Глава 10

Максим

Я докуриваю уже четвертую сигарету и допиваю четвертую чашку кофе. Это я так бросаю курить. А ведь почти бросил!

Теплая в этом году весна. Сижу на открытой террасе столичного ресторана и дожидаюсь своих парней, а пока те кружат по местным улицам, как раз есть время подумать.

Мне нравится столица. Я знаю, что со временем переберусь сюда, и все к этому идет. Но загадывать наперед не стоит, с моим образом жизни загадывать можно максимум на ближайшие пару часов.

Я давно приучил себя к мысли жить здесь и сейчас с тех самых пор, как погибли родители. Нет. С тех пор, как я заплатил по счетам. И больше ничего в мире меня не ебет, кроме собственных желаний и интересов. Но с некоторых пор все изменилось, и у этих перемен есть имя.

Глотаю обжигающий кофе. Не понимаю, с каких херов я решил, что смогу так легко бросить эту глазастую длинноногую девочку, как только смогу ее трахнуть.

Эффект пресыщения не сработал, секс не избавил от наваждения, а как раз наоборот. Стоит вспомнить, как она держалась за шею, попеременно соскальзывая пальцами на затылок, вспомнить ее прерывистое дыхание возле плеча, крепкий и устойчивый стояк гарантирован. Как ее бросить?

Никакая сила в мире не заставит меня сейчас отказаться от Дины, но что с ней делать дальше, совершенно не представляю. Самым правильным на данный момент мне кажется запереть ее у себя в доме и выпускать только на лекции в университет. Можно в библиотеку. Все.

Вот если бы она могла, как, например, Вика, жена Плоского, таскаться целыми днями по магазинам и устраивать вечеринки с подружками, было бы охуенно.

Или взять девушку Ворона, с которой у него любовь с третьего класса. Ира кажется? Он же как-то планирует ее вписать в свою жизнь, даже свадьбу наметили на конец лета…

Стоять. Куда это меня занесло? Никаких жен и свадеб, это дело решенное. Семья — это слабость, я уже однажды был слабым, мне не понравилось. Так как сейчас намного лучше. Комфортнее.

И Дина другая, я это чувствую. Она не будет коллекционировать шмотки, а скорее вступит в «Грин-пис» и поедет спасать синих китов от вымирания где-нибудь в Индийском океане.

Когда она успела так угнездиться в моих мыслях и не только? Мы ведь даже не общались толком, больше ругались и отношения выясняли. Поэтому, когда Ворон высказался, что последний бастион пал, и его начальник влюбился, я даже не понял, что это про меня.

Ворон, конечно, пиздит, но я не могу не признать, что эта девочка волнует меня намного больше, чем я могу себе позволить.

Я не собираюсь влюбляться в нее. После смерти родителей в моей жизни нет места ни для каких привязанностей. Мне не нужна жена, я не хочу детей. Семья — это слабость, я уже однажды был слабым, мне не понравилось. Так как сейчас намного лучше. Комфортнее.

У меня нет ни близких, ни друзей, вокруг меня выстроена непробиваемая стена, которая надежно защищает от лишних эмоций.

Однако с появлением Дины в этой стене одна за другой начали появляться бреши, и это и поражает, и злит одновременно.

Стоит только подумать о ней, как то одна, то другая область брони истончается, оставляя пробоину размером с атомоход. Это неправильно, я всегда держу оборону. Но Диана Ареева не просто рушит все преграды. Хуже того. Она делает меня уязвимым.

Приносят пятую чашку кофе, закуриваю пятую сигарету и чувствую себя днищем. Есть еще одно, что не дает покоя. Я замечаю, как Дина в последнее время на меня смотрит, как загораются ее большие глаза, когда я появляюсь в поле ее зрения. И это пиздец как неправильно.

Отношения отношениями, а чувства сюда мешать не стоит. Что бы не случилось, за себя я спокоен, а вот Дине не следует ко мне привязываться. Желания и страсти вполне достаточно.

Поездка в столицу лишний раз показала, как в самом ближайшем будущем может измениться моя жизнь, и это еще больше может отдалить меня от Дины. Поэтому я решил дать ей время остыть. Держался и не звонил, хотя такая выдержка давалась с трудом. Зато по нескольку раз на день заебывал Тимура.

И тут она позвонила сама. Позвонила не вовремя, у меня как раз начинались переговоры. Я ответил ей достаточно сдержанно и понял, что она обиделась. Даже слезы в голосе стояли. Пусть, так будет лучше.

Смотрю на лежащий передо мной телефон. Мои бойцы задерживаются, может… Может, написать? Спросить, как дела? Беру телефон в руки. Она в сети.

«Привет. Как дела?»

Ответ приходит молниеносно.

«Все отлично, учусь танцевать стриптиз».

Несколько минут пялюсь на экран, пытаясь определить, не ошибся ли я номером. Нет, не ошибся. Немедленно нажимаю на значок вызова.

— Дина, ты где?

— Я в клубе, ничего не слышно, — выпаливает Дина мне в ухо через динамик и отбивается.

Стриптиз? Заебись.

Отслеживаю Дину по геолокации — какой-то вшивый клуб. Ну заебись же. Но шестая сигарета уже точно будет перебор, поэтому сбрасываю Тимуру метку геолокации и нажимаю на дозвон.

— Там Дина. Забери ее и отвези домой.

— Понял.

Пока мои парни подъезжают и рассаживаются за столом, Багров уже отзванивается:

— Мы на месте, Горец, — сухо звучит из динамика, — все в порядке, они в клубе танцевали. Трезвые. Ну, почти…

— Она что-то еще говорила? Дина?

Тимур подозрительно молчит, потом отмирает.

— Нет. Ничего.

Отбиваюсь и смотрю исподлобья на своих подчиненных.

— Чего уставились?

— Тебя что, послали, Горец? — оскаливается Ворон. Делаю как можно более равнодушный вид.

— Нет. Мы немного поцапались. Ничего такого, — снова смотрю исподлобья. — Но вообще послала. Почти.

Парни переглядываются. Плоский ржет, Ворон понимающе машет рукой.

— Не обращай внимания, моя как гуляет с подружками, каждый раз мне звонит сказать, что она меня бросает.

— Я сам позвонил, — уточняю Домин. Плоский, сука, дальше ржет. Перевожу взгляд на Ворона. — И что потом?

— Ничего, — смеется тот, — я потом ее забираю, и она меня еще по дороге успевает несколько раз бросить. А как проспится, главное, с утра сразу извиниться.

— За что? — непонимающе переспрашиваю.

— Я предпочитаю не знать, — серьезно отвечает Ворон. — Просто извиняюсь и все.

Подъезжает приглашающая сторона. Дальше по списку значатся сауна с девочками и ресторан.

— Я пас, — поднимает руки Ворон.

«Пожалуй и я тоже», — думаю про себя. Вслух говорю:

— В сауну не едем, — и тут же пресекаю возмущенный протест Плоского: — В гостиницу потом себе шлюху закажешь.

И охуеваю сам с себя вместе с Плоским. Но у меня есть чем занять себя вечером.

Надо решить один насущный вопрос — деньги. От Алексея я узнал, как сильно они нужны Дине. Но если деньги предложу ей я, она снова решит, что я хочу заплатить ей за секс, значит надо что-то придумать. Если Дина не хочет чувствовать себя моей содержанкой, я должен сделать так, чтобы она этого не чувствовала.

Дина

Домин появляется неожиданно спустя неделю перед самым закрытием клуба.

Незадолго до его приезда на меня полился настоящий золотой дождь — повалили премии. Выдавая их, Алексей странно косился, и у меня поначалу зашевелились смутные подозрения. Но мы с Юлькой не отходили от столов и честно отрабатывали эти выплаты.

Скорее всего, Лешка увеличил премиальный бюджет, а я пока еще не сошла с ума, чтобы отказываться от таких нужных сейчас денег.

Мама ухаживает за бабушкой, и я стараюсь отправить им побольше денег. Почему их стало больше именно сейчас, когда очень нужно, я стараюсь не думать.

Они входят всей командой — Горец, Ворон, Плоский и еще человек пять, чьих имен я не знаю. Почему эти мужчины напоминают мне стаю волков? Может, потому что действительно на них похожи?

Горец выглядит невозмутимо, но глаза смотрят с довольным прищуром. Кивает на бар, я подсаживаюсь к нему за столик. Домин наклоняется через стол и говорит негромко:

— У меня есть к тебе предложение, Дина. Ты можешь заработать приличную сумму денег. Только тебе нужно подумать, это… небезопасно.

— И что я должна делать? — внутри неприятно холодеет. — Что-то криминальное?

Домин смотрит на меня, как на умалишенную.

— Почему сразу криминальное? С чего ты взяла?

— Макс, я тоже читаю новости и смотрю телевизор. Большие деньги просто так не заработаешь.

— Не просто так, — он медлит, а затем снижает голос, — мне нужно кое-куда съездить и кое-что отвезти. Ты поедешь со мной. Для всех мы должны выглядеть парой на отдыхе, и, если все получится, я хорошо заработаю и заплачу тебе твою долю. Полетим самолетом. Если я возьму кого-то из своих парней, нас сразу вычислят, а с тобой мы не будем привлекать внимание. Конечно, — он добавляет с серьезной миной, — если ты мне поможешь.

— Это какой-то за груз? — облизываю вмиг пересохшие губы. — Домин, ты контрабандист?

— Тебе не нужно этого знать. Так что, ты согласна?

— Макс, — гляжу на него в упор, — это правда? Я нужна тебе только для маскировки? Не в качестве эскорт-услуги?

— При чем здесь эскорт? — непонимающе смотрит Домин. — Почему ты вообще спрашиваешь об эскорте?

— Да мне в инстаграме каждый день пишут вербовщики или как их там называют, предлагают работу, — пожимаю плечами. — Иногда подходят на улице. Да кто не знает, что такое эскорт?

Взгляд Домина темнеет, мышцы напрягаются.

— Почему ты мне ни разу не говорила?

— Если обо всех говорить, то тебе придется ходить за мной по пятам и их отпугивать. Я давно не обращаю внимания, бросаю в черный список.

— Потому я и хочу, чтобы ты меньше бродила по улицам, а ездила в машине со мной или с Тимуром, — заводит Домин старую песню, но мне не терпится побыстрей вернуться к оставленной теме.

Предложение Домина меня заинтересовало. Вряд ли мне грозит серьезная опасность, он не станет меня так подставлять, а вот возможность побольше заработать, чтобы отправить маме, очень интересует.

— Пообещай, что моя роль в этой поездке не сведется к эскортнице, и я соглашаюсь.

— Обещаю, — почему-то вид у него вновь становится подозрительно кислым. — Тогда послезавтра вылетаем.

— Хорошо. Я согласна, — встряхиваю головой, заколка трескается, и волосы рассыпаются по плечам. Спохватываюсь и пытаюсь руками придержать непослушную гриву.

Глазах Домина опасно вспыхивают, он протягивает руку и касается завитка, свесившегося на лицо.

— Дина…

— У меня сегодня защита курсовой, — напоминаю на всякий случай.

Он ухмыляется и достает из кармана несколько резинок, которыми перевязывают купюры.

— Держи. Ношу с собой на всякий случай, чтобы снова деньги врассыпную по карманам не рассовывать.