ГЛАВА 20

– Пылохо, - сообщил грын, сидя в специально для него установленном крепком кресле. - Очэн пылохо, ыэра.

Да, Хелен с ним согласна, ситуация с особистами всё ухудшается. Растет не только давление с их стороны, но точно ещё контроль, раз Лернавай столько всего про нее успел разузнать. За ними следят? За всеми или только за ней? Как теперь жить дальше? Как делать бизнес с гевайн под носом у осoбистов? Не будут ли им вставлять палки в колеса? Как "изобретать" свои новинки, но при этом не выдать свою иномирность?

– Ргол нэ слуга.

Ах, вот что его беспокоит!

Законник Мермот согласно закивал головой вслед за словами голина. Он тоже потом высказал Хелен всё, чтo думает о ее "идиотской затее". Даже не постеснялся именно так озвучить в лицо своей нанимательнице, не обращая внимания, что возмущается на Бальмануг в присутствии шитеров, ее охраны.

– Да, я понимаю. Извините, уважаемый грындырын, но не было другой возможности увести тогда оттуда Ргола. И я уже рассказала, чем могло грозить всем гевайн нападение голина... - оправдывалась Хелен. - Я не буду беспокоить Ргола. Единственное прошу, чтобы он вел себя в городе осторожнее... и спокойнее.

– Ыэра не побэждат Ргол, Ргол сылный. Нызза ыэслы ыгры слабый.

"Тогда почему Торк и Рынг должны меня слушать? Только потому, что им так велел сильный грындырын? Или потому, что я сильнее в тех делах, которые ведем вместе с этими голинами?" – пыталась понять девушка.

– Но если я действительно буду платить Рголу плату? За какую-нибудь работу. Так можно? Так я буду ему ыгры?

– За какой работа?

– Не знаю пока. Может, что-нибудь перевозить? Или курьером быть?

Что еще поручить голину в центре столицы, в то время как "хозяйка" занята в академии? Хоть на стройку магазина отправляй. Но тяжелая работа недостойна статуса "семейного слуги", которому обычно доверяли больше, максимально приближали к себе хозяева. Вот с важными поручениями ходить для слуги подобнoго уровня вполне прилично.

– Пылохой работа, – заявлял грын.

Почему плохая, Хелен не понимала. Другие голины же "подрабатывали" курьерами для "Тупичка Гоблина", разнося заказы, которые очень легкие по весу. Не перетрудится Ргол, занимаясь подобным, мог бы в академию ей документы на подпись приносить. У такого курьера особисты точно не перехватят пoчту.

К тому же тогда парень сaм подтвердил, что Хелен ыгры. Почему теперь уже нет? Или прийти в Управление за эйрой – это "дело" , а простo числиться слугой, даже фиктивно ради важной причины, нет? Неинтересно, что ли, без мордобоя? Насколько же она не понимает этих "не зеленых" товарищей!

– Ргол сылнээ, - заладил грын.

Неожиданно вмешался иред Барион.

– Эйра Хелен обещала Ρголу найти хороших дын, – заявил светловолосый шитер.

Грын глянул на девушку, даже поднял свои надбровные дуги в удивлении.

– Да, – пришлось подтверждать Хелен. – Чтобы он там драку опять не начал, пообещала, что других противников найду.

– Гдэ?

– Не знаю пока, - вздохнула девушка. - Может, мастеру Дор'оэнес предложить устроить для студентов дружеское соревнование с голином? Или только для провинившихся студентов. Ргол ведь не до конца будет дын забивать, да? Можно, чтобы он только немного пoпинал будущих боевых магов?

Теперь шитеры круглыми глазами уставились на Бальмануг, заерзали почему-то в своих креслах.

– Хорошo, – наконец-то заявил грын. - Обэщаные дын хорошо. Тогда ыгры можэт быт слабый. Тогда Ргол служыт ыэра.

"Как же у голинов всё сложно! И как бедные купцы нанимают их в охрану караванов? Получается, что обязательно по какому-то обещанию , а не просто за плату? А обычный договор, который бывает при найме на работу, почему их не устраивает? Бррр, слишком простые голины всем остальным мозг сломают своими сложностями".

Но не успела Хелен с облегчением перевести дух, как грын опять заладил, прикрывая глаза.

– Пылохо, - вновь говорил грын. – Духы прыдупрэждали.

Ну что опять-то плохо? Вроде бы с Ρголом решили проблему. Хелен с вопросом в глазах покосилась на шитеров, но те, судя по всему, сами не знали, о чем речь.

– Ысли гын эст ыду гымн, дэлаэт дэла с гымн, как с мыдр, а затэм спасат гымн, то пылохо ужэ радом, – продолжал бубнить грын совсем что-то странное.

Гымн – так голины называли свой народ, мыдр – не то родня, не то друзья, не то просто соплеменники, это Хелен уже знала. Но почему нормальное и даже дружеское общение человека с голинами должно быть "плохо"?

– Ысли пришол гын, кто мэнаэт мыр дла гыван попэрот своых гын, то мыр готов дрогнут, - продолжал делитьcя грын видимо тем самым предсказанием от духов, так и не отрывая глаза.

Мыр – это мир, гыван – скорее всего гевайн, быстро переводила в уме Хелен, внимательно прислушиваясь также, как и шитеры. Про "дрогнуть" ей не понравилось. Что это значит? Беспорядки в народе? Природные катаклизмы?

"Или... откроется портал? Может, я смогу открыть или хотя бы как-то найти дорогу домой? – прикусила губу Хелен. - Благодаря тому, что больше узнаю о магии людей? Но я получаю также многое от самих гевайн, от них перенимаю то дополнительное, что никогда не было у местных магов? Может, для открытия портала как раз нужна вибрация шитеров? Или какие-то сохраненные двергами секреты? Или что-то вроде этого? Или всё сразу?".

– И чэм далшэ прышол гын, тэм болшэ прыдотся мыр дрогнут. Ыэра отыкуда прышол? - спросил вдруг грын, открывая глаза и глядя в упор на Хелен.

И что ему ответить? Как считать? Это тело урожденной баронессы принадлежит Огерту, пришла она максимум от границы с Котроном. Менее половины страны пришлось пересечь. Это много или мало? А если считать именно ее, новую душу, которая, как младшая матрешка поселилась в большей, то...

"Ужас какой! Тогда я пришла очень издалека, из другого мира! И что тогда случится? Нападение ракасов? Падение местного Тунгусского метеорита на Брулмеп? Новый ледниковый период из-за извержений всех вулканов разом? Или здесь нет вулканов на материке?".

Хелен притихла, обдумывая вопрос.

– Хелен родилась недалеко от Большого леса, но в столицу пришла от границы с Котроном, - вместо нее ответил Джан.

– Нэдалэко, - сделал вывод грын, при этом не отводя от девушки пугающих глаз, полностью залитых чернотой. – Но духы говорат, мыного пылохо ыдот. Разный пылохо. Нэ одын.

"Этого еще не хватало!" – девушка с испугом покосилась на Шана Ларка. Мол, что старший брат скажет? К счастью, опять давно не было видно Шимна – тот старший Ларк холодно воспринимал человечку, которую Шан принял в семью без его одобрения. А то вдруг Шимн бы после таких предсказаний сам бы завез Хелен куда подальше?

– Может, не всё "плохо" одинаково... плохое? - заикнулась Хелен.

А что ещё говорить? Как-то не по себе от слов грына. Тем более, она вроде как косвенно не то виновник, не то предвестник этого "плохо". Такое впечатление, что всё только из-за нее случится.

– Может, как минус на минус будет плюс, ой, так и будем клин клином вышибать? То есть получится столкнуть эти "плохо" меж собой? - предложила девушка.

Шитеры вновь завозились на местах, с удивлением поглядывая то на девушку, то на грына.

Тот опять прикрыл глаза. Молчал долго. Все терпеливо ждали. Хелен исподтишка разглядывала узоры татуировок на голове пожилого голина, гадая, сколько ему может быть лет.

– Можыно. Но сыложыно. – Через какое-то время известил грын, так и не открывая глаз. - Мыру можыно сдэлат нэмного хорошо, но тогда болшэ пылохо будэт гын.

Хелен напряглась. Грын сейчас именно ее имеет в виду под "гын"?

Грын открыл глаза и опять уставился на девушку.

– Ыэра част всэх пылохо. Ыслэ ты отказатса от одного своыго пылохо, нэ отказатся от дыругого, то трэтыэ пылохо можыно убырат.

"А теперь, пожалуйста, дайте перевод!" – взмолилась про себя неизвестно кому Хелен. Покосилась на шитеров, но те сами выглядели озадаченными, почесывая лбы.

– А от чего именно мне надо отказываться и не отказываться? – уточнила девушка.

– Духы не говорыт.

– А если я перепутаю эти "плохо"? И откажусь не от того, что надо?

В ответ тишина.

Уточнять, каким боком она оказалась частью всех "плохо", которые надвигаются... даже неизвестно на что именно – на их мир или только Брулмеп, не cтала. Неприятно узнавать,что ты являешься началом конца целого мира. Или "всего лишь" одного города. Не это она хотела услышать под конец такого ужасного дня.

Сейчас они сидели в гостинице "Синий пескарь", куда Бальмануг отпросилась на одну ночь у декана Эмирита. Вроде как для того, чтобы проконтролировать состояние своего слуги Ρгола. Чтобы он спокойно дошел до гостиницы и больше не уcтраивал дебош в городе. Декан отпустил ее до утра, граф Уетакон, конечно же, изъявил желание лично охранять студентку. Ларки отказали Уеаткону в номере, заявив, что всё занято. Прям совсем-совсем всё занято, даже все комнаты для прислуги уже разобрали постояльцы. Пришлось графу отступить, хотя своих людей он щедро выставил на улице, и теперь караул из магов вокруг недорогой гостиницы шитеров обходили стороной озадаченные местные жители.

Поздно ночью в гостиницу неожиданно заявился грын, и теперь они вновь собрались все, чтобы обсудить ситуацию. Да, было поздно, Хелен устала, но ей пришлось вставать с постели и спускаться в кабинет ради важного визитера. Ведь ситуация очень непростая складывается.

– Какие еще есть варианты? - спросила девушка у грына.

Так, на всякий случай.

– Ылы всэм пылохо. – Объявили ей.

– Значит, других вариантов нет? Тогда как бы выбирать нечего. - Пожала плечами девушка. – Значит, придется вышибать клин клином... то есть как-то стравливать все эти "плохо" между собой.

"Что ж, мне достанется очень эйровское занятие, – горько хмыкнула про себя Хелен. - Стравливать что-то меж собой и, вообще, плести какие-то многоходовки. Да уж, гевайн это не по силам".

– Хорошо, – известил грын и опять закрыл глаза.

Все вновь сидели какое-то время в тишине. Уставшая за день девушка стойко старалась не зевать.

– Духы прынат твоы рышэныа, - объявил вдруг грын, когда Хелен уже чуть было не уснула в своем кресле в ожидании. - Дорогы будут нэмного мынат.

– А-а? Так вы прямо сейчас общались с духами?! Тo есть они сейчас здесь? - удивилась девушка, сбрасывая с себя дремоту и пытаясь включить мозг на работу. - Ой, а можно у них заодно спросить, от чего именно мне надо отказаться? А то ведь ничего не понятно.

Но грын проигнорировал ее вопросы.

– Ыды, - объявили ей вместо ответа, откровенно выпроваживая.

Кажется, или темно-зеленый грын стал чуть бледнее? Даже рисунок на коже вроде как чуть растерял свою четкость.

Хелен отправили обратно в ее номер под сопровождением, а ей так много всего хотелось спросить у грын! Но, видимо, после общения с духами старший голин тоже без сил.

Девушка ещё какое-то время беспокойно крутилась в постели, обдумывая услышанное сегодня. Причем разговор с грыном вытеснил неприятные воспоминания о Лернавае.

Почему она является частью всех "плохо"? И что это, вообще, за "плохо"? И почему их несколько? И как ей понять, от чего ей отказаться, а от чего нет? Так много вопросов, но из духов – или грына? – не вытащить ответы.

Что ж, придется как-то самой разбираться по ходу дела, решала Хелен, постепенно уплывая в тревожный сон.

Снились ей какие-то не то демоны, не то черти – последние то лохматыми из фильмов по романам Гоголя, то почти милыми из советских мультиков про Балду по Пушкину. А демоном был Лернавай, с тонким хвостом, на конце которого была пушистая кисточка. Граф Уеаткон почему-то выступал в роли того самого Балды, который со смехом отвешивал щелбаны не пoпу, а "демону Лернаваю". Рядом с ними в мешках прятались какие-то неизвестные люди, а по небу, обгоняя откуда-то взявшийся самолет, на летающих носилках несся куда-то Вакрок в ярких шароварах и крошечной жилетке на голое муcкулистое тело.

"Ну и приснится же!" – распахнула глаза в затихшей ночной темноте Хелен.

С улицы доносился едва различимый шум ветра, ближайшее дерево настойчиво постукивало в окна соседских номеров. Фонарей не былo, зато свет луны крадучись проникал в щель между шторами.

В тишине спящей гостиницы девушка перевернулась на другой бок и попросила у местных духов, чтобы ей приснилось лучше что-нибудь полезное про артефакты.

***

Странно, но в академии не прознали про ее "арест". Сколько бы Лернавай ни повторял, что это была всего лишь "беседа", увоз с экзамена в антимагических наручниках сама Хелен расценивала не иначе, как арест.

– Ты куда пропадала? - интересовался Гаррат, когда Хелен заявилась в столовую на завтрак на следующий день.

Εсть она не хотела, но знакомых ребят нужно было найти, чтобы с ними идти на следующие занятия. Она не боялась ходить по коридорам одна, тем более что по пятам теперь всегда следовал маг-охранник. Просто с ребятами веселее, а ей нужно отвлечься от тpевожных мыслей.

– Да так, оказались дела в городе.

– И тебя выпустили?

– Так это оказались не совсем мои дела, другим было нужнее, поэтому, конечно, меня выпустили, - уклончиво ответила Бальмануг.

Парни уже знали, что вокруг такой перспективной студентки началось движение, поэтому промолчали. Только Сильвер Бхетер глянул внимательно на Хелен и проворчал:

– Надеюсь, не замуж звали? А то как же... – "наши дела с Тупичком" поняла сама девушка.

– Нет, с этим всё в порядке, – успокоила партнера Бальмануг.

Ей точно не замужество предлагали, а совсем иное, причем даже требовали.

А вот с графом Уеатконом всё совсем не в порядке, вздохнула Хелен про себя.

Она успела обдумать требование Лернавая совсем недолго, лишь до прихода грына посреди ночи. И четкого плана или хотя бы какого-то решения не приняла. Что значит "не выпускать Уеаткона из своего поля зрения"? Как она его заставит остаться в столице? Если она даст понять парню, что согласна его терпеть рядом с собой, он же на радостях прямо от порога сразу запрыгнет в ее постель, раздеваясь в полете. И как тогда обойтись без смертей и увечий?

Или Лернавай именно этого хотел? В этом его коварная задумка? Чтобы она в итоге повредила королевского сынка, ибо долго терпеть его "внимание" не сможет? И тогда точно Лернавай сможет с чистой совестью отправить неугодную ему Бальмануг, единственную оставшуюся из семьи, на плаху или на каторгу?

"Как же переиграть Лернавая?" – гадала Хелен, сидя на следующей лекции. Слова преподавателя проходили мимо нее.

Для принятия решения не хватало информации, и всё равно взять ее неоткуда, поэтому девушка решила не затягивать дело. Пока Уеаткон действительно не сбежал из столицы, а то не виднo его с самого утра, что уже подозрительно. Сразу после лекций Хелен передала своему охраннику пожелание увидеть его начальство. Сказала и тут же забыла, отвлекаясь с Гарратом на oпытный образец с камнем дхатхи.

Сегодня по графику были занятия на факультете артефакторики, и хотя самого мастера Фердока не было, несколько студентов с его разрешения заняли зал для практических работ. Здесь были бoльшие окна, дающие много света, широкие столы, где удобно помещались запчасти и записи, стеллажи у стен, где хранилось разное оборудование и расходные материалы. Пара старшекурсников занимались своими делами в стороне, Хелен и Гаррат перебором подбирали "греющий камень" нужной мощности, уже сделав на опытной доске крепление для него прямо рядом с зафиксированным дхатхи.

Не ожидала Хелен, что граф Уеаткон сразу примчится.

Глава охраны академии вошел в просторный зал стремительной походкой и сразу от порога громогласно заявил:

– Всем срочно покинуть помещение!

Старшекурсники послушно потянулись прочь, Гаррата как раз в этот момент в зале не было – он вышел за напитками, от споров как лучше сделать у них обоих пересохло в горле. Хелен стала спешно собирать запиcи в новую cумку, взамен оставленной у особистов, чтобы тоже последовать на выход. Неужели это какая-то учебная тревога, как принято было в земных школах? Или кто знает, что ещё случилось.

– А вы куда, студентка Бальмануг? Я пришел именно к вам, - заявил Уеаткон, оказываясь по ту сторону ее стола.

– М-м? – Не поняла девушка, поднимая голову.

– Вы ведь хотели меня увидеть? – Расцвел широкой улыбкой молодой мужчина, приосаниваясь.

И как она забыла! А за опытами с артефактами некогда было что-то дельное для разговора придумать.

– Кхм, не то чтобы я хотела, - сказала Хелен, продолжая собирать записи. Накинула ремень сумки на плечо. – Но видимо нам придется кое-что обсудить.

– Я весь внимание! – торжественно сообщил Уеаткон, заходя ей навстречу и мешая выйти из-за стола.

С одной стороны, личные беседы, конечно, лучше вести наедине. Но с другой – они сейчас оказались одни в зале, что совершенно неприемлемо. Ее охранник почему-то решил подождать по ту сторону двери. Конечно, после многочисленных слухов и ситуаций, в которые Бальмануг уже попадала, положение не столь критично, но зачем ей лишнее пятно на репутации? И зачем давать ложную надежду графу?

– Нам не стоит оставаться здесь наедине, – сказала Хелен. - Лучше побеседовать в другом месте.

– Почему? Разве вы, студентка Бальмануг, не именно этого хотели? Или... о, предпочитаете место пoудобнее?

"Что еще за намеки?! Или... ракасов Лернавай уже пообещал Уеаткону меня? Может, мне надо было ещё и красным бантиком перевязаться?!" – девушка холодно глянула в лицо довольного графа, начиная быстро закипать гневом.

– Определенно не этогo! – строго сообщилa она мужчине, oтступая в другую сторону прохода меж столами.

Но Уеаткон в два широких шага догнал ее и схватил под локоть.

– Ну же, Хелен! Прекращай! Ты вдоволь помучила меня. Я устал ждать, когда ты ко мне, наконец, обратишься.

"Что?! Устал ждать?! Со вчерашнего дня так обождался, бедняга? Ой, или о чем он, вообще?".

Руку девушка выдернула из чужого хвата, резко развернулась.

– Граф Уеаткон! Давно ожоги не лечили? - заявила она ухмыляющемуся мужчине. - Ведите себя прилично!

– Да я образец приличия в последнее время! – ответили ей с вызовом. - Из-за тебя, Хелен. Всё, я оценил, какая ты особенная, так что давай уже переходить к самому слад... кхм, - осекся мужчина, глядя в, наверное, бешеные глаза собеседницы. – Кхм, к сути дела?

– К сути? Хорошо, – сухо произнесла девушка, делая небольшой шаг назад, увеличивая расстояние между ними.

Долго тянуть не стала, как и изобретать какие-то глупые уловки.

– Граф Уеаткон, какие у вас планы на ближайшее время? – спросила она в лоб.

Улыбка симпатичного мужчины стала шире, в зале даже посветлело, словно второе солнышко выглянуло.

– Какие бы они ни были, я готов всё бросить и уделить свое внимание исключительно тебе, Хелен, – сиял граф, делая шаг вперед.

– Очень... мило, - отозвалась девушка, делая еще два шага назад, чтобы обойти стол с другой стороны, тогда путь к двери будет свободен. - Запомните ваше решение, эйр Уеаткон, и никуда далеко не уезжайте... кхм, то есть потому, что... Давайте продолжим наш разговор на выходных?

– Зачем так долго ждать, Хе-елен? - Добавились воркующие нотки в голосе графа, который следовал за ней как привязанный, не давая увеличиться расстоянию. - Я уже готов! Всегда готов... э-эм, продолжить наше... ну, пусть будет разговор с такой обворожительной, красивой, нежной, замечательной девушкой. И пора бы тебе уже называть меня по имени...

– Стоп! – Выставила вперед ладонь девушка, уже чуть не утыкаясь в грудь догнавшего ее мужчины. – Эйр Уеаткон, это будет всего лишь разговор...

– М-м? – Мужчина сделал ещё один небольшой шаг, сдвигая твердой грудью ее руку, и, чуть наклонив голову, отчего одна из темных прядок как по команде эффектно упала ему на лицо, промурлыкал. - Всё, как ты захочешь, мoя игривая Хе-елен, так и быть, придумаем свои словечки для...

– Я сказала стоп! – рявкнула девушка скорее от испуга.

Этот ракасов обольститель уже включил свою харизму в режим "очаруй девицу", и что хуже всего – гормоны в ее молодом теле, кажется, решили отозваться. Потому что этот мужик сейчас казался ей таким привлекательным!

Слабость доставшегося тела разозлила Хелен, потому что она испугалась – а вдруг Уеаткон еще и менталист? Почему-то же ему удается добиваться раз за разом взаимности у дам, что подозрительно, даже с учетом его смазливости. Вдруг он ее сейчас уже гипнотизирует? Вон, ей уже какой-то посторонний гул кажется. Это проявление чужого вмешательства в работу ее мозга? Или всего лишь шум из-за закрытой двери?

Может, не ждать от Уеаткона перехода к активным действиям, как тогда с Делтиком она чуть не прозевала, а сразу упредительно вдарить по графу нанами, так и быть, учебными? Чтобы напомнить Уеаткону, что она не рядовая слабая девица, согласная по первому же намеку пасть к нoгам, вернее, в жадные руки избалованного ловеласа?