= 24 =

АННА

- Одумайся, - качает головой Ваня. Женя в шоке смотрит на меня. Мы сидим в кафе, недалеко от универа. У них закончились пары, и мы договорились встретиться.

- Да, с чего вдруг решила? У тебя же все прекрасно, уверенно на красный диплом идешь, - подхватывает Френкова.

- Поняла, что математика это, ну не совсем мое, - отзываюсь.

- Да не может быть, - не хочет верить Ваня, - разве это вообще реально? А как же твой отец? Он что скажет? А как же…

- Я ему еще не говорила, надеюсь, он оценить, что его дочь решила что-то изменить в своей жизни.

- Чет я сомневаюсь, - протягивает Женя, - никакие предки этому бы не обрадовались бы.

Это точно. Просто позитивными мыслями пытаюсь себя приободрить. Предстоящий разговор с родителями очень плохо себе представляю.

- Ну,- пожимаю плечами и присасываюсь к трубочке из стаканчика с кофе. Мне бы, конечно, хотелось их поддержки, а не этого дикого непонимания на лице. Вот Катя меня поддержала. Но она всегда на моей стороне. Если только, конечно, я не отказываюсь от какой-то вечеринки или веселья.

- И чем ты планируешь заниматься? – хмурит брови Стрельцов.

- Еще не решила наверняка. Точно буду год отдыхать.

- Да ты ж не сможешь восстановить знания! – хватается за голову мой друг, - я просто в это не верю… С чего ты вообще решила-то? Я не понимаю.

- Ты прям точно через шесть дней пойдешь и заберешь документы?

- Прям точно. Вы задаете одни и те вопросы. Мне жаль, что вы расстроены, но давайте вы не будете давить, я и так нервничаю.

- Ладно, - легко соглашается Женя, - действительно, это твое решение. Мне, конечно, не будет так весело без тебя. Но теперь у меня есть Ваня. Да, Стрельцов?

Тот как-то странно смотрит на девушку и снова переводит взгляд на меня.

- Ты реально уходишь? А как же форум? Ты же собиралась выступить.

- О, кстати, - достаю свои черновики и наработки и отдаю парню. Он в недоумении просматривает их.

- Я хочу еще один пончик с шоколадом! – заявляет Женя, - есть желающие?

Мы отрицательно качаем головами. Она отходит к прилавку.

- Черт, - бормочет Ваня, озадаченно хмуря брови, погружаясь в материалы, - да это ж колоссальный подход…. Емкий труд…

Улыбаюсь. Он так очарователен в своей влюблённости в предмет. Думаю, что я ему даже не нравилась, лишь, то насколько я приближенна к его страсти. Лишь то, какой старалась казаться.

- Если бы ты хотел выступить с этой темой, ее, конечно, еще надо доработать…

- Ты мне это отдаешь? – не верит.

- Да, мне это больше не нужно. А я много работала. Жаль, если мои труды пропадут.

- Ты все это всерьез, да? - смотрит на меня разочаровано и от этого взгляда что-то дергает внутри меня, заставляет почувствовать свою вину. Не думаю, что ему нужен ответ, он просто осознает. В этом мы с ним похожи, я сама до конца не верю, что всерьез.

Мы вчера с Катей всю ночь проговорили. Она даже отменила встречу с Антоном, и заснули лишь под утро. Она благополучно проспала пары, так как даже когда я уходила, она еще крепко спала. Соколова посоветовала мне никого не слушать, только свое сердце и делать так как будет хорошо мне. И рискнуть. Потому что лучше уж я расшибу лоб и попробую, потому что при этом парне (Паше) мое сердце колотиться как сумасшедшее, в этом я ей честно призналась. Чем потом буду всю жизнь жалеть. Тем более, как сказала Катя, это же наш Пашка и мы его знаем сто лет. Но сказать это все легко. А вот так пойти и признаться – страшно. Легче заново все сессии снова сдать. Там ты хотя бы ответственен за результат.

Еще и папа не знает про институт. Хотя мне кажется, что никто меня всерьез не воспринял. Но вот следующий день. Моя голова остыла. И я уверенна в этом решение, даже не подозревала каким это было грузом для меня. И как сейчас мне легче дышится. Папа больше не станет требовать исполнить его мечту и мне не нужно будет думать о том, как прыгнуть выше головы. Теперь я буду принадлежать себе. Сама до конца не верю в это.

Думаю о кубе, который вчера пришел. Мне нравится в этом подарке все. От маленького камня, заключенного внутри, до надписи. Только представить, что тот камушек напрямую из огромного Космоса и сердце готово остановиться. Лишь человек знающий меня мог мне подарить такое. Чего же я боюсь? Катя говорит, что у него никого нет. Может, он действительно все ещё чувствует ко мне что-то? Может я его не сильно отпугнула своим поведением? Ведь я сама до смерти испугалась того, что почувствовала. Боже, это все так ново для меня. Как себя правильно вести-то?

- Да та-ам, а вот и я! - Женя плюхается на свой стул. Смотрит на Ваню, затем на меня. – Ну, не переживай, парень, - весело толкает его локтем, - я за тобой присмотрю не хуже мамы Ани…

Выйдя из кафе, поправляю платье футляр. Мне нужно поблагодарить Пашу за подарок, потому что он великолепен, и мне нужно поговорить с ним, сама еще не знаю с чего начать. Впервые иду не подготовленная. Решаю импровизировать. Что, тоже, кстати, мне не свойственно.

Когда уже в его доме, на его этаже открываю дверь, ведущую в общий коридор, то просто прирастаю к месту. В другом конце у открытой двери непосредственно его квартиры стоит Паша и смотрит на Диану, рука которой на его сердце.

Упс.

Встречаю его взгляд. Сгладываю все еще не зная, что делать. Разворачиваюсь и как можно тише ухожу.

Я не бегу по лестнице, как бывает в фильмах. Просто спускаюсь, не могу представить почему проигнорировала лифт. Да, Боже мой! У них примирение, а я приперлась! Убью Катю. Все-таки теория о моих родителях и нас верна. Но успеваю пройти буквально один этаж, как кажется, слышу оклик. Останавливаюсь. И ко мне действительно спускается Завьялов. Заметив, что его жду, замедляется и остается на последней ступеньке пролета. Оглядывает мои голые коленки, платье футляр и затем останавливает взгляд на лице.

- Аня! Ты че бежала?

- Я не бежала. Шла, - пожимаю плечами, - просто не хотела мешать.

- А, - чуть хмурит брови.

Отворачиваюсь и собираюсь продолжить свой путь.

- Агатштейн, ты куда?

- Вниз, - говорю очевидное. Он выдыхает и спускается, преодолевая расстояние, между нами. И это действует. Мое сердце начинает набирать скорость от его близости, заставляя застыть на месте.

- А чего пришла-то? Все в порядке? - снова меня оглядывает.

- Да, ничего особенного, - пытаюсь казаться более расслабленной, чем есть на самом деле, - просто хотела сказать спасибо за подарок.

- Подарок? – смотрит на меня, но затем понимание мелькает в его глазах, и он чуть наклоняет голову, - хорошо, давай.

- Спасибо, он чудесный, пожалуй, самый лучший за мою жизнь…но не стоило так тратиться.

- Он тебя порадовал?

- Да. Он удивительный! Это просто волшебство! У меня не хватает слов описать весь спектр восторга, если честно.

-Тогда стоило, - его внимательный взгляд будто пронизывает меня, словно рентген лучи. Интересно насколько нормально так реагировать на парня, которого наверху ждет девушка? Отвожу глаза.

- Ну я пойду? – почему-то у него спрашиваю.

- Нет.

- Что?

- Может, зайдешь? Ты ведь у меня не была, покажу как обустроился, м?

- Знаешь, извини, но я не хотела вам с Дианой…

- У нас с Дианой ничего нет. Она просто слегка перепила, и я её умыл.

- О, - удивляюсь, - умыл? В смысле водой?

- Да, в прямом смысле, лицо, холодной водой.

- Ладно, -говорю, все еще не до конца понимая, - это ваши отношения.

- Я же тебе говорил: у меня нет отношений. И девушки нет.

- Там наверху было похоже, что есть, - замечаю.

Его рот растягивается в улыбке.

- Агатштейн, ты ревнуешь? – находит мои глаза, затем опускает взгляд на губы, которые тут же пересыхают. Делает ко мне шаг, еще один и, между нами, уже почти нет расстояния. Тут же забываю, как дышать.

- Нет, - все же произношу, - говорю очевидные вещи.

- Но - чуть наклоняет голову, - у взгляда всегда есть разные углы. Поднимешься? Покажу свою обитель.

- Да, хорошо, - легко соглашаюсь, в конце концов я для этого и пришла. Поговорить.

В его квартире светло. Неплохой ремонт. И нет Дианы. Последнее мне нравится больше всего. Сначала смотрю кухню, все стандартно, уютно и со вкусом, медленно прохожу к комнате и останавливаюсь на пороге оглядываю шкаф, не застеленный разложенный диван, стул с накинутыми вещами. Вполне себе комната нормального парня.

- Нравится? – спрашивает Паша. Он наблюдал за мной прислонившись к стене коридора, но отстранившись подходит, - извини, когда пришла Диана, я спал. Но, если честно, не уверен, что я всегда его застилаю.

- На случай неожиданных гостей? – поднимаю на него глаза.

- Очень тонко, Агатштейн, - оценивает, - нет. На тот случай, когда мне просто лень.

- И часто Диана приходит…ммм...умывать лицо?

- Я ее никогда не жду, - говорит, будто бы не совсем отвечая на вопрос. Поднимает руку и касается моей щеки. Такой нежное и приятное касание. Будто даже это доставляет ему удовольствие, как и мне. Улыбается, заглядывая в лицо.

- Я соскучился, - признается.

- По мне? – выдыхаю.

- Кофе? Или ты пришла не за ним? —спрашивает вместо ответа. А я вновь попадаю в его омут, прирастаю к месту. Могу, кажется, чувствовать вибрацию его тела. Теплые волны. Наверное, он меня сейчас поцелует. И эта мысль отрезвляет и пугает до чертиков. Путей назад не будет. Я не захочу. Знаю это. Но он тоже должен знать.

- Я не…- перевожу дыхание, и ставлю руку перед собой, - ничего у нас не получится

Брови парня хмурятся и он делает шаг назад. Поднимает лицо к потолку, закрывает глаза и выдыхает. Но затем снова возвращает взгляд.

- Почему? Ваню своего любишь?

Смотрю на него. Ох, если бы он знал. Качаю головой. Мне надоело обманывать его, а самое главное себя. Но как ему объяснить свои страхи?

- Нет… Ваня ни при чем, у нас с ним и не было ничего.

- Не было? – заинтересованно.

- Нет. Мы с ним просто друзья.

- Та-ак. А почему не получится? Я не такой умный? Правильный? Или еще что со мной не так?

- Нет. С тобой ничего… Просто я как мой папа, а ты как моя мама…

- А? – парень на мгновение замирает в изумление. А затем смеется. Да, что-то в этом мире вечно. Но потом уверенно делает обратно шаг ко мне. Рукой за затылок притягивает к себе.

- Знаешь, - говорит он напротив моих губ – мне плевать на кого я там похож…

Его губы накрываю мои, заставляя забыть, как дышать. Мурашки мгновенно покрывают мое тело, заставляя загореться. Его требовательный язык находит мой, сплетаясь разжигая внутри меня гамму чувств, ярче радуги. Ноги слабеют, думаю хорошо, что он меня поддерживает, второй рукой за талию иначе я просто могу упасть…Боже-е-е…

- Какая ты горячая, - бормочет, не отрывая губ, его язык, губы, дыхание. Все это заводит, зарождает во мне яркие чувства, такие которые до сих пор не испытывала никогда. И я сдаюсь. Наверное, давно сдалась, боялась признаться себе, дать волю чувствам. Сбрасываю сумку с плеча и обнимаю его за шею двумя руками. А он углубляя поцелуй, задирает платье, сжимает голые бедра, заставляя моих бабочек биться словно сумасшедших. Его руки одновременно обжигают и заставляют мою кровь приятно бурлить по венам. Это удивительно поражающее чувство. Но я не хочу, чтоб он перестал. А его руки поднимаются выше, теперь обжигая мою талию. Но я не испытываю стыда, лишь желание. Когда его рот отрывается от моего, он явно не заканчивает, лишь продолжает осыпать поцелуями мою кожу, оставляя на ней горячие следы, а его руки продолжают движение вверх, сжимая, лаская и пробуя. И когда я готова просто задохнутся от нахлынувших эмоций он отстраняется. Его зрачки расширены и глаза затуманены, дышит тяжело.

- Если продолжить, то боюсь мы окажемся прямо там, - хрипло говорит, кивая на свою простынь.

- У нас будет прям секс? – спрашиваю волнительно. Он притягивает меня к себе и целует в макушку.

- Черт, как я без этого столько протянул, - тихонько смеется.

- Прости, я совершенный профан во всех этих делах, - слегка пожимаю плечами. Наклоняет голову, чтобы посмотреть на меня.

- Ты еще не поняла? Я серьезно на тебя запал, Агатштейн, слишком давно, чтобы помнить точно, - переводит дыхание, - но я больше не могу разгадывать ребусы и ждать, когда свершится чудо… Мне нужна ты. Моя Агатштейн со всеми своими тараканами. Потому что ты – настоящее чудо. И с этой минуты, я не хочу тебя отпускать. Хочу, чтобы ты была только моей и больше никому не принадлежала, никаких Вань или еще кого…А я постараюсь, чтобы тебе было всегда хорошо со мной. Но этого хочу я. Это, то, что могу предложить. Но чего хочешь ты?

-Пашу Завьялова первым пунктом, - признаюсь честно с легким выдохом. И, похоже, ему нравится, что слышит. Его губы снова накрывают мои. Это нежный поцелуй и от него мои бабочки радостно расправляют крылья и взлетают, заставляя и меня почувствовать легкость и порхание.

Мягкая улыбка касается его губ, когда лоб касается моего.

- Нравлюсь, а? – проговаривает довольно, - но надеюсь хоть, не как твоя мама?

Легко пихаю его в плечо, а он обнимает меня и притягивает к себе вдыхая запах моих волос.

- Я имела ввиду, что мы разные и можем закончить как они. Ты ведь знаешь, какие они, и какие мы. И посмотри, что у них получилось, - объясняю, наслаждаясь твердостью мышц под моей щекой. Мне нравится, как крепко он меня обнимает, наслаждаясь этим мгновением со мной. Одинаково. Но затем отстраняется, заставляя почувствовать прохладу, смотрит на меня, обдумывая мои слова. Касается моих волос, задумчиво накручивает их на палец затем ловит в свой зеленый омут мой взгляд.

- А как ты смотришь на то, чтобы попробовать начать как Паша и Аня. Просто. Сами за себя, м?

По-моему, думается мне, это просто идеально.