Глава 23

— Ну что же мы стоим? Пройдёмте, баронесса, нам есть о чём поговорить, — Дмитрий Алексеевич, пребывая в превосходном настроении, пригласил нас с Вероникой в дом.

Мою компаньонку с двумя служанками отправили смотреть комнаты, а меня позвали на приватную беседу. Ярослав, конечно же, был недоволен, что его не пригласили, но кто его спрашивает, он и так много себе позволил и сошло с рук. А действительно ли позволил? Или Дмитрий Алексеевич ждал момента, чтобы забрать меня?

Мы прошли в малую гостиную, то, что не кабинет уже хорошо, не хотелось мне сейчас сидеть как на допросе.

Мне предложили присесть на диван. Когда рядом присела Анастасия Георгиевна, я не смогла скрыть радость, всё-таки поддержка мне сейчас нужна. Князь сел на кресло со стороны жены.

— Короткий разговор с Ярославом не дал никакой ясности событиям. Мы, конечно, не можем не осудить столь поспешных действий, — Дмитрий Алексеевич сказал это в угоду княгине, потому что бросил взгляд на неё. Она заметила это и только губы сжала, — но всё же решение было верным. Мне не хочется делать вам больно, но мне нужно знать, кто такой этот граф Руднев и почему ваш отец дал согласие на брак, не поставив вас в известность?

И опять я пересказываю свою историю…

Ну что ж, княжеская чета была в тихом шоке. Иногда мне казалось, что они воспринимают высшее общество излишне рафинированным, но сдаётся, что они просто выстраивают границу между их жизнью и странными отношениями в нижних слоях аристократии. Будь я баронесса — Управитель, разговор бы носил другую окраску.

Сейчас же я волей судьбы нахожусь на их стороне стены и думать о возможном будущем не буду.

— Лев Яковлевич приезжает сегодня ближе к ночи и завтра утром прибудет сюда. Продажу имения мы оспорим. Вы сами говорили, что ваш отец судился с бывшим управляющим, а его недавно убили. Даже в этом случае можно запросить проверку сделки. Думаю, и другие эпизоды найдём.

— Спасибо, Дмитрий Алексеевич. Я душу вложила в эту землю… — я опять не сдержалась и заплакала.

Я верила в то, что Вельские на пару с графом Гудовичем имеют власть, но форс-мажоры никто не отменял и, может, получится так, что я покинула своё поместье навсегда. Что будет с моими посадками и животными даже думать не хотелось. Возможно, придётся судиться, ведь это работа моего дара, значит, принадлежит мне.

Зачем я вообще об этом думаю? Пусть сильные мужчины решают мои проблемы! Я уж точно не могу повлиять на это дело.

Разговор окончился, к нам присоединился Ярослав, принесли чай. Мой князь расслабился и не скрывал радости от моего присутствия.

Всё оставшееся время перед ужином я провела в своих апартаментах. Вероника была рядом, очень грустная, не хотела смотреть на меня. Я понимала причину, но пока ничем не могла помочь. Мы только покинули дом, а она уже тоскует по Егору Вячеславовичу. Разговор не буду затевать, это вызовет излишнее возбуждение с её стороны, будет ходить с маской довольства жизнью, но проблемы не решит.

Очень странно было смотреть за рассадкой семьи во время ужина. Место хозяина пустое, как и его супруги. Никого это не смущало. Почему я сделала акцент на этом? А потому что присутствующие тоже уделили внимание отсутствующему Губернатору.

Я старалась в открытую не следить, но это невозможно было не заметить.

Начнём с Владимира. После позорной экзекуции брата он должен быть зол и хоть немного загружен мыслями. Он же, напротив, пребывал в прекрасном расположении духа. Улыбался своим мыслям и поглядывал на кресло отца. Я бы могла заподозрить нездоровое веселье на гране с истерикой, но, пустив к нему энергию Разума, пощупала поле. Наследник был более чем спокоен, умиротворён, можно сказать.

Я заподозрила Ярослава в применении дара, но не видела мотиваций, да он вообще не смотрел на брата. Если вначале я думала, что у них хорошие отношения, то теперь они были похожи на врагов.

Дмитрий Алексеевич тоже пребывал в возвышенном состоянии, и также несколько раз глянул на пустое кресло, с хитрой улыбкой. Ему было что сказать своему брату.

Княгиня же была задумчива, переводила взгляд между членами своей семьи.

Ужин сопровождал стандартный разговор ни о чём. Фразы казались обрывистыми, выдавая желание поговорить о другом. Ну да, прав Ярослав, навела я шороху в его княжеском болоте, — сравнение немного развеселило. В этот момент на меня посмотрел Владимир. Долгий взгляд, на который я не смогла не ответить.

Усмешка в глазах, но какая-то грустная. Он, скорее всего, тоже ждёт развязки.

После ужина Ярослав пригласил меня на прогулку. Сейчас нам придётся забыть об уединении, ну, может, в доме нам позволят остаться ненадолго без присмотра. Но он всё равно выглядел счастливым, как и я.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая всё окружение в красивые тёплые тона, отчего светлые каменные постройки, да и сам дворец, по-другому его не назовёшь, приобрёл персиковые оттенки.

Вероника шла чуть позади, всё такая же задумчивая. Мы с Яриком тихо беседовали.

— Отец был недоволен моим поступком, а мама назвала меня безответственным мальчишкой. Но в итоге признали, что тебе нельзя было оставаться в том доме.

— Александр Константинович неспособен мне ничего сделать, а вот я могла бы натворить бед, — я вздохнула.

— Всё позади, душа моя.

— Мне бы твою уверенность…

* * *

Апартаменты были шикарные. В бежево-фисташковых тонах. Мебель светлого дерева, обивка на диванах с золотым гобеленовым шитьём. Три комнаты и своя ванная комната с водопроводом. Ко мне приставили двух служанок, и отвертеться от их помощи никак не получилось бы.

За меня обо всём распорядилась княгиня, и перед сном я больше часа отмокала в ароматной ванной. Это прекрасно, но я не привыкла так долго ничего не делать. Дома я быстро мылась и шла работать. А вообще, я сильно полюбила баню.

Сегодняшние процедуры походили на какой-то ритуал, в котором я была богиня, а служанки — мои жрицы. Так получилось, что я нашла ещё один минус в княжеской жизни, я не смогу остаться барыней-матушкой, и мне это совсем не понравилось. Надеюсь, я не озверею от такой жизни.

С такой же помпой мне сушили волосы и облачали в тончайшую сорочку. Я вспомнила свою няню Марфу, ведь она тогда не делала ничего особенного для моего положения, но я бесилась, как и сейчас. В данный момент я не буду ничего предпринимать, чтобы не конфликтовать с Анастасией Георгиевной, а в своём доме я установлю свои порядки, и пусть считают меня деревенщиной, мне такое обхождение поперёк горла.

Когда Вероника пришла ко мне пожелать спокойной ночи, я всё же решила поговорить о её жизни. Она отнекивалась, что нечего мне интересоваться жизнью простой служанки, но я настояла.

Я была права, она действительно испытывала чувства к Егору Вячеславовичу. Окончательно поняла это, когда мы покинули дом и сейчас очень тоскует, а ещё боится, что чувство не взаимно и мужчина забудет о ней. Я уверила, что взаимно и нужно воспринимать временное расстояние для укрепления отношений.

Предложила её написать письмо управляющему. Компаньонка возмутилась, нельзя так. Но я ей предложила лазейку, она ведь бухгалтер, пусть придумает, мол, что-то забыла отдать или важные уточнения. Не обязательно проявлять чувства в письме, важен сам факт напоминания о себе.

Вероника воодушевилась и решила подумать, как воспользоваться моей идеей.

— А теперь, милая моя, рассказывай, кто ты на самом деле? — я требовательно посмотрела на неё, компаньонка не знала, куда девать глаза, хотя предполагала, что разговор состоится.

Всё оказалось просто и сложно. Никакая она не деревенская, не знать, но из довольно состоятельной семьи. Да, те истории, что она рассказывала про сельскую жизнь, подлинные. Почти. В детстве она с братом действительно много времени проводила с деревенским, потому что приезжала к родственникам в поместье. После происшествия с бешеным волком она туда не ездила.

Что же заставило покинуть дом? Да практически то же, что и меня. Только в её случае она сама убежала из дома. То же были домогательства, но со стороны друга отца. Мужчины выпивали, и гость периодически начинал ломиться в её дверь, признаваясь в любви. Мать ничего не могла сделать, а отец, напротив, ругал, что не поддаётся. Мол, мужчина богатый, будешь жить как королева, может, даже женится.

В один злосчастный день он всё же добрался до её тела. Веронике повезло, что он был сильно пьян, только и смог, что облапать. Сколько она не кричала, никто не пришёл на помощь. Она до сих пор с содроганием вспоминает тот день.

Пока старый хрен дрых в её кровати, девушка собирала вещи. Даже пошла на воровство. Она знала, где отец хранит запасные ключи от кабинета, пролезла туда и украла сотню рублей. Потом она их вернула, — добавила компаньонка.

В общем, взяла чемодан и убежала из дома.

Откуда у неё знания по бухгалтерии? Девушка и так имела хорошее домашнее образование и часто бывала в магазине отца и любила донимать его бухгалтера. Увидев в ней очень прилежную ученицу, он стал передавать ей знания, в надежде, что она заменит его, потому что он стар.

Вероника и сама заразилась этой идеей. Всё шло прекрасно, но отец начал пить, появились собутыльники и всё пошло под откос. Деньги были, но без хозяина в магазине начались проблемы. Девушка, как могла, за всем следила, читала много литературы по делопроизводству и управлению, но поставщики не хотели иметь с ней дело, а отец постоянно срывал сделки.

Что сейчас с семьёй моя подружка не знает. Когда устроилась, писала короткие письма матери, но ни на одно не получила ответа. Единожды приезжала отдать долг. Отец посмотрел на неё стеклянными глазами, порадовался деньгам и выгнал из дома, обозвав продажной девкой…

Вот и вся история. Выговорившись, Вероника ещё какое-то время плакала, я не мешала. Потом девушка выдохнула и обняла меня.

— Спасибо, Екатерина Фёдоровна, мне действительно нужно было всё рассказать.

— Если есть что сказать, давай сейчас, чтобы нареветься так нареветься, — я сама сидела и хлюпала носом. Теперь мне стало понятно её отношение к определённым жизненным обстоятельствам, и тем более ненависть к графу Рудневу.

Я люблю, когда всё сходится, и сама выдохнула с облегчением.

Был ещё один незакрытый вопрос: как она попала в дом моих родителей? Здесь тоже всё логично. Когда искала ночлег в Ярославле, приехала туда случайно, просто наобум выбрала город. Так вот, сняла комнату на окраине города у вдовы с ребёнком, она сдавала свободную жилплощадь девушкам. Вероника, чтобы сэкономить деньги, предложила хозяйке заниматься с мальчиком. Женщина думала недолго, где она найдёт учителя, да ещё за стоимость комнаты? Для начала хозяйка проследила месяц за занятиями и за следующий уже не взяла плату за жильё.

Вероника хваткая девушка и нашла себе ещё ученика за скромную пайку продуктов. За пару часов она зарабатывала пропитание на день. А вот третий ученик стал приносить деньги. И всё благодаря той самой вдове, что дала ей рекомендательное письмо. А деньги уже позволили двигаться дальше, отучиться на курсах помощника бухгалтера. Но потом столкнулась с действительностью и опять вернулась к преподаванию. Рекомендательных писем у девушки было несколько, поэтому её без проблем взяли в наш дом.

Я сидела и думала, что я вообще оказалась в прекрасных условиях. Попади я в тело вот такой Вероники, то вряд ли справилась с обстоятельствами.

После разговора я почувствовала своего рода удовлетворение и спокойно уснула.

* * *

Утро было прекрасным, как и погода радовала, за окном солнышко, птички щебечут. Я не стала звать служанок, хотела сама сделать утренние процедуры, тем более условия были.

Когда вышла из комнаты, то сразу увидела сюрприз. На столике на серебряном подносе лежала нежная роза и конверт. Понюхав цветок, я открыла письмо.

Доброе утро, ангел мой Екатерина!

Как хорошо, что ты рядом.

Люблю тебя! Ярослав.

Я подошла к окну, почему-то была уверенность, что он там. Мой князь сидел на скамейке почти напротив моего окна. Открыла створку и выглянула. Запоздало спохватилась, что одета в тонкую сорочку. Заметив хищную улыбку парня, с тихим смехом скрылась в комнате.

Прикрыв окно, позвонила в колокольчик, вызывая служанок. Сейчас нужно было поддаться местному порядку.

Лев Яковлевич прибыл к завтраку. Здесь он был поздно. А так как я ранняя пташка, то у меня он второй.

Граф был рад меня видеть, но взгляд выдавал, что новостей накопилось много.

Вначале разговор был наедине с прокурором, видно есть вещи, которые не для ушей Дмитрия Алексеевича.

Мы расположились в одном из кабинетов, удобно сев в креслах. Между нами стоял чайник с чашками, но никто его не торопился разливать, не до этого.

— Вы меня сильно напугали, Екатерина Фёдоровна. Такая череда событий, что голова кругом. Но я рад, что вы здесь. У вас много вопросов, давайте я изложу, что считаю нужным, потом поговорим.

Я не стала перечить, согласно кивнула.

Лев Яковлевич начал с того агента, видно, тема была острая.

— … Мы его взяли. Благодаря вам, он сам себя выдал, а когда его арестовывали, атаковал Разумом сотрудника полиции, так что ничего доказывать не пришлось. Крупный чиновник миссии, обученный маг Разума и без сертификации, на нашей территории. Действительно, пока у него была защита, определить артефактами его дар не получилось. Их структуры очень продвинулись в развитии артефактов, это стало неприятной неожиданностью. Сейчас с агентом работают, но уже взяли несколько причастных. Они сотнями ежегодно вывозили магов из крестьянского населения. Упущение, что нет обязательного освидетельствования за счёт государства… — граф покачал головой. — Вы, дорогая наша баронесса, вскрыли такой нарыв, что теперь только операция поможет. Но есть и хорошие новости, это дело стало последней каплей, и император в ближайшее время внесёт предложение в совет по упразднению закона о чистоте крови, что нам позволит начать массовые проверки на профпригодность магов. Пока только при повышении или переходе на другие должности, но это только начало, надеюсь, бескровное.

Лев Яковлевич замолчал.

— По поводу ваших дел. Я передал Его Величеству все ваши наработки, описал перспективы. Жаль, что не было ваших с Ярославом свидетельств, выглядело как пустая болтовня. Но, как я уже говорил, задержание агента всё расставило по своим местам. Теперь о вашем вчерашнем происшествии. Дмитрий Алексеевич рассказал, что вас сюда привело. Я уже дал распоряжение о проверке сделки. В регистрационную палату ещё не поступали документы от собственника, так что пока ждём…

— А насчёт первого покушения, с пожаром?

— Там всё просто. Вас заказала жена бывшего управляющего, она же и мужа убила. Хотела убежать за границу, но сейчас усилили контроль в поездах и на вокзалах, поэтому не вышло. Вела себя нервно, да и чемодан тащила сама, хотя дама прилично одетая, что и привлекло внимание. Вскрыли вещи, а там драгоценности, наличность в золоте. Возникли вопросы откуда. На допросе она орала: что вы во всём виноваты. А муж вместо того, чтобы нормально разобраться в игры играл с хозяином, откупился, в общем от вашего отца. За что? За то, что они потом и кровью заработали. Она спланировала убийство. Напоила мужа, ушла к родственнице, а потом вернулась ночью и спалила дом со всеми домашними. Драгоценности она накануне все вынесла. Так что, если продажа действительно состоялась, то сделку придётся приостановить. Может, граф Руднев причастен, давил, допустим, на вашего отца.

— Но возвращаться мне туда всё равно нельзя, — я горестно вздохнула.

— Вам ещё ничего не говорили, но скажу по секрету. Вы на днях едете в Ярославль, — заговорщицки, да с улыбкой, прошептал Лев Яковлевич.

Я вначале не поняла, а потом аж рот открыла, но всё-таки прикрыла ладошкой и глупо захихикала, поняв, что имел в виду граф.