Глава 22

До вечера еле дотянула, хотелось знать ответ на моё письмо, по крайней мере, прояснение ситуации и первые ответные шаги.

Вышла чуть пораньше, но Ярослав уже стоял на прежнем месте. Он был без настроения, да что там в бешенстве. Отец ему довёл ситуацию, и он готов был придушить дядю, даже без проверки причастности.

Жених крепко обнял меня и долго не отпускал, словно боясь, что меня действительно могут увести.

Будь я корыстная тварь, то вполне могло быть и так. Граф Константин Тимофеевич Прозоровский очень богат. Как раз ему и принадлежит одна из парфюмерных фабрик в нашей губернии. И та самая сеть магазинов, что купила у нас на пробу духи, тоже его. Он крупный промышленник, имеет доли не только в отечественных, но и зарубежных предприятий. Очень уважаемый человек, член Губернаторского совета. Это было в отчёте, что мне дали в папке. Цифры доходов, даже для современного человека выглядят прилично, а если посчитать в золоте, то пугающе солидно. Поэтому не удивительно, что они готовы дать триста тысяч только за согласие на помолвку.

Судя по письму, что передал мне будущий свёкор, граф ещё и друг Игоря Алексеевича. Как он его назвал: «карточный друг». Наш губернатор частенько поигрывает в его игорном доме и лично с графом Прозоровским.

Дмитрий Алексеевич охарактеризовал Константина Тимофеевича опытным манипулятором, способным разговорить кого угодно. Я заметила, что у графа язык подвешен. Но со мной вышла осечка, я не намерена была разглагольствовать, да и сама умею манипулировать, и он это почувствовал. Возможно, поэтому граф и заложил, вернее, не стал отрицать кто ему проболтался, чтобы склонить чашу весов к себе.

Отец Ярослава прекрасно знал о стремлении графа Прозоровского поднять свой род. Сам Игорь Алексеевич подшучивал над тем, что он даже готов купить какую-нибудь принцессу. Возможно, губернатор и сам попался на эту шутку, восприняв как словесную игру сильных. Или не верил, что друг захочет его обставить. Ведь если Владимир не до конца верит в дар Разума у моего жениха, то дядя и подавно. Выжидают время, чтобы начать на меня давить. Ну-ну!

Опять пошёл разговор о братце. Он продолжал требовать подтверждения дара, а Ярик бесился от этого, потому что продолжал «думать» руками.

— Я работаю, но сплошные осечки. Может, съездим завтра в лес? Природа посодействует работе. Иначе я сорвусь и поеду получать свидетельство.

— Успокойся, любимый. Это выбор Владимира. Через три недели поедешь, и тогда тебе никто не запретит. А поляна… не получится у нас беззаботно общаться под присмотром. Эти пиявки отстанут только после смерти, — я кивнула на охранника.

— А может, сотрёшь ему память, как тому иностранцу? — парень грустно рассмеялся.

— Лев Яковлевич озвереет, — я хмыкнула. — У меня тоже терпение на пределе, но всё же придётся обождать.

Возвращаясь домой, я пыталась понять, чем думал губернатор? Или он туп, или мы чего-то не знаем. Поскорей бы граф Гудович приехал, надеюсь, с хорошими новостями.

* * *

Последующие дни были пугающе спокойными. Если раньше я мечтала, чтобы меня оставили в покое, то теперь любое затишье воспринималось предвестником бури.

Дмитрий Алексеевич, присылал мне через сына письмо, в который рассказывал, что он разговаривал с нашим парфюмером. Князю тоже показалось, что Эдуард Васильевич напуган перспективами и, скорее всего, затея с вовлечением его в дело прогорит. Пожилой человек, по его мнению, не настроен на бурную деятельность, которая нам предстоит.

В ответном письме я просила подождать, ведь он высококлассный профессионал, а творческие люди нуждаются в покое. Пусть выносит в себе необходимость в росте, а нет, так я сама выучусь или попрошу научить меня делать духи. Эта просьба тоже может подстегнуть желание к сотрудничеству. В конце концов, Эдуард Васильевич должен понимать, что без моих масел он не сможет делать коллекцию и если он продолжит вилять, то я прекращу с ним деятельность. А возобновлять придётся уже на моих жёстких условиях, как хозяйки. Чем я дольше об этом думала, тем больше склонялась, что нужно сделать паузу в общении с парфюмером, а потом огласить новые условия. Думаю, отец Ярослава одобрит такой шаг. Мы здесь не в бирюльки играем, а бизнес строим, и слабые звенья нам не нужны, даже очень талантливые.

Ещё мне сообщили, что Лев Яковлевич выехал из Москвы и скоро стоит его ждать.

Поскорей бы!

Ярослав в последние встречи был спокоен, значит, и у них в доме нет напряжения. Но у меня в голове всё же поселилась неуверенность, что нас с женихом просто держат в информационном вакууме.

Ладно, немного осталось.

Я загружала свои дни по полной и с утра отправлялась на свои посадки. По моему приказу подальше от дома высадили маленькие деревца, поэтому мне было чем заняться. Решила попрактиковать карликовость и компактную форму. А вообще, можно придумать особые конструкции, на которые будут крепиться ветки, формируя удобную для сбора масле крону.

Часов в десять утра я увидела бегущего ко мне Гришку.

Неужели Лев Яковлевич приехал? — вытерев руки тряпицей, пошла на встречу.

— Екатерина Фёдоровна, граф… Руднев пожаловал, — сбивчиво сказал слуга. Появившуюся улыбку буквально стёрло с моего лица.

Да что же ему дома с женой не сидится-то? — я быстрым шагом направилась к дому с намерением вправить мозги этому назойливому типу. В прямом смысле. Сотру к чертям мысли о себе! Как же он меня достал⁈

Вероника со служанками встретили меня у порога, взгляды виноватые и испуганные. Только и смогли, что указать на гостиную. Александр Константинович ждал меня там — немыслимая наглость!

Граф встретил меня с широкой улыбкой.

— Дорогая Екатерина Фёдоровна, как я рад вас видеть! — мужчина стремительно направился ко мне. Глаза горят, улыбка на лице.

— Не подходите! — я выставила руки, хотя хотелось придавить этого клопа. — Как вы смели зайти в дом без моего дозволения? Объяснитесь! — я подняла подбородок и чуть зубами не скрипнула.

— Сейчас всё объясню, — граф остановился. — Давайте присядем, дорогая Катерина, — на его предложение я только сплела руки под грудью. Он с кривой улыбкой кивнул. — Я развёлся с женой, — пауза, ждал реакции. Не дождётся, мне всё равно, — и приехал сообщить, что ваш отец дал своё согласие на наш брак, — Александр выглядел триумфатором.

— Я никогда не дам своего согласия, вы прекрасно это знаете, — как же хотелось сделать ему больно.

— У вас будет время подумать, дорогая моя баронесса, — мужчина продолжал улыбаться. — А пока сообщу вам ещё одну приятную новость. Фёдор Александрович согласился отдать половину имения в приданное, но я выкупил его для вас, полностью.

Не знала, как и реагировать, такой подлянки я не предвидела. Грудь неприятно сжало, боевой настрой пропал, да что там я впала в растерянность, что, скорее всего, отразилось на лице. И эта реакция ещё больше воодушевила Александра.

— Вы можете продолжать здесь жить, как и ваша тётушка. Екатерина Фёдоровна, я люблю вас и готов для вас на всё. Любой ваш каприз… — он опять сделал ко мне шаг.

— Убирайтесь! — я указала на дверь. — Вон из моего дома! — срывающимся голосом сказала я, едва сдержалась, чтобы не атаковать, но внутри словно сигнализация зазвенела. Не нужно ему знать, что я маг Разума! Пока.

— Вы смиритесь, любовь моя, — граф посмотрел на меня взглядом победителя. — Я буду навещать вас, дорогая Катерина.

— Вон! — выдавила я.

Александр Константинович поклонился и ушёл, а у меня подкосились ноги, и я опустилась в кресло.

— Егора Вячеславовича позови, — я посмотрела на стоящую в дверях обеспокоенную Веронику, она всё слышала, да весь дом слышал наш громкий разговор. Слёзы хлынули меня из глаз, и тело начало трясти.

Нет, принудить к замужеству он меня не сможет, хоть десять согласий от отца получит. Имение… Я посмотрела вокруг и завыла от досады. Эта похотливая тварь нашла моё слабое место, и в других обстоятельствах я бы сломалась. Вот зачем приезжала семейка, папаша готовил имущество к продаже.

— Что случилось? — управляющий влетел в комнату.

— Отец имение продал, — я не могла остановиться и заревела навзрыд. — Скажите Ярославу, пожалуйста, чтобы он приехал… я просто не выдержу одна, — умоляюще посмотрела на мужчину.

— Хорошо, — Егор Вячеславович вышел.

Нюра принесла мне чай, выпив пару глотков, я встала и подошла к окну. Перед глазами всё плыло, казалось, сейчас упаду в обморок. Внутри была такая боль, словно у меня сердце рвали на части.

Я не могла найти себе место, нарезая круги по комнате, и когда в коридоре послышались торопливые шаги, я выбежала навстречу.

— Ангел мой, что случилось? — Ярослав обнял меня.

— Он… он купил моё поместье… — не удержалась и опять разревелась.

— Успокойся, любовь моя…

Объятия стали тесными, словно меня спеленали, а потом я полетела. Последнее, что я видела, это испуганное лицо Ярика.

* * *

У меня в голове словно ласковое солнышко поселилось, было так хорошо, тепло и спокойно, что не хотелось лишаться этого состояния. А ещё мои пальцы слегка сжимала любящая ладонь. Я из тысяч узнаю эти прикосновения.

Я открыла глаза. Узнала гостиную, я лежала на диване. Слегка повернув голову, увидела сидящего рядом Ярослава.

— Очнулась, — с облегчением выдохнул он и, встав перед диваном на колени, взял мою ладонь двумя руками. — Не молчи душа моя, скажи что-нибудь, — беспокойство в глазах и голосе.

— Люблю тебя, — я улыбнулась.

— А как я тебя люблю, дорогая моя. Слава Богу всё в порядке!

— Повторишь воздействие? Мне понравилось, — тихо рассмеялась, мой князь не разделял моего веселья.

Я сделала попытку сесть. Тело было слишком расслаблено, мне понадобилась помощь. Пока Ярослав усаживал меня, я не сводила с него влюблённого взгляда, пребывая в нирване, как бы у нас выразились.

— Екатерина, всё хорошо? — Ярик продолжал волноваться.

— Более чем. Сколько я летала в облаках? — продолжала улыбаться. Все прошлые проблемы казали такой мелочью.

— Около четырёх часов. Прости, я не думал… просто хотел тебя успокоить.

— Князь, вам за такое состояние нужно огромные деньги брать, — я глупо рассмеялась, совсем не успокоив жениха.

Закрыв глаза, я сосредоточилась и убрала из головы остаток ментального марева. Видно, я сразу изменилась в лице, по тому, что Ярослав с облегчением улыбнулся.

— Нужно попрактиковаться с тобой снимать воздействие. Сама недавно только научилась. Ты полностью активировал дар?

— Узнаю свою ведьмочку, — прошептал парень. — Да, душа моя. Егор Вячеславович любезно позволил над ним поизмываться. Мне нужно было отвлечься, — Ярик хитро улыбнулся. — Такое облегчение… А теперь, как бы тяжело тебе не было, расскажи, что случилось. Кто такой граф Руднев? — у жениха аж ноздри раздулись от злости.

Я посмотрела на Веронику, она понятливо поклонилась, вышла и закрыла дверь. Хотя и так знала эту историю, но я не хотела, чтобы она присутствовала при нашем разговоре.

— Прости, любимый, я не всё рассказала о своей жизни. В тот день, на маскараде, я танцевала ещё с одним мужчиной. Он после бала нашёл меня, легко нашёл, потому что тоже из Ярославля. Приехал к нам домой с непристойным предложением стать его любовницей, я отказала. Он не оставил попытки и стал преследовать меня здесь. А сегодня приехал и сообщил новость о своём разводе, согласии отца на наш брак и том, что купил моё имение, — у меня опять задрожал голос.

Ярослав резко поднялся и пошёл к окну. Скрестив руки под грудью, стал смотреть вдаль. Я видела, что он в бешенстве.

— Покупку имения мы оспорим, — не поворачиваясь сказал он. — Но, дорогая моя Екатерина, — когда он повернулся, я вжалась в диван под его взглядом, впервые видела злость по отношению к себе, — если ещё есть моменты в твоей жизни, которые ставят под сомнение наше спокойствие, прошу сообщить мне немедленно!

— Ничего больше нет, — поняла, что опять покатились слёзы по щекам.

Ярослав закрыл глаза, вздохнул и, подойдя ко мне, сел рядом.

— Я не злюсь, просто очень боюсь за тебя, — взяв мою ладонь, он прижал её к своим губам. — Собирайся, — неожиданно сказал мой князь. — Ты здесь не останешься. Отцу придётся принять моё решение.

Ярослав встал и пошёл к двери, открыв её, позвал Веронику.

— Помоги Екатерине Фёдоровне собрать вещи, и сама соберись. Вы переезжаете к нам в поместье.

Такого поворота я не ожидала, но противиться, естественно, не буду.

Пока я, пребывая в шоке и одновременно в радости, собирала вещи, жених пошёл беседовать с Егором Вячеславовичем, который останется за хозяина. Очень надеялась, что Александр не разнесёт здесь всё, когда увидит, что его предполагаемая узница убежала.

Пока грузили вещи в экипаж, Ярослав объяснил мне, что поручил управляющему не вступать в конфликт с новым владельцем и выяснить, действительно ли он владелец. Может статься так, что он просто хотел толкнуть меня к благосклонности. Задним умом я поняла, что, да, нужно было потребовать от него документов на собственность. По сути, слишком быстро произошла продажа имущества. Но если отец был согласен на условия, то вполне мог и успеть продать. Нужно было разобраться, а не впадать в панику.

Хотя моя истерика помогла Ярославу разобраться с даром Разума. Так что нет худа без добра.

Я со страхом ехала в родовое имение князей Вельских. А вот Ярослав был на подъёме, вон как Зевс под ним гарцует, показывая настроение хозяина. Я забрала с собой не только личные вещи, но и Луну, которая послушно бежала за экипажем.

Что будет дальше? Хмыкнула, поняв одну вещь: Александр в очередной раз стимулировал лавину событий, очень надеюсь, что последнюю. При следующей встрече я ему точно почищу мозги, и, надеюсь, в порыве не увлекусь.

А сейчас я не могла скрыть радости. То, что Вельские оспорят продажу, я не сомневалась. Где Александр и где команда князей с Губернским прокурором, да они его раздавят, и он ещё должен останется, — злорадно улыбнулась. — Но в данный момент важнее, чтобы будущие родственники приняли незваных гостей.

Показалось поместье, и я начала волноваться. Экипаж замедлился по приказу Ярослава, а сам он припустил оповестить родителей, которые давно за хозяев в родовом имении, в отсутствие губернатора.

Мы не остановились, продолжая двигаться очень медленно, просто давали время на короткий разговор. Экипаж ещё не подъехал к дому, а Ярик уже нёсся обратно.

Зевс заплясал, когда он поравнялся с нами, а сам мой князь широко улыбался. Хотя я сомневалась, что меня отправят обратно, в любом случае я осталась гостить. Но судя по реакции жениха, всё намного лучше.

Мы подъехали к лестнице. Подбежавший лакей открыл дверцу повозки.

Княжеская чета уже вышла встречать, как и Владимир, который стоял чуть в стороне. Как ни странно, он не был рад моему визиту, судя по лицу.

Ярослав помог мне выйти из экипажа и повёл к родителям. Анастасия Георгиевна была чуть напряжена, ей не нравилось развитие событий. Я тоже не стала улыбаться, нацепив маску озабоченности. А вот Дмитрий Алексеевич, напротив, был в приподнятом настроении.

— Добро пожаловать домой, Екатерина Фёдоровна, — огорошил он меня. Домой! Надо же! Даже у княгини лицо вытянулось от такого заявления, не говоря о Владимире.

Наследник был явно возмущён, и ему было что сказать. Но Ярик перетянул на себя внимание, направившись к нему.

— Братец, ты хотел доказательства владения даром Разума? Получи…

В глазах Владимира только на секунду мелькнуло удивление, потом лицо исказилось от боли и он, схватившись за висок, едва слышно застонал, скорее от неожиданности. Но взгляд был прикован ко мне.

— Ярослав, прекрати! — княгиня не на шутку испугалась.

— Довольно, — Дмитрий Алексеевич смотрел не на сына, а на жену.

— Простите, — Ярик вроде повинился, но голос был нейтральный.

Когда боль отпустила Владимира, он отвёл глаза. Повисла тишина. Потом он поднял на меня глаза и улыбнулся. И под продолжающееся молчание развернулся и пошёл в дом.

— Ярослав, такое поведение недопустимо! — Анастасия Георгиевна была не в себе от возмущения. — О чём ты думал?

Она ругала, а отец веселился, судя по взгляду, как и мой жених. Ух и проказник мне достался!