Глава 11

Когда меня забрал с крыши флайер, я забилась в его самый дальний угол и скрутилась на сиденье. Впервые в жизни мне хотелось быстрее на землю.

— Мы с вами прямиком в головной отдел — приказ руководства, — бросил водитель — молодой парень.

— Твою мать… — поморщилась я. Совсем забыла про того, кто ждал на земле! Как же хотелось в горячую ванную и мороженного, а не разъяренного главу безопасности по мою душу. — Может, договоримся?..

Парень насторожился в зеркале заднего вида.

— Вам точно не нужна помощь медиков? Я свяжусь с ними…

— Мне бы напиться и забыться… — пробормотала я, расслабленно развалившись в кресле.

Ну что может сделать Райан? Ну, будет орать. Уволит? Так нет же. Закроет доступ к высоткам? Скорее всего…

— Черт…

Возле подножия здания творился ад: Арциус давно не испытывал подобных потрясений. Я видела потоки людей и автомобилей, стягивающихся к центру. Они стекались к ограждавшему место происшествия куполу, поражая масштабностью реакции. Включив небольшую плазму в салоне, я погрузилась в этот ад уже с более близкого расстояния. Как хорошо и спокойно было там, наверху!

Новости наперебой транслировали картинки с места событий, слезы радости родителей, возмущения людей фактом произошедшего. Журналисты наперебой анализировали хронологию событий, привлекали экспертов и аналитиков, раздувая и без того немаленький масштаб происшествия просто до небес!

Следующей новостью везде транслировали уход Райана из дома голосований. Сегодня, как оказалось, состоялось предварительное заседание по вопросу введения войск на Озон. Я придвинулась ближе, чтобы не пропустить ни слова. Об этом мне говорил Эрик! Но получалось, что Райан не принял участие в голосовании, так как был вынужден лично заниматься происшествием с заложниками! Журналистам удалось застать только его стремительный выход из здания, но даже этот короткий момент заставил меня порадоваться, что я не видела его лица, когда он мне звонил…

В головном центре царил хаос. Стоило спуститься с площадки внутрь, захотелось обратно не то, что на площадку, но и, пожалуй, обратно на башню.

— Мисс Неро, пройдемте, — кивнул мне тип в костюме — двойник Ричарда, и меня повели по коридорам.

— Что-то не так? — нервно спросила я, когда передо мной открылись двери приемной.

— Мистер Вайс попросил присмотреть за вами, пока не вернется, — бесстрастно ответил мужчина, — присаживайтесь.

Насмешил. Я была так взвинчена, что от усталости не осталось и следа. Послонявшись по кабинету около часа туда-сюда, я набрала Говарда.

— Привет, героиня…

— Похоже, ты один так думаешь.

— Что, заперли тебя в камеру?

— Еще нет, но, кажется, скоро. Что мы натворили?

Кроу устало вздохнул.

— Меня отстранили за то, что не согласовал твою кандидатуру… Почему не сказала, что была в больнице?

Я опустилась в кресло.

— Меня все равно выписывали… В этой ситуации я вообще не думала об этом.

— Надо было думать…

— Да ладно тебе, Говард, — усмехнулась я. — Ну что он мне может сделать?

В этот момент входная дверь хлопнула так, что я подпрыгнула на месте, а смарт выпал из руки.

В дверях стоял Райан. Судя по глазам, он слышал мой разговор с Кроу. В два шага он оказался рядом, схватил меня за руку и дернул обратно к двери. Казалось бы, надо было орать, возмущаться и брыкаться… Но то, что я увидела в его взгляде, меня парализовало. Он словно постарел за эти полдня, что мы не виделись. Глубокие морщины расчертили лоб, глаза выцвели, а лицо посерело. Райан быстро шагал вперед, чуть ли не волоча меня следом, и люди шарахались от нас в стороны.

Когда створки лифта отрезали нас от остальных, я с опаской покосилась на него, облизав пересохшие губы:

— Куда мы?

— Ты ведь хотела в «одиночку», — процедил с ненавистью он, не глядя на меня.

Вышли мы в коридорах совершенно другого уровня. Райан провел меня через проходную, коротко кивнул охранникам и потащил мимо одинаковых дверей без номеров, со странными световыми индикаторами. Не пойми, как выбрав нужную, он чиркнул по замку ключом и толкнул меня внутрь.

Свет в камере вспыхнул автоматически, заработала вентиляция. Я обхватила себя руками, оглядываясь. Больше всего «одиночка» напоминала комнату в не очень дорогом, но чистом отеле. Светлые стены, простенькая кровать, тумбочка и дверь в санузел.

Я не сразу поняла, что он захлопнул двери, вопреки ожиданиям, не с обратной стороны. Обернувшись, отшатнулась.

— Составишь компанию? — усмехнуться не вышло, хотя я планировала.

Он хищно оскалился:

— Раздевайся.

— Что?

— Будем учить тебя выполнять мои приказы, — глухо чеканил он. — Я сказал «раздевайся». Это приказ.

Как же хотелось послать его к чертям! Но я боялась. Райан был на грани… Я гордо вздернула подбородок и принялась снимать комбез. Взять себя в руки не получалось, меня мелко потряхивало. В то, что он сможет причинить мне физический вред, не верилось. Я медленно нагнулась, свесив длинные волосы до самого пола, стянула ботинки и отшвырнула комбез на тумбу, оставшись босиком в белье.

Наши взгляды встретились. Мы оба тяжело дышали, словно только что влезли на крышу здания. Сердце скакало в груди, изнывая в мрачном предвкушении.

— Сними с меня ремень.

Вопросительно изогнула брови, но Райан продолжал удерживать меня одним взглядом, не позволяя сделать ни единого не согласованного с ним движения. Я повиновалась, протянув руки к пряжке его ремня.

Пальцы путались, воздух вокруг стал невыносимо горячим и влажным, движения — нервными и резкими. Я вырвала ремешок из последней петли, и он тут же перехватил его обеими руками, наматывая на кулак:

— Лицом к стене…

Прозвучало, как пощечина, но я выполнила его очередной приказ.

Время зашипело раскаленной каплей на нагретой солнцем крыше, забило легкие вязким дымом и рухнуло к самому желудку, склеивая внутренности. Я дышала урывками, слушая, как он подходит ко мне вплотную, как лязгает пряжка отброшенного к стене ремня. Туда же, судя по звуку, вскоре улетела его рубашка и брюки, и через полтора удара сердца его пальцы невесомо огладили мышцы вдоль позвоночника, словно спрашивая…

Я задержала дыхание… Он… спрашивал?

В следующую секунду моей шеи коснулась дикая смесь горячего поцелуя и будоражащего укуса, а его ладони огладили бедра, чуть потянув назад. И я встала на цыпочки, прогибаясь в пояснице. Вязкий сгусток ожидания и опасений толкнулся в низ живота, вытесняя страхи. Я запрокинула голову, подставляя плечи его ласкам. Ровно один вдох он еще наблюдал за мной, потом в шею ткнулся его резкий горячий выдох, пальцы чуть болезненно сжались на пояснице… К его одежде добавился мой лифчик и трусики. Он развернул меня к себе лицом и подхватил под бедра, заставляя сердце сделать кульбит.

— Смотри… мне… в глаза…

И он одним рывком вошел в меня, не давая возможности сопротивляться, подчиняя полностью. Я вцепилась пальцами в его плечи, и все равно словно сорвалась с высоты. В груди сжалось от дикого восторга, как во время смертельно опасного прыжка. Его взгляд виделся мне сквозь дымку, то норовил ускользнуть, то снова цеплял, ненадолго удерживая. Райан не давал мне инициативы, двигаясь так быстро и так сильно, как хотелось ему. Все, что я могла — лишь цепляться за него и срываться вместе с ним в эту пропасть.

— Райан… — выдохнула в полубреду, чувствуя, что робкий стон уже ничего не решит.

— Кричи, Рафаэль… — приказал он и вышел чуть больше, чтобы вернуться с новой силой. Наши бедра хлестали друг о друга в диком ритме, тела покрылись влагой, губы саднило от укусов. Я уже не падала, а летела вверх, задыхаясь от недостатка кислорода. Легкие горели, и, казалось, что еще чуть-чуть, и я буду умолять остановиться, заранее зная, что черта-с-два он послушает.

Я вскрикнула и дернулась, пытаясь вырваться, но он сжал мои бедра до боли, впечатывая в себя со всей силы. Спину выгнуло дугой, и меня затрясло в его руках так, что никакой взгляд не смог бы удержать сейчас здесь. Я словно отключилась, и тут же вернулась обратно вместе с болью от его сильных рук. Но была счастлива обменять ее на его рваный стон и дрожь.

— Рафаэль… — выдохнул он тихо в мою шею. — Раффи…

Я открыла глаза и улыбнулась его настороженному взгляду.

— Скажи… отсюда… твоих любовниц потом отвозят в криокамеру? — прыснула я, хватая ртом воздух.

На что он снова с силой прижал мои бедра к своим и наклонился ближе:

— Тебе это не грозит… — прорычал с ехидной улыбкой в уголках губ. — Ты так легко не отделаешься…

— Ты же зверь, Райан, — улыбалась я.

— Ну ведь ты жива, — красноречиво толкнулся он внутри меня снова.

— Нет-нет, не надо! — взвизгнула я. — Это все посттравматический шок…

— Что-то ни разу я не видел, чтобы шокированные так довольно улыбались, — рассмеялся он и, наконец, опустил меня на пол, чтобы сразу же подхватить снова, так меня пошатнуло.

— Ты теперь часто будешь меня тут навещать? — съехидничала я, но тут же осеклась, когда подняла на него глаза. Он смотрел на меня серьезно и осуждающе, продолжая бережно удерживать в руках. — Прости.

— За что? — тут же потребовал он.

— За то, что сбежала…

— И все?

Надо будет как-то подловить эту его эмоцию на камеру! Как ему удавалось сочетать в одном взгляде серьезность и насмешливость?

— …И за то, что не послушалась приказа…

— Так вот, ты уволена, — тоном, который никому не пожелаешь услышать от своего босса, возвестил он.

В эту секунду я напрочь забыла, как мечтала это услышать.

— Что?! — округлила я глаза, пытаясь вырваться из его рук. — Увольняешь меня вот так?!

Его широкая довольная улыбка и толика изумления во взгляде, пока он скручивал меня, не помогали достучаться до моего разума. Я вырывалась всеми силами, пока не оказалась прижатой к маленькой кровати животом. Последней каплей стало то, что я вздернула попку, пытаясь вылезти из-под Райана, и тут же обескураженно замерла, ощущая внушительные результаты своих усилий, грозящие мне уже полноценным продолжением.

— И что же ты притихла? — вкрадчиво прошептал он мне на ухо, упираясь членом между влажных складок. — Ты просто мастер дипломатических переговоров, Рафаэль…

Мне уже было плевать. Его голос над ухом и тело, прижатое так плотно к моему, заставляли терять остатки разума. Я хотела его снова до одури. Прогнувшись сильнее, я почти вынудила его войти, но он вдруг сжал меня сильнее, тяжело дыша.

— Я не хочу продолжать здесь…

Тишина наполнилась нашими шумным дыханием, а потом моим стоном разочарования и его изумленным смешком:

— Ты же только что пищала от страха, что я повторю!

— Ммм… — обиженно выдохнула я в простынь. Я уже сама не понимала, чего хочу. Да, секс с ним оказался просто на грани жизни и смерти, но разве не это мое любимое состояние?

— Поехали отсюда… — успокаивающе погладил он меня и поцеловал между лопаток.

* * *

Флайер мягко набирал высоту над городом. Райан отключил смарт, позволив себе эти двадцать минут тишины и спокойствия… Чувствовал он себя на редкость противоречиво. Рафаэль удобно устроилась у него на коленях и затихла, наполняя его самого пугающим спокойствием. Он путался пальцами в ее волосах, едва не урча от удовольствия, и надежно прижимал ее к себе. Их общий запах, сплетенный из желания и секса, которым они, казалось, пропитались насквозь, дразнил и сводил с ума. Он не хотел ее отпускать.

А с другой стороны, чувство давно забытого страха поднималось из глубины души, болезненно сдавливая грудь. Пора было признаться себе, что Рафаэль — самая большая его слабость, которую он, как последний идиот, обнажил перед всем миром… снова…

— Куда мы? — прошептала сонно Рафаэль ему в шею, отвлекая от тяжелых мыслей.

— Ты обещала поужинать со мной, — серьезно напомнил он. Раффи предсказуемо застонала, и он усмехнулся: — Тогда поужинаем у меня…

— М? — приподнялась она, заглядывая ему в глаза.

— Это приказ, — попытался притянуть ее ближе, но Рафаэль уперлась ладонями в его грудь.

— Ты же меня уволил. Значит, я тебе больше не подчиняюсь…

— Я похож на мужчину, которому можно не подчиняться? — улыбнулся он опасно, вглядываясь в ее лицо, с удовольствием отмечая участившееся дыхание девушки, закушенную в сомнении губу и сосредоточенную складочку между бровей. — Раффи, ты — моя, — нежно огладил большим пальцем скулу. — Я ну шучу и не играю. Если сомневаешься, я выпущу тебя, где скажешь, и больше не трону… — говорить это было страшнее, чем прыгать с «хамелеоном» первый раз. И он бы лучше прыгнул еще сто раз, чем услышал «хорошо, отпусти». Но с облегчением увидел, как глаза Рафаэль возмущенно округлились, брови нахмурились, а губы уже приоткрылись, не в силах сдержать возмущение:

— Нет!

— То есть, да? — невозмутимо вздернул брови, внутренне ликуя.

— Да! — совсем растерялась она, смущенно убирая с лица назойливые пряди волос, которые мешали всматриваться в его глаза.

— Ты — моя, — продолжал требовать он.

— Твоя, — уже не так уверенно, но упрямо кивнула она.

И только сейчас он позволил себе намек на улыбку.

— Тогда, «моя Рафаэль», меня нужно учиться слушаться… То, что произошло сегодня, не должно повториться. Если я говорю «назад», ты выполняешь. Хорошо?

— Хорошо, — серьезно кивнула она. — Что происходит?

— Сегодня меня сорвали с предварительного голосования, чтобы мы проиграли борьбу за Озон… — устало выдохнул он, внимательно наблюдая за ней. — Мой голос не был засчитан.

— Ну что за глупость?! — возмутилась Рафаэль. — Ведь ты нужен был в другом месте! Ты должен был проигнорировать захват детей?!

Не смотря на тему разговора, Райан залюбовался девушкой. Ее глаза гневно блестели, брови сердито изогнулись, а губы приоткрылись, отвлекая…

— Нет, я должен был делать свою работу. Но результат это не меняет.

— Неужели этот результат нельзя оспорить?

— Это предварительное голосование. Главное решение будет приниматься после основного, и его дата скоро станет известна. А это значит, что все самое сложное впереди…

Она задумалась, продолжая притягательно хмуриться:

— Зачем тогда сказал, что выпустишь меня? — прищурилась пытливо. — Правда выпустил бы? На растерзание врагам?!

— Нет, конечно, — оскалился он. — Вернул бы в надежную одиночную камеру.

— Ах, ты!.. — возмущенно воскликнула она и собралась выпутаться из его рук, только он не позволил:

— Раффи, — зашептал ей на ухо, — еще немного, и второй раз у нас будет прямо здесь.

Но в том, чтобы поцеловать ее, отказать себе уже не смог. Она сначала вяло сопротивлялась, но быстро сдалась, задышав в его рот чаще, вспыхивая вместе с ним, теряя контроль и забываясь.

Из флайера он так и вынес ее на руках, не в силах отпустить и остановиться. Едва за ними закрылась дверь его квартиры, он прижал Рафаэль к стене и дернул молнию ее комбеза. И весь мир вокруг разлетелся в клочья вместе с его выдержкой. Все, о чем он мог думать — лишь ее лихорадочно блестевшие глаза, влажные губы и податливое упругое тело, ставшее центром всей его вселенной. Это пугало до дрожи, но от этого невозможно было отказаться. Он даже не подозревал, как сильно ее хотел.

Рафаэль не давала ни секунды на раздумье, требуя его всего, прижимаясь к нему и дрожа от желания.

— Раффи… — попытался растянуть предвкушение, развернув ее к себе спиной и вслушиваясь в вибрацию их разгоряченных тел. Его руки жадно скользили по ее влажной коже, размазывая вместе с потом остатки собственной выдержки.

— Райан… пожалуйста… — прошептала она, выгибаясь, и он не выдержал, теряя остатки контроля от ее вскрика. Ее стоны, всхлипы и крики стали для него всем, заполнили до краев и снесли защитные плотины. И он наполнял ее собой с такой же страстью…

— Райан! — вскрикнула Раффи, и он взорвался в ней в ту же секунду, прикусив нежную кожу ее шеи.

— Ммм…

— Жива? — довольно улыбнулся, подхватывая ее. — Или снова шок?

— Однозначно шок, — довольно жмурилась она, хватаясь за его плечи. — Куда ты меня несешь?

— В душ…

Он уже нарезал хлеб на кухне, заканчивая накрывать на стол, когда она настороженно вошла на цыпочках, закутанная в халат, и прижалась к его спине. Разгоряченного тела приятно коснулись мокрые пряди волос:

— Райан… — начала неуверенно, — мне кажется, или у тебя в квартире пол стал теплым?

Он довольно усмехнулся:

— Кажется, конечно… Ты у меня горячая девочка…

— Да что ты говоришь? — она медленно обошла его и посмотрела в глаза. — А в спальне вдруг сам по себе пушистый коврик вспух?

Райан широко улыбнулся и, подхватив ее, понес к столу.

— Откуда ты знал, что я… — она запнулась, серьезно глядя в его глаза.

— Я не знал, я хотел…

Так хотел, что черта с два дал бы ей куда-то деться.

Весь ужин она бросала на него задумчивые взгляды и смущенно улыбалась, стоило ответить ей таким же. Потом он уложил ее спать и наблюдал, как она засыпает. Ему нужно было работать, но насмотреться на нее все не получалось. И чем спокойней она дышала, тем мрачнее становились его мысли.

Райан был уверен, что уже пережил самую важную в его жизни встречу и самую болезненную потерю… Но теперь он понимал, что ошибался.