Глава 9. Храм

Вернувшиеся парни особо ничего не узнали, кроме той же информации, что поведал Дыр.

Утром они взяли открытые пустынные джипы напрокат, и вся компания отправилась по направлению к вольерам. А после решили, что едут в джунгли. Однако… впереди их ждала многокилометровая пустыня, и её тоже надо было как-то пересечь, чтобы не попасть на стаю голодных тварей и не сгореть под палящими лучами.

Вилика учла сей факт и оделась в новую блузку, летящую по ветру, но с длинным рукавом почти до изящных пальцев с нежным маникюром. Густые волосы собрала в гульку под широкополую шляпу. Брюки по типу шароваров и облегчённые кроссовки с сеточкой. Бренды, конечно, другой одежды менее дорогой у неё не было. Парни тоже выглядели, как всегда, сногсшибательно. Люди Барса в чёрных борцовках, на шеях различные кулоны с устрашающей тематикой, руки некоторых украшали татуировки, других – кожаные браслеты, где-то с металлом. Охрана Вилики выглядела чуть поскромнее, но тоже представительно для своего статуса. Люди Маркуса немногим отличались: глухие футболки без принтов и тела без мужской бижутерии. Общим были солнцезащитные очки и блейзеры, которые заставила всех приобрести Вилика.

Три джипа по четыре человека рванули по дороге к вольерам с собаками. С собой взяли добротный провиант, ящики с пивом и пластиковые контейнеры с водой. Все были вооружены до зубов: пистолеты, финки, кастеты.

Поначалу всё шло спокойно. Девушка была в бронежилете под блузкой и периодически обрызгивала лицо и шею мицеллярной водой с алоэ, искоса поглядывала на невозмутимое лицо любимого. В сознании вспоминалась страстная ночь: сладкое сближение перед сном. В матке ёкнуло, и по всему телу разлилась приятная истома. Она медленно дотронулась до его руки. Он повернул лицо, и на нём заиграла улыбка.

– Что, принцесса?

– Спасибо…

Барс изогнул правую бровь, зрачки скачкообразно расширились.

– За что?

– За всё.

Его улыбка стала шире.

– Я люблю тебя.

Вилика едва заметно вздрогнула. Эта, казалось бы, такая простая фраза, а в такую жару здесь и сейчас стала живительным глотком.

– А я… – короткое взмахивание ресницами и тихое: – тебя.

Он обнял её и поцеловал в лоб.

Макр и Бусин сидели как каменные изваяния и делали вид, что ничего не слышат.

– Как ты думаешь, мы сможем взять там собак?

– Сможем. Главное, найти общий язык с ними. Всё-таки это далеко не мой Лорд.

– Но он же у тебя тоже бойцовский пёс. И всегда охранял меня наравне с Гарем.

– Это да, однако, эти псы совершенно другие, и натаскивали их, думаю, на хищников.

Вилика замолчала. Вскоре они затормозили у входа на собачью ферму. Лай стоял такой, что в ушах звенело. Макр вышел из джипа и, подойдя к воротам, позвонил в звонок.

К ним вышел охранник: крупный вооружённый мужчина, по внешнему виду не сильно отличающийся от тех же собак.

Он придирчиво оглядел непрошеных гостей. Сложил какой-то свой пазл в тех трёх извилинах что имел, закурил и пробасил:

– Чего вам надо?

Барс и остальные уже тоже подошли. В джипе осталась только Вилика и Бусин. Барс отправил Криса к ним, зная уже, что Макр главнее того и решает многие дела для хозяйки, обладая более острым умом, чем его друг.

– Во-первых, привет, – начал Барс. – Во-вторых, будь повежливее. В-третьих, нам нужны пару собак, которые могут привести к пропавшему человеку.

– Мы не продаём собак, – буркнул тот.

Барс решил зайти с другой стороны.

– Мы от Дыра. Думаю, вы уважаете его и не откажете его друзьям.

Мужчина сплюнул.

– Проходите.

Они прошли внутрь.

Барс внимательно смотрел на собак, обходя вольеры, и то ударял в прутья, то подставлял руку и тут же убирал. Мужчина – здешний охранник – с интересом поглядывал на него.

– Этого, – Барс указал на одного пса и, развернувшись, показал на другого. – И того.

– Почему именно их? – расширил глаза охранник.

– Чувствую, что эти псы нас не подведут.

– Ты меня поражаешь. Именно эти два пса самые сильные в этом выводке и, наверное, реально умнее остальных. Мы хотели продать их самому Дыру. Это дорогие псы.

– Сколько?

– По тысяче лагов за каждого.

Друзья Барса напряглись, понимая, что тот сильно загнул цену. За такие деньги можно было купить среднюю тачку.

– А ты не охренел?!

– Не хочешь, не бери.

Барс молча набрал Дыра. Тот дал ему номер ещё вчера.

– Алло, кто это?

– Барс.

– Слушаю.

– Мы на собачьей ферме…

– Я слышу, – смешок. – Нам нужны два пса. Мы не знаем ценовой политики в вашем городе. Этот мужик хочет по тысяче лагов за каждого.

– Бред! Если псы достойные, то тысяча за обоих.

– Я тоже так подумал. Сейчас передам трубку ему.

Мужчина не обрадовался этому, однако, как человек подневольный, зная, что его начальник с него три шкуры спустит за обман людей Дыра, согласился на правильную цену. Всё-таки того уважали все доконгцы.

Он показал псам, кто его новый хозяин, и специальными командами заставил их подчиниться.

Барс вывел собак, держа за плотные кожаные поводки с намордниками. Те рычали и сердито поглядывали на новых людей.

– Злобные твари! – констатировал факт Макр.

– Точно. Хоть бы никому из нас руку не откусили, – провыл Крис.

– Не нойте! Это умные и натасканные псы. Они скоро поймут, кто свой, а кто чужак. И главное, Вилика даст им понюхать вещь Маржина, думаю, эти собачки нас не подведут. Спустя полчаса так всё и вышло. Псы обнюхали галстук отца Вилики, который она всегда носила с собой. Тот ещё сохранял едва уловимый запах Маржина с крепким древесным парфюмом. Собак усадили в их джип и возобновили путь к джунглям. Вскоре процессия выехала из города и понеслась по пустыне.

Пустыня… слово, звучащее как шёпот древних ветров, таящее в себе знойное дыхание вечности. Бескрайнее море песка, где горизонт сливается с небом в мареве миражей, а солнце – безжалостный владыка, выжигающий всё живое. Первые лучи рассвета окрашивают дюны в багряные и золотистые тона, будто кто-то разлил по барханам расплавленное золото. Тени, длинные и призрачные, тянутся вслед за солнцем, постепенно укорачиваясь и исчезая в звенящем зное полудня. Под палящим солнцем песок становится раскалённым, обжигая кожу и заставляя всё живое искать спасения в тени редких скал или пересохших русел рек.

Но даже в этом царстве безжизненности жизнь находит себе лазейки. Хищные ящерицы, скорпионы, неутомимые жуки – все приспособились к суровым условиям, научились выживать там, где другие обречены на гибель. А оазисы, будто изумрудные драгоценности, рассыпанные среди песков, дарят прохладу и надежду уставшим путникам.

Пустыня – это место, где человек сталкивается лицом к лицу со своей сущностью, где иллюзии растворяются в знойном мареве, а реальность предстает во всей своей суровой красоте. Это место, где можно обрести себя, потерявшись в бескрайних просторах, где молчание говорит громче слов, а тишина – мудрее всякой суеты. И именно тут Вилика начала немного осознавать, что никогда раньше не выходила из зоны комфорта и впервые столкнулась с такой жарой без привычного кондиционера.

Первые несколько часов всё шло тихо. Слышалось только прерывистое дыхание собак. Однако не всё так спокойно, как кажется, и парни были начеку. Внезапно за ними образовалось облако песочной пыли. Песок, как живой, будто разлетался в разные стороны.

Бусин пробурчал:

– Похоже, за нами хвост. Наверное, и остальные уже заметили?

Барс, Макр и Вилика резко повернулись. Собаки зарычали, остро ощущая волнение людей.

– Интересно… может, просто путешественники едут по своим делам?

Вилика напряжённо вглядывалась вдаль.

– Скоро об этом узнаем. Бусин, газуй и попытайся оторваться. Остальные тоже подтянутся.

Бусин нажал на газ и понёсся. За рулём второго и третьего джипов парни сразу просекли, что делает тот, и тоже ускорились. А тут ещё и, как назло, внезапно испортилась погода, и подул сильный ветер, сразу поднимая песочную пыль.

– Совсем не вовремя, – пробурчал Барс, закрывая низ лица до переносицы чёрным платком. Все были готовы к любым происшествиям и имели с собой платки, очки, оружие и фляги с водой, помимо бутылей в багажниках.

Вилика тоже прикрыла лицо.

– Я и так помираю от этого бронежилета, так ещё и от песка загнусь.

– А ты что думала, мы на бал поедем, принцесса? – съязвил Барс, сделав акцент на последнем слове.

– Нет, – насупилась и отвернулась.

– Перестань дуться. И держись за меня. В такой буре и хищники не заставят себя ждать.

Девушка ухватилась за него на резком повороте.

– Только их тут ещё не хватало!

Буря усиливалась. Песок поднимался, угрожая засыпать джипы. Собаки рычали. Преследователи не отставали.

– Твою мать! – проорал Барс и, вытащив пистолет, выстрелил в воздух.

– Что там? – Бусин не мог отвлечься от дороги, держа машину в песочной буре. – Надо где-то укрыться, переждать!

– Там, блин, голодные звери! – проорал Барс в ответ.

Макр уже тоже стрелял. Вилика, округлив глаза, вжалась спиной в кресло, забыв о своей смелости. Остальные парни во втором и третьем джипах тоже отстреливались. Из песочных облаков выглядывали злобные морды в надежде сожрать добычу. Псы рычали и пытались выпрыгнуть. Их одной рукой удерживали на месте Барс и Макр. В итоге стрелять было очень неудобно, но выхода нет.

Вилика оглянулась.

– А те тоже стреляют… – Процедила.

– Да, те идиоты, что нас преследуют, также попали в полный треш, – проорав Барс, снова выстрелил. – Готов!

– Я тоже уже нескольких уложил! – Макр уже еле удерживал одного из псов. – Да уймись ты, зверюга!

– Они, наверное, натасканы и на хищников, – простонала Вилика.

– Наверное, но они нужны нам живые и невредимые.

Буря гнала всех куда-то вправо. Ветер будто заворачивал машины. Все водители поддались непогоде и вскоре увидели скалы.

– Бусин, не убей нас! – вскрикнул Макр.

– Я вижу, – пробурчал. – Надеюсь, и остальные увидят в этой каше.

Он въехал на каменистую территорию, обнесённую разного размера камнями и высокими скалами, и затормозил. Тут буря стихала и почти не мешала. Бусин вылез и подсознательно стал стирать песок со стекла. Барс тоже выскочил, мгновенно оглядывая всё вокруг.

– Хищники, похоже, отстали.

– Ждём остальных и выбираемся отсюда.

– Ещё надо подумать, как с хвостом будем разбираться.

Спустя некоторое время подъехали остальные, ругаясь и на ходу выпрыгивая из машин, отряхиваясь от песка.

– Босс, на хвост, по-моему, напали тигры, – прокричал Грам, один из друзей Барса.

– Вряд ли их сожрали. Они точно местная банда и должны уметь обороняться от хищников. Подождём. Спрячьтесь и будьте наготове, – отдал приказ Барс и, держа собаку, подал руку девушке. – Выпрыгивай, принцесса.

Она быстро спрыгнула. Они спрятались за одним из валунов.

Буря утихала или здесь не была такой агрессивной, как там, в пустыре.

Преследователи не заставили долго себя ждать и уже спустя минут двадцать заехали туда же. Две подобные машины вмещали шестерых загорелых мужчин. Они, заметив пустые три джипа, вышли из своих и, озираясь, держа оружие наготове, внимательно рассматривали камни.

Барс решил первым разузнать обстановку.

– Кто вы такие? И что вам надо от нас?

От шестёрки отделился один мужчина и проорал в ответ:

– Это наша территория! И каждый проезжающий должен заплатить!

– Ты не охренел? У вас тут приезжих бывает раз в пятилетку!

– И что? Когда бывают, тогда и платят, иначе мы вас тут и похороним заживо.

– На хер иди! – Барс выстрелил и специально попал тому чуть выше колена, зацепив по касательной бедро. Мужчина дёрнулся, хватаясь за ногу, и выругался отборным матом.

Его люди сразу начали стрелять. Однако это получилась бесполезная трата пуль.

Барс показал взглядом своим подстрелить тех.

Стрельба стала перекрёстной, и когда от шестёрки бандитов осталось четверо, попрятавшихся также за камнями, их главный снова проорал:

– Хватит! Мы хотим уйти.

– А чего так? Зассали? – тут выкрикнул Макр.

– Нет, но поняли, что вы не пальцем деланные. Я и так потерял уже двоих. Не думал, что к нам пожалуют такие серьёзные люди.

– Уберите оружие, и мы больше не будем стрелять. Надо поговорить.

Барс ещё не выходил из укрытия, прощупывая почву.

– Обещаешь? – бандит недоверчиво поглядывал на каменные высокие насыпи.

– Даю слово, никто из моих парней не выстрелит. Я здесь главный.

– Ладно, тогда тоже его даю. Выходи.

Вилика взволнованно схватила любимого за руку.

– Не надо…

– Не глупи. Они не дебилы и стрелять уже точно не будут. Останься здесь.

Он отцепил её руку и вышел. Бандит тоже вступил на открытую территорию.

– Мальчишка… – нахмурился тот. – О чём ты хотел поговорить?

– Мы едем в джунгли.

– Это глупо. Вы чужаки и там не выживете.

– Это тебя не касается. Мы ищем одного человека и знаем, что там есть какой-то скрытый храм и дикое племя. Ты или твои люди что-то знают об этом? Может, им надо какие-то дары сделать?

Мужчина сузил глаза.

– Да, есть там и храм, и племя. Мы стараемся не лезть туда. Они не пойдут на контакт. И вряд ли им нужны какие-либо дары. Это племя такое же хищное, как тигры, пантеры и остальные звери. Ещё никто, кто хотел найти тот храм, не вернулся живым.

– Допустим. А ты можешь показать нам то место, чтобы мы не блуждали в джунглях?

Бандит расширил глаза.

– Вы в своём уме?! Никто из нас туда не пойдёт.

А в это время друзья Барса уже взяли в плен остальных.

– Думаю, ты покажешь дорогу, если хочешь получить своих людей обратно живыми.

Ухмылка наглого парня стала похожа на оскал хищника.

Бандит резко оглянулся на укрытие, где остались его люди, и ужаснулся, увидев, как их держат с кляпами во рту молодые вооружённые парни.

– Ты же обещал никого не трогать из моих!

– А их никто и не трогает, пока… Так что решаешь, поедешь с нами? Покажешь дорогу?

Тот подумал с минуту.

Барс терпеливо ждал.

– Ладно, а что будет с ними? – кивнул назад на своих.

– Как только ты сядешь к нам в тачку, их отпустят. Только тебе придётся сидеть рядом с очень недоброй собачкой, так что не дёргайся.

Барс показал взглядом Макру, и тот вышел из-за камня, держа рычащего пса. Второго – держал Маркус.

Бандит уставился на собак.

– Ого. Это же псы Жера!

– В смысле? Это уже мои собаки. Я их купил.

– Дело не в этом. Жер выращивает их только для серьёзных дел. Такие псы способны на многое. Зачем же вам тогда проводник, если есть они?

– Собаки возьмут след пропавшего человека, а ты покажешь тот храм. После мы тебя отпустим.

Барс прогладил ладонями по голове, но его шевелюра так и осталась стоять от кучи песка.

– Блин, только голову с утра вымыл.

– Хотелось бы, чтобы меня кто-то из ваших вывез обратно из джунглей, – пробурчал бандит.

– Ок, – Барс подошёл к джипу, в котором они сидели до этого. – Садись.

Приказной тон парня, хоть и гораздо моложе, заставил того быстро запрыгнуть и сесть назад. Рядом – Макр, держащий пса, и Вилика. Благо машина была вместительной, но всё равно как селёдка в банке с ярким запахом рычащей псины.

Бандит поморщился и невольно наклонился к девушке. Его ноздри расширились, вдыхая сладковатый тонкий аромат, похожий на хлопок, смешанный с пионами.

Бусин уже уселся за руль. Барс ощутил даже спиной интерес бандита к его девушке и оглянулся.

– Отодвинься от неё… – тон парня полоснул как нож. Тёмные глаза уставились в упор.

Тот попытался кое-как отодвинуться. Макр посмотрел на него снизу вверх.

– Не дёргайся, а то этот милый пёсик даже в наморднике откусит тебе член.

Тот уже не знал, куда ему деваться. Барс рассмеялся. Бусин тоже усмехнулся. Вилика возмутилась.

– Хватит пугать его! Он не сделал мне ничего плохого.

– Перестань, принцесса. Пусть сразу поймёт, что даже дышать в твою сторону для него опасно.

Вскоре вся процессия двинулась в путь. Дорога лежала через каменистую долину. Справа и слева скалы стояли плотными рядами, как природный забор, в вершинах которого солнечные лучи плясали пустынный вальс. Ветер стих. Спустя несколько километров их встретила безмолвная пустыня. Вилика пыталась увидеть хоть какие-то растения, и когда заметила небольшой сухой отросток, вскрикнула:

– Это верблюжья колючка?

Все посмотрели туда.

– Возможно. Я не особо разбираюсь в местной флоре, – снова оглянулся Барс.

Барханы плавно вливались друг в друга. У Бусина уже двоилось в глазах от зноя и золотого песочного сияния. Он протянул руку.

– Дайте воды.

Барс открыл бардачок, взял бутылку и подал. Тот залпом выпил.

– Не стоит так много пить, – низкий голос бандита прервал всеобщее молчание.

– Чего так? – Бусин знал, что много пить нельзя в пустыне, однако решил всё же спросить.

– Хуже будет. Быстрее вспотеешь, и снова жажда замучает.

Так прошло несколько часов. Солнце нещадно палило. Металл раскалился до предела и, несмотря на открытые окна машины, легче от этого не становилось. Каждый уже выпил по бутылке. Все знали, что воду надо экономить, но силы воли не хватало. Всё-таки холёные городские люди очень далеки от дикой местности со своими суровыми нравами. Солнечные точки запрыгали перед глазами Вилики.

– Я больше не могу… – простонала.

– Сколько ещё до джунглей?

Снова повернулся Барс, глядя на бандита.

– Скоро уже, просто ваша дамочка слишком изнежена. Вон кожа уже обгорела.

– На мне спф пятьдесят. Я не должна сгореть на солнце.

– Это что? – расширил глаза бандит.

– Крем с защитой от солнца.

Парни усмехнулись, слушая их разговор.

– Не усердствуй, принцесса, объяснять такие тонкости тупоголовому пустыннику, всё равно не поймёт, – отшутился Барс и закурил вейп. Сзади сидящие вдохнули ягодный аромат с холодком.

– Я понял, о чём она говорит. Но тут точно не поможет никакой крем. Кожа-то уже порозовела.

– Просто я же рыженькая, и кожа у меня белая, вот и порозовела.

– Малыш… хватит! Помечтай о прохладных водах какого-нибудь источника в джунглях.

Вилика насупилась, как хомяк, от запрета даже рот открыть.

«Командир, блин. Достал. Никакой свободы. Хотя… он такой властный, и я видела это с первого взгляда. Однако всё равно влюбилась. Так что теперь сиди, Вилика, и помалкивай».

Мысли хаотично прыгали в этом адском пекле, а тело уже будто горело там в топке.

– Нам ещё ехать пару часов, так что все вы хорошо поджаритесь, – съязвил бандит. Собака рыкнула.

– Кстати, меня Барай зовут.

– Значит, местный баран, – ляпнул Макр.

Бандит нахмурился.

– Хватит. Нам не стоит ссориться, – остановила нарастающее напряжение Вилика.

Мужчины отвернулись в разные стороны.

Пустыня менялась. Перед ними появились песчаные горы разного размера. Девушке они показались похожими на детские пирамидки. Перед глазами внезапно посерело. Она простонала и провалилась во тьму.

Спустя некоторое время до её сознания достучался знакомый мужской голос:

– Принцесса!.. Давай, открывай глаза!

Вилика слышала этот голос, как эхо в пещере. Она чётко осознавала, что это Барс. Хотелось увидеть его, но глаза, как назло, не открывались. В голове ухало, как филин в тёмном лесу. Хотя ей уже казалось, что они и находятся в самом, что ни на есть лесу. Нет, в непролазных дебрях. Тут девушка ощутила прохладу на лице.

«Что это? Что? Что? Вода?.. Да, похоже, это вода. Вода!»

Еле разлепила глаза. Мутное видение склонившихся над ней людей.

«Кто все они?.. Что они от меня хотят?»

– Малыш!.. Ты пугаешь нас!

Опять этот приятный тембр.

«Я его знаю. Мне нравится этот голос».

– Вилика Маржиновна, вы упали в обморок. Похоже, солнечный удар.

«И его знаю. Стоп. Это же Макр и… Барс».

Сознание полностью вернулось. Как будто оно уходило куда-то погулять, как кошка, которая гуляет сама по себе.

Вилика присела, потирая виски. Окружающие мужчины заметно вздохнули. Барс подсел и обнял, прижимая к себе.

– Слава Богу! Ты так напугала меня.

– Всех нас, – пробурчал Макр.

Она отстранилась и обвела всю мужскую гурьбу недоумённым взглядом. После различила за ними густую растительность. Духота хоть и стояла здесь не сильно отличающаяся от пустыни, однако было чуточку легче. Да и тень над ними работала лучшим природным зонтом от палящего солнца.

– Я была в обмороке несколько часов?!

– Нет. Это баран пошутил. Джунгли были тогда от нас в двадцати минутах.

Барс встал и отбросил пустую баклажку в кусты.

– На тебя ушла очередная бутылка воды, – улыбнулся. – Ты категорично не хотела приходить в чувства.

Вилика подсознательно потрогала лицо, волосы и шею.

– Ты вылил на меня всю бутылку?! Я же вся мокрая!

– Прости… – его улыбка приобрела виноватое выражение. – По-другому ты не приходила в себя. Пустыня точно не для твоего царского воспитания.

– Отстань! Да, я не привыкла к такой жаре. Ничего. Справлюсь. Тем более мы уже в джунглях.

– Что ж, идём. Баран, показывай куда.

– Я – Барай, – хмурый вид бандита рассмешил Барса.

– Мне плевать, хоть бык. Веди уже. Иначе отстрелю яйца, – достал пистолет и показал туда, что обещал отстрелить.

– Идиот, – буркнул тот.

Барс мгновенно оказался рядом и пригвоздил его стволом к пальме. Бандит был гораздо крупнее парня и в тоже время не смог вырваться. Это стало для него очередным открытием.

– Отпусти…

– Я могу сначала отстрелить тебе язык.

Тон парня изменился до неузнаваемости от того, что недавно был с девчонкой.

– Я понял, – прокряхтел Барай.

– Ещё одно неправильное слово или действие, и ты останешься калекой.

Барай кивнул. Другие не вмешивались. Вилика тоже помалкивала. Вся компания перекусила бутербродами с изрядно поплывшим сыром и беконом, хотя вытащили их из специальных пакетов-холодильников.

– Нефига эти кульки не сохраняют продукты. Хоть бы не отравиться, – промямлил один из друзей Барса.

– Ничего. Тут зарослей много, – ответил другой. И все заржали.

– Не хотелось бы обсирать кусты, пока вы будете искать этот долбанный храм.

Вскоре они отправились в путь. Барай вёл их такими тропами, что сами парни никогда бы не нашли этих скрытых дорог. Собакам дали обнюхать рубашку Маржина. Они никак не могли взять след.

– Бесполезные псины! За что я отвалил за них такую кучу лагов? – возмутился Барс.

– Не горячись. Собаки правильные и, где смогут, возьмут след. Значит, здесь вашего человека не было, – спокойным тоном пояснил Барай.

– Не может быть, чтобы его здесь не было! Дыр говорил, что самолёт упал в самом начале джунглей, так как в их глубины местные не пошли бы на поиски, – проголосила Вилика с подступающим комом к горлу.

– Малыш, не нервничай. Может, твой отец настолько умный, что и летать умеет?

Ехидный тон любимого взбесил её.

– Не смешно! Барс!.. Ты говоришь о моём отце.

– А что я сказал плохого? Ты же сама говорила, что он – гений.

– Да! Но летать он не умеет!

– Если этот человек был гением, он мог преодолеть некоторое расстояние на лианах.

И снова пояснение Барая повергло всех в ступор.

– Не был, а есть!

Вилика сверкнула глазами.

– Простите. Есть.

– На лианах? Зачем? Он же не обезьяна, – вставил свои три копейки Мика – один из друзей Барса.

Девушка готова была вспыхнуть, ведь речь шла об отце. И все эти колкости в его адрес раздражали.

Барс подошёл к ней и обнял за плечи. Она попыталась сбросить его руку, но не смогла. Он крепче прижал её к себе.

– Могу предположить, что здесь находились хищники, и ваш отец, таким образом, спасался от них. – Снова пояснил Барай.

Глаза Вилики расширились.

– А на этих лианах так можно долго перебираться?

– Можно, если он натренированный и умный.

– Папа… такой. Сильный, смелый, умный.

– Прямо не человек средних лет, а полубог. – Процедил Барай.

На этот раз даже на суровом лице бандита образовалось подобие улыбки.

– Пусть так. Главное – найти его. – Этой фразой Барс решил подбодрить любимую.

Чуть позже вся компания медленно двигается через густые дебри. Солнце, проникая сквозь плотную листву исполинских деревьев, создает калейдоскоп мерцающих пятен на влажной земле. Запах гниения, смешанный со сладким ароматом экзотических цветов, наполняет горячий, влажный воздух. Джунгли дышат жизнью, пульсируют в унисон с криками птиц и шелестом крыльев насекомых. Лианы, будто змеи, обвивают стволы вековых деревьев, тянутся к свету, сплетаясь в непроходимые заросли. Под ногами хрустят опавшие листья, скрывая под собой коварные корни и влажную, глинистую почву. Каждый шаг требует внимания, ведь здесь, в сердце джунглей, скрывается множество опасностей.

Вилика обратила внимание, что звуки здесь обманчивы. Тишина может быть предвестницей нападения хищника, а громкий крик обезьяны – всего лишь предупреждением о надвигающейся грозе. Река, петляющая сквозь джунгли, будто живая артерия, несёт в себе жизнь и смерть. В её мутных водах таятся крокодилы, а по берегам растут ядовитые растения. Но, несмотря на опасности, джунгли завораживают красотой и величием. Здесь, вдали от цивилизации, можно почувствовать себя частью чего-то большего, ощутить единство с природой и осознать свою незначительность перед лицом её мощи. Это место, где жизнь и смерть переплетаются в вечном танце, где каждый день – борьба за выживание, и где красота природы проявляется во всём своём великолепии.

– Реально красиво здесь, – протянул Макр.

– Сто пудов, только очко жмёт, – ляпнул один из друзей Барса.

– Как там тебя? – спросил Макр скалящегося блондина.

– Закин.

– Ок. Слушай, Закин, мы при Вилике Маржиновне так не выражаемся. Так что придержи язык за зубами.

– Да ладно!.. Барс! Что, реально всем нам надо теперь следить за языком? – густые золотистые брови достаточно симпатичного холёного парня взлетели вверх.

Барс оглянулся.

– Да. Это касается всех. Нежные ушки моей девочки не предназначены для вашего жаргона.

– Хорошо. А как же ты сам материшься при ней?

– Это другое. Для связки слов.

Спустя несколько часов они нарвались на пантеру. И, не успев испугаться, с ней в мгновение ока разобрался Барай своим небольшим искривлённым кинжалом.

Барс не смог сдержать восхищения.

Подошёл и хлопнул его по плечу.

– Не ожидал, баран. Это было круто.

Мужчина уже не обижался на новоявленную кличку.

– Обычное дело. Мы живём среди этих тварей.

– Реально впечатлил. Далеко нам ещё?

– Я веду вас к древнему храму, но там дикое племя. С ним мы не можем бороться.

– Почему? Они же люди, а ты запросто расправился с такой зверюгой.

Барай отстранился. На загорелом обветренном лице отразился испуг.

– Они хуже этих зверюг. Вы не понимаете. Те дикари сильные и ловкие. Никто, кто попал к ним в лапы, не спасся. Я сам видел, как они вытаскивали печень у несчастных голой рукой.

Вилика позеленела.

Все напряглись. Хотя люди Маркуса всю дорогу переговаривались между собой, а тут даже замолкли, вытаращив глаза.

Барс, подумав с минуту, произнёс:

– Голыми руками такое возможно только при наличии длинных острых ногтей. Так. Парни, как только подойдём к храму, всем быть начеку.

Вскоре они вышли к величественному каменному зданию. Вилика, как и большинство парней, невольно залюбовалась многочисленными нишами с массивной лепниной в виде необычных фресок.

Храм окружали потрескавшиеся колонны, увитые ползучими растениями. Некоторые будто горели крошечными огоньками в виде ярких бутонов. В глубоких трещинах ютились ящерки. Глиняные кирпичи кое-где выступали неровностями и шероховатостями. Однако это не умаляло благородства здания. На них повеяло некой таинственностью, невидимыми ритуалами, и даже появилось острое желание войти внутрь.

– Точно древний храм… – протянул Бусин. Прищурился и подошёл ближе. – Тут нарисованы какие-то знаки.

Барс тоже пригляделся.

– Не похожи на религиозные.

Вилика даже протянула руку и потрогала один.

– Да, больше на ритуальные. Я видела подобные в инете.

– Жутковато здесь, – вставил свои три копейки Крис.

– Да ладно вам, сейчас ещё в штаны наложите, – оскалился Барс.

Телохранители девушки нахмурились, но не сказали ни слова любимому госпожи.

Вся компания, озираясь по сторонам, аккуратно двинулась внутрь, переступая старые ветви и кучи сухих растений. Многие обратили внимание, что их часть сожжена.

– Точно тут проводили ритуалы, – пробурчал Бусин, оставляя глубокие следы во влажной траве.

Друзья Барса помалкивали, чтобы не сердить босса. А люди Маркуса вообще постоянно были молчаливы.

Даже собаки замолкли и не издавали ни единого звука.

Сквозь пролом в покосившейся стене проникал тусклый свет, едва рассеивая мрак, царивший в заброшенном храме. Запах сырости и тлена въелся в каждый камень, в каждую фреску, некогда яркую, а ныне – лишь бледное воспоминание о былом великолепии. Под ногами хрустел мусор, опавшие листья и обломки штукатурки, щедро рассыпавшиеся по полу.

– Интересно, здесь может быть какой-то источник пресной воды? – спросила Вилика, с интересом поглядывая по сторонам.

– Возможно, надо поискать.

Барс обнял её за плечи. На его гладком лбу залегла морщинка, указывающая на задумчивость.

«Где же эти дикари? Если они тут появятся, то, возможно, узнаем что-то о её отце».

В центре зала, где когда-то стоял алтарь, зияла огромная дыра, будто вырванная гневом небес. Вокруг, как стражи, застыли полуразрушенные колонны, обвитые плющом, тянущимся вверх, к пробитой крыше. Сквозь зияющие дыры в потолке виднелись клочки лазурного неба, напоминая о неумолимом ходе времени, стирающем всё на своём пути.

На стенах, покрытых паутиной и мхом, ещё можно было различить фрагменты фресок, изображавших лики каких-то святых. Их глаза, казалось, смотрели с укором на запустение и забвение, царившие в этом некогда святом месте. Время и вандалы не пощадили их, но даже в таком состоянии они сохраняли отблеск былой красоты и величия.

– А может, это всё же христианский храм?

Девушка пыталась увидеть в этих фресках знакомых святых, которых видела в храмах Коркока.

В дальнем углу, за грудой обвалившихся камней, виднелась полуразрушенная дверь, ведущая в неизвестность. Что скрывалось за ней? Возможно, ещё одна часть храма, ещё одна тайна, погребённая под толстым слоем пыли и забвения. Или же – лишь выход в дикий лес, поглотивший храм в свои объятия.

Все невольно уставились на фрески.

Барс подошёл и сдул пыль.

– Нет. Это не христианские святые. У них удлинённые уши.

– Как у эльфов?!

Изумлению Вилики не было предела.

– Похожи, – улыбнулся. – Но эльфов не бывает. А вот то, что это был некогда местный народ, дикий и кровожадный, – вполне.

– Почему кровожадный? – голос девушки заметно сел.

В это время они уже вошли в ту обветшалую дверь в следующую часть храма. Барс указал взглядом на каменное сооружение.

Все проследили за его взглядом и застыли. Впереди был жертвенник. Вокруг лежали сгнившие кости животных. Бурые пятна «украшали» жуткое место.

Макр и Крис присели и аккуратно потрогали некоторые.

– Свежие, – даже Макр, похоже, был шокирован.

– Кошмар… – протянула Вилика. Барс усмехнулся.

– И ты ещё, принцесса, собиралась сама лететь сюда и искать отца? А сама боишься старых пятен крови.

Она, понимая, что он прав, опустила взгляд в пол, где что-то блеснуло в сухой траве, лежащей везде, как захудалый ковёр.

– Это… – подняла и дыхание, похоже, на миг остановилось. – Папин браслет, – выдохнула. Подняла на Барса испуганные глаза, округлённые, как у коалы. – Папа! – вскрикнула. – Папа! Он здесь был! – Схватила парня за руку, сжимая, что есть мочи. – Понимаешь?! Где он? Что с ним?

Её крик заполнил всё пространство храма, выскакивая, как живая субстанция, сквозь щели и разбитые окна. Глаза увлажнились. Руки затряслись. Она стала закусывать нижнюю губу до крови. Лицо побелело. И всем показалось, что девушка сейчас упадёт в обморок.

Макр и Крис знали, что у госпожи редко бывали такие припадки после гибели матери на её глазах.

– Вилика Маржиновна! – подскочили. – Дышите глубоко!

Барс, расширив глаза, пробежал ими по взволнованным телохранителям и сразу же перевёл взгляд на любимую. Она как будто начала задыхаться. Изящные кисти затряслись сильнее. Он увидел, что Вилика впадает в истеричное состояние, и сделал то, что считал правильным в этом положении, – хлестнул ей пощёчину.

– Перестань!

Макр и Крис вообще выкатили глаза, как бараньи яйца, однако не вмешались, понимая, что он прав. Они не могли такого сделать и не знали, как приводить госпожу в чувства в таком состоянии.

Барс схватил её за предплечья и встряхнул.

– Вилика! Приди в себя! Мы найдём его, если он жив! Слышишь? Я на всё пойду ради тебя! Мои друзья здесь. Твои телохранители здесь. Люди Маркуса тоже. Все тут ради тебя и твоего отца. Все готовы искать его. Вилика!

Его голос доносился до неё, как эхо из глубокой пещеры. Барс неожиданно для всех проорал:

– Пошли все вон!

Парни не сразу поняли зачем. Однако когда он впился ей в губы своими, а руки начали расстёгивать ей джинсы, быстро вышли в другой зал.

– Он… – выпалил Крис и замолчал, глядя широко распахнутыми глазами на друга.

Макр спокойно закрыл обветшалую дверь.

– Он прав. Возможно, в её таком состоянии это будет лучшее лекарство.

Остальные помалкивали. Друзья Барса давно уже поняли, что босс влюблён по уши и точно всё сделает для этой хрупкой рыжей принцессы.

Вскоре все услышали стоны девушки. И, несмотря на то, что вся компания, по сути, была развязной по своей натуре, в этом случае многих охватило смущение.

Грам вытащил мобилку и набрал Гаря, чтобы узнать, как в клубе босса дела, да и вообще в Коврополе. Не появились ли должники и все ли исправно платят дань.

Его разговор заглушил сладостные стоны девушки. И её телохранители благодарно ему кивнули. А людям Маркуса вообще не хотелось, чтобы на них все смотрели волком. Они молча пошли дальше.

Барс раздел любимую до половины снизу и, крепко держа, насаживал на себя. Тело Вилики, скованное до этого будто тисками, находящееся в некой судороге, стало постепенно расслабляться. Каждая клеточка задышала в унисон с его дыханием. И где-то в джунглях встрепенулись большие бутоны ароматных цветов. Вспорхнули птицы, закружили рыбки в водоёме. В сознании девушки паника сменилась сладостью. Сладостью восприятия физического притяжения с ним – любимым мужчиной. Он – сильный, смелый, страстный и напористый, как ураган, купал её сейчас в мёде, как в ванне, и всем своим нутром обещал ей большее. Удар, ещё удар. Стон, сорвавшийся с губ девушки, сделал его смелее. Тело прижалось так плотно, что ей показалось, мужской орган достанет до матки. Нектар, таящийся в девичьих глубинах, вырвался, как ручей из зарослей, и залил чашу спасения. Да! Именно так можно было сейчас охарактеризовать это соитие здесь и сейчас: «Спасение! Спасение её из тьмы, куда хотело затянуть подсознание, растворить в трясине горя и слёз и долго не давать покоя.

Толчок, ещё и ещё. Взрыв любимого дал ей такую мощную волну энергии, что она распахнула глаза и замерла.

Барс погладил её по ягодицам и отошёл.

Вилика повернулась, глядя, как он одевается.

Она невольно осмотрела себя и рассмеялась.

– Прикольно я выгляжу. Голая в бронежилете.

– Сексуально, – оскалился Барс.

Девушка тоже оделась и только собралась на выход, как почувствовала его крепкие объятия и горячее дыхание у ушной раковины.

– Я люблю тебя.

Его шёпот будто обжёг ей ухо.

Она повернулась и встретилась с губами любимого.

Ещё миг, и они вышли к остальным.

Парни смущённо потупили взгляды.

Тут настала очередь Барса рассмеяться.

– Вы все как стыдливые мальчишки! Успокойтесь, я не похотливый идиот. Так надо было.

Большинство кивнули. Макр подошёл.

– Мы знаем, – и тут же виновато посмотрел на госпожу. – Вилика Маржиновна, извините.

Она кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза, так как тоже ощутила стыд всей кожей.

– Что вы не исследовали дальше территорию? – усмехнулся Барс.

Те отрицательно слегка покачали головами.

Барс взял одного пса и показал тому вперёд.

– След!

Собака стала принюхиваться. Вслед за ней и второй пёс подключился, которого держал на поводке Крис.

Они прошли ещё пару пустых помещений. В одном лежали на полу колонны кусками. В другом – просто старый хлам: камни, сухие растения и даже зазевавшиеся насекомые. Вилика жутко не любила их, и каждый раз при виде очередной букашки её передёргивало. Барса умиляло поведение любимой. Он всё время подтрунивал над ней:

– Принцесса… боится козявок.

– Это необычные козявки, а мерзотные. И ещё тут явно есть скорпионы.

– Есть, дамочка, – влез в разговор Барай.

Девушка нахмурилась.

– Мне всего восемнадцать!

– Простите, – буркнул.

Впереди их ждал глубокий колодец.

Вся компания с интересом заглянула в него. Бусин, Макр и Крис бросили камни.

– Глубокий.

– Пустой.

– Интересно, а в нём вообще была когда-то вода?

Переговаривались парни. Как вдруг собаки рванули к нему и начали царапать и рычать.

– Что? – удивился Барс. – Они, похоже, считают, что твой отец там.

Вилика перегнулась через каменный круг и крикнула в колодец:

– Папа!

Барс едва успел её удержать, чтобы она не упала в него вниз головой.

– Что ты творишь?! С ума сошла?

– Собаки указали туда. Надо спуститься, – заморгала.

– Хорошо. Спокойно, – повернулся к друзьям. – Давайте снаряжение. Будем спускаться.

Первыми начали спуск Макр и Крис, за ними Барс с Виликой, дальше все поочерёдно.

Колодец оказался глубоким, примерно сорок метров, пока они оказались на твёрдой поверхности. Огляделись: темно, но местами были отсветы от солевых наплывов. Зажгли фонари и, озираясь по сторонам, повели впереди себя собак. Псы уверенно тянули вглубь пещеры. Сквозь узкий лаз, пробитый сквозь хаотическое нагромождение известняковых глыб, проникал тусклый свет фонарей, едва рассеивая плотную тьму, царившую в чреве пещеры. Каждая капля, срывающаяся со сталактитов, разбивалась о каменный пол, отзываясь гулким эхом в недрах подземелья. Запах сырости и древности пронизывал воздух, смешиваясь с землистым ароматом минералов.

Вглубь вела тропа, протоптанная, казалось, не людьми, а самой природой. Стены пещеры, покрытые причудливыми узорами, будто рассказывали безмолвные истории о веках, проведённых в забвении. Здесь и там мерцали крошечные кристаллы, отражая слабый свет, создавая иллюзию звёздного неба под землей.

Вскоре лаз расширился, открывая взору огромный зал. В центре возвышался сталагмит, массивный и величественный, подобно каменному стражу. Его поверхность была испещрена бороздками и трещинами, свидетельствующими о тысячелетнем росте. Вокруг простиралось озеро кристально чистой воды, в котором, будто в зеркале, отражались своды пещеры.

Здесь, в глубине земли, время теряло свою власть. Тишина была настолько полной, что казалось, можно услышать биение собственного сердца. Пещера дышала прохладой и умиротворением, будто приглашая забыть о суете мира и погрузиться в созерцание вечного.

– Красиво… – прошептала Вилика, – но жутковато. Подошла к озеру, присела на корточки и поболтала в нём рукой. – Брр. Ледяная.

– Ещё бы… – усмехнулся Барс. – Но какая чистая, так и тянет искупнуться. – Что он и сделал. За ним попрыгали почти все парни, кроме телохранителей Вилики. Те бдительно несли службу, внимательно наблюдая по сторонам. Псы, на удивление, тут потеряли след и просто сели у озера.

– Барс, у собак странное поведение. Почему они не рыщут дальше?

Он взялся за каменный уступ, подтягивая мускулистое, накачанное тело, и вылез.

Все парни плавали обнажёнными, чтобы не идти потом в мокрых трусах. Вилика стояла к ним спиной. Барс оделся и подошёл.

– Милая, я не могу влезть к ним в головы. Но, похоже, они потеряли след.

– И что дальше? – повернулась с распахнутыми глазами.

– Думаю, вот для такого случая нам и нужен баран. – Оглянулся и подозвал того без обращения: – Есть соображения, куда нам дальше?

Мужчина кивнул.

– Если такие умные псы тут замерли, значит, человек, которого мы ищем, отсюда никуда больше не ушёл.

– В смысле?! – взвизгнула девушка. – Его же здесь нет!

– Может… – предположил Барс и добавил приглушённым тоном: – его останки где-то тут.

Девушка вздрогнула. Он сжал её кисть. – Поищите у стен, – отдал приказ друзьям. И те сразу пошли по периметру зала.

Вилика тоже обошла всё вокруг озера и удручённо подсела к собакам. Достала галстук отца и снова подсунула им. Те, обнюхав, зарычали, явно указывая на воду.

– Не может быть… – Её голос был надломлен. – Нет. Только не это. Барс… – в молящем взгляде девушки читалось такое горе, что он подсел и обнял.

– Он что, здесь утонул? – прошептала. Все молчали.

– Вряд ли, – произнёс Барай. – Должно быть тело. А его нет. Мертвецы не тонут.

Парень с девушкой уставились на него.

Тот пожал плечами.

– Разгадка по-любому здесь. Надо думать.

Вся компания расселась вокруг озера. Они достали бутерброды, фрукты и вяленое мясо. Перекусили, запили баночным пивом.

– Гадость. Горячее пиво как моча, – скривился Грам.

– А ты пробовал мочу? – оскалился Мика. И остальные усмехнулись.

– Заткнись. Просто пиво дерьмовое.

– Хватит! – рявкнул Барс. – Самое лучшее. И другого здесь нет. А льда вам тут никто не нассыт.

Вилика молча допивала тоник из своей баночки. Как допила, спрятала пустую банку в рюкзак и достала дудочку.

– Верное решение. Чуть посидим тут и будем выбираться обратно. Блин, я там думал, что у этого колодца нет дна. Подниматься будет тяжелее.

Вилика начала грустную мелодию.