Глава 8

Над головой надрывается телефон, но тело никак не желает просыпаться. Веду рукой по подушке и нащупываю трубку. – Да, – не открывая глаз принимаю вызов. – Вика, мать твою, – трубка орет голосом Лебедева, – где тебя носит? Открываю глаза и всматриваюсь в экран, пытаясь определить сколько времени. Восемь тридцать. Упс, кажется, я забыла вчера поставить будильник и проспала. – Я сплю, – отвечаю правду, потому что с недавних пор мне плевать на Лебедева и его работу. – Я слышу, что спишь, а работа, между прочим, сама себя не сделает. Быстро вставай и дуй брать интервью. – Какое еще интервью? Это вообще не мой профиль. – У меня сегодня нехватка сотрудников, так что интервью брать придется тебе. Адрес и остальные данные сброшу сообщением. И еще кое-что, Вика. Отбрось в сторону все свои обиды и не подведи. Человек важный, серьезный бизнесмен, миллионер, между прочим. Какие на хрен обиды, у кого-то, кажется, мания величия развивается. Мне вообще на него плевать. – Хорошо, – вяло соглашаюсь, просто потому что разговаривать с ним дальше нет никакого желания, и сбрасываю вызов. Сейчас меня даже голос его раздражает. Одеваю обычный брючный костюм, волосы забираю в хвост и вообще не крашусь. Раньше бы я, услышав про миллионера, атаковала салон красоты перед встречей и летела на интервью на самом быстром такси. Сейчас я в целом ненавижу всех мужчин на земле, поэтому никаких усилий прилагать перед встречей не собираюсь. Подъезжаю к огромному небоскребу и захожу в фойе. Объясняю цель визита и показываю свои документы. Никакого волнения не чувствую, хотя раньше я бы уже маникюр себе сожрала от предстоящей встречи. Поднимаюсь на лифте на двадцать пятый этаж и нахожу нужную дверь. Меня встречает приятная секретарша, но то, что она говорит дальше моментально портит мне настроение. – Мне очень жаль, но Константину Николаевичу пришлось срочно отлучиться по делам. Он просил перенести интервью на вечер. Она начинает судорожно рыться в своих записях, а потом снова возвращает свое внимание на меня. – Да, на семь вечера, – разводит с сожалением руками. – Вот черт, – вырывается из меня под ошарашенный взгляд секретарши. Да, в жизни я не очень вежливый человек. Набираю Лебедева и объясняю ему ситуацию, в надежде, что он назначит на вечернее интервью кого-нибудь другого. Но тот лишь орет на меня, что кто-то слишком долго спит и бросает трубку. Перед этим рявкнув, что вечером у меня последний шанс не облажаться. Иначе будут неприятности. Выхожу из приемной и начинаю блудиться по бесконечным коридорам. После нескольких неудачных попыток нахожу все-таки лифт. Спускаюсь на первый этаж, поворачиваю к дверям и врезаюсь в какого-то мужчину. Поднимаю глаза и желаю провалиться сквозь землю. Передо мной стоит бармен Костя в деловом костюме и с какой-то толстой папкой в руках. Он несколько секунд на меня ошарашенно пялится, потом резко хватает за локоть и отводит в сторону. – Какого черта ты здесь делаешь? Ты что следишь за мной? Я давлюсь воздухом от такого несправедливого обвинения и выдергиваю свою руку из его крепкого захвата. – У тебя что мания величия или что? На черта ты мне сдался? – Вот и я бы очень хотел знать. Что ты здесь делаешь? – Я здесь по работе. – Ну да, конечно. – Да, пошел ты, я не обязана перед тобой отчитываться, – тороплюсь обойти его, чтобы как можно скорее покинуть здание. Я даже не буду сейчас задаваться вопросом, что он здесь делает в таком виде. Когда оказываюсь на улице, вспоминаю, что так и не швырнула ему в морду его грязные деньги. Я до сих пор ношу их с собой в сумке, но сегодня настолько оказалась не готова его увидеть, что все мысли вылетели из головы. Ехать на работу и лицезреть там счастливую парочку у меня нет никакого желания, поэтому решаю навестить сестру. Она как раз живет здесь неподалеку. Пересижу у нее до вечера, а потом вернусь сюда брать интервью. Тем более у одной из моих многочисленных племянниц сегодня день рождения. Взрослых гостей, конечно, приглашали поздравить именинницу в выходные, но раз уж у меня все равно свободный день, заеду сегодня. Заодно помогу сестре справиться с оравой детей. Оставляю машину на парковке и иду в дом. Там стоит такая суматоха, что в глазах рябит. Все носятся практически на грани паники. Дети скачут в каких-то причудливых костюмах, а моя сестра накрывает на стол и одновременно с кем-то ругается по телефону. Я хватаю со стола бутерброд, сажусь в кресло и жду, когда на меня обратят внимание. Марина заканчивает разговор и подскакивает ко мне. – Как я рада, что ты приехала. Ты себе даже не представляешь, – тараторит моя сестра, а мне становится страшно, потому что где-то внутри зарождается нехорошее предчувствие. – Ты меня пугаешь, – начинаю посматривать в сторону дверей. – Перестань, – отмахивается нетерпеливым движением, – мне нужна помощь. Неужели ты мне откажешь? Неужели допустишь, чтобы день рождение твоей любимой племянницы сорвался? – Вот только не надо на меня так смотреть. Я вообще-то на воскресенье приглашена. – Забудь. У нас проблема с аниматором. Вернее, с одним из них. На празднике должно быть две феи, а придет только одна. Ася расстроится и будет реветь в три ручья. – А я тут при чем? – округляю глаза. – Ты будешь второй феей. Костюм нам привезут. – Нет. Ни за что. Одной феи будет вполне достаточно, – категорично заявляю. – Вика, твоя любимая племянница никогда не простит тебе этого, – моя сестра еще тот манипулятор. Вечно она со мной так. В общем я не знаю, как так получается, но в итоге я стою перед зеркалом в идиотском сиренево-розовом платье, которое спереди намного короче, чем сзади, в рыжем парике и с дурацкими нарисованными веснушками на лице. За спиной огромные крылья. И зовут меня фея Блум. – Тебе вообще ничего не нужно делать, основную работу за тебя сделает другая фея. Ты только на подтанцовке. – Ага, всю жизнь мечтала, – бубню себе под нос и выхожу на огромную лужайку возле дома. Праздник начинается и мне приходится вливаться в программу. Рот и в самом деле открывать почти не надо, только в некоторых местах делать вид, что подпеваешь. У детей энергии много, а вот у меня не очень, мы выплясываем уже несколько часов, а батарейки у этих юных принцесс садиться даже и не думают. В промежутках между конкурсами выдергиваю сестру из толпы гостей. Ей хорошо, она в нарядном адекватном платье развлекается со своими друзьями, а я как загнанная лошадь ублажаю аппетиты не на шутку разошедшихся детей. – Ты что аниматоров на весь день заказала, эксплуататор безжалостный? – начинаю закипать, потому что в этих идиотских туфлях на платформе и шпильке мои ноги уже отказываются стоять. – Вик, ну будь человеком, – строит кошачьи глаза, – не порти детям праздник. – Ты охренела? – ору на всю громкость, – я тут уже часов пять отпахала. – Ты можешь перекусить, освежиться, а потом снова в бой, отдохнувшая и полная сил. – Моя сестра безжалостная стерва, – рыкаю в ее сторону и иду на зов неугомонной толпы детей. После очередного конкурса в моем мозгу щелкает и я вспоминаю про интервью. Мать вашу! Сколько сейчас времени? Вырываюсь из плотного круга гостей и сломя голову несусь к своей машине. Достаю из сумки телефон и ору в голос. На часах ровно девятнадцать ноль-ноль. Прямо как есть, в дурацком платье и туфлях, сажусь в машину и пытаюсь ее завести. Наверно, это и есть закон подлости, потому что у меня ни хрена не выходит. Эта зараза не заводится. Хватаю сумку, пиджак и бегу к соседнему дому. Там как раз остановилось такси. Бесцеремонно сажусь в машину и протягиваю ему мятую купюру. – Плачу двойную, только быстрее, пожалуйста. Глаза таксиста жадно загораются, сначала, когда он видит деньги, а потом мое декольте. С мужиками я в жесткой завязке, поэтому изображаю каменный покер фейс. Натягиваю на себя пиджак и застегиваюсь на все пуговицы. Если честно мне это не особо помогает выглядеть не идиоткой, но мне плевать. Если после сегодняшнего интервью меня уволят без отработки, я только выдохну с облегчением. Так что терять особо нечего. Вваливаюсь в фойе и достаю свое удостоверение. Охранник снимает очки, протирает их и надевает снова. – Мне назначено на девятнадцать, – спокойно произношу и иду дальше. Захожу в приемную и пользуясь ступором секретарши, стучусь в кабинет с табличкой Абрамов К.Н. Не дожидаясь ответа, захожу внутрь и теперь уже чувство ступора ловлю я. За шикарным столом, в не менее шикарном кресле сидит бармен Костик и смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова. – Ни хрена себе, – вырывается из меня потрясенно, – а барменам что сейчас так плохо платят, что ты по вечерам миллионером подрабатываешь?