Глава 25

Строительство стены вокруг Пскова, наконец-то, было завершено. Периметр города теперь напоминал круг, конечно, не идеальный, но близко к тому, «разрезанный» Пстой с севера на юг и центральным проспектом, проходящим через мост от западных ворот до восточных.

Стену над водой Псты Олег построил по примеру Сольта, сузив ширину реки и возведя арочный проём над ней.

В будущем этот проём должны были закрыть толстые кованые решётки, но на сегодняшний день при желании в город можно было и проплыть.

Кроме парных надвратных башен, над десятиметровыми городскими стенами возвышались на четыре метра ещё пятьдесят две башни – на расстоянии чуть больше ста шагов друг от друга.

Зрелище было и впечатляющим, и красивым. Олег искоса поглядывал на Чека с Гортензией, ехавших с ним рядом, и наслаждался их восторгом.

– Да, Олег, заселять в такой город всякую рвань будет глупо, – озвучила свои мысли от осмотренного Гортензия. – Станешь теперь ждать пока твои подданные разбогатеют или кого со стороны приглашать думаешь?

Этими вопросами Олег и сам уже не единожды задавался. С постройкой необходимых административных и служебных зданий он определился. Но вот реально, не строить же ему дома для своих подданных?

Нет, своих близких соратников он готов обеспечить городскими особняками, а как быть с другими желающими переселиться в Псков, он пока не знал.

Самый простой способ – это пустить всё на самотёк. Но это однозначно испортит ему весь облик города.

Олег прекрасно помнил из истории прежнего мира, что царь Пётр в своей новой столице приказал строить фасады домов за казённый счёт. Олегу же мелочиться казалось глупым – если уж строить, то не только фасад.

Так и не придя к какому-то определённому мнению, он отложил этот вопрос на потом.

– А здесь у тебя что будет? – поинтересовался Чек.

Они уже вернулись в город через восточные ворота, через которые и выезжали. Объехать городские стены по кругу мешала Пста.

– Вот эти два – это будут жилые дома, в одном – квартиры для чиновников и офицеров, в другом – общежитие для семейных сержантов гвардейского и егерского полков. Дальше госпиталь и манеж. А на другой стороне, пока ещё руки не доходят, будут ещё четыре казармы.

– Ты решил полностью оба полка разместить в Пскове? А егерский-то зачем? – хмыкнул Чек, – егерям место в лесу.

– Я догадываюсь. Но жизнь людей ведь не только из службы состоит. А там не только офицеры и сержанты семейные, но и среди солдат есть с хомутом на шее, – на это его заявление магиня только подняла глаза вверх, вздохнула, но ничего не сказала. – Да и холостякам ведь не среди медведиц подруг искать. В общем, будут на ротационной основе служить. Месяц тут, месяц в лесах, ну или по два месяца, я не знаю, пусть баронесса Сенер решает, как ей лучше с её егерями будет. К тому же вон там, видите? Во второй от проспекта линии сзади казарм будут тренировочные городки, а дальше – парк.

Олег распланировал уже все необходимые здания, которые будут располагаться вдоль центрального проспекта.

Кроме сооружений, озвученных друзьям, он здесь собирался возвести ещё и здание Главного управления, в котором собирался разместить аналог кабинета министров. Понятно, что правительство – это не вопрос сегодняшнего дня, но останавливаться на достигнутом он ведь не планировал.

Вдоль проспекта он решил возвести и городские особняки своих баронов. Раз уж он замыслил этот город сделать своей столицей, то надо привязать к ней и зарождающуюся элиту. Чем больше нитей привязывать их будет, тем лучше.

Не только ведь выгода и шкурные интересы укрепляют связи, но и личные отношения тоже.

Когда доехали до моста, Олег повернул коня к своему особняку, до которого надо было проехать всего пару сотен шагов вдоль Псты по мраморной набережной.

– Едем ко мне, – объявил барон Ферм. – От такой прогулки аппетит разгулялся.

– Прогулка и правда замечательная, Олег, – Гортензия не выдержала и, согнувшись с седла, провела рукой по гладкому мраморному парапету. – Зиму и половину весны мы с Чеком здесь не были, и я просто не могу поверить своим глазам.

Палены были очень заняты текущими делами и вырваться в гости к Олегу у них получилось только теперь. Чек был занят комплектованием ещё двух полков – пехотного и кавалерийского, а Гортензия ездила по городам и замкам баронств договариваться, интриговать, подкупать и угрожать, сколачивая под руку Ферма максимальное количество владетелей.

– Я вроде писал и сообщал‚ – заскромничал Олег.

– Так одно дело читать или слушать рассказы, а совсем другое – увидеть своими глазами.

Видом на набережную можно было любоваться и из окон столовой баронского особняка, где он с друзьями и присоединившимся Клейном сели обедать.

– Уля расстроится, что с вами не повидалась в этот раз.

– А она там долго у Риты пробудет? – спросила магиня.

– До начала лета как минимум. Она ведь не только с ней, она ещё и с бароном Убером работает. Мосты, дороги, всё это требует ещё массу сил и времени. Я бы сам к ней присоединился, но дела. Думаю, что ей там не скучно.

– Особенно с полковником Нечаем в шпионов и контршпионов играть, – вставил свои пять копеек Чек.

Население баронств, контролируемых Олегом, росло, как на дрожжах. Теперь к нему бежали уже целенаправленно. И не только с центральных провинций Винора.

Люди, наслышанные о невиданных стройках и щедрой плате, о защищённости и справедливом правосудии, переезжали даже из королевства Линерия и Великого княжества Руанск, из Бирмана и Геронии, из Аргона и Отана.

Из-за этого почти полностью прекратилась продажа пиломатериалов за пределы баронств Ферма – реализация их проводилась, в основном, местным жителям.

Впрочем, доходы вытягивали вполне приличные за счёт увеличивающихся продаж мыла, как хозяйственного, так и душистого, тканей, кальвадоса, бумаги, мебели и посуды из стекла.

Удалось запустить механический молот и начать делать штампованные доспехи высокого качества. Это тоже на продажу не шло – самим не хватало. С порохом пока всё было не очень хорошо, но он, собственно, и не торопился.

С середины зимы запустил в оборот, кроме тугриков, ещё и рубли, которые приравнял к лиграм, то есть один рубль был равен трёмстам тугрикам. Рубли он начал штамповать из золота, которое ему поставляли Бим-Бом.

Хитрый ход, который Олег использовал – продажа со скидкой в десятину с цены его товаров при оплате их тугриками и рублями, дал неожиданно лучший результат, чем он изначально планировал. Олег даже стал опасаться, что он приведёт к краху финансовую систему Винора.

Все мелкие торговцы и лавочники в городах баронств теперь старались получить оплату за свой товар рублями и тугриками, а дать сдачу лиграми и солиграми.

Торговцы покрупнее стали использовать рубли для накопления.

В его баронствах активно строились не только постоялые дворы на дорогах и в поселениях, но и трактиры, лавки, магазинчики.

В одном только первом поселении на Псте, которое соратники между собой с подачи Олега называли промзоной, где уже проживало больше шести тысяч человек, было больше десятка трактиров и столько же дешёвых мужицких кабаков.

Всё это разросшееся хозяйство требовало неустанного внимания со стороны организованных Олегом комендатур и Тайной стражи. А ещё требовались управленцы‚ и в большом количестве.

Обо всём этом Олег долго говорил со своими друзьями не только в этот день за обедом, но и в последующие два дня, которые Палены провели в Пскове.

– Ты выбил растинцев практически отовсюду, оставив им только нишу по вывозу винорской сосны, – говорила ему Гортензия перед отъездом. – И то вывозить они теперь могут только через один перевал в Геронию, остальные теперь для них закрыты Бирманом. На запад ты им дорогу перекрыл, на севере их Лекс обдерёт, как липку. Они затаились, но что-то готовят. Я уверена. Только вот узнать, к сожалению, не удалось. Может парни твоего Агрия что узнают, или прохвост Лешик.

– Пусть только попробуют что-то сделать, что мне не понравится, я их вообще здесь прихлопну.

Гортензия одобрительно кивнула головой.

– Я тоже думала, надо или не надо их добивать. Считаю, что твоё решение правильное. Пусть пока живут. Вреда от них особого нет, а польза какая-никакая просматривается. А насчёт ри Шолта я тебе своё мнение сказала. Дальше сам думай.

Долгих обниманий при прощании с Паленами не было, всё же взрослые люди.

Чек торопился к двум новым полкам, а Гортензия уезжала в Неров, где её ждала встреча с одной из своих старых столичных подруг.

Прощаясь с Чеком, Олег попросил его подумать над созданием ещё одного инженерного батальона. И вообще решить, нужен ли он сейчас или пока достаточно одного, так хорошо себя зарекомендовавшего.

К формированию двух новых полков они приступили после договорённостей с посланцем королевы Бирмана, которой Олег пообещал, кроме налаживания с ней прямой торговли своими товарами, и прямую военную поддержку в случае нападения растинских марионеточных королевств.

Понятно, что одного, имевшегося у Олега, пехотного полка, который он уже назвал гвардейским и которому определил местом дислокации Псков, явно для военной поддержки союзника было мало. Да и не собирался он оставлять свои баронства без защиты в грядущих катаклизмах.

Уже на следующий день после отъезда Паленов, Олег принял решение насчёт упомянутого Гортензией ри Шолта.

– Клейн, можешь сообщить, что я согласен принять посла герцога ре Винора.

Ситуация с послом от бывшего регента была довольно скользкой. Ри Шолт был одним из ближайших сподвижников затеявшего смуту в королевстве дяди короля, и по законам королевства сам являлся бунтовщиком, которого Олег, бывший обладателем королевского Стяга, должен был казнить сразу же, как тот попал бы в его руки.

С другой стороны, в этом мире послы также были неприкосновенны.

После разговора с Гортензией барон Ферм решил принять посла. Только магиня ещё сказала Олегу, что принимать любое предложение от ре Винора будет не очень мудрым решением. Тот ведь сейчас может обещать всё что угодно, вот только то, что он может предложить, в реальности не будет стоить для герцога ничего.

– Что-то ещё, Клейн? Я же вижу, что ты хочешь о чём-то спросить.

– Да. Я записал, как вы и сказали, отправить письмо королеве Бирмана, в котором уведомить её про посла от герцога и сообщить, что мы его предложение отвергли.

– И что тебе непонятно?

– А зачем тогда вообще с ним встречаться?

Олег пожал плечами.

– Баронесса Пален считает, что так будет лучше. Дескать, король Лекс вручил нам Стяги, вбросил сюда, как дрожжи в тесто‚ и забыл. Более того, он ведь, если ты не забыл, пытался даже продать баронства Растину. Ну или делал вид, что собирается продать. Но нас-то он не предупредил. Вряд ли он про нас забыл, а если даже и забыл, то волна от нас сейчас по окружающим землям такая пошла, что он уже наверняка бы вспомнил. Значит, он нас списал, как отработанный материал. Гортензии это не нравится. Да и мне, честно говоря, тоже.

Клейн тряхнул головой, показывая, что не видит в сказанном логики.

– Барон, так мы примем предложение от посла или нет?

Олег искренне засмеялся.

– Нет, Клейн, не примем. Но, кроме Иргонии, об этом никому сообщать не будем. А вот Гортензия найдёт канал, чтобы сообщить в Фестал о заманчивых предложениях, которые мне делаются от ре Винора. Пусть наш добрый король и его мудрые советники подумают, что они со своей стороны могут нам предложить. Так что, так вот. Да, Торм ведь у нас сейчас в Гудмине? Ну, тогда напиши баронессе Хорнер, пусть Гелла пришлёт сюда Армина и Свара. Пора нам Управление создавать. Мы уже сами всё не потянем.

Мысль забрать к себе бывших управляющих Ферма, поднаторевших уже во многих сделках самого Олега, в создаваемое им правительство, которое он решил назвать Главным Управлением, рассчитывая, что впоследствии появятся и просто управления в разных частях его баронств, возникла у него уже давно. Но только теперь он решил начать формирование команды исполнителей и определение их круга задач.

Если стражники создаваемых им комендатур будут выполнять те же функции, что выполняли всегда и городские стражники, только подчиняться будут ему, а не избираемым мэрам, то вот функционал управлений он решил организовать совершенно не так, как работали городские магистраты или канцелярии королевских наместников.

Он решил перетащить опыт министерств из своего бывшего мира. Хотя, если быть откровенным, довольно смутно это всё представлял.

Встречу с послом герцога Олег решил провести на третьем, уже полностью оборудованном этаже здания Главного Управления.

Все здания в городе были не выше трёх этажей. Метод, используемый Олегом и Улей, в принципе, позволял строить хоть небоскрёбы. Знай, засыпай в опалубку смесь и укрепляй. Но из-за дремучести построенного им водопровода, не было возможности подавать по нему воду на высоту выше, чем высота водонапорной башни.

Кстати, народ здесь пил воду из любых водоёмов – средневековье, чему тут удивляться. Но в своём городе Олег приказал использовать текущую по водопроводу воду из Псты только для хозяйственных нужд и купания. Для питья же он приказал оборудовать колодцы по всему городу, лично определив их места с учётом построенной в городе канализационной системы.

Граф ри Шолт прибыл в Псков в карете в сопровождении эскорта из двенадцати всадников и мага. Это была первая карета, которую Олег увидел в этом мире, и первая, которую он увидел «вживую» вообще. Так получилось, что в мире Земли, Олег видел их только на картинках или в кино. Королева Бирмана на встречу с ним тоже ехала в карете, но в Камне-на-Ирмене, до встречи с Олегом, пересела на коня.

Внешний вид кареты Олегу понравился, и он решил когда-нибудь, если дойдут руки, тоже заняться организацией их производства.

– Я восхищён, барон! Кое-какие слухи, конечно же‚ доходили, но я, буду говорить откровенно, считал это сказками.

Выслушивать восторги от графа Олегу пришлось почти склянку. И было видно, что в выражении этих эмоций, граф вполне искренен.

– Наши недоразумения с королевством Бирман, которые возникли в прошлом году, когда, ну вы помните, наши славные воины чуть не сошлись в сражении друг с другом, теперь, слава Семи, в прошлом. И хоть королева отозвала свои полки из баронств, мы вовсе не собираемся повторять нашу тогдашнюю попытку похода. Как вы знаете, мы сняли все свои требованиям к здешним городам по поводу налогов, которые мы рассчитывали от них получить. А знаете почему?

Барон Ферм предпочитал помалкивать и радушно угощать графа кальвадосом, до которого тот оказался большой любитель. И пока ри Шолт заливался соловьём, внимательно следил за полнотой налитой ему рюмки. Как только рюмка пустела, Олег взглядом приказывал Клейну наливать по новой.

На заданный графом вопрос барон Ферм только пожал плечами.

– Потому что наш король понял, что вы прекрасно здесь справляетесь! А всё предыдущее недопонимание – это результат интриг этих наглых растинцев, которых мы презираем не меньше вас. Кстати, мы удивлены, что вы до сих пор не прихлопнули их. После того, что сделала мудрая и так сильно помолодевшая королева Бирмана, позиции республики здесь настолько слабы, что…

– Вы, говоря про короля, имели в виду своего сюзерена герцога ре Винора? – вдруг перебил графа Олег.

– Но, барон! Мы знаем, что этот незаконнорожденный давал вам Стяг, хоть и не мог этого делать, но мой король согласен вам его подтвердить. Более того, он готов воссоздать на территории баронств герцогство и предложить вам герцогскую корону! С учётом поддержки, которую в этом вопросе вы безусловно найдёте и у королевы Бирмана, то двух венценосных владетелей вполне хватит, чтобы признать за вами и вашими потомками этот статус.

– Но ваш сюзерен – не венценосный владетель. Лекс – законный король, – продолжил троллить Олег графа.

Посол, накушавшийся огненной воды, пусть и в предложенной ему неформальной беседе, сам по себе показывал кадровый уровень сподвижников бывшего регента. Не удивительно, что он постоянно проигрывает‚ и если бы не король Плавий, то давно бы уже сгнил на виселице.

В общем, предложение герцога ре Винора Олег уже понял. Оно было, конечно, внешне хорошим, вот только, кроме ничего не стоящего Нею ре Винору признания за Олегом права на герцогскую корону, бывший регент ничем больше подкрепить свои посулы не мог.

От Олега же требовалось ни много ни мало, как поддержать Нея в притязаниях на трон Винора.

Официальный приём посла должен был состояться завтра, вот только барон Ферм уже не видел в этом приёме смысла.

– Прикажи проводить графа в нашу гостиницу и возвращайся.

– Девушек ему прислать?

– Перебьётся. Ты говорил, там Лешик прибыл? Скажи ему‚ пусть отдыхает, а завтра я его приму. После этого пьяницы.