зря, поэтому высыпали всё в овраг рядом с дубовой рощей. Лешему теперь не дует, а по ночам в дубовой роще светло от целой горы золота.

У Кощея закончился срок службы, и он отправился в один небольшой уютный мир под названием Озёрный Край. Это тихий зелёный мир с мягким климатом, множеством озёр, рек, лугов и невысоких гор. Там нет больших городов, нет суеты, нет бюрократии. Люди живут просто – занимаются хозяйством, ловят рыбу и разводят сады. Надеюсь, Кощею там понравилось, ведь в горах там есть множество пещер, где можно поставить трибуну и орать, сколько вздумается. Да и Русалка выбором жениха довольна – вода на каждом шагу, можно построить дом у озера, купаться в чистой воде, гулять под зонтиком и никуда не спешить. Самое главное, уже через год они оба смогут жить там вместе.

Мы уже попрощались с нашим шумным другом и сейчас отправляемся знакомиться с новым Кощеем. Заодно утешим нашу дорогую Анастасию Дмитриевну и посмотрим на её свежевыкопанный затон, где она теперь разводит рыбу – сундук сундуком, но каждый из нас нашёл в Межмирье возможность приложить к делу свои руки.

– Бурмаша, долго тебя ждать? – зову дорогого куратора, усаживаясь поудобнее на ковёр-самолёт. – Мне ещё к Кики нужно забежать ненадолго.

– Зачем? – кот появляется из-за угла, щурясь от полуденного яркого солнца.

– Она обещала закончить моё новое платье.

– Женщины… – стонет Бурман, запрыгивая и садясь рядом. – Вам бы только тряпки обсуждать.

– Не просто тряпки, а очень красивые и качественные тряпки, – улыбаюсь я. – У Кики отменный вкус. Сам знаешь, ни в одном из миров не найдёшь таких платьев, какие шьёт она.

Бурман, как любой мужчина, не слишком заморачивается с красотой одежды, поэтому только хмыкает на моё заявление.

Мы взлетаем.

– Как думаешь, новый Кощей будет такой же идейный, как прошлый? – интересуется кот, пока мы лавируем между деревьями и пролетаем над болотом.

Задумчиво чешу лоб.

– Это вряд ли. Времена нынче не те. Идеи тоже.

– Жаль. Весёлый был мужик.

– Ага, обхохочешься. Кстати, Бурмаша, а ты уже выбрал мир, в который хочешь отправиться? У тебя осталось десять месяцев.

Смотрю на кота и замечаю, как поджимаются его уши.

– Бурмаш, – глажу его по мягкой шёрстке, – может, всё-таки расскажешь, какую тайну скрываешь?

Кот фыркает и отворачивается.

– Никакую тайну я не скрываю. Что ты придумала, женщина?

– Бурмаш…

Кот тяжело вздыхает.

– Нечего мне придумывать. Обратно отправлюсь. На Землю.

– Почему на Землю? – спрашиваю и вдруг понимаю. – Бурмаша, ты хочешь отправиться к последней Ягуне? Она тебя там ждёт?

Я уже знаю, что не только Хранители, но и кураторы когда-то были людьми. Да и в рассказах о прежних Ягунях приоритетом всегда оставалась последняя. А ещё Бурмаша никогда ни на кого сильно не обижался, а на Водяного за пересохший ручей обиделся. А всё почему? Потому что тот обидел его самую любимую Ягуню.

Так что сложить два и два оказалось несложно.

Кот закатывает свои лунообразные глаза, топорщит усы и некоторое время молчит, пряча волнение.

– Ждёт, – всё же отвечает. – Мы договорились встретиться.

Теперь замолкаю я. Выправляю ковёр-самолёт, облетаю сухую берёзу, а потом с чувством говорю:

– Ты ей понравишься. Обязательно.

– Ага, как же, – фыркает кот. – Она меня в человеческом облике ни разу не видела. И за Кощея замуж собиралась.

– Так это когда было? Сто лет назад. Она же потом передумала, когда вы с ней сто лет практически наедине прожили?

– Передумала. Сказала, что он слишком импульсивный, а я…

– Вот, Бурмаша! Это самое главное. Она знает тебя как облупленного. Поверь мне, ты ей в любом облике понравишься. Мы, женщины, любим ушами. А тебя не любить невозможно. Ты же самый лучший куратор на свете. И кот. И человек тоже.

Бурман прикладывает лапу ко лбу и стонет:

– Ягуня, я тебя умоляю, хватит уже говорить обо мне. Лучше вперёд смотри. Кажется, посадочная площадка занята. Опять Водяной у Кикиморы сутками пропадает. Женишок новоявленный. Лучше бы за своими бобрами следил. Построят плотину не там, где надо, и затопят нам весь огород. Пойдут все наши труды насмарку. А там уже и лучок зелёный подрос, я утром проверял. Хотя лучше бы там мясо росло.

– Бурмаша, тебе всё мало мяса? Такие разносолы каждый день: и индейка, и курятина, и свинина. Даже телятина была на прошлой неделе.

– Мясо много не бывает, – блеснув загоревшимся взглядом, сообщает кот.

– Ох, ну и обжора ты.

Фыркнув, опускаюсь на посадочную площадку и бегу мерить своё новое платье. Мне сегодня вечером в нём ещё на свидание идти.