Глава 25

Постаралась отодвинуть проблему с Прозоровским на второй план. Естественно, она продолжала беспокоить. Меня не особо волновало, что отец на меня будет давить, да что там стращать адскими муками, не понимая, что это ничего не изменит. Просто попортит мне нервы и себе, ну, может, заденет и Вельских.

Но предполагаемая нервотрёпка сделала своё дело, и я приехала к дому в дурном настроении.

Естественно, нас никто не ждал, но слуга, открывавший нам ворота, меня узнал и побежал в дом оповестить домашних.

Я не надеялась, что отец дома, ведь время уже ближе к обеду, это, если брать мой распорядок, здесь же хозяева, женское подавляющее большинство, только пробудилось.

Не став ждать встречающих, я распорядилась отнести чемоданы в мою комнату. Слуга, который брал багаж растерялся. Реакция мне не понравилась, неужели они мою комнату чем-то заняли, с них станется. Да и Бог с ними! Мне несколько дней перекантоваться, и больше моей ноги здесь не будет!

Сняв шляпку, перчатки, ведь мне приходилось соблюдать все условности и носить вне дома всё, что требовалось для аристократки, — я направилась в гостиную, ждать маман. Но услышала знакомый визг. Из большой гостиной ко мне неслась Елизавета.

— Катюшечка-а! — вопила девчушка на весь дом. — Душечка моя-я!

Подбежав, она обхватила меня и попыталась забраться на руки.

— Нет, булочка, я тебя не подниму, тяжёлая, — я рассмеялась, сестра за последнее время сильно подросла.

— Зато красивая, — Лиза манерно подняла подбородок и убрала со лба несуществующий локон. Смотрелось очень забавно, явно с кого-то копирует. На Татьяну не похоже.

Мы ушли в гостиную, я попросила подать кофе.

Светлана Юрьевна появилась где-то через час, по лицу было видно, что просто не торопилась. Ну да, дочь какая-то приехала, к чему спешка, может, подумает и вернётся в свою деревню. Да я бы с удовольствием, но нужно соблюсти приличия…

— Доброе утро, маменька, — я подошла и обняла её, но вместо улыбки получился оскал, я даже представила, как выгляжу.

— Доброе утро, Екатерина! — маман ответила такой же натянутой улыбкой. — Что-то в поместье стряслось?

— Нет, что вы, просто соскучилась, — не буду говорить о цели прибытия, пусть инфаркт хватит. Ух и злая я.

— Надолго? — Светлана Юрьевна села в кресло и дала знак, чтобы ей кофе подали.

— Пока не знаю, может, недельку погощу. Хочу по магазинам походить, у нас в Петровске такая дыра, — я наигранно вздохнула и манерно закатила глаза. Лизка захихикала, а мамаша очень странно на меня посмотрела, словно первый раз видела. Возможно, я просто попала на её волну.

— Да, ты права, — на её слова я чуть не поперхнулась. — Некоторых коллекций я даже в Москве не встречала. Весной купила наитончайшие кожаные перчатки, а как они пахнут…

Неожиданно разговор пошёл не по моему плану, но я не стала его пресекать, поддержала. Платья, туфли, косметика, интересные новости о коллекции духов, что поразила высший свет. Она была всего в нескольких магазинах и очень маленькой партией, все ждут её появление к осени. Ведь будут балы и как без новинок. Я поняла, что разговор о моих духах, ну что ж, неожиданно маман потешила своё самолюбие.

Более чем уверена, если бы я заикнулась, что это мои духи, даже представив доказательство, то Светлана Юрьевна обвинила бы меня во вранье. Но и Бог с ней!

Следом подтянулась и оставшиеся сёстры. К моей досаде, Татьяна была дома. Хотя почему досада? Пусть захлебнётся желчью, когда меня князья прибудут сватать.

— Опять проблемы? — злобная сестрица оскалилась в улыбке.

— Ой, сестрёнка, всем бы такие проблемы, всего лишь хлопоты, — вернула ей улыбку.

— Замуж не собираешься?

На её вопрос Светлана Юрьевна аж часто заморгала.

— Собираюсь, вашими молитвами, — я так радостно улыбнулась, что маман аж рот открыла, видно, думает, что я браку с Александром так радуюсь.

— И кто жених? — спросила Светлана Юрьевна, словно не при делах. А ведь действительно не при делах.

— Скоро узнаете, мои дорогие…

Как я и предполагала, мои комнаты были заняты. В одной из них устроили гардеробную. Видно столько барахла, что девать некуда, а вопрос с размещением был понятен. Катя же не вернётся…

Поэтому нам с Вероникой пришлось занять гостевые апартаменты.

На обед прибыл Фёдор Александрович.

— Зачем приехала? — спросил он, словно я заноза, а не дочь.

— Решила соблюсти приличие и дождаться, чтобы жених попросил моей руки в отчем доме, — я улыбнулась, а маман с таким умилением на меня посмотрела, что я подумала, она просто спутала меня с Татьяной.

— Александр Константинович уже попросил твоей руки, не стоило приезжать.

— С чего вы, папенька, решили, что я выхожу замуж за графа Руднева?

— Другой брак я не одобрю, всё решено! — он стукнул ладонью по столу.

— Одобрите, ещё и улыбаться при этом будете.

— Ты как со мной разговариваешь⁈ В моей власти выставить тебя из дома, — его, видно, только могила исправит.

— Вы уже сделали это и знаете, я вам благодарна за ссылку в усадьбу. И скоро вы узнаете, за что я благодарю судьбу…

Препирательство долго не продлилось, да я сама оставила за ним последний аргумент, пусть думает, что победил.

* * *

Пара дней прошла относительно спокойно. Я занималась с Ириной, Лизка тоже не отходила от меня.

А вот Фёдор Александрович, судя по лицу, вынашивал каверзу, видно, гонял в голове, что скажет жениху. Уходил только с утра и приходил строго к обеду.

Во время послеобеденного чаепития лакей сообщил, что пожаловал визитёр. Количество прибывших уже смутило.

— Граф Прозоровский просит принять его.

Родители переглянулись, а потом оба посмотрели на меня. А я не могла скрыть злости.

— Это не то ли граф, долю в деле которого я держу? — воодушевился папаша. — Интересно с чем он пожаловал?

Отец с матерью встали и поторопились встретить гостя.

Вот же упрямец! — я покачала головой и пошла за ними.

— Ваше сиятельство, простите, что без предупреждения… — Константин Тимофеевич начал говорить, но тут увидел меня. Я не скрывала презрения и бешенства. Я готова была его прямо сейчас придавить, чтобы бухнулся на колени и вымаливал пощады. Но он, неожиданно, опустил глаза и шумно выдохнул. — Прошу прощения, но мне срочно нужно поговорить с вашей дочерью, Екатериной Фёдоровной. Я приехал в поместье, а мне сказали, что она уехала в Ярославль. Очень срочный разговор, — граф чуть скривил рот в ухмылке.

— Папенька, разрешите ненадолго нам занять ваш кабинет? — спросила, а сама жестом пригласила гостя пройти. Фёдору Александровичу только и оставалось, что промямлить что-то.

Я не стала садиться за отцовский стол, пригласила графа присесть в кресло, а сама села на соседнее.

— Может, чаю с дороги? — немного ёрничала. Граф с усмешкой отказался. — Вы же не за этим разговором приехали.

— Да, простите, я всё-таки решил попытать счастья. Но меня смутила ваша уверенность и отсутствие страха от моего визита. Вы же знаете, что у меня ничего не выйдет. Почему?

— Я же говорила, наберитесь терпения, вы скоро всё узнаете. И я рада, что вы прислушались к своей интуиции.

— Боюсь, это будет самая большая ошибка в моей жизни, — Константин Тимофеевич ухмыльнулся. — Но я не люблю проигрывать. И выходит так, что я проиграл, даже не вступив в игру.

— Я говорила, это не ваш кон, но игру вы не проиграли. Вы не вмешались, и я это ценю, — поймала себя на мысли, что говорю с толикой снисхождения, и граф это почувствовал, продолжая смотреть на меня немного растеряно. — Могу предложить в замену себя мою сестру Ирину. Она похожа на меня, и ваш сын вряд ли заметит подмену… — я улыбнулась, а граф рассмеялся. — Она Целитель. Как говорит Дмитрий Алексеевич, у нас удивительно чистый род. Мой папенька фанатично чтил закон «чистоты крови». У меня уже две сестры маги.

Вот и Константин Тимофеевич был впечатлён.

— Этим вы породнитесь со мной. А я, как родственница столь славного рода, захочу с вами сотрудничать.

На мои слова граф опять рассмеялся.

— Ох, Екатерина, как же я жалею, что вы не станете моей невесткой. Ох и коварная…

— Наживаю друзей неправедными методами, а я люблю влиятельных друзей. Порой очень влиятельных, — я широко улыбнулась.

— Хорошо, я подумаю над вашей идеей. Но чтобы не выглядеть проигравшим, хотелось бы сейчас поговорить о дальнейшем сотрудничестве, чтобы всё обмозговать и, если нужно, выделить средства и мощности.

— Вот это другой разговор…

Пока я не знала, в чём соприкасаются или противостоят интересы с Вельскими, поэтом начала со своих масел. Тем более я знала от маман о пробных поступлениях духов в магазины графа. Пообещала поставить некое количество на его производство. Но была идея разделить ароматы и выращивать цветы под определённую фабрику. Ведь, что ни говори, но все объёмы мы сами не сможем переработать, поэтому порядок нужно выстраивать на старте. Как говорится, и волки целы и клиенты довольны.

Граф покинул кабинет отчасти довольным, но сомнения остались, и я подспудно продолжала ждать подлянки. Мы зашли в гостиную, где изнывали в ожидании родственники. Константин Тимофеевич ещё раз извинился за беспокойство. И переведя взгляд на сестёр, безошибочно выделил Ирину. Она действительно становится похожа на меня, и это у неё Лиза переняла движение. Девушка и сейчас от волнения поправила пальчиком локон.

Проводив визитёра, мы опять вернулись в гостиную.

— Что хотел граф? — требовательно спросил Фёдор Александрович.

— У нас совместные дела, он же сказал, — я развела руками, мол: что непонятно?

— И что может быть общего с тобой, он скот выращивает? — отец не успокаивался в своей ненависти ко мне.

— Вам не надоело, папенька? Смотрите, не подавитесь своей желчью.

Вот не понимает человек, что большой промышленник не мог просто так поболтать приехать. Я не стала больше выслушивать и пошла к себе. Когда поднималась по лестнице, опять кто-то пришёл.

Это был курьер с письмом. Красивый конверт с печатью. У меня громко забухало сердце, и я с лакеем вернулась в гостиную. Он передал конверт Фёдору Александровичу.

— Князь Вельский? — он, не понимая, вскрыл конверт.

Удивительное дело, но Ирина сразу поняла, что это от сватов, смотрела на меня не отрываясь. Хотя как тут не понять, когда я светилась от счастья. Сестра аж рот открыла, прикрыв его ладошкой, в восхищении округлила глаза.

— Просит принять завтра в четыре по полудни, — папаше не доходило, как и маман, они не смотрели на меня. Светлана Юрьевна почему-то не сводила взгляда с Татьяны. Возможно, искала хоть какую-то зацепку с любимой дочерью.

Ой, что началось после визитки! Хозяйка дома всполошилась и стала гонять слуг, руководя уборкой. А я пошла к себе.

Может, стоит прикупить новое платье перед визитом? — подумала я и пресекла порыв. Я что хочу князей удивить?

За мной увязалась Ирина.

— Катя… Князь⁈ — когда мы закрыли дверь, сестра буквально вцепилась мне в руку. Я самодовольно кивнула. — Но как же? Как такое может быть, ведь ты уп… — Ира, проглотила последнее слово.

— Я маг Разума, — решила признаться. — Грань открылась.

Я думала, сестра в обморок упадёт.

Мы с Вероникой усадили её в кресло, и я уже не могла остановиться, рассказала немного о своём Ярославе.

А позже Ирина меня удивила, она начала допытываться, есть ли у неё возможность открыть грань, я не стала скрывать, ответила утвердительно и проболталась, что у моего князя уже три дара, что было сюрпризом и для Вероники. В общем, я болтушка, но хотелось уже всё рассказать.

Ещё я закинула удочку насчёт Прозоровских. Вот здесь Ирина не питала иллюзий, прямо сказала, что выберет перспективы, а в остальном, главное, чтобы жених был молод и хоть немного приятен внешностью, а если ещё и полюбит её, она будет счастлива. Слова сестры меня успокоили, а то я грызла себя за сводничество. Хотя её позиция меня не удивила, здесь большинство девушек так рассуждает. Любовь? Какая любовь?

* * *

С утра дом напоминал улей: все куда-то бегали, Светлана Юрьевна уже с восьми часов гоняла слуг и ходила с белой салфеткой по дому, выискивая следы грязи. В девять часов привезли много цветов, вчера заказали.

Я же ходила, улыбалась. Маман до сих пор не сообразила, что выстилает ковровую дорожку моему жениху. Отец же был задумчивый. С утра не пошёл по делам, после завтрака закрылся в кабинете.

В обед догадалась Татьяна. Когда маман в очередной завела разговор о причине визита князя, я, не скрываясь, ухмылялась. Сестра посмотрела на меня с таким ужасом, я думала ей станет плохо, а потом она погрузилась во вселенскую тоску.

Светлана Юрьевна весь обед смотрела на любимую дочь с беспокойством, но я была спокойна, крыска Таня не скажет о догадке матери, язык не повернётся такое предположить.

И вот он приближается момент визита. Полчаса… Я стояла у зеркала, ощущая себя невестой перед выходом к жениху. Как же я соскучилась.

Вероника сделала мне пучок на голове, как я его окрестила — княжеский. Это когда не надо ничего доказывать и украшения лишние — просто и с достоинством. Хотела надеть своё бальное платье, взяла его с собой, чтобы показать Ирине. Но решила, что лишнее. Облачилась в то, что взяла на этот случай. Светлое платье, чтобы хоть как-то сойти за невесту, без излишеств, с закрытым декольте. Из украшений только моя бессменная подвеска — листик.

— Ну пошли, подружка, пора заканчивать эту главу моей жизни, да и твою тоже, — я повернулась к Веронике и обняла её.

— Спасибо вам, Екатерина Фёдоровна, вы лучшее, что случилось в моей жизни.

— Лучшее, это посланный Богом муж, а я всего лишь обстоятельство, приведшее тебя к нему. Всё, пошли, не хватало бежать, когда прибудут долгожданные гости, — я улыбнулась, но меня немного потряхивало от волнения.

Судя по звукам, вся семья была в сборе.

И, когда я появилась в дверях, все обратили на меня внимание.

— Ты задержалась, — упрекнул меня отец, а вот Светлана Юрьевна медленно, нахмурив лоб, меня осмотрела.

— Хотелось выглядеть безупречно перед княжеской семьёй, — когда сказала, запоздало прикусила язык. Вот надо же было так проколоться.

Фёдор Александрович не обратил внимание, а вот маман начала нервно обмахиваться веером, а Таня так вообще накуксилась. Ох, как ей тяжело переносить мой подъём в обществе.

Окна были чуть приоткрыты, как и двери, так что все услышали, как подъехал экипаж. Лизка побежала к окну.

— Ух, какая большая карета, с гербом, — протянула сестрёнка и посмотрела на нас.

Я тоже подошла, украдкой наблюдая, как выходят прибывшие. Когда из кареты вышел Лев Яковлевич, я удивилась. Потом показался Дмитрий Алексеевич, княгиня, ей я тоже была рада. Ну да, она не могла допустить, чтобы сватовство осталось без её контроля. Потом вышел и мой красавчик князь. В светлом костюме, безупречный до безобразия.

Они пошли к двери — послышался зычный голос дворецкого:

— Князь и княгиня Вельские, с сыном!

Через несколько минут он зашёл в гостиную и объявил, кто прибыл. Фёдор Александрович просит их пригласить.

Отец вышел вперёд по направлению к двери, чуть позади мать, за ней я, а потом все остальные сёстры.

И вот появился мой будущий свёкор с женой. Княгиня, войдя в гостиную, уже не скрывала радости меня видеть, хоть выдавали только глаза, но и этого достаточно.

При появлении Ярослава я не смогла удержаться и улыбнулась, он тоже едва сдерживал улыбку.

Граф Гудович же был само спокойствие, но наличие папки в руке показывало, что он непросто поздороваться пришёл — дела.

— Ваше сиятельство, княгиня, мы рады принять вас в нашем доме. Прошу, располагайтесь, — спокойно сказал Фёдор Александрович и поклонился. Мы же, женское большинство, присели в реверансе

— Благодарим, барон. Мы ценим ваше согласие принять нас. Позвольте представить мою супругу, княгиню Анастасию Георгиевну, сына Ярослава и графа Гудовича, моего поверенного в делах, — представил всех Дмитрий Алексеевич.

— Добро пожаловать! Если позвольте, распоряжусь подать чай, — Светлана Юрьевна обратилась прежде всего к княгине.

— Спасибо, баронесса, чай будет кстати.