Глава 15

Больно. Вот что первым делом подумала я, ощущая ломоту и усталость во всём теле. Даже поднимать веки было очень тяжело. Свет, казавшийся чересчур ярким, резью впивался в глаза, заставляя слёзы литься из глаз. Я собрала остатки сил и попыталась встать, понимая, что смогу лишь сесть с изяществом столетней старухи. Охала и стонала я примерно так же, подтягивая нижние конечности и опираясь на дрожащие руки. Наконец, удалось привести себя в более-менее вертикальное положение и уже можно было оценивать обстановку вокруг. Первое — я жива, второе — уже нахожусь в номере гостиницы, в привычной реальности.

— Поздравляю, — раздался квакающий голос Грувера. Что ж, пожалуй, отнесём это к третьему. А где же Тявтий?

— А где Тявтий? — возмущённо рявкнула я, но, увы, только в своем воображении. В реальности мой голос звучал едва слышно, как писк комара.

— Ты же не думаешь, что он явится сам, — фыркнул демон из зеркала, которое я продолжала сжимать в правой руке, — нужно призвать его… Ты ведь привязала его к себе.

Я прислушалась к себе — что-то не ощущаю я внутри себя никакого чужеродного присутствия.

— Готов поспорить, что ты смотришь внутрь себя, когда нужно смотреть вовне. Просто попытайся уловить те же самые вибрации, что и в Потусторонье, а потом вытягивай их на поверхность. Чем чаще будешь это делать, тем проще тебе это будет даваться.

Я, все еще не пришедшая в себя полностью, тем не менее начала претворять в жизнь сказанное Грувером. Уж очень сильно мне хотелось увидеть Тявтия! И, кажется, у меня это начало получаться: в воздухе рядом со мной поначалу возникло мягкое свечение, состоящее из множества точек, двигающихся хаотично, но тем не менее принимающее очертания знакомого мне пса! Потрясающе! Я смотрела и не могла поверить своим глазам: рядом, в натуральную величину сидел пёс, полупрозрачный, но такой знакомый. Не смогла удержаться от того, чтобы попытаться погладить его, но рука легко прошла через его образ, почувствовав лишь приятное покалывание, отдавшееся легкой эйфорией.

— Это же не просто призрачная проекция, повторяющая одно и то же по бесконечному кругу? — всё же поинтересовалась я.

— Неа, — мгновенно отозвался Грувер, — единственное, он принял ту форму, в которой ты его запомнила больше всего. Но в остальном — он тот же, только не будет линять, вонять мокрой псиной и просить постоянно есть.

Тявтий тем временем будто освоился, принялся сучить хвостом и принюхиваться, резво метнулся в сторону зеркала и принялся облизывать его поверхность.

— Аааааа! — возмущенно завопил бес, — сейчас же убери от меня эту слюнявую псину!

— Так он же из другой материи, — возразила я, с широкой улыбкой глядя на Тявтия.

— А я по-твоему из чего сделан? — взвыл бес, — ты не чувствуешь и сотой доли того, что приходится претерпевать мне!

— Тявтий, — позвала я. Пёс настороженно приподнял уши и развернулся, начав бегать вокруг меня. Грувер же в это время возмущенно отирал свою блестевшую физиономию кружевным платочком.

— Попрошу тебя, Ксана, контролировать свою псину!

Я же сидела на полу и следила глазами за Тявтием, бегающим вокруг меня, то и дело наскакивающим и пытавшимся лизнуть мне нос. Конечно, это ему не удавалось, но он по всей видимости, нисколько не огорчался, а продолжал мельтешить перед глазами, вызывая головокружение. Очередной круг подле меня и я почувствовала, как теряю сознание, плавно оседая на пол под громкий возмущенный крик и шум открывающейся двери.

Громкий возглас «Идиотка!» и сильный хлопок по щеке привели меня в чувство. Едва разлепила глаза, увидев Дориана, сидящего рядом со мной, распластавшейся на полу. Я хотела возмутиться такому обращению со своей нежной персоной, но не смогла не то чтобы руку поднять, но даже слова вымолвить. Рот немо раскрылся и закрылся.

— Молчи! — пылал негодованием граф, презрев правила обращения, принятые в приличном обществе, — тебя даже на несколько часов оставить нельзя! Что ты здесь натворила?! Под дверью арендованной комнаты уже крутился хозяин, почуяв неладное, и мне пришлось применить парочку обманных маневров, чтобы усыпить его бдительность… И что я вижу? Во что ты ввязалась! Я уже начинаю сомневаться в твоей непричастности к сотворенному в городе Эльбо. От тебя несёт тёмной магией и энергией Потусторонья!

Лицо графа то приближалось, то удалялось от меня и мне было сложно фокусироваться на нём, оттого я просто прикрыла глаза, чувствуя, что меня омывает тёплыми приятными волнами, наполняющими меня силой. Обрадованная, я всем своим существом ринулась к этому источнику, едва ли отдавая себе отчёт в его происхождении.

— Эй, поосторожнее! Упыриха! — недовольно воскликнула Дориан и тотчас же приятные ощущения сошли на нет, — мне кажется, этого вполне хватит для того, чтобы ты смогла связно объяснить, что здесь произошло!

Вздохнув, я открыла глаза, понимая, что источником невероятного прилива сил был никто иной как Дориан, поделившийся со мной своими силами, сделавший это так легко и непринужденно, будто всю свою жизнь только и делал, что делился силой с неосторожными глупышками вроде меня, переоценившими свой потенциал. Впрочем, кто знает, может так и было? Я попыталась осторожно сесть, но была ещё слишком слаба и оттого соскользнула в сторону, благо, Дориан среагировал мгновенно и легко подхватил меня, подняв и перенеся на кровать.

— Лежи, — огонь негодования всё ещё полыхал в его малахитовых глазах, но, кажется, помимо него в них ещё плескалась забота и тревога. Всё же, это было приятно самую малость… — тебе необязательно двигаться для того, чтобы объясниться!

Ах, вот и всё очарование момента пропало. Я поморщилась и нехотя произнесла:

— Я ныряла в Потусторонье…

— Это я уже понял по отчётливому запаху, тянущемуся далеко вокруг.

— Запаху? Разве оно пахнет?

— Будешь заговаривать мне зубы или признаешься, что ты здесь натворила?

— Отлично, значит, и я избавлена от необходимости соблюдать приличия и могу свободно высказывать всё, что мне в голову придёт относительно твоей несносной персоны, минуя угрозу быть заткнутой кляпом!

— Когда это тебя останавливало? — возмутился граф и скрестил руки на груди, — мне потребовалось приложить усилия, чтобы нейтрализовать признаки действия тёмной магии.

— Я ныряла в Потусторонье, чтобы вытащить Тявтия.

— Кого?

— Тявтия. Пса, дважды спасшего мне жизнь, — по лицу Дориана было заметно, что он не понимал, о чём идёт речь, потому я решила пояснить, — того самого пса, что ты хоронил в Эльбо.

— Бес тебя раздери! — схватился за голову Дориан, — в этом была крайняя необходимость? Рисковать жизнью? Истощать собственные запасы под нуль, и без того ничтожные! Да как тебе вообще силёнок хватило?!

— Мне помог Грувер.

Однако мои слова никак не успокоили графа, а вызвали новый поток бессвязной ругани и стенаний:

— Довериться бесу, ныряя туда? Ты из ума выжила? А если бы ему вздумалось заманить тебя в одну из многочисленных ловушек? Да он мог просто водить тебя за нос до тех пор, пока твари бы не выпили тебя досуха!..

— Но не выпили же, — осторожно возразила я, вызывая своей невинной репликой бурю негодования Дориана. И решила продемонстрировать графу Тявтия. Уверена, что как только он увидит моего пёсика, он оценит затраты усилий и не будет стенать столь горестно, будто речь шла о его собственной жизни, а не о моей. Я мысленно сформулировала заклинание, призывая пса, с радостью чувствуя, что на этот раз получается лучше. Посреди комнаты появилось мягкое свечение и материализовался Тявтий, принявшийся встряхиваться, словно разбрызгивая капли воды во все стороны, а следом начал чесать за ухом. Я с нескрываемой гордостью взглянула на Дориана, но на его лице не было написано ничего, кроме скептицизма. Вот же чурбан бесчувственный!

— Немедленно прекрати! — зашипел он недовольно, запуская искру в Тявтия. Пёс обиженно заскулил и принялся кругами бегать по комнате, — ты ещё недостаточно сильна, чтобы вытворять подобное!

Не хотелось признаваться в этом, но Дориан был прав — гордость и радость от созерцания Тявтия не могли перекрыть того факта, что я чувствовала, как силы утекали чересчур поспешно, вызывая слабость и головокружение. Пришлось «отпустить» пса и откинуться головой на подушки, закрывая глаза, чтобы не видеть, как потолок комнаты пляшет и качается перед глазами. Тотчас же меня нагло подвинули в сторону, к стенке, и рядом со мной на кровати развалился граф, беря мою ладонь в свои руки.

— Что вы себе позволяете?! — от возмущения я вновь перешла на «Вы», — убирайтесь немедленно!

— Если я уберусь, то придётся несколько дней ждать, пока ты, — намеренно подчеркивая фривольное обращение, процедил сквозь зубы граф, — восстановишь хотя бы часть своих сил!

Тотчас же от его рук начал распространяться жар, оплетавший мою ладонь и проникающий под кожу, вызывая приятное покалывание и чувство эйфории.

— Мммм, — не смогла сдержать я чувства облегчения, словно рвущегося из глубины моего существа.

— Не стоит приникать к источнику так жадно, — недовольно пробурчал Дориан, — вот уж не думал, что под твоей хрупкой миловидной внешностью скрывается самая настоящая упыриха! Ты же вытягиваешь энергию так жадно, что пусти я всё на самотёк, быстро бы опустошила резерв.

— Была бы очень признательна, если бы ко мне обращались на «вы», — таким же недовольным тоном ответила я.

— Рядом с тобой всё летит вверх тормашками и не выдерживает никаких правил приличия!

Пффф… И это говорит мне тот, кто вальяжно развалился на МОЕЙ кровати? Вот же наглец… Ладно, потерплю немного, пока восстановятся силы, а потом… Кстати, чем он занимался в то время, как я пыталась очистить свою совесть?!

— Может быть вместо того, чтобы стенать понапрасну, расскаже…шь, — спохватилась я в последний момент, — чем увенчались твои поиски?

— Во-первых, мне пришлось приложить немало усилий для того, чтобы разыскать Закхея.

— Проворный малый, — вставила реплику я.

— Согласен. Но я проворнее, — самодовольно заявил Дориан, — опуская лишние подробности, скажу лишь, что узнал парочку интересных фактов. Зеркала Сарвила относятся к числу довольно опасных артефактов, числящихся на особом счету и рассредоточенных по всей территории королевства. Они не находятся постоянно в одном и том же хранилище, время от времени их перевозят с места на место, разумеется, сохраняя в строжайшем секрете все подробности данной операции. Закхей любопытный малый, к тому же нечистый на руку, приторговывает кое-какими сведениями…

— Мог ли он знать о перемещении артефактов? — не удержавшись, выпалила я, услышав в ответ недовольное цоканье.

— Ксана, может, не стоит лишать меня возможности рассказать обо всём?

— Хорошо, — тут же стушевалась я, но, кажется, во всём этом было нечто волнующее, азартное. Бес тебя раздери, граф, похоже я заразилась от него духом авантюризма! Может, он передаётся по воздуху или от тесного контакта? Всё же лежит он совсем рядышком, касаясь меня плечом, и удерживает мою руку… Спокойный мелодичный голос Дориана вырвал меня из размышлений о природе собственного любопытства и вернул в русло расследования.

— Итак, Закхей хоть и не обладает достаточным уровнем доступа, но всё же усмотрел некие странности в перемещении артефактов. Так, например, зеркала Сарвила с чего-то вдруг решили переместить с небольшим интервалом во времени. Более того, все они сейчас сконцентрированы в центральной части нашего Королевства, хотя до этого они были рассредоточены по его окраинам. Основанием для подобного якобы послужило обеспечение должного уровня безопасности. Закхей сунул свой любопытный нос и сюда: как оказалось, никак особых мер так и не предприняли…

Граф замолчал, а я не решилась торопить его сразу же, дав ему возможность самому продолжить рассказ. Однако минута, а то и две прошли в полной тишине, и я всё же осторожно заметила:

— А куда именно перевезли эти артефакты Закхей так и не сказал?

— Увы, нет, — всё же ответил Дориан, — однако по его словам, странным образом пропало пару сотрудников… Не в этом регионе, но в целом по королевству. И как раз перед тем, как началась вся эта заварушка с перемещением артефактов. Ты же знаешь, что быть Хранителем это пожизненное призвание и привилегия.

— Их не искали?

— Зачем их искать? Они умерли естественной или вернее сказать, случайной смертью. Один подавился косточкой, у второго ноги судорогой свело, и он утонул. Их смерть не посчитали чем-то из ряда вон выходящим, даже у ближайших родственников не возникло никаких сомнений.

— Зато у Закхея возникли! Ему бы в управление сыска идти работать, а не пыльные артефакты рассматривать. И всё же я не пойму, каким образом связаны сирнайцы и то, что он испугался фляжки с изображением Всемилостивого… Может, его раньше по голове фляжкой прикладывали и у него остались негативные воспоминания?

— Увы, Ксана, на этом моменте золотишко у меня закончилось, а применять магию, заставив его говорить силой, в людном месте было опасно.

— Но всё же..? — недвусмысленно спросила я, подразумевая открытой фразой, что Дориан настиг корыстного Хранителя и как следует вытряс из него все нужные сведения.

— Кровожадная особа, — фыркнул Дориан и признался, — я был бы рад применить силу, но ему удалось улизнуть, а переворачивать сомнительный трактир вверх дном значило бы привлечь к себе слишком много внимания.

— Но мы же ничего толком не узнали! — возмутилась я, — с такой скоростью у меня внуки скорее появятся, чем это дело будет раскрыто!..

— Я бы поделился ещё кое-какими соображениями на этот счёт, но после увиденного здесь начинаю сомневаться, можно ли доверить такие сведения подобной особе, — язвительно отозвался граф.