Глава 13

— Грувер! — легонько постучала я пальцем по зеркальной глади, — настало время твоего триумфа!

Посреди зеркала постепенно начала проявляться лягушачья голова с раздутыми от важности щеками. Несомненно, моё обращение угодило его тщеславной натуре, и сейчас он был настроен более чем благосклонно. Даже на Дориана поглядывал почти без неприязни.

— Внимаю твоим мольбам, — нараспев произнёс бес, осматривая нас из-под полуприкрытых век.

— Будь так любезен, сообщи нам, что именно написано вот на этом листе бумаги…

Я подтолкнула к зеркалу лист, испещренный закорючками, скопированными Дорианом из книги сирнайцев.

— Кхм-кхм, — прочистил горло бес, — стоит признать, что у твоего спутника как минимум есть одно положительное качество, он способен неплохо копировать текст. Думаю, приложи он еще немного усилий, вполне был бы способен стать писцом.

— Вот уж спасибо, — язвительно отозвался Дориан, — бес, прекрати тянуть понапрасну время или тебе придётся познать на своей шкуре жалящее заклинание или стягивающее…

— Только не стягивающее, — мгновенно отозвался бес, растворяясь в зеркальной глади так, что на его поверхности остались только круглые глаза, — Ксана, отчего ты так жестока и позволяешь ему измываться над несчастным созданием?

— Поверь, я сама порой страдаю от его деспотичной натуры, потому лучшим выходом из ситуации будет тот вариант развития событий, при котором мы как можно больше посодействуем его персоне. И избавимся от него…

— Согласен, — милостиво прикрыл глаза Грувер и продолжил, — во-первых, юноша, переписали большую часть текста вы, конечно, правильно, но всё же допустили несколько ошибок. Но я буду так любезен, что воспроизведу правильный вариант текста, содержащегося на страницах книги сирнайцев. Итак, на страницах той книги я узрел …

Ага, сейчас начнётся, отчего-то подумала я и оказалась права. Грувер выдержал драматическую паузу и начал заунывным, полным трагизма голосом скрежетать:

— Зеркало же Сарвила, отлитое им у начала Истока, способно воззвать к сущности Варула Могущественного, Единственного, состоящего из Множества, Многоликого, способного одарить своей щедростью и безжалостностью обратившегося к нему с должным почётом и уважением, отдающегося на суд его милости и мудрости…

— Неплохое вступление, — пробормотала я, почувствовав как Дориан пихает меня локтём в бок, призывая замолчать, а сам тем временем строчит что-то на листе бумаги со скоростью самого успешного студента академии.

— Суть его — едина и множественна… — продолжал выводить туманные фразы Грувер, не забывая при этом трагически вращать глазами и зловеще понижать голос. И как я ни старалась вычленить нечто полезное из потока его слов, никак не могла сосредоточиться, то и дело вязла в странных формулировках или содрогалась от страха, когда бес начал в подробностях описывать, как именно нужно вскрыть горло жертве и окроплять его кровью зеркало Сарвила. И почему некоторым не живётся спокойно, а обязательно надо пробудить ото сна какого-то ужасного злобного духа или тысячелетнего могущественного беса? На что надеются эти странные заговорщики, то ли сирнайцы, то ли последователи культа Всемилостивого. То ли дело наше верование — Ткачиха прозорлива и мудра, она прядет нити наших судеб, сплетая их воедино, расстилая перед каждым искрящийся светлый путь из тысячи тысяч троп, выбираемых тобой. В порыве благодарности я прикрыла глаза, вознося хвалу божеству и умоляя о благосклонности к покорной слуге. Которая за последнее время еще ни разу не преклонила коленей перед алтарём Ткачихи, пронеслось в моей голове. И которая обязательно отдаст должное милости Ткачихе, как только представится такая возможность, поспешно добавила я, поневоле думая о том, насколько похоже звучали мои обещания на те, о которых вещал Грувер. Может, Дориан на самом деле прав, и все эти множественные верования есть суть одного и того же, но поворачивающегося к нам то одной, то другой стороной? И тут же я ужаснулась собственным богохульным мыслям, открывая глаза и воззрившись с недовольством на графа, продолжающего усердно внимать бесу. Нет, всё же он дурно на меня влияет, поскорее бы избавиться от его присутствия… Неизвестно до чего ещё можно докатиться, если проводить в его обществе много времени.

— … посредством сил трёх, соединённых в одно, ведущих… — и тут Грувер замолчал.

— Ведущих куда? — не поняла я.

— Не знаю, куда! — развёл в стороны лапками полностью материализовавшийся Грувер и переставший наконец-то вещать замогильным голосом, переходя на привычное для него кваканье.

— Как это не знаешь, куда? — требовательно уставился на беса Дориан.

— А вот так! Что переписали, то и перевёл… То есть, что прочёл — то и воспроизвёл! Там на следующей странице окончание было написано.

— И ты всё это время молчал! — возмутилась я, — да как ты мог!

— А вы не спрашивали до этого момента, — нагло возразил бес.

— Ах ты гадкое создание, пупырчатое жабоподобное существо! — вспылила я и, схватив зеркало, зашвырнула им на кровать, а следом для пущего эффекта придавила подушкой, — и не смей являться без моей на то воли!

Я кое-как сформировала надлежащее заклинание для управления мелкими бесами, искренне надеясь на то, что оно возымеет свой эффект. В воздухе вспыхнула золотая искра и проворно юркнула под подушку. Отлично, значит всё сработало.

— Я впечатлён, — хлопнул в ладоши Дориан, — хоть на что-то вы способны!

— Гадкое создание, и что нам теперь делать? Совершенно ничего неясно из его мудрёной болтовни, так ещё и информация неполная! Возвращаться?

— Не стоит… Во-первых — опасно. После нашего самовольного проникновения на территорию библиотеки защиту, скорее всего усилили и обновили. А значит, соваться туда еще раз не стоит. Во-вторых, большую часть всё же удалось выяснить. В-третьих, даже оперируя имеющимися данными, мы вполне сможем извлечь выгоду…

— Из чего? Лично мне ничего неясно! — пожаловалась я.

— Ничего удивительного. В ваше обучение явно не входил разбор подобных текстов. А вот мне было предельно ясно многое.

— Может быть, расскажете мне в общих чертах? — попросила я, стараясь произнести просьбу как можно небрежнее, чтобы это не выглядело унизительным.

— Охотно… Отбрасывая в сторону лишние характеристики демона Варула, всё действо сводится к тому, что бы окропить кровью жертв поверхности трёх зеркал Сарвила, произнеся при этом необходимые песнопения. А после неким образом объединить их разрушающую силу воедино, чтобы воспользоваться силой демона и вершить свои деяния.

— Так просто? — изумилась я, — почему тогда сразу не принести в жертву троих — и дело с концом?

— А недавно утверждали, что вы не кровожадная натура, — не удержался от ехидного замечания Дориан, — не всё так просто. Во-первых, жертва сама добровольно должна отдать зеркало убийце, как бы давая этим разрешение отнять у него жизнь. Во-вторых, делать это можно не где придётся, а в местах отдалённых, поскольку высвобождается огромная энергия, чаще всего приводящая к разрушениям…

— Как в том заброшенном храме, находящимся вдали от любопытных глаз, — подхватила я, кажется, улавливая мысль и приходя в восторг от собственной сообразительности.

— В-третьих, есть ещё пара вопросов касательно Истока начал… Не припоминаю ничего подобного. Ну и не будем забывать о том, что зеркала Сарвила всё же не безобидный артефакт, а находятся на особенном учёте, стало быть, доступ к ним имелся лишь у определённого круга лиц.

— Или у очень пронырливого и умного воришки, — возразила я, — вы же смогли проникнуть в библиотеку!

— Или так, да. Но это не отменяет того факта, что ему пришлось бы разузнавать информацию от неких лиц, владеющих ею. А это опять возвращает нас к хранителям архива… И кстати, было бы неплохо разузнать о личности того бедняги, что прирезали самым первым в городке Эльбо.

Дориан встал и начал ходить по комнате, лицо его выражало задумчивость, а резкие жесты выдавали неуёмную жажду деятельности.

— Решено, — объявил граф, воздев указательный палец вверх для пущей убедительности. Кажется, что он начал злоупотреблять этим жестом, уподобляясь преподавателям в академии, — не хочется оставлять вас одну, Ксанелия, но придётся. Ибо действовать я буду должен быстро и решительно, а ваше присутствие мне будет только мешать. Увы, вы не обладаете достаточными навыками в столь щепетильном вопросе. Я попрошу Вас остаться здесь и не пытаться покинуть пределов этой комнаты.

— С превеликим удовольствием, — лучезарно улыбнулась я, — не придётся таскаться по сомнительным улочкам… Желаю вам чудесно провести время, точнее с толком!..

Дориан кивнул и, подхватив лёгкий плащ, вышел, не преминув бросить мне напоследок:

— И без глупостей, Ксанелия!

Вот ещё! Будто бы в моих действиях можно углядеть хоть капельку глупости. Не знаю, чем собирается заниматься сам граф, но лично я займусь тем, что никак не дает мне покоя с того самого момента, как я покинула город Эльбо. Я села на кровати и как следует задумалась, перерывая в памяти все имеющиеся способы, по крайней мере, сумевшие в ней отложиться. Должна признать, отложилось в моей памяти немало, как бы не поддевал граф меня некоей забывчивостью, свойственной моей эмоциональной натуре в некоторые моменты. Но в целом я могла похвастать отменной памятью. Вот только не один из способов, что приходили на ум, мне категорически не подходили. Что ж, придётся мне немного прогуляться… Я оправила платье, морщась от того, насколько оно непрезентабельно выглядело и поправила на голове круглую шляпку, намереваясь выйти, но не смогла. Я изумлённо дёрнула дверную ручку ещё пару раз — безрезультатно. И лишь потом сообразила осмотреть дверь, сосредотачиваясь на внутреннем видении сущности вещей. Бес тебя раздери, граф! Когда только успел так незаметно наложить на дверь заклинание, благодаря которому комнату я не смогу покинуть до тех пор, пока он не явится сюда собственной персоной! Превосходно… Я быстрым шагом перешла через всю комнату к окну, обнаружив, что то же самое заклинание стоит и на оконном проеме. Нет, не то чтобы я собиралась покидать комнату столь экстравагантным способом, демонстрируя случайным зевакам стройные ножки в чулках, просто хотелось убедиться в том, что и этот выход был для меня недоступен. И я оказалась права — моё видение показывало, как через всё гостеприимно распахнутое пространство окна была натянута сеть из тончайших огненных нитей. Вздумай я сунуться туда — ощущения были бы такие, словно я наткнулась на прочную стену, а попытайся проделать это ещё раз — меня бы непременно обожгло, граф позаботился ещё и об этом. Пытаться снять его заклинание было бесполезно — увы, но мой потенциал ничтожно мал, в особенности в сравнении с такими магами, как Дориан.

Я стянула с головы шляпку, запуская ею через всю комнату. И тут меня осенило — ещё не всё потеряно! На кровати, под подушкой всё еще находится мой, смею надеяться, верный слуга — Грувер. Возможно, тщеславный бес, обладающим непростым характером, надулся на меня за невежливое обращение с ним, но кто здесь главный, в конце концов? Я повыше вздёрнула подбородок и извлекла зеркало из-под подушки, заклинанием призывая беса явиться. Как я и ожидала, из своего появления он опять сделал целое представление: поверхность зеркала зарябила и моему взору предстало изображение темного угла, заросшего паутиной, всем своим видом демонстрирующего запустение, а сам бес сидел ко мне спиной и тихонечко поскуливал, но едва почувствовал на себе мой взгляд, тотчас же замолчал и через мгновение прогнусавил важным голосом:

— Разрешаю тебе просить у меня прощения…

Неслыханная наглость, мысленно возмутилась я, и решила приструнить обнаглевшего беса, пока тот совершенно не вышел из-под контроля. Хоть я ему и симпатизировала, но тем не менее хорошо помнила из учебников, насколько зловредными могут быть эти сущности.

— Вижу, что ты до сих пор не в настроении. Видимо, я зря возлагала на тебя большие надежды. Вполне очевидно, что ты не сможешь справиться с такой задачей… Всё-таки мелкий бес… Всего лишь пятая категория.

— Четвёртая! — возмущённо квакнул бес, оборачиваясь ко мне, — согласно последней классификации бесов, официально признанной Королевским собранием, бесов моего уровня принять причислять к четвёртой категории, находящейся в опасной близости к третьей! И кто, как не я, способен помочь тебе в разрешении непосильных задач, стоящих перед тобой… Разумеется, отнесусь к твоей неосведомленности с некоторым снисхождением, всё же маги твоего уровня не привыкли обращаться с подобными мне.

Хитрый бес — сумел уместить в одном предложении и желание выслужиться перед хозяйкой, и повернуть это выгодной ему стороной. Всё же он немного опасался моего гнева — мы были связаны с ним заклинанием на крови, а значит любое мое заклинание, обращенное против него, пусть даже исполненное на моём уровне сил, отзовется на нем крайне болезненно и эффективно.

— Даже не знаю, — с сомнением поглядывая на беса, протянула я.

— Ксанелия, как можешь ты сомневаться в моём могуществе и искреннем желанием услужить тебе? Нам пора забыть об общей оплошности с сирнайским культом — ведь прямого приказа мне не поступало, а я все же скован… — бес горестно вздохнул, и я решила, что хватит с нас пустых расшаркиваний, пора приступать к делу.

— Мне нужно вернуть из Потусторонья своего приятеля, — заявила я.