Глава 44

А вот Эдуард явно был уверен, что наш с ним поцелуй открывает дорогу к скорому браку. Ну и прикладывал для этого все усилия. На следующее утро я получила официальное приглашение на обед с его императорским величеством. А днем в моем замке появился сам Эдуард. Его фигура, облеченная в роскошные ткани, словно светилась, когда он вошел в холл. Едва увидев его самодовольную улыбку, я пожалела, что вернула ему доступ в замок. – Добрый день, найра Анна. Вы получили приглашение? – учтиво поинтересовался Эдуард, его голос звучал как мелодия, но в ней не было ни капли искренности. А его взгляд так и твердил: «Ты будешь моей, обязательно будешь. Недаром я – кронпринц драконов, высшей расы». Я почувствовала, как внутри меня закипает раздражение. Нежные чувства к Эдуарду не мешали мне желать прибить его по-тихому. – Добрый день, ваше высочество, – благовоспитанно откликнулась я, стараясь скрыть свою неприязнь. – Вы имеете в виду приглашение от вашего отца? Да, конечно, получила. Но не уверена, что появлюсь во дворце. – Почему же, позвольте поинтересоваться? – удивился Эдуард. «А чтоб спесь сбить, с тебя и тебе подобных», – фыркнула я про себя. Вслух же произнесла. – Я до конца не уверена в своем статусе. Кем вы меня представите? – Своей невестой, конечно же. – Насколько я помню правила этикета, между знакомством с родителями жениха и свадьбой не должно пройти больше трех суток. Это время меня не устраивает. Я еще не решила, нужен ли мне этот брак. Да и к тому же… Мы с вами до сих пор не подписали брачный договор, ваше высочество. «Нервомотка», – отпечаталось на лице Эдуарда. – Подписать брачный договор не так долго, найра Анна. Намного быстрее, чем его составить. Наш же уже составлен и ждет одобрения обеих сторон. Ну а что касается этикета… Вы так часто предпочитаете его не замечать, что еще одно нарушение ничего не изменит. Да? Это когда же я игнорировала этикет? – Незамужней девушке, вошедшей в брачный возраст, запрещается принимать в своем доме холостых мужчин (не являющихся ее родственниками) без присутствия в помещении третьего лица, – явно процитировал Эдуард. – Правда? – делано изумилась я. – Да не может того быть. Ваше высочество, так я ж никого, кроме вас, и не принимала. – Да неужели? – вскинул брови Эдуард, его тон стал более настойчивым. – А как же правитель орков? Ревнует, поняла я. Точно ревнует. – Я уверена, его величеству будет приятно узнать, что вы считаете его достойным соперником, – поддела я Эдуарда с огромным удовольствием. В его глазах вспыхнули искры. – Вы уверены, найра Анна, что хотите испытать на себе всю силу моих чувств? – вкрадчиво спросил он, его голос стал низким и угрожающим, как у хищника, готового к прыжку. – Каких чувств, ваше высочество? – уточнила я, стараясь сохранить невозмутимость. – К кому? Неужели к этому замку, который вы так жаждете заполучить? – К одной язвительной баронессе! – едва ли не рявкнул Эдуард. – «– Драконы не влюбляются, – с наслаждением процитировала я. – Мы не умеем любить. Наши браки построены на холодном расчете». – У вас великолепная память, найра Анна! И пар из ноздрей. Про искры из глаз я уже молчу. Там вообще пожар начался. Его высочество изволил беситься. И это было одновременно пугающе и захватывающе. – Благодарю, ваше высочество. Уж на что, что, а на память я точно не жалуюсь. – Оно заметно! Да, я вас люблю! И ревную! Вы это хотели услышать?! «Да люблю я тебя, дуру, люблю, отстань уже только!» – перевела я для себя. Не сказать, что я сразу же растаяла от этих слов. Но какое-то чувство удовлетворения, смешанное с непонятной теплотой, в сердце все же появилось. – Вы, ваше высочество, довольно оригинально признаетесь в любви, как будто одолжение делаете, – просветила я Эдуарда, не упуская возможности поддеть его. – Поневоле задумаешься: а когда же вы были правдивы: раньше, до того, как узнали о моем происхождении, или сейчас? – Вот выйдете за меня замуж, тогда и узнаете, – в тон мне ответил Эдуард, и я в который раз отметила его способность брать себя в руки. Да, он все еще хотел меня придушить – по глазам было видно. Но уже успел успокоиться настолько, чтобы язвить. – Боюсь, тогда будет поздно, – с притворным сожалением вздохнула я, стараясь не выдать своего волнения. – Не уверена, что у вас, в этой стране и в этом мире, практикуются разводы по желанию одной из сторон. – Еще чего не хватало, – фыркнул Эдуард, его губы изогнулись в усмешке. – Даже у столь любимых вами орков подобного обычая нет! А, да? Теперь я стала любительницей орков? Надо рассказать об этом Артанасу. То-то он удивится. – Кстати, об орках… – задумчиво проговорила я, потирая подбородок, как будто размышляя о чем-то важном. – Ваше высочество, как там поживает обещанная мне мебель? Еще не отправилась на свалку? А то мои служанки жаждут выйти замуж за моих же орков-охранников, а селить их некуда – мебели нет. А так, я поставила бы в своих покоях новую мебель, а старую отдала бы слугам… Эдуард, стоявший напротив меня, с недовольным выражением на лице, скрестил руки на груди. – Женщины! Найра Анна, при чем тут мебель?! Я вам в любви признался, замуж позвал! А вы думаете о прислуге и орках! – громыхнул недовольно он. – Так мне ж хочется остаться жить здесь, в этом замке, даже после свадьбы с вами, – пожала я плечами, стараясь выглядеть как можно более невозмутимо. – А в замке принято держать гарнизон. Нанимать со стороны мне некого. Вот и оставлю орков-охранников. И… – Найра Анна! – его голос стал еще громче, а в глазах заискрились искры. – Забудьте вы об орках! Я вас не о них спрашиваю! Вы выйдете за меня?! Я прикусила губу, пытаясь скрыть улыбку. Его страсть была почти трогательной, но я не могла позволить себе сдаться так легко. – А надо? Точно надо? Ваше высочество, вы уверены… – начала я, но не успела закончить, как он прервал меня, наклонившись ближе. И мне снова заткнули рот поцелуем. Его губы были горячими, полными решимости, и я почувствовала, как внутри меня закипает что-то, что я не могла игнорировать. Да, ненадолго же хватило выдержки у кронпринца драконов. Вот что значит раньше не сталкиваться с такими женщинами, как я. Небось, драконицы, оборотницы и другие представительницы разных рас все сплошь были податливыми и послушными. И только я активно играла стерву, наслаждаясь каждым мгновением этой игры, в которой правила писала сама.