Глава 20

Я вошла осторожно.

С дикой надеждой на то, что он уже спит. Конечно, мама спихала нас ночевать в одну комнату. Куда еще-то?

Не дворец же. Всего две комнатки в доме.

И во второй как раз она сама и мальчики.

А мы вот тут… Вместе. На моей еще подростковой полутораспальной кровати. Нос к носу.

Внутри все задрожало.

От страха… Или от предвкушения?

– Ты так откровенно меня боишься, что мне аж стремно становится, кошечка.

Да, блин…

Не спит.

– Иди ко мне.

Я судорожно вздохнула. Да что я, в самом деле? В конце концов, мы же уже занимались сексом. И мне понравилось.

Да и не шестнадцать лет мне, чтобы стесняться настолько откровенно.

Я подошла ближе к кровати.

Леший поймал мое запястье, потянул на себя.

И пришлось сесть. На самый краешек. Он резко поднялся, сел тоже. Прямо за моей спиной. Мускулистые ноги спустились с кровати по сторонам от меня.

– Трусишка, – тихий смешок в ухо вызвал табуны мурашек по всему телу.

Даже пушковые волоски на коже вздыбились.

– Иди ко мне, – он обхватил меня за шею, уложил себе на грудь.

Широкую. Жаркую.

Я закрыла глаза. Надо расслабиться как-то. Но как? Рядом с ним это вообще реально, что ли?

От него я скорее искрить начну как оголенный провод.

Леший обнял меня. Обхватил руками. Сжал в объятиях. И замер. Словно понимал все. Давал время, чтобы я привыкла к нему снова.

Чувство благодарности затопило душу.

Откуда ж ты взялся такой… Нежный. На мою дурную голову.

Я откинула голову ему на плечо. Попробовала успокоить дыхание. Все равно никуда не деться. Не выгонять же его в машину снова спать, в самом деле.

Это, правда, будет не по-человечески уже.

Он столько для меня сделал. И для мальчиков тоже. И для мамы.

Леший ворвался в нашу жизнь и стал менять ее. По своим правилам. Так, как ему хотелось.

Жаркие губы коснулись моего уха.

Огладили медленно. Кончик влажного языка дотронулся до взбудораженной кожи, тут же сменившись зубами.

Леший прикусил меня, но сразу же отпустил.

От легких поцелуев по шее воздух снова намертво застрял в легких. Сильные пальцы прижались к животу сильнее. Собрали в горсть легкую ткань халата, что я надела после бани.

Хотя бы туда он за мной не пошел.

Понял, что я не смогу провернуть такое при маме и детях.

– Леша, – я дернулась в его руках.

– М? – он сосредоточенно целовал меня по кромке горловины халата.

– Я, – я зажмурилась. – Не хочу.

– Совсем?

– Я не хочу, чтобы ты думал, что я сплю с тобой из чувства благодарности!

Он вдруг сгреб меня в охапку.

Приподнял, развернул и усадил себе на колени. Подцепил мой подбородок и посмотрел в глаза.

Серьезно. Без всяких шуток.

– Я так не думаю. Более того, мне нахрен не нужен от тебя благодарственный секс, Забава. Все, что я делаю, я делаю, потому что считаю это правильным. Это ясно?

Я кивнула.

– В твоей голове полная хрень, я уже понял. Но даже с твоими тараканами я справлюсь.

– Как? – я слабо улыбнулась.

– Дихлофос куплю, – на его губах даже намека на улыбку не было.

Я закусила губу. Он ведь серьезно. Он ведь решил, что я буду его, несмотря ни на что.

А я?

Чего хочу я?

Я хочу не бояться. Но пока не могу…

Не могу!

Теплые губы осторожно дотронулись до моих. Леший запустил пальцы в мои волосы. Сжал их у корней. Зафиксировал мою голову, чтобы я не смогла отстраниться.

И углубил поцелуй.

Нежно. Медленно.

Он не подчинял сейчас. Не давил. Не настаивал. Он позволял присоединиться. Вместе с ним раствориться в удовольствии.

И я поддалась.

Сама потянулась навстречу. Обхватила губами его язык.

– Кошечка моя…

Пуговицы на халате выныривали из петелек легко. Смятой тряпкой он упал на пол рядом с кроватью.

Леший жадно накрыл грудь ладонями.

И я запрокинула голову назад. Расслабилась, позволила уложить себя на спину.

Он приподнялся. Уложил мои ноги нормально. Навис сверху.

Коснулся ключицы поцелуем, прикусил губами. Заставил вытянуть шею неосознанно.

И спустился жадными поцелуями ниже.

По ложбинке груди. Накрыл губами один сосок, втянул его в жаркий рот. Перекатил между зубами. Раздразнил кончиком языка. И сдавил второй пальцами.

Высек искры на нервах.

Заставил выгнуться ему навстречу. Схватиться за предплечья.

От чувственного танца языком на животе я вздрогнула. Мышцы сократились в легкой судороге. Меня передернуло от остроты ощущений.

Низ живота стремительно наливался тяжестью.

В машине, там, на парковке, Леший был другим.

А сейчас…

Он коснулся подбородком лобка.

– Леша, нет! – я вскинулась. Толкнула его в плечи. – Не надо!

В его глазах повис немой вопрос.

Черт…

Да все просто. У мамы даже станков не было! Я элементарно сейчас гладкостью похвастаться не могу.

Стыдно же!

– Я хочу тебя любую, – хрипло сказал Леший.

Его ладонь накрыла мою промежность.

А я мучительно покраснела.

Понял.

Все понял.

– Мне срать на все твои как будто бы ненужные волоски. Мне срать на твой шрам, – он провел по белой полоске, оставшейся от кесарева. – Мне плевать на все эти условности, кошечка. Мне нужна ты вся. Такая, какая есть. С тараканами и недостатками.

Мне захотелось зареветь.

Так что, бывает?

Мне же даже не выщипанные брови раньше в вину ставили.

– Я весь твой. Какой есть, – мучительно выдохнул он. – Просто прими меня уже. Не отталкивай.

Меня вздернуло.

Я вцепилась в его плечи. Прижалась грудью, уткнулась лицом в плечо. Невозможный!

Зачем ты так?!

Я сама нашла его губы. Сама поцеловала. И подчинилась нажиму ладоней. Легла перед ним снова.

Раскрылась.

И выгнулась навстречу его пальцам. Всхлипнула от лавины эмоций и ощущений.

– Тише, моя дикая кошка. Рядом дети!