ГЛАВА 13
Вечером Хелен с извинениями призналась Шелли, что ей пришлось выдать их за своих охранников. Шитера как-то странно ёрзала на стуле, а потом решилась.
– Я боялась у тебя спросить, баронессочка, но есть для тебя одна работа. Но теперь уже не знаю, теперь у тебя в академии тоже есть работа, ты не захочешь... Ты, может, и так бы отказалась, но...
– Не томи, Шелли, говори уже, что там? – спросила Хелен.
Да, в академии ей дали работу, но денег за нее получит ничтожно мало. На оплату следующей недели проживания в гостинице не хватит.
– Джан хочет научиться вашему человеческому этикету. Как у эйров принято. Он заплатит! Серебром!
Хелен удивилась. Зачем шитеру великосветский этикет? В свое общество местные снобы его всё равно не примут. Скорее даже дальше порога не пустят, будут относиться не лучше, чем к слуге.
– Ты уверена, что он этого действительно хочет?
А то кто знает. Может, это просто такой маневр из жалости к "бедняжке эйре", которая не хочет жить в долг, но которую Ларки просто так выгнать из гостиницы не могут.
– Хочет! – активно закивала Шелли, заставляя волосы взлетать от резких движений. – Он хочет поступить на службу к Норби, но это не наш клан. Они не возьмут чужака, своих хватает, если он не будет прям очень хорош. Но Джан еще молод, ты же видела, что он не такой сильный, как старшие...
Это Джан не такой? Тот широкоплечий здоровяк, что занимал чуть ли не полкухни, когда рубил мясо для котлет? Откуда Хелен замечать такие детали, если шитеры здесь все слишком высоки и массивны, по сравнению с ней, человечкой.
– Так что его просто так не возьмут. Но если он будет знать ваш этикет... Его мало кто из наших знает. А Норби ведут дела с людьми. Даже, представляешь... – шептала громким голосом Шелли, наклоняясь к девушке ближе. – ...говорят, что даже с некоторыми эйрами ведут дела! Вот! Поэтому Джану очень-очень надо разбираться в ваших заумных порядках...
Шитера частила, выдавая фразы потоком, и всё, что поняла Хелен – Джан хочет подучиться редкому у шитеров навыку перед прохождением собеседования в другом клане. И она согласилась. Кто же от серебра за честный труд откажется.
Только во избежание сомнительных ситуаций сказала шитере, чтобы та обязательно присутствовала на их занятиях. Подвоха от самого Джана Хелен не ожидала, в гостинице, как и самой семье Ларки действительно был порядок. Но раз незамужней эйре не положено находиться наедине с мужчиной, даже если бы он был человеком, то пусть Шелли действительно побудет немного компаньонкой. Шитеру это условие только обрадовало.
Помещение нашлось в самой гостинице – один из пустующих номеров на первом этаже. Не известно, на какую расу оно было рассчитано, но было очень просторным. Насчет оплаты договорились. Джан пообещал целую серебрушку за пять уроков. Хелен не знала местные расценки, но подозревала, что вряд ли уроки на самом деле стоят так дорого, о чем прямо сказал Шелли. Но та заверяла:
– Ты же настоящая эйра! Конечно, уроки от эйры будут стоить гораздо дороже!
Спорить Хелен не стала. И со следующего вечера они начали заниматься.
Теперь девушка отправлялась в академию с утра пораньше. Проверяющий каждый день Харпер находил ее уже за столом в библиотеке. А после обеда Хелен старалась закончить работу побыстрее, чтобы заняться обучением шитера.
Она смутно представляла, что из необъятного этикета высшего общества можно впихнуть в инорасника всего лишь за пять дней. Джан хотел работать в охране, но в семье Бальмануг ранее не было личных охранников, так что нюансы этой работы девушка не могла рассказать парню. В итоге Хелен решила ознакомить шитеров хотя бы с общими азами, на изучение которых у детей в благородных семействах уходят годы. А им надо управиться за пять дней.
– Еще вальс хочу научиться танцевать, – сильно смущаясь признался в первый же вечер Джан.
– Вальс? – А Хелен думала, что шитерам ее уже не удивить. – Зачем?
Что местные знатные людишки скорее всего не будут с прислугой танцевать, удержала за зубами.
– Просто. Красиво, – окончательно стушевался здоровенный плечистый парень повышенной, как и все шитеры, волосатости.
– Ладно, тогда в последний день потанцуем, – пообещала ему человечка.
Ну, а пока азы. По нескольку часов на каждый урок. Как люди приветствуют друг друга – на улице или в помещении, при случайной встрече или при запланированном визите и на чьей территории, если встречаются равные по положению или из разных сообществ, одного пола и возраста или разного, при мероприятиях разной степени формальности. Как положено представляться самому или через кого-то и при каких условиях. Какие виды поклонов и реверансов существуют. Как следует отвечать любезностью на малейшие знаки внимания, когда это допустимо или неприемлемо. Как положено принимать приглашение на визит или почему не стоит это делать... И так далее и тому подобное. Хелен торопилась и вываливала всплывающую из памяти тела информацию на разинувших рот шитеров. И сама заодно вспоминала, перетряхивала залежи памяти прошлой хозяйки.
И всё это касалось исключительно человеческого общества, высших его уровней. Как положено реагировать на других инорасников, Хелен не знала, но шитеру как раз нужно было знать именно порядки для людей. Шелли, как компаньонка, тоже присутствовала и внимательно слушала, иногда только охала да ахала или возмущенно комментировала, насколько, мол, у человеков всё сложно и запутано.
Тогда Хелен объясняла, что в высшем обществе главное – сдержанность. И, заставив шитеров распрямить плечи, требовала от них "высокородного хладнокровия". Хотя как раз этого в самой новой Хелен недоставало, понимала она. Глядя со стороны на открытую эмоциональную Шелли, попаданка Елена понимала, насколько сильно воспитание чужого мира прорывается в ней самой через великосветскую муштру прошлой "баронессочки". И давала себе обещание быть гораздо сдержаннее, больше следить за манерами и языком, не допускать впредь досадных оплошностей. Ведь они могут погубить ее, если выдадут самозванку в чужом теле.
Так что эта учеба помогала и самой Хелен. Она не только наводила ревизию в воспоминаниях и манерах, оставленных ей по наследству вместе с этим телом, но и заново, более плотно вживалась в образ приличной эйры этого мира. Конечно, хотелось бы думать, что есть шанс вернуться в родной мир, да еще в родное тело. Что всё сейчас происходящее немного понарошку, этакая ролевая игра, из которой когда-нибудь можно будет выйти.
Но с каждым прожитым днем девушка понимала, что шансы на возвращение ничтожно малы. И если первое время в этом мире она просто погружалась в срочные дела для выживания, то сейчас наступает время всё еще раз внимательно осознать. И смириться, что у нее отныне новая жизнь, новое тело, новая "родина", к которым надо привыкать и относиться серьезнее.
***
С работой в библиотеке наладилось. Пальцы привыкли к рукописной работе, буковки в журнале получались действительно красивыми. Стопка необработанных курсовиков таяла быстро. Интересные темы для самостоятельного потом изучения записывались в длинный список и пугали предстоящей учебой. К сожалению, от всех этих умных терминов Хелен в себе магию так и не почувствовала, но решила пока не нервничать и оставить магическую практику на потом. Если у нее задокументирован аж седьмой уровень, то где-то там магия точно должна быть.
Итого на перепись девушка потратила всего пять дней. И это притом, что она не торопилась. Но также она не спешила признаваться ректору об окончании работы. Слишком умной здесь быть нельзя. Зачем настораживать эйра Велинсора еще больше, если она уже и так много глупостей наделала?
Поэтому Хелен от нечего делать прочитала все предыдущие записи в журнале – описания студенческих работ за пару предыдущих лет, выискивая там новые незнакомые для себя фразочки. Еще раз перелистала наиболее интересные курсовики и дипломы, вчитываясь заново в текст и пытаясь что-нибудь новое понять. Или хотя бы угадать. Или хотя бы допридумать, используя память прежней Хелен и жизненный опыт другого мира.
На это ушло еще два дня. Чтобы еще сделать, пока чужие курсовики в ее распоряжении? Узнав от старика Онде, что потом эти работы сложат на полки в особом хранилище и наложат стазис для лучшей сохранности, Хелен еще на корешки переплетенных работ наклеила маленькие ярлыки с регистрационным номером работы. Чтобы в будущих стопках было легче искать нужный том, мало ли пригодится. Ярлыки пометила также цветом факультета, с которого была работа.
Но и на этом не остановилась. Онде сказал, что изредка студенческие работы берут для каких-то нужд. Но прежде чем искать нужную работу по правильному стеллажу в хранилище, вначале даже по журналу искать было сложно и долго. Приходилось перелистывать страницы и выискивать глазами нужный текст.
"То ли дело база данных! – вздыхала Хелен, с ностальгией вспоминая технологии своего мира. – Где запись с кучей параметров, ярлыки, теги, быстрый поиск по запросу!". Но как сделать базу данных из рукописного журнала? Задачка была интересной, и Хелен потратила еще полдня на обдумывание и создание тестовых карточек работ. Она смутно вспоминала, что вроде в каком-то музее видела такие – раньше, в докомпьютерную эпоху в библиотеках были как раз бумажные картотеки, с помощью которых можно было быстро найти нужную книгу.
Но дальше тянуть с отчетом Хелен уже не могла, к тому же у нее были вопросы. Поэтому на девятый день она вновь сидела в кабинете ректора.
– Уважаемый эйр ректор Велинсор, я зарегистрировала все студенческие работы согласно выданным спискам из деканатов, но вот этих трех работ, вот список, не было на том столе, – девушка положила на огромный стол принесенный с собой лист бумаги.
– Вы закончили, эйра Бальмануг? – удивился хозяин кабинета. – Уверены?
– Несомненно, я уверена, – сдержанно ответила Хелен. – Как уверена в том, что этих трех работ на столе не было.
Надо привыкать вести себя иначе. Она всё-таки благовоспитанная эйра Осебрутажа, а не девица из слишком вольного 21 века чужого мира, которой хотелось открыто съехидничать в ответ на такой глупый вопрос.
– Хм. – Седеющая голова мужчины склонилась над листом бумаги. – О! Да! Эти работы были изъяты Управлением безопасности, помню, да. А что, акта изъятия не было приложено к спискам? Хм, странно. Недоглядели, но я проясню данный вопрос... – бормотал ректор, а у Хелен в ушах уже гудело набатом.
"Управление безопасности?! Какое такое управление?! Какой безопасности? Ох, только этого мне не хватало! Это что же, местное ФСБ? Или всего лишь полиция? И как мне не попасться им на глаза?".
– Почему изъяты? – тихо спросила Хелен.
Знать бы заранее, за что изымают. Мало ли, может, там крамольные мысли какие записаны. Или что?
– Как потенциально перспективные к дальнейшей разработке, – с охотой объяснил ректор.
Объявил даже с какой-то гордостью, словно лично им работы были написаны.
"Ох, и здесь светлые умы перехватывают еще в универах? Додумались вербовать умников в самом начале карьеры, даже учебы?".
– А что стало с теми студентами, которые эти работы написали? – с волнением спросила Хелен.
А то вдруг их прячут в подвалы этого Управления безопасности и заставляют пожизненно работать на королевство?
– Как что? Получили свои дипломы с отличием, премии и именитых наставников в королевских лабораториях. С личными грантами для дальнейшей работы, – пояснял Велинсор. Ухмыльнулся. – Но вам это не грозит, эйра Бальмануг.
Девушка промолчала, стискивая пальцы.
– Или хотите поспорить?
Нет, спорить она не хотела. Как и персональных наставников – или надсмотрщиков? – в королевских лабораториях она тоже не хотела. Чем дальше от верховной власти, тем лучше. Лучше вообще быть подальше от всех слишком умных местных, которые смогут рассмотреть в ней то, что не нужно.
– Неужели даже не спросите размер премии? – всё иронизировал ректор, намекая на финансовые затруднения девушки, и как активно она бросалась их решать.
– Не спрошу. Вы ведь сказали, что мне это не грозит, уважаемый эйр ректор Велинсор, – лишь мило улыбнулась в ответ Хелен.
Вот, у нее уже почти получается быть тихой и воспитанной эйрой. И не ерничать в ответ на сомнительные поддевки.
Но ректора это, кажется, лишь расстроило. Не дождавшись от нее другой реакции, уточнил:
– Значит, все остальные работы готовы к переносу в хранилище?
– Да, уважаемый эйр ректор Велинсор.
– Хм, я хочу на это посмотреть!
Прихватив с собой молодого секретаря, Велинсор вместе с Хелен отправились в библиотеку.
Пожилой мужчина смотрел на ровные стопки работ, разложенных по факультетам и буквально по алфавитному порядку имен авторов, с таким недоверием, будто перед ним настоящий дракон был. Память прежней хозяйки подсказывала Хелен, что в этом мире драконов нет, но кто знает. Может, настоящие драконы где-то есть?
Затем ректор внимательно проверил записи в журнале.
А потом он, как назло, заметил в углу рабочего стола карточки. Хелен не смогла их выбросить, потому что писала их на этом же чертовом зачарованном столе. Видимо, "охранка" распознала эти бумаги как запрещенные, вынести за пределы столешницы не дала. Что узнала девушка слишком поздно, когда карточки были уже исписаны.
– А это что такое? – Потянулась рука ректора к бумажным карточкам-прототипам.
– Да так, глупость всякая, – замялась Хелен, нервно теребя складки платья. – Нужно выкинуть. Или... как их убрать, если стол не выпускает?
Однако Велинсор уже заинтересовано перебирал прямоугольные кусочки бумаги, на которых Хелен обдумывала и черкала варианты того, что и как должно быть.
– Почему углы карточек цветные? – удивился мужчина, не выпуская из рук ее "пробники".
– По цветам факультетов, – промямлила девушка.
– Почему текст написан неровными столбиками?
– Чтобы проще было читать текст.
– А зачем вот эти отдельные слова в названиях работ и ниже выделены цветом? По какому принципу? И почему разными цветами? – буквально допрашивал Велинсор.
– Наверное, эйра Бальмануг соскучилась по рукоделию, – влез в разговор Харпер, пытаясь блеснуть своим чувством юмора перед начальством. – Цветочков не хватает по привычке? Букетиков?
Но ректор на него зло цыкнул и впился взглядом в Хелен, которая мысленно ругала себя на все лады. Знала бы, что ректор лично притащится проверять ее работу, так попыталась бы сжечь эти злополучные карточки, раз вынести со стола их нельзя. Да хоть над зажженной свечкой, может, так получилось бы избавиться от них.
– Там выделены ключевые слова в названии работы, – пришлось отвечать девушки под въедливым взглядом пожилого мужчины. – А ниже дополнительные слова, описывающие суть...
А как еще объяснить принцип диагонального считывания и набор дополнительных тегов? Да и не надо их объяснять местным! Иначе как потом объяснить, откуда она всё это взяла?
– Я... помогала матушке вести учетные книги поместья! – тут же стала неуклюже оправдываться Хелен, которой очень не нравилась задумчивость ректора. – И даже разные описи составляла. А что касается цвета... Да, эйр Харпер прав, мне захотелось немного цвета добавить, так ведь веселее, да? Немного красоты не помешает? Это же всё равно так, глупость, надо выкинуть, я просто развлекалась между делом...
Ректор слушал отстраненно, похлопывая бумажными карточками себе по ладони и о чем-то думая. Молодой Харпер теперь благоразумно молчал, видимо, знал, что в такие моменты лучше не лезть начальству под руку.
Непонятно что надумав, ректор велел Харперу перетащить все подготовленные стопки работ в хранилище, узкий коридор в которое нашелся в самом дальнем углу библиотеки. Секретарь одарил Хелен злобным взглядом, и та поняла, что это она, как ответственная за дело, должна была сама таскать курсовики на полки. Возможно, ректор сделал ей поблажку как "нежной эйре", подумала девушка. Только не учел, что его же секретарь обидится, что ему придется выполнять чужую работу.
Однако, когда Харпер ушел с первой стопкой, Велинсор опять стал допрашивать Хелен.
– И где вы видели такой способ учета, эйра Бальмануг? – поинтересовался мужчина. – Только не говорите, что вы так учитывали наряды и белье в вашем приданном... ах да, которого у вас нет?
Хелен стиснула зубы. Этот гад ее специально дразнит? Зачем? Всё никак не может натешиться за счет провинциальной полусиротки? Хорошо, что он не знает о ее "полном" сиротстве. Иначе как тогда вел бы себя этот высокородный, зная, что за девушкой нет никакой защиты?
"Или за мной теперь защита шитеров? Семьи Ларки? – думала девушка, спокойно глядя на ректора. – Хотя нет, шитеров в разборки эйров нельзя вмешивать".
– Нигде не видела. Просто рисовала наобум, – отнекивалась Хелен. – Так же, как рисовала бы новую схему к вышивке. Поэтому разукрасила цветом карточки. Или как раскладывала бы украшения в шкатулке, если бы они у меня были, уважаемый эйр ректор Велинсор. Мы же, девушки, любим наводить порядок и красоту вокруг.
– Хм, – не знал, к чему еще прицепиться мужчина, с прищуром глядя в "предельно честные" глаза юной эйры.
Затем, заслышав шаги возвращающегося секретаря, молча сунул карточки себе в карман сюртука.
Собственноручно проконтролировав перенос всех работ в хранилище и обновив защиты, ректор велел недовольному Харперу сразу отвести эйру Бальмануг в отдел учета, чтобы ей выдали причитающуюся по приказу оплату. Хелен уже боялась напоминать ректору, что он, мол, обещался подумать насчет работы, если она успеет в срок. Зачем ей теперь копеечная работа в академии, если тут так легко выдать себя? И если она настолько недальновидно заинтересовала ректора? Лучше уж через шитеров еще поискать работу в городе.
В крайнем случае она всерьез подумает об открытии кондитерской, раз для эйр это приемлемо. А что, будет арендовать в "Синем пескаре" кухню по вечерам, а разные сладости готовить на заказ. Тогда можно обойтись без помещения под кондитерскую, хотя бы на первое время. Еще бы вспомнить интересные рецепты...
Ее деловые мечты были прерваны Велинсором, когда они втроем уже поднялись на второй административный этаж центрального корпуса академии.
– Итак, эйра Бальмануг! Я жду вас завтра утром...
– Зачем? – не поняла Хелен, мечтающая быстрее избавиться от компании ректора, который чуть было не раскрыл ее.
– Поговорим о вашей будущей работе в стенах академии. – Хелен стиснула зубы, а Харпер широко распахнул глаза от удивления. – Или вы уже передумали? Неужели юная эйра так быстро меняет свои планы? Может, и насчет учебы передумаете?
Девушка не стала ерничать в ответ. Внезапно отказываться от того, чего она так яростно добивалась, будет подозрительно. Но и соглашаться не торопилась.
– Хорошо, уважаемый эйр ректор Велинсор. Поговорим. Только меня устроит работа на полдня, не больше.
– И что же изменилось? – прищурился мужчина, опять впиваясь в девушку взглядом.
– Я всего лишь осознала, насколько невелика оплата той должности, которую я хочу занять, – ответила девушка, стараясь не сжаться под пристальным вниманием ректора. – Поэтому оставшееся время буду тратить на более высокооплачиваемую работу, достойную благородной эйры.
– Даже так? – хмыкнул Велинсор. – И подобная достойная эйры работа у вас уже есть на примете, или вы только будете ее искать?
– Уже есть кое-что. Но я продолжу искать дальше, – отозвалась девушка.
На отвисшую от такой наглой речи челюсть секретаря, ждущего рядом, просто не обращала внимания.
– Хм, что ж. Завтра я вас жду в любом случае, – резюмировал ректор и ушел в свой коридор.
А Хелен с сопровождающим ее Харпером отправились в отдел учета в другую сторону. То ли что-то изменилось в отношении ректора к ней, чего она не заметила, то ли просто какое затмение было, но Харпер всю дорогу молчал и больше не пытался задеть девушку. Парень, широко шагающий рядом, только иногда поглядывал на Хелен искоса.